Артефакты Кристалл и Скрижаль

Артефакты: Кристалл и Скрижаль Том 1

Введение:

Данное произведение вдохновленно Французским сериалом Miraculous: Tales of Ladybug & Cat Noir. Но в русской тематике, со своим лором, персонажами и рейтингом 18+ для полноты действий картины. В тексте могут присутствовать определенные ошибки в окончаниях некоторых слов, которые могли быть упущены при редактировании. Проект является любительской работой и ей занимается лишь 1 человек, поэтому даже при финальной проверке какие-то недочеты в окончаниях или падежах слов могут случайно остаться незамеченными. Произведение будет разбито по Томам с небольшим, но объемным количеством глав. Приятного чтения.

Глава 1. Школа Райских полей

Автобус трясло на каждой кочке. Андрей прижался лбом к холодному стеклу и смотрел, как лес за окном медленно превращается из густого в редкий, из тёмного – в серовато-зелёный, подсвеченный бледным утренним солнцем. Дорога здесь была старая, местами асфальт сменялся гравием, и тогда по салону разносился дробный шум, похожий на барабанную дробь. В салоне все о чем-то говорили, были слышны радостные повизгивания девушек в самом конце автобуса, которые до сих пор не могли поверить, что едут в лучшую школу страны. Рядом с Андреем же спал паренёк, в костюме и прилизанный каким-то лавандовым гелем. В окне слева и справа тянулись обычные поля, местами заросшие иван-чаем и диким клевером. Лес кончился совсем. Остались только берёзы – редкие, разбросанные по холмам, как белые спички, воткнутые в зелёный картон. Автобус снова подбросило. Андрей стукнулся лбом об стекло, немного зашипев от неожиданности. В этот момент смотрящий за учениками Вячеслав Степанович обернулся и спросил: – Парень, всё в норме? Андрей довольно тихо ответил: – Да. – А я смотрю ты грустный какой то, все радостные вон блестят как слитки золота – Это потому что родные не проводили? Видел, что ты один стоял автобуса дожидался «Один», – мысленно повторил Андрей. – Они не смогли, – ответил он вслух. Коротко. Не вдаваясь в подробности. Смотрящий хмыкнул, но ничего не сказал. Медленно повернулся осматривая учеников. Вдруг из радио автобуса заиграла знакомая песня, Андрей не знал её название, но отчетливо помнил. – Мама, наверное, знала. Мама любила старые песни. Подумал он с грустью. Он сосредоточился на том, что видел за окном. Берёзы кончились. Начались холмы – пологие, круглые, как спины спящих зверей. Между ними лежали луга, такие ровные и чистые, что казалось, по ним прошёлся гигантский утюг. Ни сора. Ни мусора. Ни одной заброшенной фермы. Идиллия. Андрею почему-то стало не по себе. Слишком правильно. Слишком гладко. Как картинка в журнале, которую рассматриваешь и понимаешь: так не бывает. «Не бывает, – подумал он. – Но я здесь. Еду туда, где всё должно быть идеально. Потому что если не здесь, то где?» Автобус сбросил скорость. Андрей выпрямился на сиденье, поправил лямку рюкзака, который так и держал за спиной. За очередным холмом показалась массивное здание, с громадным куполом по середине и двумя огромными блоками по бокам. Огромные белоснежно металлические ворота открылись и автобус заехал на территорию школы. Еще около 4 минут автобус колесил через сады и тропы до главного здания. И вот наконец он остановился. – Школа Райских полей, – объявил смотрящий. – Приехали, сейчас все по одному не толпясь выходим, ждём не разбегаемся, я всех отмечу и передам вас завучу. Двери открылись с шипением, впуская в салон запах бензина и дорожной пыли. Андрей вышел первым. И замер в ожидании остальных. Вслед за Андреем начали выходить остальные – сначала сонный парень в костюме, который так и не проснулся до конца, потом девушки из конца автобуса, которые вопреки словам смотрящего протолкались из самого конца чтобы быстрее выйти, всё ещё визгливые и с телефонными камерами наготове, а следом – все остальные. Андрей насчитал около двенадцати человек. Все его возраста. Все с рюкзаками и чемоданами. Почти все – в новой, явно купленной специально к школе одежде. «Надо было хоть в обувной забежать перед выездом», – подумал Андрей, опуская взгляд на свои потёртые кеды. – Построились! – голос Вячеслава Степановича щёлкнул как хлыст. – В одну шеренгу, быстро. Рюкзаки на плечах, чемоданы слева. Через пять минут вас встретит заместитель директора по учебной работе. Она ответит на все вопросы, покажет и расскажет про корпуса. После он ушёл за автобус покурить Двенадцать человек неловко переглянулись. Кто-то захихикал. Кто-то поправил волосы. Андрей встал ровно, положил рюкзак перед собой. Сосед слева – тот самый, в костюме – зевнул и почесал затылок. Соседка справа – девушка с рыжими кудрями и беспокойными глазами – нервно крутила в руках брелок с чем-то похожим на коготь или клык. – Волнуешься? – тихо спросил Андрей у неё. Она кивнула, не переставая крутить брелок. – А ты? – Тоже. Больше ничего сказать они не успели. По широкой гранитной лестнице, ведущей к центральному куполу, спускалась женщина. Андрей заметил её сразу – не потому, что она шла громко или быстро, а потому, что все сразу умолкли при её виде. Даже девушки с телефонами убрали их в карманы. Женщина была лет сорока, с короткой стрижкой и острым взглядом серых глаз. Одета в строгий тёмно-синий костюм, без единой складки. Туфли на низком каблуке стучали по камню с одинаковым интервалом – раз, два, три, четыре. Она остановилась перед шеренгой. Окинула всех взглядом. Медленно, как считывающая машина. – Я – Тамара Львовна, заместитель директора по учебной работе, – голос у неё оказался низким и спокойным, без лишних эмоций. – С этого момента вы – ученики школы «Райские поля». Вы останетесь здесь до одиннадцатого класса, если будете учиться на уровне и следовать правилам. Поэтому всё зависит только от вас. Все слушали с серьезными лицами. – Сейчас я расскажу вам главное. Запоминайте. Переспрашивать будет некогда. Она сделала шаг в сторону и указала на здание за своей спиной. – Центральный корпус – здесь ваши лекционные аудитории, библиотека, столовая и администрация. Слева – жилой корпус «Гнездо Б» для учеников 10-11 классов по конкурсному набору. Справа – жилой корпус «Гнездо А» для 1-11 классов постоянных учеников. Вы – в «Гнезде Б». Живёте по двое. Соседей определит система, не вы. Андрей бросил взгляд на левое крыло за макушками деревьев. Огромное, из серого камня и стекла. «Там я буду жить», – подумал он, и это прозвучало в голове как-то нереально. – Территория школы, – продолжила Тамара Львовна, – огорожена. Выход за пределы только после окончания занятий под подпись у сторожа Владимира Григорьевича. В город – только по заявлениям, которые рассматриваются лично директором, на автобусе, который приезжает сюда каждый вторник, четверг и выходные, точное расписание на остановке. Нарушителей ждут наказания в виде уличных работ на выходных. Без исключений. Она сделала паузу. Посмотрела на каждого так, будто гадала, кто первый нарушит. – Внутри территории вам доступны: спорткомплекс с бассейном, конюшня, парковая зона, теплицы и несколько небольших корпусов для дополнительных занятий такие как изобразительное искусство и ваяние. Всё это вы увидите по ходу обучения начиная с завтра. Сегодня – заселение, первый классный час в 17:00 и ужин в 18:00. Рыжая девушка с брелоком подняла руку. – Да? – Тамара Львовна повернула голову. – А… а где будет классный час, да и где столовая? Мы сами найдём или… – Найдёте. Лекционный кабинет номер 1. Навигация по всей территории. Или спросите у постояльцев. Они не кусаются. – В её голосе проскользнуло что-то похожее на усмешку, но сразу исчезло. – Вопросы есть ещё? Тишина. – Тогда так. Вячеслав Степанович проведёт вас в администрацию. Там получите ключи от комнат, навигационную карту и постоянные карты доступа к технике и учебным помещениям в школе. Всё. Разойтись. Она развернулась и пошла обратно к лестнице. Каблуки отсчитали раз-два-три-четыре, и она скрылась за массивными дверями центрального корпуса. Андрей выдохнул. Он даже не заметил, что задерживал дыхание. – Ну и леди, – пробормотал парень в костюме. – Как будто на допросе. – Зато информативно, – сказал Андрей тихо, так, чтобы никто не услышал. Рыжая с брелоком повернулась к нему: – Слушай, а ты как думаешь, тут wi-fi есть? Андрей пожал плечами. – Узнаем в администрации. Администрация оказалась большой светлой комнатой с высокими потолками и запахом свежего кофе. Андрей не успел рассмотреть детали – его, как и остальных, пропустили через турникет, сфотографировали, вложили в руки пластиковую карту с его фамилией и странным чипом, а затем выдали ключ с брелоком. – Карта – для входа в корпуса и учебные помещения, – монотонно объясняла девушка-администратор за стеклом. – Ключ – от комнаты. Не потеряйте. Восстановление – пять тысяч рублей за ключ и столько же за карту. «Пять тысяч», – мысленно повторил Андрей, пряча ключ во внутренний карман рюкзака. – «Я на такие деньги могу две недели жить». Он отошёл в сторону, пропуская следующего. Рыжая с брелоком уже получила свои ключ и карту и теперь пыталась прикрепить карту доступа к шнурку на ремне, но пластик никак не пролезал в зажим. – Давай помогу, – сказал Андрей. Она молча протянула карту. Андрей ловко просунул шнурок в отверстие – мама научила его этому ещё в начальной школе, когда он постоянно терял пропуск в раздевалку. – Спасибо, – она выдохнула. – Я Алиса, кстати. – Андрей. – Андрей, – повторила она, будто запоминая. – А ты кого боишься в соседи получить? – Не знаю. Лишь бы не храпел. Алиса усмехнулась. Совсем не так громко, как те девушки из автобуса. Сонный парень в костюме получил свою карту последним – задержался, потому что забыл, где лежит паспорт. Вячеслав Степанович, дождавшись, когда все соберутся, громко хлопнул в ладоши. – Так, птенцы. У вас час до классного часа. Сейчас я проведу вас через сад к «Гнезду Б», покажу, как дойти. Дальше сами. Согласно списку на первом этаже – находите свою комнату, обустраиваетесь. В 16:50 – чтобы все были перед лекционным кабинетом номер 1. Опоздаете – наказание. Он повернулся и зашагал прочь из администрации, даже не проверив, идут ли за ним. Сад между центральным корпусом и жилыми зданиями оказался огромным. Андрей не сразу понял, что это вообще сад – слишком дико, слишком свободно. Никаких ровных дорожек и подстриженных кустов. Старые дубы росли там, где хотели, их корни выпирали из земли, заставляя обходить или перешагивать. Между деревьями петляла тропинка, выложенная тёсаным камнем, кое-где заросшая мхом. – Красиво, – сказала Алиса, крутя головой. Андрей промолчал. Он думал о другом. Он думал о том, что три года назад его мама лежала в больнице, а из окна были будто бы те же дубы. Андрей ускорил шаг. Вячеслав Степанович остановился у массивной стеклянной двери, врезанной в серую каменную стену. Над дверью висела металлическая табличка: «Гнездо Б». – Вот, – он махнул рукой. – Внутри на стенде – список по комнатам. Этажи подписаны. Лифты справа, лестница прямо. Вроде всё. После этих слов он развернулся и пошёл обратно к автобусу. Они остались одни. – Он реально нас бросил? – послышался женский голос из толпы. – Он же сказал, дальше сами, – ответил какой-то паренёк. Андрей первым толкнул от себя тяжёлую стеклянную дверь. Та не поддалась, он приложил карту которые им недавно выдали, нажал плечом – и внутри повеяло прохладой и тишиной Холл «Гнезда Б» напоминал лобби дорогой гостиницы. Белый мраморный пол, мягкие диваны у стен, живая зелень в кадках, огромная люстра под потолком. Никакой школьной атмосферы – скорее бизнес-центр или санаторий. У стены стоял информационный стенд. Андрей подошёл первым. Список комнат был напечатан мелким шрифтом. Он пробежался глазами по фамилиям в поисках своей. Иванов Андрей Андреевич – комната 417. Сосед: Морозов Кирилл Витальевич. – Эй, – раздалось сбоку. – Соседим? Андрей обернулся. Рядом стоял тот самый парень в костюме – сонный, прилизанный лавандовым гелем, но уже без пиджака на себе, а перекинутого через плечо. – Да, – сказал Андрей. – А ты, выходит, Морозов? – Кирилл, – парень зевнул. – Только не говори, что ты из тех, кто встаёт в шесть утра и делает зарядку. – Не из тех. – Повезло. Алиса подошла следом. Она нашла свою фамилию в списке – комната 421, соседка какая-то Виктория – и вздохнула с облегчением. – Хоть не с теми визжалками из автобуса, – прошептала она. Андрей кивнул. Ему тоже повезло. Кирилл выглядел безобидным. – Четвёртый этаж, – сказал он, глядя на номер комнаты. – Пошли, что ли? – Пошли, – Кирилл поправил рюкзак и направился к лифту. Андрей бросил последний взгляд на холл – на диваны, на люстру, на живые растения в кадках – и пошёл следом. Комната 417 оказалась не тем, что представлял Андрей. Он ожидал небольшие койки, тумбочки и казённые просто подкрашенные стены – что-то вроде частной больничной палаты или квартиры в новостройке, где он жил с родителями. Кирилл открыл дверь, и Андрей замер на пороге. Две широкие кровати с белоснежным постельным бельём. Между ними – прикроватные тумбы из тёмного дерева. Письменный стол на двоих, с двумя лампами и встроенными розетками. Отдельный санузел – Андрей заглянул мельком, увидел кафель и большую душевую кабину. И огромное окно почти до потолка, выходящее на сад и дубы. – Ничего так, – Кирилл скинул рюкзак на ближайшую кровать и без сил плюхнулся рядом. – Я думал, для конкурсников хуже будет. Андрей медленно прошёл к окну. Прижался лбом к холодному стеклу – точно так же, как в автобусе несколько часов назад. Только теперь за окном не мелькали берёзы, а неподвижно