Выбирая тебя

      Не склоняясь, а лишь подтягивая ногу к бедру азиат с грациозной точностью надел чехлы на лезвия. Не оборачиваясь он молча пошел за своими вещами.       Вася только отошедший от шока воодушевленно последовал за ним.       Расшнуровывая ботинки Павличенко украдкой поглядывал на парня сидящего в другой части небольшой гардеробной. Тот быстро переобувался все еще оставаясь в наушниках с дугами заложенными за ушную раковину.       Он не одаривал Василия ни толикой внимания. Накинул зеленый пуховик, застегнул рюкзак и закинул его на плече, будто собирался вот так просто без объяснений уйти.       Вася нахмурился. Нет, он такого не допустит.       Бросив коньки в сумку он схватил куртку и нагнал удаляющегося парня. Тот никак не отреагировал, лишь ускорил шаг.       Вася почувствовал себя уязвленно. С каких это пор от него вот так сбегают? Парень узнал его, так что очевидно понимает кто Павличенко такой. Тогда чего игнорирует когда сам Василий изъявил свою заинтересованность в знакомстве?       — Ты меня узнал, — констатировал факт Вася склоняя голову и с ухмылкой заглядывая в лицо парню.       Тот упорно делал вид что не замечает его.       — Мы знакомы? — спросил Павличенко еще раз перебирая в голове международные старты. — Или ты мой фанат? — продолжил он не зная слышит ли его вообще парень в своих наушниках или нет. — Знаешь я не кусаюсь, меня боятся не надо.       Азиат резко остановился, одаривая острым взглядом исподлобья выражающим все его нежелание говорить.       — Василий Павличенко, — как ни в чем не бывало протянул Вася руку, — а тебя как зовут?       Парень смотрел на него несколько секунд, видимо осознавая что от него не отстанут.       — Огата, — коротко представился он все же снимая наушники и пряча их в карман. — Огата Хякуносуке.       Василий улыбнулся, сам хватая и пожимая чужую руку.       — Очень приятно, мы уже встречались? — упорно повторил он вопрос хоть и странно было забыть такую яркую личность.       — Нет, — категорично ответил Огата.       — Точно? — нахмурился Павличенко, не веря что они с таким талантливым парнем ни разу не встретились хотя бы на одном льду, не говоря о пьедестале. — Или ты парник? — с удивлением предположил Вася, ведь по тому как Огата катался он бы не сказал что там есть место девушке, но только это могло бы объяснить почему он его не узнавал.       — Боже, нет! — сморщил нос новый знакомый, до ужаса мило искажая произношение.       — Хм, странно, — пазл в голове Павличенко не складывался. — Ты катал на уровне…       Огата пожал плечами не меняясь в лице, но по блеску в глазах было видно что комплимент ему польстил.       — Ладно, — махнул на это Вася решая не забивать сейчас голову лишним. — Ты говоришь по-русски? — с очевидной радостью перешел он к другому интересующему его делу.       — Да, — гордо зачесал волосы Огата, явно наслаждаясь чужим детским восторгом.       Вася был просто на седьмом небе от того что этот азиат и правда знал его язык. Кроме как с Ильей Сергеевичем и другими парнями из клуба, со всеми приходилось говорить по английски, а это утомляло.       Так что такое чудесное стечение обстоятельств казалось подарком судьбы.       — Круто! — воскликнул он на эмоциях перекидывая руку Огате через плече и притягивая его ближе. — Честно я уже устал от вашего ломаного английского…       — Не могут выучить — значит идиоты, — заявил Огата закатывая глаза и отворачиваясь от слишком воодушевленного русского.       Павличенко засмеялся.       — Как категорично, — подметил он начиная примерно представлять характер Огаты. — Значит ты и английский знаешь, м?       — Конечно, — глянул на него Огата будто это самое очевидное на свете. — Как они хотят выходить на мировую арену если с трудом могут нормально представиться? — с отвращением поднял брови азиат. — Честно стыдно смотреть когда на интервью начинается бе да ме.       — Звучит как больная тема, — грустно подметил Василий.       — Просто не люблю когда те кто ничего из себя не представляют начинают что-то из себя строить, — сложил руки на груди Огата прямо-таки истекая ядом.       — Согласен, — серьезно согласился Вася сжимая челюсть и вспоминая кое-кого недобрым словом.       Несколько секунд простояв молча, их глаза вновь встретились, приятно резонируя общей озлобленностью на некомпетентных коллег.       — Поедим? — предложил Павличенко понимая что уже успел проголодаться. — Угощаю.       — Ну давай, — на удивление легко согласился Огата.       — Замечательно, тогда пошли, — похлопал его по плечу Василий снова расплываясь в улыбке. — Знаешь где здесь можно хорошенько обожраться мясом и приятно поболтать?       