Медовый месяц

*** Нормального медового месяца у них не было. Впрочем, он и не нужен был ни Зои, ни Уошу, как бы там ни шутил по этому поводу Мэл, внезапно оказавшийся третьим лишним в их маленьком экипаже из трёх человек. В самом деле, что делать капитану корабля, если замкэпа и пилот внезапно решили сочетаться законным браком и теперь уединяются в каюте при любом удобном случае? Правильно: сидеть за пультом управления, отдавать самому себе команды, и хандрить. Впрочем, скучать Мэл, кажется, не собирался, накачав из локальной планетной сети каких-то непотребных любовных романов, и ехидно вставляя в разговор цитаты про «нефритовые стержни» и «мраморные столпы» Уоша. Зои, которую по неведомой причине миновал поток Мэлова остроумия, лишь хмыкала, наблюдая, как периодически краснеет от подколок капитана её новоприобретённый муж, но не торопилась ни комментировать подколы Мэла, ни вступаться за Уоша. А вот Уош, кажется, окончательно потерял голову, словно влюблённый мальчишка-девственник. Хотя он не был ни тем, ни другим. Несмотря на образ «своего парня», а, может, и благодаря ему, Уошу всегда удавалось добиваться любой девчонки, которую он хотел. Даже стройные, подтянутые тонконогие курсантки, намертво впаянные в форму Лётной Академии, обтягивающую их прелести словно вторая кожа, и те не могли устоять перед обаятельной, в тридцать один зуб (не спрашивайте про задний коренной!) улыбкой Уоша, когда тот предлагал немного задержаться на полигоне и попрактиковать «нижний правый разворот шаттла». Но Зои была чем-то особенным. Кем-то особенной. Его — особенной. Когда Уош касался её, он чувствовал лёгкое электрическое покалывание в кончиках дрожащих пальцев — словно дотрагивался не до живого человека, а до пульта управления корабля. Когда Уош ощущал, как под его ласками у Зои слегка сбивается дыхание и учащается пульс, когда видел, как скапливаются капельки пота в ямочке над её верхней губой, когда чувствовал жаркое тепло её тела под одеждой, то (выражаясь языком пошлых книжонок) даже забывал, как дышать. Иногда Уошу хотелось задать тот самый, извечный ревнивый мужской вопрос, сколько у жены было партнёров до него. Ведь хотя во время секса Зои не казалась ни излишне стеснительной, ни чересчур опытной, но некоторые чувственные практики Уош испытал на себе впервые. Однако, когда он с замиранием сердца смотрел на неё — на обнажённую и беззащитную, спящую рядом с ним в постели, или на абсолютно одетую, собранную, опасную, стоящую рядом с Мэлом на капитанском мостике, — ему хотелось верить, что всё дело в банальной любви. Когда двое людей, мужчина и женщина, просто доверяют друг другу настолько, чтобы… В общем, глупость глупостью, даже вслух произносить стыдно. *** И единственное, что хоть как-то огорчало Уоша в его сладчайшем медовом месяце — это то, что Зои, кажется, могла при желании полностью себя контролировать даже в самые безумные эротические моменты. А ещё она замечала каждую незначительную мелочь, которая касалась Уоша. Иногда это было приятно (три ложки сахара на кружку кофе, потому что «глюкоза, детка, нужна уставшему мозгу пилота!»), иногда — неловко («Зои, солнышко, динозавры на приборной панели нужны… э-э-э… только для красоты!»), а иногда — чертовски раздражало. — Хм-м-м, — пробормотала она однажды в позе наездницы, прерывая глубокий поцелуй с Уошем. — Нижний… задний… коренной… зуб? Каждое слово выдыхалось из её губ с хрипловатой интонацией, предшествующей скорому оргазму, потому что именно в этот момент Зои то приподнималась над Уошем, то опускалась, глубоко насаживаясь на его член, и её большая упругая грудь с крупными шоколадными каплями сосков мягко