стояли старые дубы. Те самые. – Ты какую берёшь? – спросил Кирилл, не открывая глаз. – Что? – Кровать. Какую берёшь? Левую или правую. Андрей оглянулся. Правую уже занял Кирилл. Левая стояла у окна. – Мне левая подойдёт, – сказал Андрей. – Забились. Кирилл зевнул и, кажется, мгновенно уснул, даже не сняв костюм. Андрей аккуратно положил рюкзак на стул, достал блокнот, ручку сменил футболку. Всё остальное – учебники, тетради, старая мамина фотография – осталось лежать в рюкзаке. Он взглянул на часы. 16:30. До классного часа – тридцать минут. – Я пойду, смотри не проспи – сказал он в пустоту. Кирилл не ответил. Андрей вышел из «Гнезда Б» один. Остальные, видимо, уже потянулись к центральному корпусу, чтобы осмотреться – во всяком случае, у стеклянных дверей никого не было. Он ступил на ту же тропинку, что и полчаса назад. Та же плитка, тот же мох, те же дубы. Но теперь он шёл медленно. Солнце уже не светило – оно висело где-то за кронами, пробиваясь редкими жёлтыми лучами. Воздух стал прохладнее. Где-то в ветках застрекотала птица – одна, потом вторая, потом тишина. Андрей смотрел на дубы и не мог отвести взгляд. «Три года, – подумал он. – Три года прошло, а я всё ещё будто смотрю в то окно». Он остановился. Тропинка вела дальше, к центральному корпусу – белая лестница уже немного виднелась вдалеке между стволов. Нужно было идти. Опоздание – наказание. Вячеслав Степанович не шутил. Но ноги не слушались. «Мама любила дубы, – пришло откуда-то из детства. – Говорила, они помнят всё. Придут люди, уйдут люди, а дубы стоят». Андрей зажмурился. Сильно, до звёздочек в глазах. – Ты в норме? Голос раздался сбоку. Совсем близко. Андрей вздрогнул и открыл глаза. Слева от тропинки, в густой траве под дубом, стояла девушка. Не из их автобуса – он бы запомнил. Короткая тёмная стрижка, серо-голубые глаза, легкий блеск на лице. Обычная одежда – худи с капюшоном, джинсы, кеды. Но выглядела она именно так, будто вышла со всеми из автобуса, никак не из тех шишек которые тут всю жизнь живут. – Я в порядке, – сказал Андрей, хотя голос его чуть дрогнул. – Не похоже, – она сделала шаг к нему, обходя корни. – Ты из новеньких? – Да. А ты откуда? – Я…ну из леса…а по месту жительства из «Гнезда А» – Девушка с улыбкой указала в сторону «Гнезда А». – Решила посмотреть, кого к нам завезли. Все по тропинке прошли уже, а ты стоишь. – Задумался. – О чём? Андрей не знал, что ответить. Не говорить же незнакомке про маму, про больницу, про дубы. Но и врать не хотелось. Что-то в её взгляде – не навязчивом, не высокомерном – заставляло говорить правду. – О деревьях, – сказал он наконец. Девушка усмехнулась. Совсем не громко, как Алиса, а как-то мягче, будто удивилась. – О деревьях? – переспросила она. – В первый раз слышу, чтобы новенький в первый день о деревьях думал. Обычно все новоприбывшие парни думают какие здесь компы стоят в IT аудитории, какой пароль от wi-fi, зал спортивный ищут, площадки и тому подобное. Андрей невольно улыбнулся. – Здесь правда wi-fi есть? – спросил он. – Есть конечно, куда же без него сейчас, – ответила она. – Единственное, пароль знают только постоянные ученики. Новичкам дают через несколько дней, чтобы вникли в расписание. – Ну в целом справедливо. – пробормотал Андрей – Добро пожаловать в Райские поля. – Девушка протянула руку. – Я Марина. Андрей пожал её ладонь. Тёплая. Сухая. Уверенное рукопожатие. – Андрей. – Андрей, – повторила она, как Алиса, но по-другому. С любопытством, а не для запоминания. – Ну что, Андрюшка, пойдём на классный час? А то опоздаем. – Что? А ты с нами в группе? – с удивлением спросил Андрей. «И почему Андрюшка?» – прогнал он в мыслях. – Конечно, а ты думал, что вы будете в отдельной как белые вороны? – с ухмылкой ответила ему Марина. – Ну пойдём. – задумчиво ответил Андрей Он только сделал шаг вперед как она тут же окликнула его. – Андрей! Он с испугом ответил – Что? – Чего ты такой серый? Всё по плану, по правилам, по разметочке. Как робот – Ну так нельзя опаздывать на классный час тем более в первый день. – вопросительно ответил он. – Вам то точно нельзя, но можно же пройти через живой лес сразу к кабинету, а не через эти блёклые стены и тухлые лица администраторов. – Она указала рукой в сторону, где дубы росли гуще, и не дожидаясь ответа, шагнула в траву. Андрей на секунду задумавшись, пытался понять зачем она вообще решила провести новичка которого знает 5 минут через лес, но по неизвестной причине решил пойти за ней. Марина не соврала про короткую дорогу. Лесок, в который она свернула, оказался не таким уж густым – просто старые дубы росли здесь чуть чаще, а тропинка, если присмотреться, всё же была. Не плитка, конечно, а просто примятая трава, но Андрей видел, что по ней ходили. И не раз. – И часто ты так ходишь? – спросил он, переступая через выступающий корень. – В основном, – ответила Марина, не оборачиваясь. – По главной дорожке через парадную всё время ходят кучки напыщенных овец и баранов. А здесь – тихо, спокойно, уважительно. – выделила она. – И что это значит? – То и значит: хочешь идти на занятие в спокойствии – выбирай пути где тебя не обольют словесным поносом и оскорблениями с ног до головы. – сказала она шутливым, но громким тоном. Андрей замолчал. Ему показалось, что последняя фраза была не шуткой, а напутствием, но он всё равно усмехнулся. Они вышли к центральному корпусу сбоку – там, где Андрей не ожидал увидеть дверь. Обычная металлическая дверь, крашеная бело-кремовой краской под тон стен школы, с табличкой «Запасной выход. Кабинет №1». – Выходит прямо на улицу? – удивлённо спросил Андрей. – Удобно, правда? – Марина толкнула дверь. – Конкурсники, в основном так ходят, ну по крайней мере последние выпускники ходили. А постояльцы, через главный вход, через администрацию. – Спасибо, что показала. – Не за что. Она шагнула внутрь, и Андрей – следом. Кабинет оказался не таким, как представлял Андрей. Он ожидал обычный школьный кабинет – парты, доска, портреты классиков. Вместо этого – амфитеатр. Парты поднимались ярусами от доски к задней стене. Два ряда – левый и правый. Между ними проход. – Ого, – вырвалось у Андрея. – Привыкай, – тихо сказала Марина. – Здесь всё не как везде. За учительским столом сидела молодая женщина. На вид – чуть за тридцать, русые волосы собраны в низкий пучок, очки в тонкой оправе. Одета просто – светлая блузка, тёмные брюки. Никакой строгости Тамары Львовны. – Марина! – женщина улыбнулась. – А я думала, ты сегодня как всегда с новенькими паровозиком придешь. – Лариса Николаевна, я бы с радостью, но надо было робота одного в строй вернуть, а то завис. – с улыбкой сказала Марина. – Я не завис, – сказал Андрей. – Я… задумался. Учительница посмотрела на него с мягким любопытством. – Задуматься в первый день – это похвально. – Лариса Николаевна. Ваша классная руководительница. Добро пожаловать. – Андрей…Иванов. – Располагайся пока, – Лариса Николаевна кивнула в сторону парт. – Остальные скоро подойдут. Марина уже шла к правому ряду, к самой последней парте у окна – того самого, что выходило на улицу, к лесу. – Я там, – бросила она через плечо. Андрей кивнул. Он сел на вторую парту левого ряда. Отсюда было хорошо видно доску, дверь, и весь кабинет. Привычка ещё с обычной школы – садиться так, чтобы контролировать пространство, да и не отвлекаться лишний раз. Через пять минут дверь открылась. Вошли конкурсанты. Андрей сразу узнал Алису – она вошла с какой-то высокой девушкой с прямыми тёмными волосами. Видимо, та самая Виктория из списка. Кирилл плёлся сзади, сонный, но уже без пиджака, просто в рубашке с закатанными рукавами. – Проходите, рассаживайтесь, – Лариса Николаевна указала на свободные парты. Алиса села на первую парту правого ряда – поближе к проходу. Кирилл – подсел к Андрею. Остальные конкурсанты рассеялись по свободным местам. Кто-то сел в центр, кто-то – в конец. Кто-то, как Андрей, положил перед собой блокнот. Кто-то просто смотрел по сторонам. Всего Андрей насчитал двенадцать человек. Как и было в автобусе. И через минуту после них вошли они. Андрей сразу понял, что это постояльцы. Они вошли – с полной уверенностью, гордой, самовлюбленной походкой. Не спеша. Не оглядываясь. Семь человек. Четверо парней, три девушки. Они были одеты в разное – никакой униформы здесь не было, – но их одежда… Андрей не умел разбираться в брендах, но он умел замечать детали. У одного парня кроссовки, которые он очень часто видел в старой школе, все ходили и гадали оригинальные или нет. «Ну у этого то точно подлинные» – подумал Андрей. У девушки на запястье – часы, блеснувшие даже при тусклом свете. Другая девушка – с идеальной укладкой, как с обложки. И все они смотрели на конкурсантов. Не враждебно. Скорее с любопытством и презрением. Как в зоопарке. – О, а этот будто ящики с рождения грузил, – хмыкнул один из парней, кивая на Кирилла. – Небось проспал автобус и тебя все ждали. – Почти, – зевнул Кирилл. – Но меня разбудили. – Кто, слюни капающие на пол? – Вообще то родители. Семнадцатью пропущенными звонками. Постояльцы – засмеялись. Конкурсанты молчали. Лариса Николаевна хлопнула в ладоши. – Так, садимся все. У нас не так много времени. Постояльцы начали рассаживаться. Кто-то сел на первый ряд – ближе к учителю. Кто-то – в конец, но к Марине из постояльцев никто не сел. Девушка с идеальной укладкой заняла соседнюю парту справа от Андрея, через проход. Парень в модных кроссовках – прямо перед ним. Марина осталась на своём месте. На последней парте правого ряда, у окна. – Отлично, – Лариса Николаевна встала так, чтобы её видели все. – Меня зовут Лариса Николаевна, я ваш классный руководитель на этот и следующий год. У нас сегодня много дел, но начнём с главного – знакомства. Она взяла маркер и написала на доске крупными буквами: 10 «А». – Вы – десятый «А». В этом классе двадцать человек. Восемь из вас – постоянные ученики Райских полей. Двенадцать – те, кто прошёл конкурсный отбор. Разницы между вами нет. Запомните это сразу. – Ага, – раздалось с первой парты. Тот самый парень в кроссовках. – Конечно, нет. Кто-то из постояльцев хмыкнул. Лариса Николаевна посмотрела на говорящего. Спокойно. Без злости. – Егор, хочешь выйти и подождать в коридоре? Парень замолчал, но улыбка с его лица не исчезла. – Итак, – продолжила Лариса Николаевна, – сейчас я пройдусь по списку, вы будете вставать, и называть одно своё увлечение. Просто чтобы мы друг друга запомнили. Поехали. Она начала с постоянных учеников. – Канаева Виолетта. Поднялась та самая девушка с укладкой из журналов. – Рисую. В основном портреты известных людей. Следующий – Егор. Тот самый в кроссовках. – Баскетбол и машины. – Какие машины? – спросил кто-то из конкурсантов, не удержавшись. Егор посмотрел на него как на насекомое. – Те, которые стоят дороже твоей жизни. Тишина. Лариса Николаевна вздохнула, но ничего не сказала. Просто отметила что-то в своём списке. Далее кто-то увлекался конным спортом, кто-то – литературой, кто-то просто “пейзажами” – «Андрей мысленно прибавил к этому слову “с личного самолёта”, но вслух, конечно, не сказал». Марина встала, когда Лариса Николаевна назвала её фамилию. – Марина. Паркур и… – она замялась на секунду, – стрит арт. Андрей удивился. Паркур никак не вязался с её образом. – «Природолюбка и паркур со стрит артом тоже самое что в молоко кетчуп добавить» – подумал он. Потом начались конкурсанты. Алису назвали первой. – Люблю… ну, брелоки коллекционировать. И читать. Кирилл был следующим, поднялся лениво, опираясь рукой о парту. – Спать. И программировать. Но в основном спать. Кто-то из постояльцев усмехнулся. Остальные конкурсанты называли свои увлечения: футбол, волейбол, компьютерные игры, настолки, музыка, книги. Обычные подростки. Обычные интересы. Когда очередь дошла до Андрея, он встал. – Андрей. Люблю изучать новое. И… – он на секунду задумался, – анализирую. – Что именно? – спросила Лариса Николаевна с интересом. – Всё, – ответил Андрей и сел. Сзади, с последней парты правого ряда, он услышал тихое: – Хах, ну точно робот. Классный час тянулся долго. Лариса Николаевна рассказывала про расписание, про кружки, про правила внутреннего распорядка. Постояльцы слушали с лёгкой скукой – они это уже знали. Конкурсанты слушали внимательно, некоторые записывали. Андрей заметил, что никто из постояльцев не сел на одно место с конкурсантами. Максимум – через проход или на другую парту. Как тот Егор перед ним. Или девушка с идеальной укладкой справа. К концу урока напряжение стало почти физическим. – И последнее, – Лариса Николаевна закрыла папку. – У нас есть традиция. В первый учебный день все новые ученики проходят небольшое тестирование. Не по предметам. Просто чтобы мы понимали, как вам лучше адаптироваться и дать советы по будущим профессиям. – Как называется? – спросил кто-то из конкурсантов. – «Новый путь», – ответила Лариса Николаевна. – Ничего страшного. Завтра после завтрака у вас указанно в расписание на первом этаже «Гнезда Б». Андрей почувствовал, как в животе что-то сжалось. Он не боялся тестов. Он боялся неизвестности. Постояльцы встали и начали расходиться, Марина подошла к нему. Не через проход, а прямо, обойдя парты. – Ну как тебе наш коллективчик? – Пока ничего, – осторожно ответил Андрей. – Ничего – это дипломатично. – Она улыбнулась. – Лариса Николаевна хорошая. А вот некоторые… – она кивнула в сторону Егора, который уже подходил к выходу смотря на часы, громко обсуждая что-то с друзьями, – к ним надо привыкнуть. – Привыкну, – сказал Андрей. – Привыкнешь, – повторила Марина. – Ладно, пойду. Встретимся