Цена игнорирования

Дверь наглухо закрыта, а окна зашторены. В этой кромешной тьме, на кровати проглядывались два силуэта. Более массивный лежал на спине, прикрывая рот рукой, в тщетных попытках заглушить собственные тихие стоны. Второй же, удобно расположившись меж чужих ног, давит на них, раздвигая шире, с пару секунд просто осматривает всего мужчину, и облизнувшись, припадает к чужому члену. – Пугод, перестань... – через зажатый рот слышится хрипящим голосом фраза. Лежащий испытывал уже не первый оргазм за этот час, из-за чего его голос заметно дрожал, как и, собственно, всё тело, которое превратилось в сплошную эрогенную зону, чем нагло пользовался весь последний час названый Пугод. В прочем, на слова никакого внимания не обратили: лишь провели языком по головке члена, мягко обхватывая её губами и начали медленно посасывать, издеваясь, упиваясь вскриком напротив и желая высосать все соки из этого человека. – Пугод, – Неуверенная попытка снова выйти на контакт. После очередного игнорирования, мужчина решает в конечном итоге предпринять физическое воздействие. Убрав руку от рта, её перемещают на голову Пугода, пальцами зарываясь в спутаные шоколадные волосы и тянут назад, призывая отстраниться – Пугод, послушай меня... – на что получает шипение и грозный взгляд, сквозь чужие пышные ресницы. – Нет, Модди, это ты меня послушай. – Нагло прерывает собеседника чёрт – Я ждал два месяца. Два чёртовых месяца я покорно сидел как послушный пёсик, ждал, когда ты соизволишь обратить на меня внимание, займёшься со мной сексом в конце концов! Я долго пытался с тобой поговорить, и что в итоге? – Пылкая речь была протараторена, сплюнута, когда как в янтарных глазах была лишь обида на гране с гневом. Рука Модди, зарытая в волосах безвольно отцепилась, а сама его тушка была опрокинута обратно на кровать какой-то паранормальщиной. В след секундной дезориентации мужчина смог сфокусироваться на лице напротив. Парень в моменте замер, после согнулся и разразился дерущим горло кашлем, стараясь всеми силами прикрыть рот. По прошествию приступа он выпрямился, возвращая себе ту стальную осанку, и пальцами хозяйски прошёлся от паха, до кадыка, нагло беря подбородок мужчины показушно нежным жестом. – Так что теперь играем по моим правилам, Модди Чат. Модди не смог не заметить неправильную влажность чужих пальцев и тонкую струйку крови, стекающую с губ напротив.

***

Хрупкое тело подрагивает, на коленях приподнимаясь над пахом старшего. Руки, нашедшие опору в чужой груди, дрожат, еле держа своего хозяина. Одна из них тянется ниже, к чужому члену, и приподнимает его, направляя прямо в вагину. Блаженный стон срывается с губ Пугода, когда головка входит в него. Нежные стенки мягко обхватывают её со всех сторон, всасываю в себя, не давая и шанса покинуть это греховное место. В нетерпении чёрт ведёт тазом и в недолгих раздумиях насаживается на член полностью. Стеночки так правильно обволакивают орган, раздвигаются под напором. Внутри Пугода очень тепло, влажно, отбивает весь здравый смысл. – Модди, ты так глубоко.. – Сквозь собственные возбуждённые вздохи выпаливает Пугод. – Твой член, он такой большой... Модди прикрывает глаза, не в силах смотреть на это воплощение греха, которое без зазрения совести начинает скакать на его члене, резкими движениями вгоняя его ещё глубже. – Модди, ты такой красивый – Смеётся парень, смотря на такого распалённого мужчину под собой. Каштановые кудрявые волосы выбились из привычного хвоста, прилипая к потному лбу, нижняя губа искусана в кровь, а лицо предательски горит от возбуждения. Модди кружит голову, когда Пугод начинает в спутаном ритме сжиматься на нём. С каждым толчком чёрт набирает темп, уже полноценно прыгая на чужом паху. Член приятно бъётся о стенки вагалища. Выделения пошло хлюпают при каждом толчке, от собственного обилия начиная капать на постель под парнями. – Модди, посмотри – Пугод останавливается, рукой касаясь своего живота, где сквозь кожу проглядывается выпирающая головка члена. Изящные пальцы давят в это место, Модди нервно сглатывает. Толчки возобновляются с ещё большим энтузиазмом, чёрт больше не намерен томиться в ожидании. В задурманеном шёпоте с его губ слетают фразы, в которых красками расписаны все прелести члена Модди и то, что сам шляпник хотел бы с ним сделать. Предчувствуя чужой скорый конец, Пугод с хитрым прищуром замедляется, но лицо Модди, такое вожделенное и нуждающееся, не даёт издеваться уж слишком долго, поэтому через пару особо сильных толчков мужчина кончает в чужую вагину. Шляпник, упёршись руками на груди напротив, выгибается, закатывая глаза, в конечном итоге и руки его съежают, так что он валится на тело под собой. Рука Модди ложится на голову черта, мягко поглаживает, нежно перебирая прядки меж пальцев. Но его спокойствие длилось не долго, ведь чужая макушка приподнимается, а янтарные глаза снова отблёскивают той хитринкой. – Ещё раунд, Модди?

***

Солнце уже давно встало, а заспаный Чат только соизволил подняться с кровати. Прошлая ночь далась ему не легко, но долю собственной вины всего произошедшего он, к счастью, признаёт. Проходя на кухню он застаёт картину уже во всю что-то готовящего Пугода. Он слегка пританцовывает, напевая под нос известные только ему самому мелодии. Сложно было не заметить приподнятось его духа, в особенности, с контрастом меланхоличности его поведения в последние пару недель. Взгляд скользит по спине черта чуть ниже, и очевидно цепляется за тёмные перепончатые крылья. Крылья, что пропали со своего законного места ещё месяц назад. Укол вины неприятно колит в груди у Модди, ведь он правда не заметил. За занятостью по работе он перестал замечать очевиднейшие вещи вокруг себя. То, как его возлюбленый жалуется на проблемы со здоровьем, то, как горячо любимые владельцем крылья бесследно пропали с его спины. Всё списывалось на банальную простуду, смену сезона и желание шляпника поменять стиль. Но теперь Чату очень стыдно. Тихими шагами он подходит к Пугоду со спины, на что тот тихо ойкает, после чего желает доброго утра и интересуется самочувствием, а после удовлетворительного ответа возвращается к готовке. Большие тёплые руки обвивают хрупкое тело, на что получает возмущение, и требование отпустить, чтобы завтрак не был испорчен. Модди мягко целует черта в загривок, на что пыл последнего утихает. – Прости. Пугод поворачивает на него голову, смотря прямо в глаза собственным удивленным взглядом. В следующую же секунду он разражается звонким беззлобным смехом, рукой припадая к кудрявой макушке и поглаживая её. – Дурак ты, Модди.