Intuition 4 Hire, LLC

      Ночной Токио за окном мощного бизнес-седана превращался в смазанный калейдоскоп неоновых огней. Шелест дождя по стеклу создавал иллюзию уютной изоляции от внешнего мира. Старший вел машину одной рукой, а в другой лениво крутил тяжелую золотую зажигалку. Он терпеливо ждал, пока младший закончит свой телефонный разговор.       — Она как всегда вовремя. Будто чувствует, что мы делаем и куда едем, — подметил Ран, как только экран смартфона в руках брата погас.       — И не говори, — отозвался Риндо. — Пугающая интуиция.       Вскоре впереди показалось здание клуба на одном из перекрестков Сибуи, мерцающее холодной бежевой подсветкой. Кадран — их жемчужина, место, недоступное простым смертным. Здесь покупали не просто тела, а ощущение абсолютного обожания.       Когда двери распахнулись, в нос ударил густой аромат импортных сигар и чего-то приторно-сладкого. Администратор мгновенно согнулась в глубоком поклоне, едва завидев их фигуры на пороге.       — Господа Хайтани! Добрый вечер. Мы вас как раз ждем.       — А мы-то как ждали... Ты нас заинтриговала, Аяно, — протянул Ран, одаривая девушку своей фирменной ухмылкой.       — Да-да, всё уже готово, — она почтительно улыбнулась, приглашая их за собой.       Пару дней назад Аяно отчиталась о новом наборе девушек. В этот раз он прошел куда удачнее обычного, и в Кадран прибыло много новеньких. «Свежих» — как называли их братья. Тех самых, чья искренняя неопытность так им нравилась.       Администратор вела их по коридору, стены которого были обиты звукопоглощающей тканью цвета темного шоколада. Здесь не было слышно привычного шума Сибуи — только едва уловимая вибрация басов, доносившаяся из общего зала, и тонкий шлейф аромадиффузоров, витавший в воздухе.       — Надеюсь, они не просто хорошенькие, но и понятливые, — усмехнулся Риндо. — Не люблю, когда приходится повторять дважды.       Аяно открыла перед мужчинами тяжелую дверь VIP-зала. Внутри царил полумрак, разбавляемый янтарным светом ламп и фиолетовой подсветкой по периметру. В центре, у двух диванов, расположенных вокруг роскошно накрытого стола, стояли эскортницы. Они слегка опустили головы, ощущая на себе пристальный взор братьев.       Риндо сел в кресло напротив, небрежно закинув ногу на ногу. Он окинул присутствующих оценивающим взглядом. Для него это было сродни смотру нового имущества — качественного, дорогого, но требующего тщательной проверки.       — Ну же, поднимите лица, — негромко скомандовал он.       Девушки заерзали, в глазах — голодное блядское ожидание. Значит опыт у них все же имелся — он читался в их движениях, в хищной складке губ. Ран, словно искушенный продюсер, устраивающий кастинг, медленно пошел вдоль ряда. Он замер перед той, что стояла в центре — хрупкой брюнеткой с фарфоровой кожей. Склонившись к самому уху, он жадно вдохнул цитрусовый аромат её духов и обдал шею горячим дыханием:       — Пиздец ты сочная.       Его ладонь привычно скользнула по тонкой талии, сминая плоть на бедре. Бесцеремонно, с каким-то плотоядным наслаждением, он задрал подол платья, открывая взгляду гладкую, нежную кожу. Брюнетка рвано выдохнула и её грудь вздернулась, но в глазах читалась абсолютная готовность.       — И вправду… Аяно не соврала. Выглядишь… многообещающе. Как тебя зовут?       — Юина, — тихо ответила она, чувствуя, как её осматривают с ног до головы.       — На сегодня ты — моя, — Ран уже собирался увести ее, но его прервал голос брата:       — Стоять. Юина, да? Иди-ка сюда.       Она послушно шагнула и опустилась перед младшим братом на колени. Правила игры, которые здесь знали все: на клиента сверху вниз не смотреть, если сам не прикажет. «Уже смекнули, суки», — синхронная мысль пронеслась в головах братьев. Риндо взял её за подбородок, поднял голову и прищурился, внимательно изучая. Потом перевёл взгляд на ухмыляющегося брата.       — Что-то ты в последнее время зачастил выбирать сероглазых брюнеток, — слукавил он, едва заметно улыбаясь.       — Хочешь сказать, не согласен, что она ебабельная? — парировал Ран, его ухмылка стала шире.       — Да я солидарен на все сто, — ответил Рин, отпуская её и жестом указывая, что можно идти.       Он поднялся с кресла и непринужденно пересел на широкий кожаный диван, тут же ощутив, как его окутывает десяток жадных взглядов. Одна из девиц, поправляя вырез своего платья так, чтобы он стал еще глубже, уже скользила к нему.       — Дорогие, налейте мне чего покрепче, — произнес он, ослабляя галстук и расстегивая верхние пуговицы рубашки. — И расскажите что-нибудь интересное. Я пока еще думаю.       