на ужине, возможно. Она развернулась и вышла через ту же дверь, с которой они пришли. Прямо в лес. Андрей посмотрел ей вслед, потом перевёл взгляд на доску. «Новый путь». «Посмотрим, что это за путь», – подумал он Ужин объявили не звонком – Андрей заметил это сразу. Просто в какой-то момент Лариса Николаевна взглянула на часы и сказала: – Всё, свободны. Столовая в центральном корпусе, первый этаж, направо от входа. Не потеряетесь. Конкурсанты потянулись к выходу. Все – через основной, но Андрей, машинально двинулся к запасному, но вспомнил, что дверь выводит в лес, а не к столовой, и развернулся. В тот же момент он задумался – «Зачем же тогда Марина пошла через лес?» Но он решил на этом не зацикливаться, ну пошла и пошла, захотелось. И вышел в коридор Кирилл догнал его уже там. – Слушай, – начал он, понизив голос, – а эта, с кем ты говорил… Марина вроде. – Ну. – спокойно ответил Андрей. – Ты её раньше знал? – Нет. А что? Кирилл оглянулся по сторонам – в коридоре было людно, конкурсанты смешивались с постояльцами, все шли в одну сторону – Кирилл дёрнул Андрея за рукав, заставляя притормозить. – Я просто подумал, – сказал он тише, – она же из этих. Из «Гнезда А». Из богатеньких вроде. (Хотя её одежда и увлечения не подтверждали этого) – Ну и? – Ну и посмотри на неё. Она с тобой разговаривала. Нормально так. Ни одного подкола. Ни одного взгляда сверху вниз. – И что в этом плохого? Да и подколы это норма в новом коллективе – Андрей искренне не понимал. Хотя всё никак не забудет про «робота» Кирилл посмотрел на него как на ребёнка. – Андрей, ты видел, как они на нас смотрели? Егор этот, Виолетта, остальные. Как на мебель. А она? Она прошла с тобой до кабинета, села отдельно от них, потом подошла после урока… Не странно? – Может, она просто не такой человек, – пожал плечами Андрей. – Может, – Кирилл недоверчиво склонил голову. – А может, она хочет что-то выведать. Приблизиться, узнать слабые места, а потом… – он щёлкнул пальцами. – И нет тебя. Андрей остановился. – Ты параноик. – Я реалист, – поправил Кирилл. – Они все – одна стая. Даже если кто-то прикидывается овечкой, по факту всё равно волк. Ты же видел – над ней никто не шутил. Ни Егор, никто. Её не трогали. – Потому что она не первый год уже здесь, – ответил Андрей. – Вот именно, – Кирилл ткнул в него пальцем. – Не первый год, а значит Своя. А ты – чужой. И я чужой. И все мы тут чужие. А если Своя вдруг начинает с чужими якшаться, значит, либо она дура, либо у неё план. Да и ты видел вообще, как она одета? Их родители в сторону такой одежонки даже не смотрят, а она разгуливает как в родном. Андрей хотел возразить, но не нашёл слов. Что-то в рассуждениях Кирилла было… логичным. Слишком логичным. «Но Марина не выглядела фальшивой», – подумал он. – Ладно, – сказал он наконец. – Посмотрим. – Посмотрим, – Кирилл хлопнул его по плечу. – Только потом не говори, что я не предупреждал. Они пошли дальше, вливаясь в общий поток. Столовая оказалась такой же огромной, как и всё здесь. Высокие потолки, длинные столы на десять человек каждый, мягкий свет из матовых плафонов. Никаких подносов и очередей – у входа стояли стойки с уже расставленными тарелками. Как в ресторане. Шведский стол с кучей разнообразной еды. Андрей взял поднос, огляделся. Из всех блюд и вкусностей решил взять то что более знакомо, кремовое картофельное пюре и котлету Конкурсанты сами собой сгруппировались у дальних столов – подальше от центра, где уже расселись постояльцы. Не потому, что кто-то запрещал. Просто так было… спокойнее. Кирилл сразу направился к свободному месту рядом с Алисой и её соседкой. Андрей хотел сесть рядом, но в последний момент заметил Марину. Она сидела одна. У единственного маленького столика у окна столовой За столом, где собрались остальные постояльцы, она не заняла места. На столе лишь чай, в тарелке салат и что-то похожее на спагетти, и рядом кусок хлеба. В стороне ото всех. – Своя, но сидит поодаль ото всех сразу, – подумал он Андрей секунду поколебался, потом поставил поднос рядом с Кириллом и сказал: – Я сейчас. – Куда ты? – Кирилл поднял бровь. – Узнаю кое-что. Он подошёл к столу у окна. – Свободно? – спросил он, уже зная ответ. Марина подняла глаза. – Что же ты, тут уже сидит господин Невидимка. – с улыбкой во весь рот сказала она.  – Садись, робот Андрей – после маленькой паузы продолжила Марина. – Только кормить не обещаю. Сама голодная. Андрей сел, напротив. – Почему ты не с ними? – он кивнул в сторону стола постояльцев. – Не люблю, когда говорят с набитыми ртами, – Марина откусила кусочек хлеба. – И обсуждают, у кого прислуги больше. – А со мной почему общаешься? Да и в принципе с конкурсантами? – Андрей вспомнил слова Ларисы Николаевны о том, что она всегда приходит с конкурсантами. – А с вами интереснее, – она улыбнулась. – Вы выглядите живее. Ну ваша большая часть. – в этот момент она так посмотрела на Андрея напоминая то что он ведёт себя как робот. Он оглянулся на стол, где сидел Кирилл. Тот смотрел на них. С выражением «мы для неё чужие». «Может, он действительно параноик, – подумал Андрей. – Или же, просто не умеет доверять людям». Он посмотрел на Марину. Она спокойно ела салат, не обращая внимания на взгляды ни с той, ни, с другой стороны. – А ты, – сказал он тихо, – ты к кому себя относишь? Марина отставила вилку. – Сам то как думаешь? Она не отвела глаз. Смотрела прямо, спокойно, без вызова. Андрей выдержал её взгляд. – Не знаю, – честно ответил он. – Пока не знаю. – Ну вот когда узнаешь – скажешь, – она снова взялась за вилку. – А сейчас иди ешь, а то остынет. Котлеты здесь, между прочим, отменные. Андрей встал и тут же подумал. – «А когда она разглядела что у меня в тарелке если постоянно смотрела в окно?» После ужина конкурсанты пошли обратно в «Гнездо Б». По пути к ним присоединились другие конкурсники – не только из 10 «А», но и старшеклассники. Андрей заметил это сразу: по разговорам, по лицам. Кто-то шёл с книгой, кто-то слушал музыку в наушниках, кто-то устало волок ноги после учебного дня. Все чужие. Все из разных городов. – Говорят, первая неделя самая тяжёлая, – услышал он чей-то голос слева. Девушка из параллельного класса, на вид постарше. – А потом привыкаешь. – К чему привыкаешь? – спросил кто-то. – К тому, что среди постояльцев ты здесь никто, – ответила она беззлобно. – И чтобы нормально учиться нужно привыкнуть к оскорблениям как к ветру с утра. Андрей шёл и слушал. Ветер дул в лицо, дубы темнели на фоне закатного неба, и где-то вдалеке уже загорались огни «Гнезда Б». Тут же ему вспомнились слова Марины: «…хочешь идти на занятие в спокойствии – выбирай пути где тебя не обольют словесным поносом и оскорблениями с ног до головы…». Конкурсанты поднялись на свои этажи. Разошлись по комнатам. В коридоре стало тихо. Кирилл отключился минут через десять после того, как они вернулись с ужина. Сначала бормотал что-то про “эту Марину”, про “странную одежду”, про то, что “они все одинаковые”. Потом зевнул, отвернулся к стене и засопел. Андрей лежал с открытыми глазами. Он смотрел в потолок и перебирал в голове события дня. Автобус. Дубы. Тамара Львовна. Комната, похожая на гостиницу. Марина в лесу. Её взгляд. Подколы с роботом. «Странная», – подумал он. – «Но не фальшивая. Или я просто хочу так думать?» Он повернулся на бок, лицом к окну. За окном было темно. Дубы превратились в чёрные силуэты на фоне чуть более светлого неба. Ни луны, ни звёзд – только густая синева, похожая на чернила. Андрей закрыл глаза. И в тот же миг комнату залило белым. Он вскочил, не понимая, что происходит. Сердце заколотилось. Слева засопел Кирилл – его даже свет не разбудил. Андрей подбежал к окну. Небо над Райскими полями… расплывалось ярким светом. – Охренеть… Он не нашёл другого слова. Чёрная синева разрывалась тонкими светящимися линиями – как трещины на стекле, но в воздухе. Струя света словно след от фейерверка исходила со стороны Петербурга: после яркий столб разделился на пять частей одни уходили к горизонту, другие – вверх, третьи – вниз, к земле. Они пульсировали. Медленно. Как дыхание. «Что это?» Две линии летели прямо в сторону школы. Точнее, за неё. В сторону полей, которые Андрей видел утром по дороге сюда. Любопытство перебороло страх. Он натянул джинсы, накинул худи, сунул ноги в кеды – не завязывая. Кирилл даже не шелохнулся. Андрей выскользнул в коридор. Четвертый этаж «Гнезда Б» спал. Коридор был пуст, только дежурные лампы горели у лифтов. Андрей прошёл к окну в конце этажа – оттуда открывался вид на купол центрального корпуса и учебные блоки. Он прижался лбом к стеклу. Линии света всё ещё были там. Две из них – самые яркие – медленно снижались, падая куда-то за территорией школы. Одна – в поле слева, другая – по ощущениям ближе к воротам и дороге. Андрей смотрел, не отрываясь. И не заметил, что на крыше купола кто-то есть. Марина тоже не спала. Она вообще плохо спала в первую ночь после каникул – слишком много мыслей, слишком много людей. А сегодня ещё и эти новенькие. Особенно один. Который застыл между дубами и смотрел на них, как на призраков. «Робот», – усмехнулась она про себя, перебираясь с одного выступа на другой. Крыша купола была её любимым местом. Сюда никто не лазил – слишком высоко, слишком опасно. Но Марина знала каждый выступ, каждую трещину в камне. Два года паркура не прошли даром. Она уже собиралась спускаться, когда небо взорвалось от луча света. Марина замерла. Светящиеся линии – длинные, тонкие, неестественно яркие – расходились от одной точки где-то высоко-высоко. Как вены. Как корни. Как… она не знала, как. Две линии падали прямо сюда. Одна – в поле. Вторая – в неизвестном месте она будто постоянно дергалась из стороны в сторону меняя траекторию. Марина почувствовала, как внутри что-то ёкнуло. Не страх. Интерес. Дикий, животный интерес. «Надо посмотреть». Она не стала думать. Те, кто думает, опаздывают. Она скользнула вниз по водосточной трубе, махом перебежала лесок перед «Гнездом А», обошла его к стороне забора и через дуб и кирпичные выступы ловко вскарабкалась на его середину, после чего мощными рывками миновала оставшуюся половину и перебравшись на другою сторону запыханым голосом сказала: – Лишь бы подушка была на месте. После этих слов она спрыгнула вниз и приземлилась на кучу примятой травы, смягчившую её падение – Да, подушка на месте, ой, только достаточно травы ветер растаскал, весь зад отбила. Немного покорчившись она побежала в сторону светящегося нечто, что по ощущениям вместе с ней упало в поле. Андрей всё ещё стоял у окна на четвертом этаже «Гнезда Б», когда внизу мелькнула тень. Он не поверил своим глазам. Кто-то – в чёрном, быстро– пробежал через лес в сторону «Гнезда А» «Кто… кто это был?» Андрей проводил фигуру взглядом, пока она не скрылась в темноте. Потом перевёл взгляд на купол. Пусто. И вдруг понял. Там, на крыше, кто-то был. И этот кто-то только что слез с неё и побежал в сторону, где упал осколок света. «Кто бы это ни был, он знает, что делает. А я стою здесь и пялюсь в окно». Андрей рванул к лестнице. В это время Марина бежала по полю, не разбирая дороги. Трава хлестала по ногам, а впереди – уже совсем близко – мерцал тусклый, пульсирующий свет. Не тот, ослепительный, который разорвал небо. Другой. Тёплый. Почти живой. Она сбавила шаг, когда поняла, что бежать больше некуда. Круглый след – метров пять в диаметре – будто что-то тяжёлое и горячее врезалось в землю и пропахало её на полметра вглубь. Трава вокруг обуглилась, но не горела. Пахло углём и чем-то сладким, как переспелые яблоки. В центре воронки что-то лежало. Марина подошла ближе, стараясь ступать тихо, хотя вокруг никого не было. Цепочка. Обычная на вид – серебристая, тонкая, с маленьким кулоном в виде прозрачного камня. Камень тускло светился изнутри – тем же тёплым, янтарно-белым светом, что и само небо минуту назад. – Цепочка? Серьёзно? А как так вообще вышло? Она огляделась. Ничего больше. Ни обломков, ни дыма, ни взрыва. Просто цепочка в маленькой воронке. Марина протянула руку. Коснулась. Металл оказался прохладным. Камень – гладким, как стекло. Не раскалённым. Не обжигающим. Обычным. Но в тот же миг, когда пальцы сомкнулись вокруг кулона…. Яркая вспышка – но где-то позади. Марина хотела обернуться, но вдруг появился голос. Не громкий. Не мужской и не женский. Просто – голос. Как мысль, которую кто-то вложил тебе в голову. «Приветствую тебя, госпожа». – Чего? – прошептала Марина. «Я – Омут Начала. То, из чего всё родилось. И то, что теперь будет с тобой. Если ты примешь меня». Марина резко обернулась назад. Позади неё, на расстоянии вытянутой руки, летала сфера. Светящаяся, полупрозрачная, размером с теннисный мяч. Внутри клубилось что-то белое, похожее на туман или дым. Сфера пульсировала в такт её словам. «Я здесь», – сказал голос, но теперь он шёл оттуда. Из сферы. – Ты…что или кто вообще? – Марина сделала шаг назад, но не убежала. – Ты что, глюк? «Я реальна. Более реальная, чем эта земля у тебя под ногами. Но если тебе так проще – считай меня джином. Только все твои желания я не исполню». Марина посмотрела на цепочку. – Так, я че угашенная? Почему летающая лампочка разговаривает, да и вообще почему она летает? «Я поведаю тебе ответы на все волнующие тебя вопросы». Но для начала ты должна уйти отсюда. Опасность рядом». – Чего? Чего? Опасность? – переспросила Марина. – Я с забора спрыгнула посмотреть, что за херня упала с неба. Видимо не удачно приземлилась и сейчас нахожусь в глубокой комме… Марина хотела продолжить, но сзади, со стороны