Встреча

Выругавшись сквозь зубы, Итачи зажимает плечом телефон и рукой прикладывает билет к терминалу. — Чего тебе? Мадара хмыкает, совершенно не задетый грубой интонацией. Терминал пищит, пропуская, и Итачи дёргает плечом, давая сумке переместиться, а сам перехватывает телефон в руку. — Нашлась твоя пропажа, — оповещает его Мадара таким тоном, словно речь идёт о погоде. Итачи раздражённо выдыхает в трубку, сталкиваясь со спешащей к выходу женщиной: — Знаю. Он сверяется с табло ровно в тот момент, когда механический голос сообщает, что поезд по направлению Йокогама-Токио отправится через пятнадцать минут. — Я позвоню, — говорит Итачи и скидывает вызов. Он заходит в вагон, пытаясь собраться с мыслями, и чувствует слабую вибрацию телефона. Итачи заталкивает сумку на верхнюю полку, садится на своё место и достаёт телефон. Он несколько секунд напряжённо вглядывается в экран, но кроме имени отправителя не может разобрать ничего из-за дикого волнения. Итачи встряхивает головой и прикипает взглядом к телефону ещё раз, пытаясь обработать информацию. Смысл написанного доходит с опозданием — Мадара скинул ему адрес. Он удивлённо выдыхает — судя по всему, место, которое ему нужно, находится недалеко от того дома, где Мадара жил вместе с Хаширамой ещё год назад. До того, как они… Итачи пытается отогнать ненужные мысли, но получается плохо. Новость о том, что Мадара с Хаширамой расстались, до сих пор отдаёт холодом где-то внутри, будто рухнула нерушимая опора, на которой базировалась его личность. Мадара с Хаширамой были вместе всё то время, сколько Итачи себя помнил, и их отношения во многом помогли Итачи и Саске принять себя и пережить конфликт с родителями, который длился недолго, но всё же был. И именно поэтому тот день, когда Мадара с Хаширамой расстались, ударил по нему и Саске особенно сильно и ощущался как персональный конец света. В произошедшее абсурдно не верилось, этого просто не могло быть, в какой угодно реальности, но не в этой. Итачи снова вчитывается в написанное — всё верно, адрес, присланный Мадарой, находится недалеко от дома Хаширамы. Против воли накатывает облегчение, ведь если два великовозрастных придурка решили забыть старые обиды и просто быть счастливыми друг с другом, то может… Решив не ломать голову ещё и над этим, Итачи нетерпеливо отбивает Мадаре сообщение «Вы снова вместе?». Ответ кажется ему невероятно важным, знаковым в каком-то смысле, потому что это будет значить, что у самого Итачи тоже не всё потеряно. Спустя, кажется, вечность, Мадара всё-таки отвечает: «Да». «Спасибо за адрес», — благодарит Итачи и откидывается в кресле, устало прикрыв глаза. Если даже Мадара с Хаширамой после всего произошедшего смогли договориться, то велика вероятность того, что и они с Дейдарой смогут… Хотя бы поговорить смогут. На большее Итачи пока не рассчитывает, потому что он уже год не может найти Дейдару, и его это чертовски злит.

