In the arms of death

Больно. Очень больно. Молодой кролик, беззащитное дитя леса, бежал сломя голову по уже незнакомым тропам. Рана горела, сердце, казалось, не выдерживало бешеного ритма. Ритма смерти и погони. Он задыхался, но не имел права на передышку. Лёгкие горели, в горле пересохло. Враг настигал, и Нил ничего не мог с этим поделать - койоты не отличаются скоростью, и в обычное время он бы легко оторвался, но не сегодня. Сегодня Нил поплатится за то, что поступился законами матери. 《-Никогда не покидай нору до рассвета. Слышишь? Ни-ко-гда, если не хочешь, чтобы тебе разорвали глотку.》 О, он их помнит. Она бы прикончила его, если бы узнала, что Нил нарушил это табу. Пять минут назад он высунул свой любопытный нос из норы. Проснувшись чуть раньше, чем обычно, он решил что ничего не случится, если он пробежится перед завтраком. Ну что ж, пробежка всё же состоялась. Они бежали вдоль знакомого луга, опушки, а потом и вовсе ворвались в самую чащу леса. Нил был в отчаянии - он на охотничьей территории самых страшных тварей, о которых когда-нибудь слышал, и с которыми надеялся никогда не встретится. Он понимал, что они уже учуяли запах страха и азарт погони. Даже если он оторвётся от койота, его запросто разорвут другие хищники, а он, будучи раненым, даже не сможет убежать. Когда он только покинул нору, его накрыл первобытный страх. Он не видел врага, но чуял опасность и это спасло ему жизнь. Ну, по крайней мере ненадолго. Он рванул, и в эту же секунду, его зацепила за рукав чья-то когтистая рука. Они вместе повалились на землю - в тот момент его спасли сильные кроличьи ноги и быстрота реакции, однако койот успел разодрал ему икру до самой лодыжки. Раненный в ногу бегун - мёртвый бегун. Светало. Теперь Нил понимал, что шанс вернуться в знакомые места живым, практически нулевой. Непроизвольно потекли слёзы, страх сковывал тело, мешая передвигаться и Нил настойчиво пытался согнать его убеждениями, что он найдёт выход. Хотя кого он обманывает. Хищник двигался уверенно, хорошо ориентируясь в знакомых местах и лазейках, кролику же приходилось лавировать между чужими тропами, оврагами и зарослями кустарников, норовя свалится в какую-нибудь ямку и обеспечить себе мучительную смерть - койты славятся жестокими расправами, иногда поедая жертву заживо. В какой-то момент его психика и тело начали сдавать. Нила посетили жуткие мысли. 《Может, просто упасть и подставить шею.. умру быстро.》- он страшно боялся боли - у кроликов низкий болевой порог. Однако размышлять о своеобразном суициде долго не пришлось - судьба ускорила события за него. Он споткнулся. Нил даже не понял обо что, но это проишествие принесло ему некое облегчение - при ином раскладе, он бы секундой позже и сам упал навзничь от бессилия и принятия страшной участи. Он приземлился на живот, прямо на прохладную влажную землю. Мгновение спустя, на него увалилась тяжёлая туша рычащего от азарта хищника. Койот схватил его за затылок и вжал головой в землю, усевшись на бедра. Кофта Нила закрывала его загривок, поэтому он не придумал ничего лучше, чем разорвать её со спины своими когтями. Чащу пронзил резкий крик боли, перешедший в скулёж - кролик обессилел настолько, что не мог кричать. По спине текла тёплая жидкость, места, где хищник рассёк плоть когтями, жгли и пульсировали от боли. Кофта разорвана, теперь хребет жертвы ничем не защищён. 《Осталось чуть чуть потерпеть. Сейчас всё закончится. Ещё чуть чуть потерпеть и больно не будет》 - Нил успокаивал себя, у него случилась истерика, но сил на неё не хватало, и всё что оставалось - захлёбываться слезами и задыхаться от мысли о собственной кончине. Толчок. Удар. Нил откатился куда то в сторону, подумав, что койот играется с ним, прежде чем убить, и зажался в комочек от боли и страха. Однако больше боли не последовало. Зато он обратил внимание на визг, рык и звуки борьбы совсем неподалёку. Повернувшись, его глазам предстала следующая картина: Его мучитель валяется на земле, извиваясь и рыча на нечто крупное, придавившее его сверху. Солнце выглянуло достаточно, чтобы кролик мог рассмотреть это "нечто". О боже. Это был волк. Он вцепился в глотку койоту, и на секунду оба замерли: койот - инстинктивно, волк - в охотничьем ожидании. И тут раздался хруст. Отвратительный, влажный, слившийся с сиплым вскриком койота, и через секунду всё затихло. Нил замер. Волк отпустил перегрызанную шею наглого конкурента, что в охотничьем азарте имел неосторожность ступить на его территорию, и поднялся. Нил никогда раньше не видел волков, даже издалека - кролики живут на открытой местности, а волки - в лесах, так что они, как правило, не пересекаются. Инстинкты велели ему замереть и затихнуть, рядом с таким величественным хищником. По сравнению с худощавыми койотами, крупный, атлетичный волк, казался.. великолепным. Он испытывал трепет перед этим существом, никогда прежде не встречая таких сильных хищников. И, возможно, кролик уже бредил, но он был рад от мысли, что его съест не койот, а настоящий волк. Созерцание прекратилось в тот момент, когда охотник медленно, зная, что раненная добыча никуда не денется, двинулся к нему. И вот опять эта игра в кошки-мышки, роль в которой Нилу совсем не нравилась. Он не попытался бежать, когда волк приблизился к нему. Не сопротивлялся, когда мощные лапы пригвоздили его к земле. О, он был гораздо сильнее койота. Против того кролик ещё мог отбиваться, но этот хищик.. Он прижал его одной лапой так, что Нил едва мог дышать, и казалось даже не напрягся. Колосальная разница в силе возбудила в нём инстинкт подчинения, пусть даже это значит неминуемую смерть. Он знал, что волк не будет его мучить. Тот же в свою очередь, поняв, что сопротивляться жертва не в силах, и вовсе отпустил его, принявшись вместо этого заинтересованно разглядывать и обнюхивать добычу. -Заяц.? Нет, даже кролик.. А я думал вы все передохли. - он приподнял Нила, обнюхав загривок. - самка.. - хмыкнул он, облизав струйку крови на его плече. Голос незнакомца был грубый, глухой, характерный хищникам. А его запах выбивал все мысли из головы, оставляя место лишь подчинению и животному, нездоровому желанию. Природа давала о себе знать - Нил вступил в брачный период около пары дней назад и феромоны сильного, здорового самца, совсем близко, били в голову. Он сглотнул. Его трясло, голова гудела, одна радость - тело онемело настолько, что он не чувствовал боли. Он обмяк в руках своего будущего убийцы и потерял сознание.