дороги, донеслись голоса. – Там упало! Я видел! – Ты уверен? Потому что в этом поле искать какую-то мелкую херню я не намерен. – Уверен! Там впереди упало отвечаю. Марина резко обернулась. В темноте, у забора, вроде бы не было видно света. Голоса становились громче, но света от фонарей не было видно нигде – Твою мать, – прошипела она. Сфера дёрнулась и погасла. Голос в голове прошептал в последний раз: «Беги обратно. Там безопасно. Сохрани цепочку». Марина не стала раздумывать. Она сунула цепочку в карман худи, развернулась и рванула в противоположную голосам сторону – к школе, обратно к забору, но дальше «Гнезда А». Сзади всё ещё слышались голоса. – Смотри, воронка! И земля обгоревшая! – Я говорил! – Да заткнись ты, тут пусто. Надо доложить. Марина бежала, не оглядываясь. Сердце колотилось так, что казалось, его слышно по всему полю. – Цепочка. Омут. Какого хрена только что произошло? Не дай бог я какую-то радиоактивную херню подняла. Она выскочила к забору с другой стороны, подальше от «Гнезда А». Но была проблема. – А как я блять теперь перелезу обратно? – нервным шёпотом произнесла Марина. Сзади снова послышались голоса. – Смотри тут трава примятая. Отвечаю кто-то захапал и свалил – Ты идиот? Кто посреди ночи вылезет из школы в поле? Марина легла в траву на спину затаив дыхание. – Ну не знаю сторож может, или гуляка какой. – Хоть что-то умное сказал. Сторож! Пойдем к воротам у него и узнаем кто тут по полям ходит. – А следы? ­­– Чего следы? Отвяжись ты уже от этих следов, барсук небось или заяц пробежал. Это поле, тут куча живности по ночам лазит. Марина даже не заметила, как одни голоса исчезли и снова явился тот самый… «Госпожа. Ты в безопасности, можешь подниматься» – Блять, может я реально упала сломала себе шею или позвоночник и лежу теперь в огонии, а эти два голоса с поля – это врачи, борющиеся за мою жизнь? «Успокойся, я всё тебя объясню, но сначала тебе нужно попасть к себе и передохнуть» – А как я это сделаю? Тут нет опоры чтобы до средней перекладины забора добраться. «Надень цепочку на шею и просто скажи Омут создай начало. После переберись на другую сторону забора и так же скажи Омут скрой свою силу.» – Я точно ебнулась. Марина достала цепочку из кармана и с осторожностью надела себе на шею. – Ну ладно…эм…Омут…создай начало. После этих слов Марина почувствовала тепло по всему телу после чего оно стало покрываться чем-то похожим на броню из жемчужных камней. Длилось это буквально меньше секунды. – Нихуя себе! Что это за пляжные доспехи? – Лампочка? Что дальше то? – Сказать сказала, а перелезть то как? Марина попыталась допрыгнуть до перекладины на заборе, но так высоко прыгнула что смогла ухватиться за самый верх. – Это как вообще? – вырвалось у неё на верхушке забора. Она перелезла на другую сторону и собрав волю в кулак спрыгнула на землю. На её удивление ничего кроме касания о Землю она не почувствовала. Даже боли в ногах. – Ладно что там нужно сказать то? Омут…скрой свою силу. Броня из жемчуга так же быстро исчезла, как и появилась. Марина решила сразу направиться в сторону «Гнезда А» чтобы лечь на кровать в надежде что это ОЧЕНЬ странный сон. На момент изучения Мариной странной находки, Андрей в это время выбежал из «Гнезда Б». – Так ну и где осколки света? – произнёс Андрей в поисках линий света на небе. Он решил оглядеться вокруг и заметил в лесу между дубов в стороне по которой он сегодня добирался до первого кабинета какое-то тусклое свечение. Он решил проверить что там сияет. Подойдя ближе, он увидел много опавших и будто опаленных листьев и светящийся браслет на одной из поломанных веток. Он подумал: «Раз светится значит горячее либо же просто материал, который светиться в темноте, возможно из наших кто-то потерял». Он стянул рукав худи, обхватил браслет через ткань – на случай, если тот горячий – и понёс находку в комнату. Чтобы уже завтра на свежую голову узнать чей он. В этот момент он размышлял: «Может мне просто приснились эти полосы света в небе, а этот браслет возможно и вовсе потеряла Марина, ведь, по её словам, она часто здесь ходит, ну в крайнем случае кто-то из конкурсных старшеклассников мог его так повесить и забыть». Пока он размышлял он и не заметил, как быстро дошёл до своей комнаты. Дверь была слегка приоткрыта, Андрей так резко выбежал из комнаты что забыл до конца закрыть дверь. Тем не менее Кирилл сопел как не в чём не бывало, даже несмотря на это Андрей аккуратно подошел к своей кровати открыл верхний ящик тумбочки и выложил туда найденный браслет. Он все еще излучал тёмное и немного фиолетовое свечение Андрей хотел потрогать его, чтобы до конца убедиться, что он не горячий, но ощутив, что рукав, которым он брал браслет не нагрелся решил, этого факта достаточно, он задвинул ящик тумбочки. И сняв кеды, джинсы и худи лёг спать.

Глава 2. Артефакты История Омутов

Утро началось с противного звона. Марина поднялась довольно бодро, несмотря на её ночные похождения. «Райские поля», – пробормотала она. – «Первый день. Конкурсанты. Цепочка…» Она резко села и схватилась за шею. Пальцы нащупали тонкий металл. Холодный. Настоящий. – Не сон, – выдохнула она. И в тот же миг воздух перед ней сгустился. Из ниоткуда проявилась сфера – та самая, что вчера висела над воронкой. Теннисный мяч. Светящийся. Пульсирующий. «Доброе утро, госпожа. Выспалась?» – Ты… – Марина потёрла глаза. – Ты реален или реальна? «А ты сомневалась?» – Я надеялась, что это был странный сон после неудачного падения с забора. «Сны не созидают реальность». Марина замолчала. Потом медленно, очень медленно, спросила: – И…что теперь? «Теперь – разговор. Я расскажу тебе, что я. Отвечу на твои вопросы. Как и было обещано». Она откинулась на подушку. – Валяй. Только коротко. У меня учёба, знаешь ли. «Цепочка что ты нашла вчера – Артефакт, созданный самым Первым человеком очень давно. Я Омут Начала (голос постепенно стал больше похож на женский), в полной тьме я единственное что существовало, и вот я решила создать вселенную, звезды, планеты, жизнь, всё о чём ты знаешь и не знаешь». – Погоди. – перебила Омут Марина. – Ты бог что ли? «В людском понимании, да». – Охренеть. – схватившись за голову произнесла она. – Я стащила бога с полей. «Если тебе так будет проще. Но я не единственный…бог…в погоне от одиночества я создала ещё 5 Омутов, своих детей: Реальность, Течение, Вознесение, Стихия и Конец. Все они помогали мне в естественном управлении вселенной. Реальность – создаёт внешнюю часть моих творений, планет, звёзд и вас людей. Течение – отвечает за ход времени и истории во вселенной. Вознесение ­­– контролирует баланс и естественных ход адаптации и эволюции живых существ. Стихия ­– управляет всеми природными и вселенскими явлениями. И наконец мой единственный сын Конец ­­– он определяет до какого момента будет существовать всё во вселенной». – Нет слов. – c ошеломлением произнесла Марина. – Но что боги, управляющие всей вселенной делают в цепочке? И при чём тут я вообще? «Видишь ли, когда мы создали Первого человека, мы наделили его всем самым лучшим: интеллектом, внешностью, силой, долголетием, выносливостью. И он посчитал что Конец слишком опасен и не стабилен, поэтому он и я решили что все Омуты без исключения должны быть заключены в украшениях, Артефактах, что позволяют лишь направлять уже готовую вселенную по естественному пути, но истинную нашу силу и мощь может использовать лишь носитель Артефакта. Единственное чего он тогда не знал, что по ходу истории люди будут не только добрыми и рассудительными, но еще злыми и алчными, поэтому Первый собрал все Артефакты и заключил их в жеод который сокрыл глубоко в недрах этой планеты». – То есть кто-то нашёл этот жеод? И поэтому вчера всё небо светилось как новогодняя ёлка? «Именно, но этот человек не нацелен использовать Артефакты во благо, поэтому жеод взорвался и высвободил их так далеко как мог». – Но я нашла один. Из пяти? «Один из шести. К сожалению Артефакт Вознесения остался у него. Что и пугает ведь с его возможностями ему не составит труда найти все остальные. Поэтому я прошу тебя принять силу, которую я могу даровать и найти все Артефакты раньше него». – Но я обычная девушка, с обычными увлечениями, хоть и с богатыми родителями. Как я буду искать какие-то божественные побрякушки? «Не бойся, я материнский Омут, и я могу ощущать присутствие своих детей поблизости, единственное я не могу ощущать тех что имеют носителя. Сейчас это Омут Вознесения, но я чувствую, что Омут Конца очень близко. Тебе необходимо его отыскать». – Мне и школьных проблем хватало так теперь и божественные свалились. «Я осознаю твоё негодование, но пойми, что, если тот человек заполучит Артефакты ваш мир, как и вся вселенная может навсегда исчезнуть». – Хорошо лампочка, я постараюсь, в меру возможностей. «Зови меня Начало, но если хочешь можешь придумать мне своё наименования для более легкого восприятия». – Нет, у всего есть название, а у тебя есть имя, и ты тем более не мой раб так что ты Начало, а я Марина, не госпожа, не владыка, просто Марина. «Хорошо, Марина. Артефакт Конца где-то здесь, у него нет носителя что упростит поиски, тебе нужно всего лишь идти туда где его аура сильнее всего. С этим я тебе помогу». – А если тебя увидят? Тогда злодею будет легче понять у кого материнский Артефакт если он тоже где-то здесь. Да и Артефакты всегда выглядят одинаково ну твой цепочка, а у другого… «Не волнуйся, меня способна видеть лишь носительница Артефакта и слышать тоже, поэтому единственное что будет странно для окружающих только то, что ты будешь говорить с воздухом. Но Артефакты и правда всегда одинаковы единственное что может сделать носитель – это изменить его внешне, не изменяя объект целиком». – Нужно изменить цепочку на что-то другое. Во-первых, потому что я не люблю цепочки и прочие объекты внешней роскоши, а во-вторых потому что тот, кто хочет получить Артефакты явно знает, как они выглядят в своём обычном понимании. – Поэтому…пусть…будееет…чокер и вместо камня сердечко чтобы выглядело более банально. «На твоё видение Марина». В этот же момент цепочка засияла на шее девушки и через секунду на шее был темный чокер с сердечком вместо камня. – Неплохо, – она провела пальцами по бархату. – Ладно, живём. – Мне прям кровь из носа необходимо найти Артефакт Конца? «Желательно, ведь в руках злодея он будет опаснее всего, но я не думаю, что он доберётся до него раньше тебя. Так что ты можешь провести день как обычно и в свободное время уже заняться поисками. Тем более может я смогу ощутить более точное местоположение пока ты ходишь по территории». – Отлично, щас у новичков как раз физуха, пока до стадиона буду идти возможно найдешь его. Марина встала, потянулась и пошла в ванную. Вода была горячей. Она умылась, почистила зубы, расчесала свою короткую стрижку. В зеркале отражалась та же девушка, что и вчера. Только на шее – чокер. В холодильнике нашёлся йогурт. Марина выпила его прямо из банки, стоя у окна. Дубы за стеклом выглядели обычными. Никакого свечения. Никаких следов вчерашнего. – Ладно, нужно растрясти мозги, чтобы лучше думалось. – на часах было 6:05 Она переоделась в спортивки, накинув легкую толстовку на молнии и надев кроссовки без шнурков, вышла в коридор. «Гнездо А» по утрам выглядело очень уютно. Мягкий свет, ковровые дорожки, картины на стенах. Марина спустилась на первый этаж и направилась к выходу. Но за стеклянными дверьми, на улице, перед большим холстом, стояла Виолетта. Та самая. С идеальной укладкой, с часами на запястье, с портретами известных людей в своём списке увлечений. Она рисовала. – Марина, – голос Виолетты остановил её. Негромкий. Спокойный. – Ты сегодня опять круги наматывать с конкурсниками? – Круги только вы можете наматывать, вокруг школы обсуждая причёски, – ответила Марина, не оборачиваясь. – А я тренирую выносливость. – Я видела, ты вчера одна сидела. За ужином. – И что? – Ничего. – Виолетта мазнула кистью по холсту. – Просто интересно. Ты обычно всегда к новичкам примазываешься. Марина повернулась. – А тебе то какое дело? Виолетта не отвела взгляд от холста. Спокойная, как и до этого. – Никакого, – холодно ответила она. – Просто спросила. Марина хотела сказать что-то резкое, но передумала. Не с утра. В голове еще крутилась история про Омуты. – Увидимся на учёбе, – бросила она и повернула в сторону леса. Он встретил её прохладой и запахом мокрой коры. «Райские поля», – подумала Марина, вдыхая полной грудью. – «Начало второго дня. А по факту уже десятый год». Она свернула на более заросшую тропинку которая вела за главное здание на стадион недалеко от спортивного комплекса. Где сегодня проходит первое занятие Физкультуры у новых конкурсантов. Ровно в 7:00 комнату 417 разорвал будильник. Андрей не спал уже минут десять – просто лежал с открытыми глазами и смотрел в потолок. Браслет в тумбочке. Светящиеся линии в небе. Тень, которая промелькнула в сторону «Гнезда А». Всё это не давало уснуть, даже когда тело было без сил. Кирилл заворочался первым. – Выключи эту хрень, – простонал он, не открывая глаз. Андрей потянулся к телефону, смахнул будильник. – Вставай. Первый учебный день. – Первый учебный день можно начинать и в восемь, – Кирилл натянул одеяло на голову. – Физкультура в 8:30. Ты хочешь спать – спи. Я пошёл умываться. Слово “физкультура” подействовала лучше любого будильника. Кирилл сел на кровать, растрёпанный, с торчащими во все стороны светлыми волосами. – Точно. Физра. Блин. Он сполз с кровати и поплёлся в ванную следом за Андреем. Умывались они молча. Андрей смотрел на своё