Глава 21: Последний разговор и зов крови
28 апреля 2026 г., 21:22
Утро свадьбы было наполнено суетой, которую Кассиан наблюдал со стороны. Он видел мать в том самом золотом платье — она выглядела ослепительно, как само солнце, пробившееся сквозь серый пепел Апокалипсиса. Но когда пришло время отправляться на остров Амур, мальчик проявил неожиданную твердость.
— Мам, я не полечу, — отрезал он, когда Вики попыталась взять его за руку. — Я и так переписал половину истории. Мое присутствие на благословении богов может окончательно запутать нити судьбы. Я останусь в Академии. Это ваш с папой день. Только ваш.
Вики долго спорила, ее глаза наполнялись слезами, но в итоге вмешалась Ребекка положила руку на плечо внука и коротко кивнула, понимая его мотивы лучше остальных. Кассиан должен был остаться тенью, чтобы не разрушить то хрупкое счастье, которое только что зародилось.
Остров Амур встретил влюбленных тишиной и древней магией. Пока там, под сенью божественных деревьев, Вики и Голод обменивались клятвами и предавались ночи безумной страсти, Кассиан был почти один в затихающей Академии.
Вечер опустился на школу тяжелым сизым туманом. Кассиан не мог сидеть в четырех стенах. Это была его последняя ночь в этом времени, и он хотел попрощаться с миром, который скоро навсегда изменится.
Он направился к озеру. Вода была кристально прощрачноц, и совершенно неподвижной. Кассиан сел на поваленный ствол дерева, глядя на отражение мертвых звезд.
— Ты странный малец. От тебя пахнет сестрой, но в жилах течет пустота брата.
Голос прозвучал как лязг мечей на поле боя — тяжелый, резкий, вибрирующий от скрытой мощи. Кассиан даже не вздрогнул. Он медленно обернулся.
На берегу, прислонившись к огромному валуну, стоял Война. Его седые волосы казались кровавыми в сумерках, а широкие плечи едва сдерживали его мощь . От него исходила аура такой ярости, что обычный бессмертный уже давно бы лишился рассудка, но Кассиан лишь спокойно смотрел на дядю.
— Здравствуй, дядя Война, — тихо сказал мальчик.
Всадник сузил глаза, и его рука непроизвольно легла на эфес огромного меча.
— Дядя? Ты либо безумен, либо самоубийца. Я пришел сюда, чтобы найти тишину перед тем, как завтра мы сотрем этот мир в порошок по приказу Матери. Почему ты не бежишь?
— Потому что я знаю тебя, — Кассиан поднялся и сделал несколько шагов навстречу Всаднику, входя в зону его убийственной ауры. — В моем времени ты — легенда. Но не как разрушитель, а как тот, кто нашел в себе силы отказаться от цепей.
Война издал сухой, лающий смешок.
— Отказаться от цепей? Я — Всадник. Я создан, чтобы убивать. В моей природе нет места для выбора. Матерь дала нам жизнь, чтобы мы несли смерть.
— Матерь дала вам жизнь, чтобы вы были ее инструментами, — твердо возразил Кассиан. — Ты чувствуешь это, верно? Эту пустоту внутри, которую не заполнить никакими битвами. Мой отец... Голод... он нашел способ. Он сейчас на острове Амур, он женился на женщине, которую любит. Он предал Матерь ради жизни.
Война нахмурился, и воздух вокруг него задрожал от напряжения.
— Брат слаб. Он поддался чувствам смертной.
— Нет, он стал сильнее, — Кассиан подошел почти вплотную, глядя снизу вверх в пылающие глаза Всадника. — Завтра в бою ты встретишься с ним. И со Смертью. Вы будете убивать друг друга по приказу существа, которое вас не любит. Матерь Жизни просто хочет очистить холст, и вы для нее — такие же расходные материалы, как и ангелы с демонами.
Война молчал, его челюсти были крепко сжаты. Кассиан видел, как в его взгляде борется привычная ярость с горьким осознанием правды.
— Переходи на нашу сторону, дядя, — прошептал Кассиан. — Не ради Ордена, а ради себя. В будущем, из которого я пришел, ты не цепной пес. Ты — защитник. Ты узнал, что такое мир, узнаешь что такое любовь, и ты ценишь их больше всех, потому что знаешь цену войны. Помоги нам победить Матерь. Спаси маму, папу... и меня. Если ты завтра выберешь не ту сторону, меня никогда не будет.
Война медленно убрал руку с меча. Его аура ярости начала затухать, сменяясь тяжелым раздумьем. Он посмотрел на озеро, затем на маленького подростка, который так отважно стоял перед ним.
— Ты говоришь о будущем так, будто оно уже написано, — глухо произнес Война.
— Оно написано нашими поступками сегодня, — ответил Кассиан. — Голод уже сделал свой выбор. Теперь очередь за тобой.
Всадник долго смотрел на воду, а затем снова перевел взгляд на Кассиана. В его глазах больше не было жажды крови.
— Иди отсюда малец, — наконец сказал Война, разворачиваясь, чтобы уйти в лесную чащу. — Завтра будет много крови. Но... возможно, я посмотрю на эту битву под другим углом. Передай брату, что его «семейные узы» начинают действовать мне на нервы.
Кассиан проводил его взглядом и облегченно выдохнул. История снова сделала крутой поворот. Теперь у них было на одного Всадника больше. Мальчик посмотрел на небо — тучи начали расходиться, и где-то далеко, на острове Амур, зажглись первые свадебные огни. Его работа здесь была почти закончена.