Бабочки засуетились, с готовностью предугадывая каждое желание. Одна, потянувшись за бутылкой на низком столике, нарочито сильно нагнулась так, что мини-юбка совершенно перестала скрывать золотистую кожу её ягодиц — решительно, вызывающе, прямо как на витрине.       — Блять, горячая, — усмехнулся Ран, не отводя глаз с того места, где только что приоткрылась эта сладкая завеса. Его голос был тёплым, как угли, и в нём скользил призыв: «Давай, покажи, на что способна».       Другая, подсев вплотную, провела рукой по бедру Риндо, чуть выше колена, задержавшись там на мгновение, пока её взгляд опускался к его паху. Она послала ему улыбку, которая пообещала больше, чем слова. Воздух наполнялся звоном льда, приглушенным смехом и жарким шепотом.       Хайтани вели себя по-хозяйски: они то лениво переговаривались о делах, то откидывались на спинки диванов, позволяя девицам ластиться, пока те пытались завоевать расположение королей Роппонги. Руки скользили по одежде, навязчиво и даже настойчиво, выискивая нужные места.       В этом хаосе душных запахов и липкой лести Риндо оставался холодно избирательным. Его взгляд то и дело возвращался к одной из эскортниц — блондинке с почти юношеским лицом и огромными, любопытными глазами. Её невинные черты резко контрастировали с откровенностью остальных, и именно этот контраст, похоже, разжигал в нем аппетит сильнее всего.       В конце концов, младший Хайтани сделал свой выбор. Он цепким движением захватил со стола бутылку дорогого коньяка и кивнул блондинке.       — Ты. Идем.       Не дожидаясь ответа, он направился к одной из небольших комнат, скрытых за увестистыми портьерами в углу VIP-зала. Девушка послушно последовала за ним, стараясь не отставать, пока дверь за ними не захлопнулась, отсекая лишние звуки.       Почти через час Риндо вышел из комнаты уже заметно подпитый, но не удовлетворенный. Оказалось, девушку звали Цукуши — она была хороша собой: гладенькая, без видимых шрамов, обладательница большой упругой груди, которая так приятно ложилась в ладонь. Секс с ней был неплохим, техника на месте, но показался каким‑то… обыденным, предсказуемым — этого было недостаточно.       К нему подошла девушка с подносом: коктейль, закуски. Он оценивающе оглядел её — милая, но не то. Тут же обвел взглядом все помещение и зацепился за ситуацию на одном из диванов.       — Ну прямо-таки шоу, — проворчал Риндо, но в его голосе проснулась заинтересованность.       На том самом месте, где недавно сидел он сам, разворачивалась настоящая, сука, провокация. Ран, со спущенными до колен штанами, сигарой в одной руке и полупустым бокалом в другой, лениво развалившийся на спинке дивана, казалось, полностью растворился в удовольствии. Он опустил напиток на стол и запустил пятерню в волосы девушки, которая сейчас усердно двигала головой между его широко разведенных ног.       Риндо замер на секунду, наблюдая эту откровенную картину. Здесь было всё: и безмятежная, наглая самоуверенность Рана, и бесстыдная податливость очередной «жертвы», и именно тот, ебаный вкус власти, который они оба так любили. Младший почувствовал смешанные эмоции — лёгкое раздражение, жгучее любопытство и тот самый соревновательный огонек, который всегда закипал между ними в такие моменты.       Он неспешно опустился на тот же диван, ощущая, как парфюм и нагретый воздух смешиваются с запахом алкоголя и пота. По пути вручил одной из бабочек новую бутылку, жестом приказав её открыть. Слов не нужно — достаточно только взгляда. Ран медленно повернул к нему голову. Его глаза, уже мутные от количества выпитого, блестели в полумраке зала, а ухмылка растянулась ещё шире.       — Как блондиночка? — спросил он, выдыхая струйку сигарного дыма. Его взгляд на секунду задержался на вздрагивающих плечах Юины.       — Скучно, — ответил Риндо, беря предложенную бутылку и делая щедрый глоток. — Вижу, ты с выбором точно не проебался. — Он снова приложился к горлышку, наблюдая, как по подбородку девушки стекает пенящаяся слюна. Та, несмотря на наворачивающиеся капли влаги в уголках глаз, продолжала упорно сжимать губы на члене брата. Всё, как надо.       — Да-а-а, — протянул Ран, с наслаждением затягиваясь. — Глотка просто ахуенная…       — Поделишься? Как в старые добрые? — Риндо намекнул на те времена, когда они были молоды и денег особо не было — приходилось брать одну шлюху на двоих. Этакая братская солидарность.       — Конечно. Для тебя ничего не жалко, — ответил Ран, и в его голосе проскользнула та самая давняя, едва уловимая нежность, которую он позволял себе только по отношению к брату. — Хотя… сейчас всё проще, без очередей.       Он сделал ещё одну затяжку, задумчиво глядя на Юину, потом на брата. Риндо лишь усмехнулся в ответ, понимая, что он имеет в виду. Их вкусы, хоть и менялись, но основы оставались неизменными, крепко замешанными на разврате и власти.       Парень обошёл девушку и опустился сзади. Её короткая юбка, качавшаяся в такт движениям, едва прикрывала все прелести. Он задрал подол и провёл пальцами по ткани белья на промежности.       — Хей, а ты её уже трахал чтоли?       — Нет, только полапал немного. Жопа, у нее, кстати, тоже ничего такая. — ответил Ран и рассмеялся.       — Пиздец, ха-ха. Бро, да она ручьем течет только из-за отсоса тебе. Дай-ка мне нож какой-нибудь.       Риндо лезвием поддел кружево по бокам, разрезая тонкие трусики, и ткань тут же упала на пол. Ноги девушки чуть дрогнули от прикосновений холодного металла, а на губах появилась смущенная полуулыбка. Братья наблюдали друг за другом с привычным кровожадным спокойствием: кто‑то давал, а кто‑то брал, и оба довольны раскладом.       Младший смочил слюной пару пальцев и опустил вниз. Пройдясь по влажным половым губам, он вставил их во влагалище девушки и сделал пару движений.       — Слушай, да это самая мокрая киска из всех, что я видел. Вон уже, готовая, — его лицо озарила самодовольная ухмылка. — Рад, что буду первым.       — Валяй. Только не жести, — усмехнулся старший. — Всё же она миленькая — не губи товар.       Риндо вытащил пальцы и уже разбирался со своей ширинкой. Такие щедрые на реакции девушки возбуждали его мгновенно, поэтому в штанах уже стояло колом. Он с усилием надавил шлюшке на поясницу.       — Давай, давай, мне же неудобно будет, — его голос звучал почти воркующе. Юина подчинилась и изогнулась, выставляя бедра.       Младший Хайтани не удержался перед таким видом и отвесил скользящий шлепок по налитой ягодице — жест игривый и властный одновременно. В глазах плясали пьяные искорки и он, словно не услышав последнюю фразу старшего, не быстро, но уверенно, вогнал свой член на всю длину. Юина крупно дернулась и громко простонала.       — Блять, Риндо! Она же мне хер откусит!       — Извините, извините, — с притворным смехом ответил тот, обхватывая руками талию девушки. — Поймешь меня, когда сам попробуешь. Это какая-то нега, отвечаю.       Рин притормозил и перешёл на более медлительный темп. Зал наполнился томными вздохами мужчин и гортанными стонами Юины — как будто само помещение участвовало в этой игре. В глазах девушки мелькало смутное возбуждение: ей нравилось, что о ней говорили, как обсуждали её тело и мерили реакции на их действия.       Ран провёл пальцами по её волосам, задержав ладонь у корней.       — Детка, возьми-ка поглубже, — голос хрипел от сигары и алкоголя. Его пальцы крепко сжали пряди, направляя и удерживая. Юина на мгновение поперхнулась, но смогла вовремя унять рвотный рефлекс; ритм вокруг ускорялся, а ноги начинали дрожать от напряжения.       Риндо сзади почти навалился на нее, вбиваясь все с большим усилием. К симфонии стонов добавился звук влажных шлепков кожи о кожу. Взгляд Рана поймал хитрый намёк в глазах брата: «Давай одновременно». Они обменялись короткой усмешкой — молчаливое согласие старых привычек.       Старший уже буквально трахал рот девушки, держа её голову и самостоятельно двигая бедрами. Они имели её грубо, но по-своему слаженно. Еще несколько толчков сзади, еще пара движений спереди, и братья, синхронно сматерившись, кончили внутрь. Юина взвизгнула в пах Рана, когда Риндо на последнем толчке сжал ее ягодицы так сильно, что потом останутся синяки. Отдышавшись, младший вышел из все еще пульсирующей вагины и начал подниматься, натягивая брюки.       — Уф, бро, ты бы знал, как она сжималась, когда ты ей по самые яйца засаживал.       — Теперь хочу узнать. — усмехнулся Ран, облизывая пересохшие губы.       — Может, попозже. Перед третьим раундом мне нужна передышка. Эта киска умеет выжимать все соки.       — Только не смей сливаться со своим «попозже». — поддразнил его брат.       Рин подошел к креслу, где оставил свой пиджак, и вытащил из внутреннего кармана пачку денег, обвязанную резинкой.       — Все же не зря я сегодня зашел к Коконою за наличкой.       Он вернулся к осевшей на полу у дивана Юине и протянул ей руку. Она с трудом поднялась, поправляя одежду, и в её взгляде читалась смесь усталости, облегчения и какого‑то странного удовлетворения.       — Держи. — Риндо передал девушке купюры, — Молодец.