отражение – тени под глазами стали чуть темнее, но не критично. «Ничего», – подумал он. Кирилл, наоборот, бормотал что-то себе под нос, пытаясь одновременно почистить зубы и пригладить волосы. – Слушай, – начал Андрей, выплёвывая пасту в раковину, – не помнишь у Марины, вчера на руке ничего не было? Кирилл, с щеткой в зубах ответил: – Вроде бы нет. С чего ты взял? – Не знаю. Показалось возможно. – вполголоса сказал Андрей – У неё на руках кроме рукавов худи ничего не было, – сказал Кирилл спокойно. – Ты просто слишком зациклился. Андрей хмыкнул, но спорить не стал. На завтрак они достали из холодильника в комнате масло, сыр и немного колбасы (всё что осталось у них двоих с дороги). Андрей соорудил два бутерброда, залил кипятком пакетики с чаем, и они сели за письменный стол. – Ну и денёк сегодня, – Кирилл откусил половину бутерброда. – Физра, потом этот тест… «Новый путь». – Боишься? – Не боюсь. Просто не люблю, когда меня оценивают, – он прожевал. – А ты? – Я тоже не люблю. Но это часть игры. – Игры? – Кирилл поднял бровь. – Ну да. Мы здесь, чтобы пройти отбор. Получить лучшее образование. Это игра. Просто правила придумали не мы. Кирилл задумался. Потом кивнул. – Мудро. Не ожидал от робота. Андрей усмехнулся. – Я не робот. Просто ещё не проснулся. Они доели молча. Кирилл – быстро, Андрей – размеренно, как будто каждое движение имело значение. – А, про Марину, – снова начал Кирилл, когда допил чай. – Ты вчера с ней сидел. О чём говорили? – Ни о чём. Спросил, почему она не с постояльцами. – И? – Сказала, что не любит, когда жуют с открытыми ртами и обсуждают прислугу. Кирилл фыркнул. – Смешно. Но я всё равно ей не доверяю. – Ты никому не доверяешь. – Потому что это школа элиты, Андрей. Здесь доверять постояльцам – себе дороже. Андрей не ответил. Он смотрел в стену, думая о браслете, который нашёл вчера и пытался нарисовать точный образ рук Марины. – Ладно, – встав произнёс он. – Пора переодеваться. Форма для физкультуры у них была разная, у Андрея была более обтягивающая футболка и спортивные штаны, а у Кирилла оверсайз футболка и шорты. Андрей натянул штаны и футболку, зашнуровал кроссовки (сегодня – нормально, не в кедах). Кирилл возился дольше – никак не мог найти второй носок. – Ты когда-нибудь соберёшься? – А ты когда-нибудь перестанешь каждую мелочь сканировать? – Идём уже. Они вышли из комнаты в 8:10. Двадцать минут на дорогу – хватит с головой. Остальные тоже начали выходить из комнат. Андрей выбрал ту самую тропинку. Через лес, где вчера тот застыл между дубами. Утром здесь было по-другому. Солнце пробивалось сквозь кроны, делая листья почти прозрачными. Где-то в ветках перекликались птицы. Трава блестела от росы. – Красиво, – сказал Кирилл, оглядываясь. – Но ожидаемо от школы для богатеньких. – Здесь не только для богатеньких, – ответил Андрей. – Здесь и для таких, как мы. – Таких, как мы? – Которые хотят стать лучше. Всеми силами. Кирилл промолчал. Андрей знал: он понял. Они прошли мимо того самого дуба, где вчера стояла Марина. Андрей замедлил шаг, посмотрел на примятую тропинку. «Она здесь была», – подумал он. – «И браслет...Точно был её. Всё на это указывает». – Ты чего? – Кирилл остановился. – Ничего. Задумался. Они пошли дальше. Справа, за дубами, уже виднелись крыши спорткомплекса, а далее по тропинке виднелся стадион. – Опоздаем? – спросил Кирилл. – Не опоздаем. У нас ещё десять минут. – ответил Андрей, глядя в телефон Большая беговая дорожка, поле с ярко-зелёной травой, трибуны на сто, а то и двести мест – всё выглядело так, будто здесь проводили не школьные уроки, а областные соревнования. Конкурсанты 10 «А» собирались кучками у входа. Кто-то шёл на трибуны, кто-то стоял, разминаясь. Андрей заметил Алису сразу – её рыжие волосы светились в лучах раннего солнца. Рядом с ней стояла высокая девушка с прямыми тёмными волосами. Виктория. Та самая соседка по комнате. – Пошли, – сказал Андрей Кириллу и направился к ним. – Привет, – Алиса улыбнулась, когда они подошли. – Выспались? – Я – вроде да, – Кирилл зевнул. – Этот, – он кивнул на Андрея, – похоже, нет. – Нормально я спал, – ответил Андрей. – Я Андрей, а это Кирилл. – обратился он к соседке Алисы. – Вика, – ответила девушка с тёмными волосами. – Алиса вас упоминала. – В каком смысле? – спросил Кирилл. – В разном, – Вика улыбнулась уголками губ. – Но в основном в хорошем. Андрей огляделся. В стороне, у входа на беговую дорожку, стояли четыре девушки из автобуса – те самые, которые протолкались вперёд всех. Они о чём-то перешёптывались, поглядывая на парней. Чуть дальше – четверо парней, которых Андрей запомнил ещё по автобусу. Кто-то из них уже начал отжиматься. – Слушайте, – Кирилл понизил голос, – никто не в курсе, почему у нас в учителях указаны два человека? Вавилонов Матвей Дмитриевич и Вавилонов Геннадий Дмитриевич. Фамилии одинаковые. – Братья, наверное, – пожала плечами Алиса. – Близнецы, – поправила Вика. – Я у старшеклассников спрашивала. Они оба ведут физру. Говорят, классные, справедливые и с юморком – Близнецы – это как? – удивился Кирилл. – Два одинаковых мужика смотрят как ты разминаешься, накидывая друг другу шутки? – Типа того, – усмехнулась Вика. – Весело, – протянул Кирилл. Андрей слушал вполуха. Он заметил на беговой дорожке одинокую фигуру. Кто-то бежал. Бежал ровно, слишком устремленно. – А это кто? – спросил он, указав взглядом в сторону дорожки. Все повернулись. – Не видно, – сказала Алиса, щурясь. – Но бежит красиво. – Это кто-то из постоянных, – Вика усмехнулась. – Она всегда одна на физру ходит. – Марина, что ли? – уточнил Кирилл. – Не помню точно. В этот момент с другой стороны стадиона к ним направились двое мужчин. Андрей сразу понял – братья. Одинаковый рост, одинаковые короткие стрижки, одинаковая спортивная одежда. Только у одного на лице была лёгкая небритость, а у другого – гладкое чистое лицо. Иначе их было не различить. На вид – лет двадцать пять – двадцать восемь. – Десятый «А»? – спросил тот, что с небритой щетиной. – Да, – ответил кто-то из конкурсантов. – Ждём, пока бегун закончит круг, и начинаем, – сказал второй. – А пока – разминайтесь. Они махнули рукой в сторону беговой дорожки, где всё ещё бежал человек, и направились к трибунам. Сели у края, наблюдая. – Мда, – протянул Кирилл. – Два одинаковых Вавилоновых. Не знаю, как их запоминать. – По щетине, – сказала Вика. – У одного есть, у другого нет. – Гениально. Андрей уже не слушал. Он смотрел на беговую дорожку. Фигура приближалась. Спортивные штаны, обтягивающие ноги. Такой же топ – яркий, подчёркивающий фигуру. Поверх – легкая толстовка с короткими рукавами, почти не скрывающая плечи. И шея. Полностью открытая. Но на ней что-то было. Когда бегунья поравнялась с ними, Андрей узнал её. Марина. Она замедлилась, прямо перед ними будто буксуя своими кроссовками по поверхности дрожки. По лбу и шее текли капли пота – она выжала из себя всё. Грудь тяжело вздымалась после пробежки. Лицо раскраснелось. Короткие тёмные волосы прилипли ко лбу. – Привет, – выдохнула она, ни к кому конкретно не обращаясь. – С Вавилоновами уже общались? – Да, они сказали ждать пока ты закончишь – Алиса спокойно и мягко ответила. – Отлично. Значит щас с вами возиться буду. Андрей заметил, как Кирилл замер. И не только он. Парни из их группы – те, что отжимались – тоже смотрели. Не отрываясь. Марина провела рукой по лбу, стирая пот, и встряхнула головой. – Чего уставились? – спросила она с лёгкой отдышкой. – Никогда не видели, как человек бегает? – Ладно, 10 «А», – раздался голос с трибун. Один из Вавилоновых – с щетиной – поднялся на ноги. – Построились! – Погнали, – Марина развернулась и пошла к учителям, даже не оглянувшись. Кирилл выдохнул. – Ничего себе, – сказал он тихо, чтобы никто, кроме Андрея, не услышал. – Что – ничего себе? – Ты видел её? Фигура ничего се… – он не договорил. – Видел. – перебил его Андрей и не мог не согласиться. «На её шее он разглядел чокер. Значит ли это, что браслет не её? Но тогда чей? Нужно будет спросить напрямую.», – подумал он. – Пошли, – сказал он вслух. – А то Вавилоновы нас пинками построят. Они двинулись к трибунам. Десять «А» построился в две неровные шеренги перед трибунами. Кто-то ещё дожевывал жвачку на ходу, кто-то поправлял форму. Братья Вавилоновы стояли напротив, скрестив руки на груди – близнецы, как в зеркале. – Так, – начал тот, что с небритой щетиной. – Я – Матвей Дмитриевич. Это мой брат – Геннадий Дмитриевич. – Но вы можете обращаться к нам дядя Вавилон, – добавил второй, с чисто выбритым лицом. – Мы не обидимся. Нас мало кто различает. – Если будете опаздывать – обидимся, – уточнил Матвей Дмитриевич. – Сильно. Кто-то из конкурсантов нервно хохотнул. – Правила на стадионе простые, – Геннадий сделал шаг вперёд. – Не бегаем, где не положено. Не лазаем по трибунам без спроса. Не материмся при девушках. – А при нас можно, – вставил Матвей. – Мы взрослые люди. – Если вы, конечно, готовы отжаться за каждое крепкое словцо, – закончил Геннадий. Кирилл покосился на Андрея и тихо прошептал: – Они мне нравятся. – Не отвлекайся, – так же тихо ответил Андрей. – Разминка – десять минут, – объявил Матвей. Потом – упражнения на координацию. Вопросы? – А если не умеем? – спросил кто-то из парней в заднем ряду. – Научим, – коротко ответил Геннадий. – Для того мы здесь. Матвей оглядел шеренгу и направился к выходу со стадиона. – Мне нужно отойти к директору, – бросил он через плечо. – Гена, справишься? – Конечно, – усмехнулся Геннадий и повернулся к группе. Его взгляд скользнул по лицам конкурсантов и остановился за их спинами. Там, в отдалении, у самого края беговой дорожки, Марина делала растяжку. Одна. Спокойно. – Марина! – окликнул Геннадий. Она подняла голову, не прерывая упражнения. – Да, Геннадий Дмитриевич? – Забери девчонок. Проведи им базовую разминку с координацией. Ты в этом деле профи. Марина выпрямилась. Окинула взглядом группу девчонок – четырёх из автобуса и Алису с Викой, что стояли с краю. Потом перевела взгляд на парней. – С моей базой они без ног останутся, – сказала она спокойно, без жестокости, но с полной уверенностью. – Давайте лучше я парнями займусь. Им явно не помешает улучшить координацию. Геннадий поднял бровь. Не удивлённо – скорее с интересом. – Думаешь, справишься? – Думаю, они, не справятся, – уверенно ответила Марина. Группа парней загудела. Кто-то обиженно, кто-то с вызовом. Кирилл, например, усмехнулся и покосился на Андрея. – Она серьёзно? – прошептал он. – Похоже на то, – ответил Андрей, не сводя глаз с Марины. Геннадий сделал паузу. Потом улыбнулся – одобрительно. – Хорошо, – сказал он. – Парни – твои. Только не калечь. Они нам ещё на тест нужны. – Постараюсь, – Марина шагнула к группе парней, и те невольно расступились. – Ладно, птенчики. Перед полосой разминка. Делаем растяжку, садимся на шпагат. – Вы что, издеваетесь? – спросил кто-то. – А ты попробуй, – ответила она. – И не ной. Андрей смотрел, как она уверенно, без тени смущения, командует парнями, некоторые были выше её на голову. И не мог отделаться от мысли, что вчерашняя и сегодняшняя Марина – два разных человека. «Или мне просто кажется», – подумал он. Геннадий отошёл в сторону, наблюдая за происходящим с лёгкой усмешкой, подзывая оставшуюся группу девчонок на разминку. А в голове у Андрея всё крутилось одно и то же: Браслет в его тумбочке. «Сегодня спрошу», – решил он. – «Обязательно спрошу». Разминка под руководством Марины длилась минут десять. Но для некоторых парней эти десять минут растянулись в вечность. – Ноги сейчас отвалятся, – простонал Кирилл, пытаясь дотянуться руками до земли. – Терпи, – бросила Марина, не глядя на него. – Это только начало. – Ты садистка? – Нет. Я человек. Андрей молчал. Он выполнял упражнения без жалоб, но внутри у него всё горело. Непривычные нагрузки давали о себе знать – мышцы ног дрожали, пресс болел после третьего подхода. Он старался не показывать вида, но Марина, кажется, замечала всё. – Ты как, не каратнуло еще? – спросила она с усмешкой, проходя мимо. – Нормально, – выдавил он. – Врёшь, – улыбнулась она. – Но стараешься. Это плюс. Она двинулась дальше, оставляя за собой шлейф лёгкого пота и едва уловимого запаха мяты. – Ладно, – объявила она, когда последний парень кое-как дотянулся до земли. – Разминка окончена. Теперь – полоса препятствий. – Какая ещё полоса? – спросил кто-то из линии. – Такая, – Марина махнула рукой в сторону другого конца стадиона. Там, за беговой дорожкой, начиналась настоящая полоса. Неровные квадраты, выложенные в шахматном порядке – по ним нужно было прыгать, не наступая на стыки. Дальше – лесенка из перекладин на высоте полуметра от земли. По ней нужно было перебираться на руках, не опуская ноги. Высокая деревянная стенка, которую предстояло миновать любым способом. И в конце навес под которым нужно было проползти. – Вы серьёзно? – спросил Кирилл, разглядывая препятствия. – Абсолютно, – раздался голос сбоку. К ним подошёл Геннадий Дмитриевич. – Это не просто физкультура, дети. Это подготовка вашего тела. А с ним всегда сложно. – Настолько сложно? – спросила Алиса, которая вместе с остальными девчонками уже закончила свою разминку. – Не пугай их, Гена, – усмехнулся Матвей, подходящий к толпе. – Пусть сначала полосу пройдут. – Кто первый? – спросил Геннадий. – Я, – Марина шагнула вперёд. – А кто сомневался, – усмехнулся Матвей Дмитриевич. Марина подошла к старту. Сосредоточилась. И по команде рванула. Она прыгала по квадратам легко, как будто делала это каждый день на протяжении всей жизни. Перекладины – ещё