колыхалась в такт движениям. — Заткнись, женщина! — То ли прорычал, то ли простонал Уош, отчаянно подаваясь вверх бёдрами в попытке поймать ускользающий безумный ритм. — Заткнись и продолжай шевелиться! Зои послушно заткнулась и продолжила. И продолжала ещё, и ещё, и ещё… пока от их общего слитного стона не завибрировали переборки «Серенити». Но от темы безвестно утерянного зуба Зои не отступила. — Если бы я знала, что мне в мужья попадётся беззубый старикашка, то я бы не спешила с замужеством, — поддразнила она полчаса спустя, полностью обнажённая лёжа в объятьях Уоша и кончиком ногтя нежно чертя сложные иероглифы на его мокрой от пота груди. — Мужья это тебе не кони, булочка, — расслабленно произнёс Уош, бездумно разглядывая потолок каюты так, будто бы тот был картой звёздного неба в обзорном экране корабля. — Их выбирают не по зубам, а по харизме, силе, отваге и мужеству. Однако его правая рука, обнимавшая талию жены, самым невинным и случайным образом скользнула выше — по её плоскому мускулистому животу, ещё не задевая груди, но не оставляя сомнений о том, к чему этот жест в результате должен привести. А сам Уош уже вовсю рассказывал о тренировочном вылете на одну крошечную луну, о страшной аварии, о том, как он, тогда ещё юный курсант академии, буквально зубами перегрыз ремень безопасности, чтобы добраться до аптечки. И как потом, героически превозмогая боль в сломанных рёбрах, этот самый юный курсант поднял учебный шаттл в воздух, отбуксировав его на базу. — Всё дело в том, родная, — пробормотал Уош, утыкаясь носом в ложбинку на груди Зои, пробуя на вкус её смуглую кожу и чувствуя, как «уош-младший» снова принимает боевую стойку, — всё дело в том, насколько сильна в тебе воля к победе. И даже вывихнутая челюсть тогда не имеет никакого значения. Язык Уоша продолжил свои мягкие дразнящие движения, и Зои приняла на веру трогательную историю о юном отважном курсанте. Или сделала вид, что поверила, по ней так сразу и не скажешь. Да и не было времени выяснять, ведь момент был явно неподходящий. *** Однако, спустя пару дней, во время общего с Мэлом ужина, Зои достала из холодильника три бутылки пива, и, хитро прищурившись, откупорила их зубами — одну за другой. — Всё дело в практике и в силе нажима, муж, — улыбнулась она, соблазнительно перекатывая пивную пробку между своими губами. — Если открывать аккуратно, ни один моляр не пострадает. Зои стояла спиной к Мэлу, и капитан не видел её, уткнувшись взглядом в наладонник и сосредоточенно листая резюме — «Серенити» срочно требовался механик и техосмотр. Даже откупоренную бутылку пива принял не глядя и поблагодарил лишь кивком. А вот Уош с усилием сглотнул, не в силах оторвать взгляда от пухлого чувственного рта своей жены. И когда заметил крошечные ярко-алые отметины, которые оставили на её губах острые жестяные края, вскочил на ноги так быстро, что чуть не опрокинул стол. — Сэр, — промурлыкала Зои, улыбаясь мужу, но обращаясь к Мэлу. — Вы не будете скучать без нас? В рамках медового месяца я хочу, чтобы наш пилот сорвал с меня одежду. — Скучать не буду. Но срывать рекомендую аккуратно. Иначе оба будете ходить в лохмотьях. Денег на новое обмундирование всё равно нет, — хмыкнул Мэл, даже не глядя на обоих. — И скорей бы уже найти механика. Может быть, хотя бы при нём вы наконец-то вспомните о субординации. — Так точно, кэп! — иронично и подчёркнуто звонко скопировал Уош высокопарную интонацию Зои. — Есть отставить трахать замкэпа при новом механике! Но пока, — вполголоса добавил он, сгребая жену в охапку и уволакивая в сторону каюты, — пока я имею на это полное право, потому что у нас, мать его дери, медовый месяц!