***

Итачи ещё раз сверяется с адресом и растерянно крутит головой по сторонам. Это кажется ему бессмыслицей — Дейдара никогда не любил кальяны и тем более не ходил в кальянные, но все сомнения сразу отпадают, стоит Итачи увидеть в окне красную макушку Сасори. Он подходит к стеклянной двери, но замирает, заметив, что Дейдара смотрит на него в упор через проклятое стекло. Глаза Дейдары удивлённо округляются, по его лицу пробегает смесь эмоций, которые Итачи не успевает разобрать, а потом он говорит что-то Сасори, показывая Итачи рукой, чтобы тот стоял на месте. Сасори недоумённо оборачивается и, увидев Итачи, раздражённо закатывает глаза. Итачи отходит от двери, и в этот из кальянной к нему выходит Дейдара, зажимая в руке щипцы, которыми обычно в кальянных переворачивают угли. Это смотрится почти нелепо, но Дейдара выглядит настолько взбешённым и потрясённым одновременно, что на мгновение Итачи кажется, будто в следующую секунду Дейдара воткнёт эти щипцы ему в горло. Но Дейдара лишь закрывает дверь, хмурится и со вздохом произносит: — Нашёл всё-таки, хм. — Нашёл, — соглашается Итачи, не в силах оторвать от Дейдары взгляд. Тот кривит губы, сдувает упавшую на глаза чёлку, выбившуюся из пучка и бормочет: — Хм. Так и знал, что Мадара меня сдаст. — Я нашёл тебя раньше, — возражает Итачи, делая к Дейдаре шаг. Дейдара отшатывается, выставляя перед собой щипцы острым краем вверх, Итачи застывает. — Я не хочу тебя видеть. — Я знаю. Что же, Итачи и не думал, что будет легко. — Не хочу ничего слышать. Итачи ничего не отвечает и делает ещё один шаг вперёд. — Мне плевать на всё, что ты скажешь, хм. — Врёшь, — усмехается Итачи, подходя вплотную. Дейдара всё-таки упирает щипцы ему в горло, и цедит: — Зачем припёрся? Итачи чувствует, как холодный металл впивается ему в сонную артерию. Он сглатывает, чувствуя странный трепет внутри, и примирительно вскидывает руки вверх: — Поговорить. — Поговорить, хм? — шипит Дейдара. — Иди на хуй, вот и весь разговор. — Только если на твой, — вырывается у Итачи раньше, чем он успевает подумать. В глазах Дейдары загорается настоящее бешенство, он давит щипцами на шею сильнее, а Итачи не может прекратить впитывать в себя его образ: опасно суженые глаза, острые ключицы, виднеющиеся из-под ворота футболки, искривлённые в оскале губы, которые так и хочется… — Шутки со мной шутишь, хм? — внезапно возвращает себе самообладание Дейдара, отступая назад и опуская руку с зажатыми в ней щипцами. Он отводит взгляд, невесело усмехаясь, а Итачи только сейчас понимает, что на какое-то время даже перестал дышать. Он выдыхает и ловит себя на мысли, что, в целом, был бы даже не против, если бы Дейдара всадил щипцы ему в горло. Или в глаз. При условии, что Дейдаре стало бы от этого легче, разумеется. — Дейдара, — зовёт он его, Дейдара поднимает взгляд. — Что? Итачи не намерен сдаваться так просто. — Нам надо поговорить. Он почти ненавидит себя за то, как спокойно это звучит, не отражая ничего из того хаоса, который сейчас творится в его душе. Но почему-то именно это срабатывает, заставляя Дейдару отмереть. — О чём нам с тобой разговаривать, хм?! — Дейдара взмахивает руками, Итачи чудом успевает увернуться. — Тебя не было пять лет, Учиха, пять! Мы — чужие друг другу люди, и вообще, у меня уже есть пара, и ты… — Я знаю, что у тебя никого нет, — вставляет Итачи, про себя отслеживая его реакцию. Дейдара давится воздухом, и смотрит на него с вызовом: — Следил за мной? — Меньше надо в твиттере трепаться, — пожимает плечами Итачи, чувствуя, что нашёл нужную точку и готовый давить на неё до последнего. — Дейдара, пожалуйста. Он подходит к Дейдаре ещё ближе, до сих пор не веря в то, что вот он, Дейдара — стоит перед ним, злится. Живой. Совсем как было когда-то. Дейдара тяжело вздыхает, сжимая пальцами переносицу. — Хм. Ты ведь не отвяжешься, да? Его голос звучит устало, и Итачи ничего не говорит — они оба знают ответ на этот вопрос. Дейдара молчит несколько секунд, словно собирается с духом, но не успевает ничего сказать — напряжение становится просто невыносимым, и Итачи резко сокращает расстояние. Его откровенно ведёт: Дейдара слишком близко, к нему можно прикоснуться, можно… Думать становится поздно, он прижимает Дейдару к себе. Тот дёргается, пытаясь вырваться, но Итачи держит его крепко, носом скользя вдоль шеи. Дейдара застывает, Итачи сквозь одежду чувствует, как его начинает трясти, хватка невольно усиливается. Он шепчет на выдохе: — Выскажешь мне всё, что обо мне думаешь, разобьёшь мне лицо, если тебе от этого станет легче, но ты должен меня выслушать. Дейдара прекращает брыкаться, затихает, Итачи прижимает его к себе сильнее и продолжает: — Можешь бегать от меня по каким угодно странам, я всё равно тебя найду, и ты знаешь это. Я скучаю, Дейдара, невыносимо, просто дай… Дейдара дёргается, поднимая голову. Его глаза снова мечут молнии, и это, что Итачи любит в нём больше всего — жизнь, бьющую через край, бешеную, взрывную энергию, которая сквозит в каждом жесте. — Ещё раз заставишь меня пройти через подобное, и предыдущий год покажется тебе сказкой, хм, — шипит Дейдара, глядя ему в глаза и не двигаясь с места. Итачи понимает — если он отпустит Дейдару сейчас, то потеряет его навсегда, и это осознание бьёт по нему особенно остро, настолько, что он не выдерживает и подаётся вперёд, прижимаясь к губам Дейдары своими. Инстинктивно он готовится к тому, что Дейдара его сейчас оттолкнёт, но он отвечает на поцелуй, со злостью прокусывая губу Итачи до крови и прижимаясь к нему всем телом. Чувствуя привкус крови на языке, ощущая тепло Дейдары рядом, Итачи ощущает себя так, будто его разорвало на части, выбило остаток воздуха из лёгких. А потом собрало воедино и позволило, наконец, нормально дышать.