быстрее, перебирая руками с такой скоростью, что Кирилл присвистнул. Стенку она перелетела за секунду – подбежала, оттолкнулась, долетев до середины так же оттолкнулась от опор, перекинула тело и приземлилась на другой стороне. Навес она вовсе проскользила будто бы мгновенно после падения – Двадцать пять секунд, – объявил Матвей Дмитриевич, глядя на секундомер. – Отлично, на секунду раньше был бы рекорд. Марина отряхнула руки с ногами и вернулась к группе. – Ваша очередь, – сказала она, глядя на парней. – Она что, сверхчеловек? – прошептал Кирилл. – Нет, – ответил Андрей. – Просто в форме. – Еще в какой. Андрей не ответил. Он смотрел на Марину. Думая, как не навязчиво узнать про браслет – Эй, – окликнула она его. – Так внимательно наблюдал, наверное, следующим будешь? Андрей кивнул и вышел на старт. Сердце колотилось. Он посмотрел на полосу – квадраты, перекладины, стенка, навес. Марина прошла это за двадцать пять секунд. Ему не нужно было её время. Ему нужно было просто не упасть и не соскочить. «Не упасть. Не соскочить», – повторил он про себя. Матвей Дмитриевич поднял руку. – Внимание… Марш! Андрей рванул. Квадраты – он пропрыгал бодро, но не так легко, как Марина. Ноги слушались, но не летели. Он чувствовал каждый удар ступни о покрытие. Перед перекладинами он остановился. Замер на несколько секунд, оценивая расстояние, высоту, хват. Марина начала прохождение сразу с прыжка – он не мог. Ему нужно было подумать. – Давай, Андрюха, не спи! – крикнул кто-то сзади. Кажется, Кирилл. Он схватился за первую перекладину. Пальцы сжались – мышцы болели после разминки, руки дрожали. Он перебирал руками, перекидывая тело с одной перекладины на другую. Пальцы кое-как держали его на весу, но он двигался. Медленно, но верно. Последняя перекладина – и он спрыгнул на землю. Стенка. Андрей оглядел её, прикидывая, как будет проще залезть. Справа – небольшой выступ, слева – гладко. Он выбрал правую сторону. Подбежал, оттолкнулся, ухватился за край. Подтянулся. Перекинул ногу. Ещё секунда – и он наверху. «Не так сложно, как выглядело», – подумал он, спрыгивая вниз. Навес. Лечь на живот, оттолкнуться руками, ползти. Марина проскользила под ним мгновенно – он так не умел. Он полз, быстро перебирая руками и подтягивая ноги. Пот капал с лица, пальцы цеплялись за траву. Выполз на другую сторону. – Пятьдесят семь секунд! – объявил Матвей Дмитриевич, глядя на секундомер. – Очень даже неплохо для первого раза. Андрей встал, отряхнул колени. Ноги дрожали, руки гудели, но он прошёл. Не упал. Не соскочил. – Молодец, – услышал он голос сбоку. Марина стояла в паре метров, скрестив руки на груди. Улыбалась. Не насмешливо – скорее одобрительно. – Думала, свалишься на перекладинах. – Ага, я тоже, – признался Андрей. – Но не свалился. Это главное. – подметила Марина. Он хотел ответить, но слова застряли в горле. Не потому, что нечего было сказать. А потому, что он наконец решился. – Марина, – начал он тихо, чтобы никто не слышал, отходя с ней в сторону. – У тебя на руке вчера случайно не было браслета? – Браслета, – ответила она спокойно. – Нет. А что? – Просто… – Андрей запнулся. – А ничего, забудь. Марина чуть склонила голову. – Странный ты. Даже больше чем вчера – Видимо не выспался, – отряхаясь произнёс Андрей Марина улыбаясь ответила: – Да, у меня тоже ночка была не сахар. – А почему из всех постояльцев в нашем классе ты одна на физру ходишь? – неловко спросил Андрей. Марина будто задумавшись посмотрела по сторонам и ответила. – Смотри, наверное, и так ясно что постояльцы здесь это напыщенные индюки с золотой ложкой в заднице. Андрей утвердительно кивнул. – Ну вот и ответ, просто им всем так в падлу ходить на физкультуру и растягивать свои лакомые места, что директор решил сделать занятия по физре добровольными. Чтобы не занимать место в расписании. – Это странно. – ответил Андрей. – Ну это просто у вас не было направленных занятий. Вот ты так и думаешь. Андрей посмотрел на Марину с непониманием. – Короче, в обычных школах у вас до самого конца мерцают самые разные предметы. А здесь с 9 по 11 большинство предметов в расписании заменяются на «Направленные занятия». Грубо говоря ты идешь в любой кружок, в любую аудиторию, говоришь кто, какой класс и тебе отмечают посещение. В конце дня Тамара Львовна проверят списки учителей и, если кто-то пропустил «Направленное занятие» и допустим спал у себя в «Гнезде» она выдаёт ему наказание. Понятно? – В целом. – Задумчиво ответил Андрей, всматриваясь за спину Марины. У входа на стадион, стоял силуэт, вроде бы парень, но от сюда он не мог понять кто стоит. Его наблюдение прервала Марина, фразой: – Вот и чудненько. Ну лады я пойду мыться у меня как раз следующим направленное занятие. Удачи с тестом! Она развернулась и пошла в сторону выхода со стадиона, оставляя Андрея одного недалеко от толпы одноклассников. Он смотрел ей вслед. Но не на неё, а на того, кто стоял возле входа на стадион. Показался еще один силуэт более мелкий. Вдруг сзади подошёл запыханный Кирилл и схватив Андрея за плечи произнёс: ­– Минута и двадцать одна секунда. – Да уж, а я-то еще робот, черепаха! – С ухмылкой промолвил Андрей Они усмехаясь пошли к остальным. Марина прошла половину стадиона, когда услышала знакомый голос. Внутри головы. «Марина. Мне кажется или тот парень, с которым ты разговаривала… Андрей…он упоминал браслет, который ты могла потерять». Она остановилась. – В смысле? – прошептала она, оглядываясь. Никого рядом. «Он спросил не теряла ли ты браслет. Я чувствую, что это может быть Артефакт Конца». – Ты хочешь сказать, что браслет у него? – Марина усмехнулась. – Ну, это уже перебор. Артефакты падали за пределами школы. Он не мог пройти через ворота, и тем более взять и перелезть через забор (с его то физ. подготовкой). Скорее всего, совпадение. «Совпадений не бывает. Особенно когда речь идёт о Артефактах». – Я проверю, – сказала Марина, уже теряя терпение. – Но позже. Сейчас мне нужно в душ. «Как скажешь. Но не тяни. Время работает не на нас». Голос погас. Марина вздохнула и двинулась дальше. Она уже почти дошла до выхода со стадиона, когда заметила, что в проходе кто-то стоял. Егор стоял, прислонившись плечом к столбу ворот, руки в карманах, на лице – ленивая ухмылка. За его спиной, уже за забором, маячил второй силуэт – Степан, его вечный прилипала. – О, Маринка, – протянул Егор, когда она поравнялась с ним. – Классно двигалась сегодня. Марина остановилась. Повернулась к нему. – Что ты сказал? – Говорю, двигаешься классно. Пластика, скорость… – он оглядел её с ног до головы, не скрываясь. – Поближе бы это всё проходило. Марина сделала шаг к нему. Не угрожающий – скорее хищный. – Слушай сюда, Златовласка (у Егора были светло рыжие волосы не полностью блондинистые и не полностью рыжие) , – голос её стал тихим и вязким. – Я тебе не один раз уже говорила, а теперь повторяю ещё и для твоей компании. – Она быстро взглянула в сторону Степана. – Не называй меня Маринкой. Никогда. Это раз. Она выгнула палец. – Два – перестань пялиться на меня, пока я бегаю и тренируюсь. Тебя здесь вообще быть не должно. Физкультура – добровольная. А ты, на неё не ходил, не ходишь и не планируешь. – Ну так любоваться мне никто не запрещал? – Егор не сдвинулся с места, но улыбка стала мягкой и податливой. – Тогда, – Марина приблизилась почти вплотную, –  следующее занятие физрой у тебя будет проходит на самом стадионе. Бегать будешь ты. А я буду смотреть как тебя гоняет Матвей Дмитриевич. А уж поверь мне, если я попрошу ты будешь не только бегать пока ноги не отваляться, а еще и кувыркаться как собака. Она выдержала паузу, глядя ему прямо в глаза. Егор молчал. Степан за его спиной кашлянул. – Умный мальчик, – Марина похлопала Егора по макушке, обошла его и направилась по тропинке обратно к «Гнезду А». – Всего доброго, ребятки. Она не обернулась. Но слышала, как Егор тяжело выдохнул. – Флирт не удался, – донеслось от Степана. – Сука, помолчи идиот. – яростно ответил Егор. – А чего молчать то, ты к ней и так и этак, ей на тебя по боку. Я же говорил, что она почти не общается с постояльцами и уж тем более с тобой. После того как ты… Стёпа хотел договорить, но Егор резко повернулся в его сторону и сказал: – Да знаю я, как мне доказать, что это всё было не так? – растирая лицо руками произнёс Егор. – А это было не так? – Ты нарвёшься щас. В этот момент к выходу стали подходить конкурсанты, включая Андрея и Кирилла. Основная часть прошла мимо, и Андрей тоже хотел быть в их числе, но Кирилл оттащил его назад. Они видели и немного слышали диалог между Мариной и Егором – Что подкат не удался? – Полный радости произнёс Кирилл. – Ты еще мне тут поговори, насекомое. – Ой, ой, а что ты мне сделаешь? Тебя девчонка о забор как жвачку чуть не растёрла, думаешь я не смогу? Андрей усомнился в уверенности Кирилла, ибо даже такое сравнение было довольно весомым вспоминая подготовку Марины. Видно, что терпение у Егора не резиновое, и чтобы не обрести проблем он решил вмешаться. – Кирюха, ты перегибаешь, да и если тебя подкололи не стоит так отвечать, мы же не знаем ситуации. – А ты у нас супергерой местный? – заговорил Стёпа, подходя ближе. – Нет, просто зачем сразу грызть друг друга если можно общаться нормально. Егор усмехнулся, – Нормально? Вы приехали черт пойми откуда, черт пойми с чем, с полным непониманием где вы вообще находитесь. Я очень удивлюсь если после диалога с вами вообще останусь здоровым. – Ну так не общайся, недотрога. – сказал Кирилл. – Знаешь, что я делаю, когда не хочу с кем-то общаться? – Егор со Стёпой стал подходить ближе. – Я просто выкину вас из этой школы, и поверьте я сделаю это лично даже без помощи родителей. Андрей начал осознавать, что этот конфликт может стать для них обоих первым и последним, поэтому решился на отчаянный шаг. – Я конечное не знаю о чём вы конкретно говорили с Мариной, но может мы сможем помочь друг другу? Егор изменился в лице, ухмылка переменилась в серьезное задумчивое состояние. – Хах, и что же ты можешь мне предложить? – ехидно, но серьезно спросил Егор. Андрей начал рассуждать, – Ну судя по длительности и атмосфере вашего диалога он прошел не так как ты планировал… – Ну не так это мягко сказано. – произнёс Стёпа. – И без подробностей о твоих намерениях я не смогу дать тебе точного предложения. После этих слов наступила тишина. Егор больше не улыбался, а серьезно и задумчиво смотрел в глаза Андрею. – Складно чешешь. – сказал Егор. – Но в целом ты и правда можешь пригодиться, ведь она любит общаться с недоносками из закоулков страны. Кирилл хотел возмутиться, но Андрей ясно дал понять, что лучше не стоит. – В общем так, твой прихвостень мне не нужен, поэтому сегодня после ужина, здесь же ты и я обсудим это подробнее. Ну как? Андрей не колеблясь согласился и уже начал тянуть руку… – Без рукопожатий, слов вполне достаточно. – резко сказал Егор. Он повернул на тропинку в сторону «Гнезда А» и вместе со Степаном ушёл. Кирилл по-видимому был рассержен тем что Андрей не дал ему вдоволь наглумиться над «богатеем». – Лучше так, чем через неделю паковать вещи обратно. – твердо произнёс Андрей. Он выдохнул с фразой, – Да ладно уже, но потом расскажешь о чём вы там добазаритесь. – Ну как же без этого. – с улыбкой произнёс Андрей Тест «Новый путь» оказался не тем, чего опасался Андрей. Никаких каверзных вопросов. Никаких попыток запутать. Обычная компьютерная анкета – наклонности, интересы, реакции на стандартные ситуации. Где-то даже скучно. – И это всё? – спросил Кирилл, когда они вышли из кабинета. – А ты хотел квест на смекалку и логику? – усмехнулась Алиса. – Ну, не знаю… чего-то более эпичного ожидал. – Эпичное будет потом, – сказала Вика, поправляя тёмные волосы. – Лариса Николаевна говорила, что это только первый этап. Дальше – индивидуальные консультации. – Уже легче, – протянул Кирилл. – Люблю, когда обо мне думают индивидуально. Андрей слушал вполуха. Он смотрел в окно коридора, на дубы, на тропинку, ведущую к «Гнезду Б». Мысли были далеко. – Эй, робот, – Алиса махнула рукой перед его лицом. – Ты где? – Здесь, – ответил он. – Просто задумался. – О чём? – спросила Вика. – О тесте. И о… – он запнулся. – О том, что будет дальше. – Дальше – высшая математика, – Кирилл закатил глаза. – Так что расслабляться рано. – Ты вообще умеешь расслабляться? – спросила Алиса у Андрея. – Умею, – ответил он. – Просто не сейчас. – Слушайте, – сказала Вика, понизив голос. – Марина. Она сегодня на физре взгляды всех парней собрала. Вы видели их лица? – Видели, – усмехнулся Кирилл. – Я сам был в их числе. – И ты туда же, – фыркнула Алиса. – А что такого? Я просто оценил её “спортивную” форму. В прямом смысле. – В прямом, как же, – Вика покачала головой. Андрей не вступал в разговор. Он снова ушёл в себя. «Почему мне вообще таких усилий стоило спросить её про браслет? – думал он. – С чего вдруг? Это было странно. Даже глупо». Он вспомнил её взгляд. Почему-то на деле он всегда вызывал спокойствие. Но в представлении он почему-то создавал у Андрея непонятное волнение. С чего бы? – Андрей! – Кирилл дёрнул его за рукав. – Ты оглох? Я говорю, может, после уроков в спортзал сходим? Надо форму поддерживать. – Да, – ответил он рассеянно. – Конечно. – С тобой сегодня что-то не так, – заметила Алиса. – Ты какой-то… потерянный. – Всё нормально, – моментально ответил он. – Просто задумался о тесте. Вика посмотрела на него с сомнением, но ничего не сказала. Они свернули в боковой коридор, где располагались аудитории для точных наук. Высшая математика начиналась. После высшей