Первый шаг не в космос, а к тебе❤️‍🩹

      Утро в университете встречало Рида Ричардса привычным гулом коридоров и запахом кофе из старой турки, которую он тайком держал в лаборантской. Сегодня, как и всегда, он пришёл за сорок минут до лекции — разложил маркеры, проверил проектор, набросал на доске несколько уравнений. Его пальцы, крупные и слегка испачканные графитом, выводили формулы с той лёгкостью, которую дают только десятилетия практики. На висках уже давно посеребрилась седина, щетина на квадратной челюсти тоже кое-где тронута инеем — сорок два года давали о себе знать, но Рид не жаловался. Широкие плечи обтягивала тёмно-синяя рубашка с закатанными до локтей рукавами, и когда он потянулся за мелом, ткань натянулась на лопатках. Тёмные глаза — те самые, щенячьи, как иногда дразнила Сью, хотя вслух она говорила «собачьи, но умные» — бегло скользили по конспекту, пока гул за дверью аудитории нарастал. Двадцатиминутная стрелка настенных часов перевалила за отметку «начало пары», когда дверь с глухим стуком приоткрылась, а затем, после секундной паузы, в проёме показался парень. Высокий — под стать самому Риду, разве что плечи чуть уже, а в остальном такой же крупный, но с той мягкой неловкостью, которая бывает у молодых людей, ещё не привыкших к собственному росту. Русые волосы слегка вились на затылке, а серые глаза — боже, какие же они были добрые, как у щенка, которого только что отлучили от матери — смотрели на профессора с затаённой мольбой о снисхождении. — Мистер... — Рид оторвался от доски, оставив на ней полунаписанное уравнение распространения волновой функции, и медленно повернулся. Голос низкий, чуть хрипловатый, без раздражения — скорее с усталым любопытством. — Вы опоздали. На двадцать минут, если быть точным. Парень переступил с ноги на ногу, и солнечный свет из высокого окна упал на его лицо, высветив на левой щеке ту самую ямочку — она появилась сама собой, когда он виновато улыбнулся. — Трэвис, — тихо сказал он, и голос оказался глубже, чем можно было предположить по его виду. — Третий курс. Переводной. Извините, профессор Ричардс. Лифт сломался, а я... — он запнулся, словно не хотел оправдываться, но упрямство, жившее в этом парне, вдруг проявилось в том, как он выпрямил спину. — Я бежал четыре лестничных пролёта. Это не оправдание, я понимаю. Просто констатация факта. Рид положил мел на металлический лоток и скрестил руки на груди. Широкие ладони легли на бицепсы, и Трэвис на долю секунды задержал взгляд на этих руках — там, где сквозь закатанный рукав виднелась твёрдая линия мышц. А затем снова поднял глаза на лицо профессора. — Констатация факта, — медленно повторил Рид, и в уголках его губ мелькнуло что-то, отдалённо напоминающее усмешку. — Вы, кажется, студент физического факультета, мистер Трэвис. Если бы вы применили законы кинематики, то могли бы рассчитать, что бег с четвёртого этажа по лестнице занимает меньше времени, чем ожидание лифта, который, как вам должно быть известно, находится на плановом обслуживании третью неделю. В аудитории тихо засмеялись. Трэвис не обиделся — только сильнее вжал ямочку в щеку, отчего та стала почти издевательски очаровательной. — Значит, я совершил ошибку в выборе траектории, — спокойно ответил он, и в этом спокойствии было что-то не по годам взрослое. — Исправлюсь. Рид замер. На секунду дольше, чем следовало. Тёмные щенячьи глаза профессора встретились с серыми щенячьими глазами студента, и между ними проскочило что-то — не электричество, нет, скорее узнавание. Как будто один узнал в другом самого себя двадцать лет назад, только более мягкого, более стеснительного, но с тем же стальным упрямством внутри. — Садитесь, — сказал Рид, отводя взгляд первым. Он повернулся к доске и взял мел с такой силой, что тот хрустнул. — Наверстаете материал самостоятельно. Консультации — по средам после обеда, кабинет 304. Трэвис кивнул — Рид этого не видел, но краем глаза уловил движение в отражении стеклянной дверцы шкафа — и бесшумно проскользнул на свободное место у окна. Русые волосы упали на лоб, когда он достал тетрадь, и щенячьи серые глаза уже не смотрели на профессора — они уставились в конспект, но губы чуть заметно шевелились, повторяя написанные на доске формулы. Упрямый парень. Своенравный но и не позволяющий себя затоптать. Рид выдохнул — тихо, чтобы никто не услышал — и продолжил лекцию, чувствуя на затылке чей-то взгляд. Или ему просто показалось. --- К концу пары он уже почти забыл об этом инциденте, когда студенты начали собирать вещи, а в дверях показалась Сью — высокая, собранная, с планшетом под мышкой и выражением «мне нужно с тобой поговорить» на лице. Бен и Джонни маячили за её спиной, обсуждая что-то про машину. — Рид, — позвала она, и он поднял голову от разбора чьей-то контрольной. — Ты идёшь? Через час тренировка на полигоне. — Да-да, — он кивнул, собирая бумаги, и машинально скользнул взглядом по аудитории. Трэвис всё ещё сидел на месте, что-то дописывая в тетради, и на мгновение их взгляды снова встретились. Серые глаза моргнули, и по губам парня скользнула та самая тихая улыбка — с ямочкой, стеснительная, но тёплая. «Ну идиот, — подумал Рид про себя, зачем-то поправляя воротник рубашки. — Сорок два года, профессор, командир «Фантастической четвёрки», а ведёшь себя как...» Он не закончил мысль. Просто кивнул Трэвису в ответ и вышел в коридор, где Сью уже поджидала его с поднятой бровью. — Кто это? — спросила она как бы невзначай, когда они зашагали по коридору. — Новенький? — Переводной студент. Третий курс, — коротко ответил Рид, не глядя на неё. — Опоздал на лекцию. — Он на тебя так смотрел, — заметила Сью с лёгкой усмешкой. — Как Бен на барбекю в выходной. — Сью, пожалуйста, — устало произнёс Рид, но в его голосе не было настоящего раздражения. Только усталость. И что-то ещё, чему он пока не хотел давать имя.