Вилльем Ванс

Двадцать … Ночь. Палата. Свет приглушён — только лампа у стены и холодное мерцание монитора. Капельница тихо отсчитывала секунды. Леви спал. Бледный, с тёмными кругами под глазами, с повязкой на руке, где сорвал катетер. На шее — следы от пальцев Роберто, уже желтеющие по краям. Дыхание ровное, но неглубокое. Вилльем вошёл бесшумно. Дверь закрылась за ним с мягким щелчком. Остановился у порога, глядя на Леви. Долго. Не двигаясь. Он дышит. Каждый его вдох — это вдох, который я ему позволил. Каждый удар сердца — это секунда, которую я ему подарил. Он мой. Абсолютно. Безоговорочно. И я хочу, чтобы так было всегда. Чтобы он смотрел только на меня. Чтобы никто и никогда не посмел причинить ему боль. Чтобы он жил ради меня. Только ради меня. Я привык побеждать. Я привык, что мир — это уравнение. Ты давишь на переменную — получаешь результат. Страх — это результат. Боль — это результат. Подчинение — это результат. А он — первая переменная, которую я не могу контролировать. Я нажимаю на него своим присутствием, своими феромонами, своей силой, а он… ничего. Он не боится. Он не подчиняется. Он просто смотрит. И я пропал. Подошёл ближе. Сел в кресло у кровати. Смотрел на его лицо — на тени под глазами, на искусанные губы, на ресницы, которые чуть дрожали во сне. Ребёнок закрепит это. Моя кровь внутри него. Моя плоть, растущая в его теле. Он уже не сможет уйти — я внутри него навсегда. Даже если бы захотел — не сможет. Я заполнил его собой. Он носит мою метку. Он мой. Это правильно. Это единственный правильный порядок вещей. Я — его. Он — мой. Без вариантов. Без выбора. Протянул руку. Осторожно коснулся его пальцев — сначала только кончиками. Кожа тёплая. Живая. Взял его ладонь в свою. Крепко. Не для нежности — для фиксации. Чтобы чувствовать, что он здесь. Тёплый. Его. Но я не хочу, чтобы он был со мной из страха. Не хочу, чтобы он смотрел на меня так, как смотрел на Роберто. Я не Роберто. Я не хочу ломать. Я хочу, чтобы он тянулся ко мне. Чтобы он выбирал меня. Каждый день. Добровольно. Запереть было бы проще. Посадить на цепь. Сделать так, чтобы он не мог уйти. Чтобы он дышал только моим запахом. Чтобы его мир сузился до меня одного. Я могу. У меня хватит сил. Хватит власти. Но если я запру его — я потеряю его. Не тело. Тело останется. Я потеряю то, что заставляет его сердце биться. Он перестанет смотреть без страха. Он перестанет улыбаться той улыбкой — короткой, почти незаметной, но настоящей. Он станет пустым. Как я когда-то. Я не хочу этого. Я хочу, чтобы он был живым. Чтобы он выбирал меня не потому что боится, а потому что хочет. Чтобы он оставался со мной не потому что не может уйти, а потому что не хочет уходить. Леви во сне чуть нахмурился, потом пальцы слабо сжались в ответ. Правильно. Чувствуй меня. Знай, что я здесь. Ты привязан ко мне так же, как я к тебе — инстинктами, феромонами, этой чёртовой неизбежностью. Я — твой якорь. Но и ты — мой. Ты держишь меня в этом мире. Без тебя — я просто зверь, который крушит всё, к чему прикасается. Он сидел так час. Два. Три. Пока за окном не начало сереть. Его живот. Ещё плоский. Там — моя кровь. Моя плоть. Моё продолжение. Я заполнил его собой. И эта мысль отзывается тёмным, вязким удовлетворением. Он носит мою метку внутри. Он теперь мой навсегда. Но и он внутри меня. Я не могу без него. Не хочу без него. Вилльем Ванс, привыкший побеждать, привыкший брать и уходить, — я остаюсь. Сижу здесь, в этой палате, и держу его за руку. И не хочу, чтобы это заканчивалось. Я не умею быть нежным. Не умею «заботиться». Но я умею владеть. Умею защищать то, что считаю своим. А он — моё. И ребёнок внутри него — тоже моё. Я хочу, чтобы этот ребёнок вырос и увидел: его отец — не монстр. Его отец — тот, кто защищает. Тот, кто остаётся. Я хочу, чтобы они тянулись ко мне. Не из страха. Из желания. Чтобы они выбирали меня. Каждый день. Добровольно. Но если они когда-нибудь посмотрят на меня со страхом — я исчезну. Не потому что я благороден. Потому что если они будут бояться меня — значит, я проиграл. И я сломаю себя. Но не их. Потом встал. Осторожно отпустил руку. Поправил одеяло — подоткнул край у плеча. Провёл пальцами по его волосам, чуть сжал прядь на затылке, но отпустил прежде, чем тот проснулся. Вышел так же бесшумно, как вошёл. В коридоре прислонился к стене. Закрыл глаза. Я вернусь. Я буду ждать. И если он выберет меня — я останусь навсегда. Если нет — я исчезну. Но я надеюсь, что он выберет.