математики, так же прошли Философия и занятие изобразительного искусства в другом блоке, постояльцы и конкурсанты потянулись в сторону столовой. – Голодный как волк, – сказал Кирилл, потирая руки. – Я ещё после высшей математики есть захотел. – После твоей высшей математики есть хочется только успокоительное, – усмехнулась Алиса. – А мне философия понравилась, – сказала Вика. – Преподаватель странный, но интересный. – Странный – это мягко сказано, – фыркнул Кирилл. – Он пол урока рассуждал, существует ли стол на самом деле. Я смотрел на стол и думал: «Дядя, ты бы лучше существование моего пустого желудка признал». Андрей шёл молча. Тестирование, философия, изобразительные искусства – день тянулся долго, но он почти не запомнил деталей. Мысли всё время возвращались к утру. К Марине. К браслету. «Почему мне вообще таких усилий стоило спросить её про браслет? – снова подумал он. – С чего вдруг такие трудности?» – Андрей! Ты опять в облаках? – Кирилл дёрнул его за рукав. – Мы пришли. Столовая встретила их привычным гулом. Конкурсанты занимали дальние столы, постояльцы – ближние к раздаче и центру. Кто-то уже ел, кто-то только брал подносы. – Смотри, – сказала Алиса, кивнув в сторону окна. – Сегодня видимо без неё. Андрей посмотрел туда, где вчера сидела Марина. Пусто. Одинокий стол у окна, залитый вечерним солнцем, никого. – Может, обсуждает вопрос по поводу мазни по искусствам, она же вроде стрит артом заниматься хочет, – пожал плечами Кирилл. – Или просто не голодна. – Или не хочет со всеми есть, – добавила Вика. – А вчера хотела? – спросила Алиса. – Вчера она с ЭВМ сидела, – Кирилл положил руку на плечо Андрея. – А сегодня ЭВМ с нами. Андрей не ответил. Он взял поднос, налил чай, положил котлету с пюре – всё то же, что и вчера. Но смотрел на пустой стол у окна. «С чего вдруг такие трудности?» – в который раз подумал он. В это время Марина шла по тропинке между дубами. Солнце уже садилось, и лес становился густым. Но ей было без разницы – во-первых, она знала здесь каждый корень, во-вторых, с ней говорила Начало. – Скажи честно, – спросила она, перешагивая через выступающий корень. – Ты точно понимаешь, откуда исходит эта “аура”? «Я чувствую направление. Омут Конца, он где-то здесь. Ближе, чем утром». – Ты это уже говорила. Три раза. «Потому что ты все три раза возвращалась на занятия». Марина усмехнулась. – Просто учёбу нельзя пропускать. Не могла же я взять и не прийти на занятия по искусству или высшую математику. «Могла. Но твоя правда – ты не должна выделяться и вести себя как обычно, чтобы человек с Артефактом Возвышения не смог так просто нас обнаружить». Они вышли на небольшую поляну. Марина остановилась, огляделась. Дубы стояли плотной стеной, где-то вдалеке виднелись огни «Гнезда А». – Ну что, есть что-то? «Есть. Я чувствую его отчётливее. Он где-то в противоположенной стороне…от Гнезда А». Марина нахмурилась. – В смысле – в Гнезде Б? Там же конкурсанты живут. «Я знаю. Возможно, кто-то мог найти Артефакт раньше нас. Вероятно, у него может появиться носитель». – Ты говорила, что не чувствуешь тех, у кого есть носитель. «Я не чувствую, когда кто-то его носит. Но сам артефакт… он не на человеке сейчас. Если его и нашли, то не надели». Марина задумалась. – Значит, браслет всё-таки у кого-то из конкурсантов. «Очень вероятно». – И ты не знаешь у кого. «Пока нет. Но если подойти ближе… возможно, смогу определить на каком этаже он находиться». Марина посмотрела в сторону «Гнезда Б». Огни горели в окнах горели. – Ладно. Попробуем подойти ближе. – вдруг в кармане Марины зазвонил телефон. Она достала его из кармана. На экране написано «Алинка». – Вот чёрт. Я совсем забыла. – чуть не крича высказала Марина «Что такое?». – Сегодня вторник, я должна была ехать в город к девчонкам. Я-то думала почему Наталья Васильевна (учитель по изобразительному искусству) так удивилась моему появлению на занятии. «Ты разве не успеешь на автобус»? Марина молчала около пары секунд. После чего ответила на звонок. – Привет Алин. – Массовое приветствие из телефона. – явно там была группа людей – Слушай...так вышло…я не смогу сегодня приехать. – Грустные звуки из телефона. – Ну я просто плохо справилась с заданием по высшей математике и мне не одобрили выезд. Вот как-то так. – Из телефона начали доноситься подбадривающие возгласы. – Хорошо, спасибо вам большое. В четверг точно буду. Обещаю. Марина сбросила трубку после этих слов. «Зачем ты соврала друзьям? Ты выполнила задание по математике очень даже неплохо». – Да, просто чтобы не затягивать разговор. Я и так растянула много времени, сначала нужно найти Артефакт Конца. «Это правильный ход. Чем раньше ты найдешь Артефакты, тем быстрее вернёшься к своей обычной жизни». – Ну в этом я уже сомневаюсь. После разговоров с создателем всего в виде сферы я не думаю, что уже вернусь к “обычной” жизни Сфера засияла словно пыталась сымитировать смех Лес вокруг темнел. Где-то ухнула сова. Марина шла в сторону «Гнезда Б» думая о том, что сказала Начало. Браслет у кого-то из конкурсантов. «Может, всё-таки у Андрея?» – промелькнула мысль. Она задумалась более серьёзно. «Слишком много совпадений. Не бывает так. Нужно проверить». Андрей вышел на тропинку, ведущую к стадиону, когда часы показывали 19:07. Вечернее солнце уже почти село, оставляя на небе оранжево-фиолетовые разводы. Стадион был пуст – ни бегунов, ни учителей, ни случайных зевак. Только фигура у забора. Егор стоял один. Без Стёпы. Без обычной ленивой ухмылки. Просто стоял, засунув руки в карманы куртки, и смотрел куда-то в сторону дубов. Андрей подошёл ближе. Сердце колотилось, но он старался не показывать волнения. – Снова привет, – сказал он. – Давай ближе к делу, – ответил Егор, даже не повернув головы. – Время не резиновое. Андрей остановился в паре метров. Не слишком близко, не слишком далеко. Всю дорогу сюда он думал. Анализировал. Поведение Егора утром у ворот. Его взгляды на Марину. Неудачный флирт. Отсутствие злости после яростного ответа Марины. Реакцию на её угрозы. И то, как он сорвался на конкурсантов, когда его задели. «Он не хотел её унизить, – понял Андрей ещё тогда. – Он хотел привлечь её внимания. Любое. Но вряд ли негативное». – Я понял, зачем ты меня позвал, – сказал Андрей. Егор наконец повернулся. В глазах – усталость и раздражение. – Ну и? – Ты не хочешь мне навредить. Ты не хочешь выгнать меня из школы. Ты хочешь… Андрей сделал паузу. Егор напрягся. – Ты хочешь узнать, как заполучить “её” доверие. Егор замер. – Чего? – его голос дрогнул. – Ты… как ты? – Проанализировал, – спокойно ответил Андрей. – Ты наблюдал за ней на физре. Ты ждал её у ворот после занятия. Ты назвал её “Маринкой”, хотя ей это явно не нравится. Ты почти не злился, когда она тебя отшила, значит пытаешься уже не первый раз. И ты позвал меня – конкурсанта, с которым она нормально общается, – чтобы узнать, как к ней подойти и поговорить хотя бы дольше минуты. Егор молчал. Его лицо менялось – от шока к смущению, от смущения к непониманию, от непонимания к чему-то, похожему на обречённость. – Ты… – он провёл рукой по лицу. – Ты телепат, да? – Возможно, – ответил Андрей. – Так я прав? Егор отвернулся. Хотел ударить кулаком по металлической сетке забора. Но передумал – скорее осознал последствия удара. – Какая тебе разница, прав ты или нет? – глухо спросил он. – Потому что я могу помочь, – сказал Андрей. – Но только если ты будешь говорить, как есть, и как-то по-человечески что ли. Егор резко обернулся. – Помочь? – усмехнулся он, но усмешка вышла кривой. – Ты, конкурсант, который здесь второй день, хочешь помочь мне, постояльцу, у которого семья тесно общается с семьей Марины? Андрей подметил эти слова. – Родители не решат ваших личных проблем, – спокойно ответил Андрей. – Иначе ты бы не стоял здесь и не говорил с «каким-то конкурсантом». Егор выразил странную ухмылку. Смотрел на Андрея несколько секунд. Потом выдохнул – тяжело, с каким-то всхлипом. – Да, чёрт возьми, – сказал он. – Ты прав. Я люблю её. Уже… давно. Ещё с семейных бизнес встреч. Он замолчал, будто само признание вытянуло из него силы. – И что? – спросил Андрей. – И ничего, – Егор горько усмехнулся. – Она постояльцев, на дух не переносит, меня особенно…после того случая. – Какого случая? Егор помялся. Посмотрел на Андрея – впервые не свысока, а почти по-человечески. – Это...тяжело объяснить. Всё слишком запутанно, и ты вряд ли мне поверишь Андрей нахмурился. – А ты распутай. Объясни, как есть и я поверю. – Нет, не могу! –  выдавил Егор. – Если бы ты сказал, это могло бы сразу дать решение проблемы. Неужели там всё настолько ужасно? – Со стороны звучит даже слишком. – промолвил Егор Андрей смолчал. Он смотрел на Егора и теперь видел не надменного постояльца, а парня, который не знает, что делать. – Ну в таком случае будет тяжело удержать вас вблизи дольше минуты. Раз всё так ужасно? – сказал Андрей. – Может ты просто узнаешь у неё, как я бы мог…ну не знаю предстать перед ней…в новом свете что ли, – ответил Егор очень неуверенно. – Ты с головой дружишь, я вижу, ну явно сможешь что-то придумать Он посмотрел Андрею в глаза с бликом надежды. – Ты видел её сегодня. Она к вам нормально относится. Она с вами разговаривает. Может, ты знаешь, как… достичь того же доверия? Андрей задумался. – Не знаю, – честно ответил он. – Но знал бы я ту “особую” причину неприязни к тебе, сразу мог бы дать тебе ответ. Егор, зажмурившись с неприязнью сказал. – Если хочешь узнать эту “особую” причину. Можешь спросить у библиотекаря Петра Семёновича, он…он единственный свидетель. Свидетель? – прогнал в голове Андрей ещё раз. – Займусь этим. – Он протянул руку в сторону Егора – Но, пока я не знаю точную причину и как её разрешить, ты будешь стараться относиться ко всем конкурсантам на равных. – Забились? Егор с непривычкой и неохотой посмотрел на руку Андрея. Но крепко пожав ему руку ответил. – Да, забились. Они развернулись и пошли в разные стороны. Андрей – в сторону «Гнезда Б», Егор – строну «Гнезда А». Андрей смотрел себе под ноги и думал. «Он любит её. А она… даже не подпускает его на разговор. Что же за причина должна быть чтобы так отталкивать человека». Он вспомнил их диалог утром. Слова Марины были яростны, но уверенны. И почему-то Андрей почувствовал, что в этой истории всё гораздо сложнее, чем кажется. Тем временем Марина остановилась у стеклянных дверей «Гнезда Б». Здание казалось более тёмным – не то что «Гнездо А», где она знала каждый угол. «Он здесь» ­– произнесла Начало – Где именно? – прошептала Марина. «Аура тут сильнее всего. Но сам артефакт выше. На третьем или четвёртом этаже». Марина посмотрела наверх. В окнах коридоров горел свет, что не удивительно, до отбоя еще несколько часов. – Четвёртый или третий этаж, – повторила она. – И как я туда попаду? Мне нужен пропуск конкурсанта. «Не знаю. Зайди с кем-нибудь или дождись пока кто-нибудь выйдет». – Спасибо за варианты, – усмехнулась она. Она уже взялась за ручку двери, когда та начала открываться сама. Марина отступила на шаг. Из «Гнезда Б» вышел парень. Светлые волосы, растрёпанные, сонное лицо. В спортивной форме – шорты, футболка, кроссовки. В руках – бутылка с водой. Кирилл. Он узнал её не сразу. Сначала просто посмотрел, моргнул и только потом сказал: – О, Марина. Привет. – О…Привет, – ответила она запинаясь. – Ты к кому? – спросил он, придерживая дверь рукой. – Или потерялась? ­– произнёс с ухмылкой Кирилл – Ещё бы я потерялась, – сказала Марина. – Просто… мимо проходила. Кирилл удивленно раскрыл глаза. – Мимо? «Гнездо Б» в тупике. Дальше только лес и забор. «Пиздец» – мысленно выругалась Марина «Скажи, что пришла к Андрею» – внезапно произнесла Начало – Не буду я этого говорить. – сквозь закрытые губы промычала Марина – Чего ты сказала? – спросил Кирилл – Ладно, не мимо. Искала кое-кого. – Андрея, что ли? – спросил Кирилл с лёгкой ухмылкой. – Он сейчас не в комнате. Но я ему написал, чтобы возвращался – мы договаривались в спортзал сходить. – Нет, не Андрея, – ответила Марина слишком быстро и неуверенно. – Другого. – Кого? – Ты его не знаешь. – с дурацкой улыбкой произнесла Марина По виду Кирилл не поверил. А лишь улыбнулся шире. – Ну, ладно. Тебя же встретит тот, кого я не знаю. – Он сделал шаг в сторону, закрывая за собой дверь. – Да…конечно, – соврала Марина. – Просто я еще не написала…этому…человеку. ­– растерянно сказала она – А, ну тогда ладно. – Кирилл уже почти прошёл мимо, но остановился. – Слушай, а ты Егора давно знаешь? Марина изменилась в лице. – Чего? А как это связанно? – Да так, интересно за что ты его сегодня так втоптала. Неловкая улыбка с лица Марины полностью исчезла. – Поверь мне он знает за что. А вас это не касается! – повышенным тоном сказала Марина – Ладно, ладно, успокойся. Я же не знал, что там всё настолько…Ну давай в общем, – Кирилл махнул рукой и направился к тропинке, ведущей к спорткомплексу. Марина смотрела ему вслед, пока он не скрылся за дубами. «Ты слишком ярко реагируешь. Да ситуация печальная, но ты ведь не знаешь правды на 100%. Да и не обязательно на других срываться, они тут не причём» Нет, не причём – ответила Марина. – Просто…сложно смириться, когда единственный близкий человек вне дома...