глумящаяся над тобой ночь

Где-то в ночном Мондштадте, тихой и неколебимой ночью в богом забытом лагере разведотряда у затухающего костра сидел блондин-картограф; он сжался в комок, у себя на коленях расположив потрёпанный дневник с кожаным переплётом. Тишина стояла такая, что было слышно даже перешептывающиеся между собой ели; выбивался из картины только дальний вскрик сыча, который, верно, высматривал свою добычу – может, этой добычей станет сам Мика? От этой мысли стало немного не по себе; лицо кроткого мальчика подернулось, а пальцы задрожали - не то от такого душевного трепета, не то от задувающего по самые кости ветра. Костёр был давно потушен и осталась от него только небольшая кучка почерневших ветвей, которые совсем немного источали тепло; без него становилось всё холоднее и холоднее, так что Мика уже подумывал спереть у какого-нибудь спящего рыцаря шинель (относительно ненадолго!). «14й день экспедиции. Господин Лоэн доверил мне свои лучшие инструменты. Он говорил, что я превосхожу его... несомненно, он врал. Я всё еще ученик. Я боюсь подвести его...» – рука затекла от холода, перо невовремя задрожало, так что Мике пришлось встряхнуть кистью – «...его имя, когда я ставлю печать Ордо Фавониус. Интересно, он увидел мои отчёты? Кажется, я ошибся в масштабе реки... впрочем, Лоэн бы уже давно заметил это!» Юноша вздохнул. В голове всегда лежали литературные заголовки и превосходящие возможности языка мысли, однако когда Мика начинал писать, на свет выходили лишь не особо связные предложения; его это всегда расстраивало и удручало, несмотря на то, что в глубине души он всегда себя успокаивал словами в Лоэновском стиле. Поминутно дуя на замерзшие пальцы, снова ухватился за перо; в этот раз с большей уверенностью. «Чернила...очень густые. Едва буквы цепляются друг за другом...» - повременив с понравившейся мыслью, Мика задумался, степенно выстраивая в голове речевые обороты; как вдруг среди стоящего храпа прорезался подозрительно тонкий то ли шелест, то ли шёпот. Юноша испугался; сердце забилось, наверное, в раза три быстрее, разгоняя кровь так быстро, что становилось жарко; глаза забегали в поисках источника звука, пальцы ненарочито сжали бесполезную щепку (бывшее перо, теперь не имевшее смысла). Начало чудиться, что кто-то дышит в затылок - Мика мнговенно обернулся: никого. Голова теперь была охвачена не мыслями о том, какую букву написать следующую, а внезапным страхом и испугом; он медленно, с трудом преодолевая дрожащее сковывание повернулся к обрыву. Мика привстал. Нужно было проверить, что там. Он с трудом поднялся, и резко ноги, обутые в походные сапоги, сделались ватными; схватясь за ближайший валун, Мика направился точно к обрыву; каждый шорох вызывал сомнение. Юноша в мыслях стал прокручивать все варианты исхода - наверное, возможна даже схватка! Холодный пот предательски выступил на лбу как только он «подполз» к обрыву; с круглыми от страха глазами Мика заглянул прямо вниз.. там, где туман поглотил всё, виднелся силуэт. Блондин вытянулся, стараясь сильнее заглянуть в это чёрное пространство, немного прижмуриваясь; не показалось ли? Между тем дневник все сильнее сжимался в руках.. Мика то ли восторженно, то ли испуганно пискнул; все его писания чуть не полетели прямо на голову Лоэну. Его наставник стоял прямо там, внизу, так что Мика сначала не поверил своим глазам; как обычно с угрюмостью он скрестил руки на груди, смотря на юношу снизу вверх так, будто он недавно вылез из могилы; от этих красных глаз становилось довольно жутко. Почему он даже не мигал?... «Великий Архонт, – пронеслось в голове Мики – как он вообще там оказался?! Может быть, это даже не господин Лоэн, а какой-нибудь монстр, принявший его внешность?» – действительно, место, на котором стоял учитель мальчика был досягаем только, наверное, для горного козла... Пока Мика исследовал у себя в голове все подробности, стоящий внизу Лоэн поднял руку и указал пальцем прямо на Мику. – Мика, – Лоэн говорил приглушенно, тягуче, –...ты снова напутал масштабы? Мику затрясло. «Я пропал!» – Я... Резко на нешелохнувшемся Лоэне скользнула едва уловимая улыбка; он всё же опустил руку и указал куда-то в самую гущу тумана, к подножию замка. – Забудь. Спускайся, Мика, – пророкотал он, – бросай все свои детские вещички. Я покажу тебе кое-что.