и вот так. Глаза Марины стали наливаться слезами. «Прости, не хотела тебя расстраивать. Но нам всё еще нужно попасть внутрь» Протерев рукой глаза Марина ответила. – Нужно попасть внутрь. «Нужно». Марина еще раз посмотрела на стеклянную дверь. На металлическую табличку «Гнездо Б». Потом на третий этаж. Там было приоткрыто окно. – Придумала, – сказала она. – Сейчас довольно поздно для активных прогулок, но для отбоя время раннее, поэтому вряд ли кто-то встретится мне на этаже, залезу через окно. «Опасно, если ты используешь мои силы кто-то может увидеть тебя». – Я не говорила, что буду использовать твои силы. – с улыбкой произнесла она Она разбежалась и пробежав по ближайшему дубу отпрыгнула и схватилась за металлическую табличку «Гнезда Б», она существенно прогнулась. Потом Марина с раскачки прыгнула до оконного уступа второго этажа, и кое как ухватилась за него. (со внешней стороны окна «Гнёзд» были обделаны камнем что делало их неплохими опорами. – Ух блять, было близко, ладно дело за малым. – с тяжестью сказала она. Далее отскакивая от оконных уступов, она добралась до приоткрытого окна на третьем этаже и влезла в него. – Внутри. – шёпотом и с усталостью произнесла она. «Молодец» – подбодрила Начало. – «Аура еще сильнее, но немного выше» – Значит четвёртый этаж. Ну что же, пойдем. Андрей возвращался к «Гнезду Б» медленно, всё ещё прокручивая в голове разговор с Егором. «Библиотекарь Пётр Семёнович. Завтра надо будет зайти». Он поднял голову и посмотрел на здание. В окнах третьего этажа мелькнул какой-то силуэт. Андрей моргнул, но фигура уже исчезла. «Возможно показалось», – подумал он. Приложив карту и толкнув стеклянную дверь, Андрей прошёл через холл, нажал кнопку лифта. Двери закрылись, и кабина поползла вверх. Четвёртый этаж встретил его тишиной. Андрей вышел из лифта и свернул в коридор, ведущий к их с Кириллом комнате. И замер. Из двери лестничной клетки вышла девушка. Короткая тёмная стрижка, худи, джинсы. На шее – что-то черное как лента. Марина. «Что она здесь делает?» – прогнал в мыслях Андрей Она не заметила его сразу – была занята разговором. С кем-то. Шепталась, повернув голову вбок, будто разговаривая с воздухом. – Я поняла, а здесь? – прошептала она. – Дальше? – Марина? – окликнул её Андрей. Она резко обернулась. Глаза расширились – на секунду в них мелькнул испуг, но тут же сменился спокойствием. Слишком быстрым. Слишком наигранным. – Андрей? – она выпрямилась, убрав руки за спину. – Ты чего здесь? – Я…здесь живу, – ответил он. – Вопрос – чего ты здесь? – Проходила мимо. – Четвёртый этаж «Гнезда Б»? – Андрей поднял бровь. – Мимо? «Ебаный в рот» – пролетело у марины в мыслях. Она замялась. Всего на секунду, но Андрей заметил. – Ладно, не мимо. Искала кое-кого. – Кого? – Девушку одну… конкурсантку. Мы с ней вчера познакомились, а комнату забыла спросить. – Как её зовут? – Не помню, всё из головы вылетает. Андрей посмотрел на неё внимательно. Она врала. Плохо. Но не потому, что не умела – а потому, что не ожидала встречи. – Марина, – сказал он тихо. – Ты говорила сама с собой. Она суетливо ответила: – Нет, не говорила. – Я слышал. Ты шепталась. С кем? – С подругой по телефону, – сказала она слишком быстро. – Беспроводные наушники. Не видно. – Не видно. Покажи. – Что? – Наушники. Марина молчала. Секунду. Две. Три. – Слушай, Андрей, – голос её стал твёрже. – Ты хороший парень, но не лезь не в своё дело. – Это моё дело, – ответил он спокойно. – Ты на моём этаже. В коридоре жилого блока в котором живут только конкурсанты. Шепчешься с кем-то, кого я не вижу. И врёшь про наушники. Она сделала шаг к нему приблизившись почти вплотную. Не угрожающее – скорее, чтобы уменьшить громкость диалога на минимум. – А ты, значит, всегда такой внимательный? – прошептала она – Всегда, – отрезал Андрей. – Это моя главная проблема. Они дышали друг на друга на расстоянии указательного пальца. Лампы горели тускло, где-то за стеной слышалось тихое жужжание вентиляции. – Ладно, – сказала Марина отходя назад. – Давай так. Ты не спрашиваешь, зачем я здесь. Я не спрашиваю, почему ты так хочешь это знать. Идёт? – Не идёт, – ответил Андрей. – Здесь нет выгоды для меня. – Какая выгода? Я же не в комнату кому-то залезла. – Да, не залезла, но ты как-то попала к нам в блок, не имея карты доступа. Тем более ты пытаешься что-то яростно скрыть, а мне скрывать нечего. Марина поняла, что в тупике. – Ты можешь сказать мне правду. – Он сделал паузу. – Без отговорок, наушников и несуществующих подруг. Она не знала, что делать. В глазах росло напряжение. «Марина, готовься» – произнесла Начало – К чему? – вслух высказалась Марина. – Что? – с непониманием сказал Андрей Вдруг лампочка стене засияла и лопнула. Марина, оттолкнув Андрея рванула на лестничную клетку, на третий этаж. Андрей пребывал в небольшом шоке от произошедшего. Он был дезориентирован, но в чувство его привёл громкий звук падения и голос Марины. – Ай, блять. – выкрикнула Марина Андрей подбежал и посмотрел в окно. На земле лежала Марина, корчась от боли. Он открыл окно и выкрикнул: – Ты с ума сошла? Ничего умнее чем в окно сигануть ты не придумала? Она не ответила, но пыталась встать, несмотря на то что явно вывихнула, или не дай бог, сломала себе что-нибудь. – Лежи там я сейчас спущусь, отведу тебя в медицинский комплекс. – прокричал Андрей и побежал на лестницу. «Я думала ты приземлишься удачнее» – Ебать, я себе…походу реально руку сломала… Вдруг помимо боли в руке она почувствовала нарастающее тепло на шее. «Это плохо» – Что значит плохо, а было лучше? – сквозь боль ответила Марина «Артефакт Вознесения, кто-то использовал его силу. Я чувствую аномалию» – Что? Аномалию? В этот момент из дверей вылетел Андрей. – Могла бы просто не рассказывать. Прыгать то было зачем? – подбегая ближе говорил Андрей «Спокойно, с одной рукой ты все равно не сможешь ничего сделать. Я расскажу тебе что тебе предстоит, но затягивать нельзя» Марина одобрительно промычала. Пока Андрей помогал ей встать. После они направились к медкомплексу. «Аномалия, вызванная Артефактом Вознесения может означать только одно. Его обладатель продвинул эволюцию какого-то существа. Учитывая, что он не из добрых побуждений вскрыл жеод он изучает Артефакт уже как носитель. Это хуже всего, ведь теперь тебе нужно будет исправить вызванную аномалию, что без носителя Артефакта Конца будет почти невозможно. Мои способности могут создавать, исцелять, исправлять, возвращать в естественный оборот, но я не могу обратить эволюцию в одиночку, после заключения в артефакт больше не могу». Марина, не смотря на сильную боль, слушала Начало, очень внимательно не обращая внимания на слова, которые говорил Андрей. «Поэтому я подам сигнал другим Омутам чтобы тот, кто нашёл Артефакт Конца надел его, ему быстрым курсом всё расскажут. Твоя задача будет заключаться в том, чтобы аномальное существо нанесло меньше всего вреда, ведь восстановление всего в естественное состояние будет отнимать у тебя много сил. Хоть мы Омуты создали вселенную и имеем неограниченную силу в естественной форме, Артефакты серьезно урезают наши силы пропуская их через ваши тела, что в буквальном смысле истощает вас. А тот факт, что ты являешься молодым созданием ограничивает твоё пребывание в броне после использования моих сил. Учитывай, что силу Воплощения, как и силу Восстановления ты можешь использовать всего раз после чего моя энергия начнёт угасать в течении 10 минут, дабы не истощить тебя до смерти» «Тяжело и стрёмно» – думала Марина не переставая слушать Начало «Сила Воплощения вызывается словами “Начало воплоти…” и в мыслях представить, что хочешь воплотить, но сразу у тебя не будет выходить именно то что ты хочешь. Сила Восстановления даёт тебе либо исцелить любое повреждение, своё или чужое либо воскресить любое живое существо, но тогда ты потеряешь возможность восстановить весь причинённый аномалией ущерб, жертвы среди живых существ тоже сюда входят. Но после восстановления моих сил даже если ты справишься с аномалией ты уже не сможешь восстановить всё обратно, такова цена. Одиночное восстановление вызывается словами “Начало восстанови” а массовое восстановление работает только после ликвидации аномалии нужно будет сказать: “Начало верни баланс” дальше уже сама поймешь, когда всё вернётся на свои места» – Очень…тяжело. – произнесла Марина вслух. – А с окна прыгать было не тяжело? – ответил Андрей, не осознавая, что это было адресовано не ему. – Ладно, почти пришли уже. – продолжил он с беспокойством. Медкомплекс встретил их стерильной тишиной и запахом хлорки. Белые стены, глянцевый пол, металлические лавочки у входа. За стеклянной стойкой никого не было видно – только компьютер и стопка медицинских карт. Андрей поддерживал Марину под руку. Она шла, прижимая травмированную руку к груди, лицо побелело, на лбу выступал холодный пот. – Сюда, – сказал он, посадив её на диван у поворота. – Посиди, я врача позову. – Нет, – Марина остановила его, выдохнула. – Дальше я сама. – Ты вся бледная. – Я доберусь. – Она высвободила руку, поморщилась от боли. – Спасибо. Правда. Андрей посмотрел на неё. Хотел спросить про коридор, про разговор, про то, зачем она прыгнула. Но не стал. Не в её состоянии – Точно справишься? – Точно, – ответила она, глядя ему прямо в глаза. – Если что – тётя Галя поможет. Она здесь главная медсестра. – Хорошо, – кивнул Андрей. – Тогда…осторожнее. Он развернулся и вышел. Но у дверей остановился на секунду, обернулся. Марина уже зашла за поворот. Андрей постоял, потом толкнул стеклянную дверь и вышел на улицу. Марина вошла в приёмный покой, стараясь ступать ровно, хотя каждый шаг отдавался болью в руке. «Теперь направо», – подсказала Начало. – Сама знаю, – прошептала она. За стойкой что-то зашуршало, и из-за монитора показалась женщина. Лет тридцати пяти, русые волосы собраны в пучок, белый халат, тёплая улыбка. – Мариночка? – женщина привстала. – Что случилось? Марина замерла. На секунду в голове пронеслась паника – врать или не врать? Сказать про руку – начнутся вопросы. Спросят, как упала, где, почему. А это всё время. – Тётя Галя, – Марина сделала шаг к стойке, стараясь говорить ровно, – можно мне пройти в уборную? У меня… женские проблемы. Внезапно. Тётя Галя посмотрела на неё внимательно. Потом улыбнулась – с облегчением, без подозрений. – Ах ты, бедовая, – она махнула рукой в её сторону. – Конечно. Всё при себе? – Да, спасибо, – Марина выдавила улыбку. – Всё есть. Не волнуйтесь. Она быстрым шагом прошла в конец коридора, свернула в женскую уборную. Огляделась по сторонам, взглянув на туалетные кабинки. Прислонилась спиной к холодной стене и медленно сползла на пол. – А-а-а, – тихо, сквозь зубы. – Бляяя. «Ты молодец. Быстро сориентировалась». – Рука болит, – прошептала Марина. – Сильно. «Я знаю. Но сейчас нужно торопиться. Аномалия уже многое могла натворить. Мы должны действовать». – Где? Где она вообще? «Не знаю точно. Чувствую только, что она далеко. В городе. Возможно, уже дальше». – И что мне делать? Я даже рукой пошевелить не могу. «Это предоставь мне». – произнесла Начало, и будто впиталась в правую руку Марины, тепло разлилось по телу. Не жаркое, не обжигающее – приятное, как после горячего чая. Рука стала просвечивать как на рентгеновском снимке светясь белым слегка розоватым светом. После свечение и тепло затихло. «Вот и всё» Марина пошевелила рукой. Сжала кулак. Разжала. – Работает, – удивилась она. – А разве ты можешь использовать свои силы без моих команд? «Могу, но с минимальной мощью и это как бы тоже теперь является аномалией». – В смысле, а что мне нужно будет сделать чтобы её убрать? – Марина нервно спросила. «Когда ты разберешься с основной Аномалией, массовое восстановление вернёт все как было, ну в твоём случае это снова сделает твою руку сломанной» – Чего? То есть как? Она прям возьмёт и снова сломается как после падения? «Она вернётся в тоже состояние, но ломаться в прямом смысле не будет» – Это не утешает. «Так или иначе ты должна торопиться. Мои силы увеличат все твои характеристики до невероятных значений, поэтому ты без проблем доберешься до города» – Ладно, – сказала она. – Идём. Но сначала нужно выйти отсюда, не привлекая внимания. «Удачи». – Она мне явно понадобится, – Марина нервно поправила чокер. – Очень понадобиться. Открыв дверь Марина вышла в коридор и направилась на выход. – Ну Марин, решила свою проблемку? – с ухмылкой произнесла тётя Галя из-за стойки. – Да, спасибо тётя Галь за беспокойство, я пошла к себе отсыпаться. – Марина ускорила шаг. – Приятных снов Мариночка. – сказала ей вслед тётя Галя. Выйдя на крыльцо медкомплекса Марина несколько раз огляделась по сторонам, проверяя чтобы никого не было рядом. После спустилась по лестнице и зайдя за угол комплекса прошла немного глубже за деревья. – Ну что, поехали. – тяжело произнесла Марина. – Омут, создай начало. – Тело Марины покрылось бронёй из жемчужного камня. Как вчера ночью. Она уже с усилием оттолкнулась от Земли и взмыла в небо. Она ощущала страх от такого внезапного набора высоты, но что-то в душе сглаживало его. Приземлившись на землю, она вспахивала её тормозя ногами, но сразу отталкивалась с ещё большим усилием, направляясь в сторону Петербурга. Чем ближе она была к нему, тем больше виднелось огромное существо, с кучей непонятных отростков. И вот буквально спустя с десяток мощных прыжков она уже стояла на вершине билдборда у реки Петербурга. Она ошеломлённо смотрела на то что возвышалось над поверхностью Невы. – Охуеть…это…ебучий Кракен. – тихо и с ужасом произнесла Марина. Огромное кальмароподобное существо с огромными длинными щупальцами обвевало здания, разрушая их в процессе. Из глубины улиц были слышны человеческие крики и вопли. В дали звучали выстрелы из огнестрельного оружия. Это всё просто не давало ей сдвинуться с места, даже полное осознание того, что лишь она способно вернуть всё на свои места… Конец 1 Тома