Ушли они не далеко. Огата привел к одной из передвижных лавок в конце улицы. От нее вкусно пахло дымом и мясом, а столы были под большой палаткой закрывающей от ветра.       Они сидели с краю длинного стола расстегнув куртки и убрав сумки под лавки. Еду по понятным причинам заказывал Огата и хозяин лавки как раз принес и поставил перед ними огромную тарелку различных мясных шашлычков.       У Василия аж потекли слюнки от этакого райского зрелища.       Огата невозмутимо ухмыльнулся и первый взял шпажку, зубами снимая с нее кусок курицы и начиная жевать.       Василий быстро последовав его примеру тоже вгрызся в сочное мясо, мыча и закрывая глаза от наслаждения.       — Это просто объедение… — блаженно прокомментировал он сглотнув.       — Ну я не удивлен, — с полным ртом промурлыкал Огата, из-за чего его произношение стало еще более нечетким и умилительным. — Якитори почти всем нравятся.       — Якитори, — повторил Павличенко рассматривая мясо на шпажках, некоторые из которых были с пореем. — Так у вас шашлыки называются?       — Можно сказать да, — кивнул в ответ Огата.       Довольный Вася отправил в рот оставшиеся куски курицы, беря следующую шпажку.       — Кстати, ты чего от меня сбежать пытался? — спросил Василий вспоминая злого по началу азиата, что заметно смягчился к этому моменту.       — Ты пристал ко мне и из-за этого нас выгнали с катка, — прямолинейно отчеканил Огата недовольно хмурясь.       — Из-за этого? — удивился Павличенко совершенно не привыкший к такой реакции на себя. — Такая глупость, мы ничего такого не сделали.       — Знаешь ли не приятно заработать дурную славу у охранника, когда приходиться изгаляться чтобы найти лед для тренировок, — тяжело вздохнул Огата, взглядом заставляя Васю почувствовать укол вины.       — Извини, — опустил взгляд Василий понимая что и правда не подумал.       — Что с тебя возьмешь, — снисходительно закатил глаза азиат.       Пару минут они ели молча, пока в голове Васи родился вопрос.       — Тебе негде тренироваться? — удивился он выводу следующему из чужих слов.       — Да.       — Как это? — аж перестал есть Павличенко.       — Летом ставят ледовое шоу. Одну из главных ледовых арен города закрыли на нужды режиссеров, приглашенных артистов и других участников, — слишком спокойно сообщил Огата не поднимая глаз. — Местных спортсменов просто выгнали. Так что за оставшийся доступный лед сейчас просто кровавая бойня.       — ЧТО?! — Павличенко просто вскочил ударяя руками по столу.       Огата промолчал беря очередную шпажку. Будто то что они сейчас обсуждали никак его не касалось.       — Поэтому ты был на том катке? — возмущенно воскликнул Вася. — Как Федерация это допустила?! Это же просто преступление против своих же спортсменов!       — Сядь, на тебя смотрят, — раздраженно прошипел Огата оборачиваясь к другим посетителям и мирно махая, мол все в порядке.       Вася так глянул на сующих нос не в свое дело зевак, что те сразу же поотворачивались в свои тарелки. После чего он все же глубоко вздохнул и сел.       Молчание затягивалось так что он вновь заговорил первый.       — Хяку… Хяку-но… — запнулся Павличенко пытаясь обратиться к азиату по имени.       — Огата, просто Огата, прошу не мучай ни мое имя, ни себя, — перебил его парень.       — Огата, — попытался уважить просьбу Вася, — нет, — посмеялся он проигрывая своему восприятию, — для меня это звучит как женское имя, я не смогу. Давай просто сократим, Хяку.       Огата красноречиво сощурил глаза.       — Неужели твой клуб ничего с этим не делает? — теряя улыбку спросил Павличенко, возвращаясь к главной теме.       — Я не состою в клубе, — вновь не смотря на Васю ответил Хяку.       Василия это смутило. За таких спортсменов обычно сами клубы грызутся.       — Тогда тренер! — взволнованно продолжил Павличенко привыкший что Илья кого угодно порвет за них, не говоря даже о том чтобы обеспечить местом для тренировок.       Да, Илья Сергеевич у них не много, не мало основатель и владелец клуба, но все же.       Вымученно вздохнув Огата, так же коротко ответил, откладывая шпажку в собравшуюся со своей стороны горку:       — Тренер у меня номинальный. Просто подписывает документы, — добил своим заявлением Хяку.       — В смысле?.. — растерянно выпрямился Василий. Ему было сложно представить подобное. — А как же совместная работа, программа… Поддержка в конце концов!       — Мне легче одному, — ответил Огата с отсутствующим взглядом.       — Ладно, — поник Вася начиная думать сколько же людей пострадало из-за этого несчастного шоу, — каждому свое…       Детские сборные, юниоры желающие заявить о себе и ворваться во взрослую лигу, куча профессионалов готовившихся представлять страну на мировых аренах. В конце концов любители и хоккеисты!       Глупо и безрассудно вот так вот просто парализовать индустрию вынуждая людей рвать друг другу глотки за лед еще больше обычного.       Или Японская Федерация не хочет медалей?       Самое смешное, что предоставленная им арена конечно часто кем-то использовалась, но без маразма, по вечерам она пустовала. На выходных тоже все заканчивалось на утренних ежедневных тренировках участников.       Павличенко знал что Илья дал организаторам расписание тренировок их клуба, и тогда каток был предоставлен только им, но он и не задумывался что эти гении решили наглухо закрыть каток для обычных спортсменов…       Василий был просто уверен что в свободное от официальных совместных репетиций время и часов для участников шоу, каток работал в обычном режиме.       — А как тогда ты тренируешься? — спросил Павличенко прекрасно понимая что публичные катки это не решение.       — Езжу на арену в другой части города, но это немного дальше и приходиться приходить в 4-5 утра чтобы людей было еще не так много, — объяснил Огата потягиваясь. — Сегодня не получилось, вот и пришлось сделать хоть что-то, — он сделал паузу. — Пока кое-кто не помешал мне.       — Ясно, — нервно улыбнулся Вася принимая заслуженный укол.       Он и сам вставал на тренировки в 6 утра, но это было обусловлено тем что, на домашней арене в Москве, ранние часы не были коммерческими и федерация предоставляла их профессиональным сборным бесплатно.       Тут же речь явно шла не об этом. Раз Хяку не состоит в клубе, значит сам платит за лед, даже учитывая настолько это неудобное время.       С таким расписанием речь о здоровом режиме и не шла.       Эмоции внутри Василия начали закипать.       — Честно, — прорычал он после продолжительных размышлений, — я прихожу к тому что это не ледовое шоу, а просто цирк.       — Интересное заявление, — усмехнулся Огата пристально смотря своими выразительными глазами.       — Если бы ты только это видел!.. — возмущенно вздохнул Павличенко, после чего помахал головой. — Ладно, по порядку. Я сейчас в Японии так как участвую в этом шоу.       — Это было довольно очевидно, — кладя подбородок на руку моргнул Хяку. — Хвастаться твоим именем на право и на лево они не стесняются.       — Да, но знаешь что бесит? — наклонился вперед Вася распаляясь. — Шоу — захватывающая история с историческим уклоном, рассказывает о поисках айнского золота, во времена немного после русско-японской. Я мог выбрать понравившуюся мне роль русского персонажа, — постепенно начиная тараторить продолжил он. Огата сосредотачиваясь прищурился. — Мне хотелось чего-то интересного, острого, и я выбрал роль в дуете. Мужском дуете.       — И правда необычно, — утвердительно кивнул Хяку. — Даже не верится что старики такое пропустили.       — Этот дует соперничество двух снайперов. Основная масса появлений в общих сценах это синхронное катание по разным сторонам катка, два номера танцы с прыжками — фоновые якоря и главный — первая встреча. Поддержки, мудреные шаги, прыжки, все по полной, — Павличенко сделал вдох. — Программа просто потрясающая, у зрителей должно захватывать дух!.. А МНЕ ПОСТАВИЛИ В ПАРУ ПАРНЯ ЧТО НЕ МОЖЕТ ОПРЕДЕЛИТЬСЯ ТАНЦУЕТ ОН ХЛАДНОКЛОВНОГО УБИЙЦУ ИЛИ СТРАДАЮЩЕГО ПРИНЦА!       Вася со злости ударил кулаком по столу. Одна мысль о Юсаку сегодня выводила его из себя. Он продолжил:       — Это «молодое дарование» боится выполнить нужные элементы ибо переживает что зацепит меня. Напряжение в нем видно за километр. Нервничает он, а падаем мы вместе! Не могу уже просто, это позорно. Кто вообще взял его на роль, с которой парень очевидно не справляется?!       В этот момент Хяку рассмеялся. Василий удивленно замолчал наблюдая за приступом азиата, не сильно удачно, пытавшегося прикрыть рот кулаком.       — Ну ты и сказанул! — с максимально насмешливой и довольной физиономией еле выговорил он. — По твоим словам этот парень совсем неудачник.       — Да, нет, ну он не прям плох просто… — попытался оправдаться Павличенко, но его перебили.       — Ладно-ладно, — махнул Огата вскидывая голову. — Юсаку, он такой… — расплылся он в злорадной усмешке.       Брови Васи дернулись когда Хяку назвал имя которое не должен был знать, ведь японский состав еще не объявляли.       — Ты знаешь Юсаку?! — пораженно спросил Павличенко.       Он не представлял что бы эти двое общались.       — К сожалению да, — поморщился Огата складывая руки на груди.       — К сожалению? — повторил Вася.       — Да, — утвердительно кивнул Хяку.       — Почему? — решил уточнить заинтригованный Василий.       — А ты его прям обожаешь? — умело подколол он.       — Боже упаси! — Павличенко аж передернуло.       — Ну вот и ответ, — вновь посмеялся Огата зачесывая волосы. — Одна его «невинность» бесит.       — Полностью согласен! — радостно воскликнул Василий, находя в Хяку еще большего единомышленника. — Иногда хочется спросит мужик ли он вообще. Мямлит мне там что-то на английском и все кормит обещаниями. Это уже просто какой-то кринж.       — Ло-о-ол, — картаво протянул Огата упираясь ладонями в стол. — Золотому, тепличному мальчику не повезло встретить большого страшного русского медведя!       — Нет ну это правда смешно, я понимаю как он выиграл свои медали, судьям нравиться лиричные исполнители, но как его взяли на роль никогда не пойму!       Повторил свое негодование Вася потянувшись за еще одной шпажкой, но тарелка оказалась уже пуста. Видно пока Василий негодовал по поводу шоу, Хяку успел прикончить блюдо.       — Его отец главный спонсор шоу, — кратко бросил Огата так же смотря на пустую тарелку перед ними.       — …       От услышанного Павличенко потерял дар речи. Утратив интерес к тарелке он медленно поднял взгляд на играющегося с одной из бамбуковых шпажек Хяку.       — Ты это серьезно? — спросил он переваривая полученную информацию.       — А какой смысл мне врать? — пожал плечами Огата.       — Тогда это объясняет подобный выбор, — холодно процедил Василий теряя последнее уважение к Юсаку. — И бездействие постановщика тоже…       Павличенко снова попытался взять мяса, но опять осекся.       — Да закажи уже еще! — со злости повысил голос Вася. — Можешь сразу две тарелки, пожалуйста.       Хяку сразу же, как ни в чем не бывало, встал поднимая руку и крича что-то владельцу лавки на японском.       Вася же тяжело вздохнул думая о том что вроде как сейчас в Японии, а проклятое кумовство все равно его преследует.       В мире Василия все было просто. Круто катаешься — выходишь на мировой лед, получаешь спонсоров и контракты. Это выгодно всем.       Так что подобные мансы неимоверно его раздражали. Это буквально плевок в лицо всем тем кто участвовал в пробах и получил роль честным путем.       Мысли его прервал хозяин лавки принесший им добавку.       Хяку поблагодарил его, но мужчина не ушел, а спросил еще что-то, выжидающе смотря на них.       Вася вопросительно глядел на Огату ожидая объяснения.       — Нас спрашивают не хотим ли мы взять пива к закускам, — наконец перевел Хяку.       — А тут так можно?! — воодушевился Вася.       Огата сощурился с немым посылом: «Ты слепой?», указывая на столы других посетителей.       — Ох, — до этого момента Павличенко реально не обратил на это внимания. — Конечно хотим! — дал он свой ответ показывая мужчине жестом, чтобы тот принес им обоим по стаканчику.       — Я вообще-то не пью, — прокомментировал Хяку уже на русском, ведь хозяин успел убежал.       — Я тоже, — кивнул Василий потирая руки, — но спортсмены тоже люди. Так что иногда ничего страшного не сделает.       — Русский, — хмыкнул Огата закатывая глаза, — что с тебя взять.       Вася рассмеялся. Хяку оказался таким забавным, когда не пытался сбежать. Он говорил что думал и Павличенко это нравилось.       Вскоре им принесли две кружки пива. Василий вынудил Огату чокнутся, но он все равно не притронулся к алкоголю.       — Значит мне больше будет, — пожав плечами забрал чужой стакан он когда прикончил свой.       Остаток вечера они болтали поедая шашлычки. Хотя в основном говорил Василий, Хяку же тихо жевал, мило набивая щеки словно хомяк.       Несмотря на поднятые ранее неприятные темы, Павличенко ощущал огромное облегчение болтая с этим угрюмым парнем.       Вообще произношение у Огаты было довольно плохим, особенно в сравнении с внушительным словарным запасом, но Василий на удивление прекрасно понимал его.       Большой удачей было обзавестись таким новым знакомым, а ведь если бы Василий не ушел с репетиции и не принял спонтанное решение покататься на публичном катке то не познакомился бы с Хяку.       По итогу он был даже рад что сегодня все так сложилось.       Василий оставил деньги на столе и они вышли. Их сразу обдало холодным ветром.       Павличенко взглянул на темное небо. Он и не заметил когда успело стемнеть.       — Хорошо посидели… — задумчиво прокомментировал он.       — М-м, — лишь промычал в ответ Огата, тоже поднимая глаза.       Вася повернул к нему голову тепло улыбаясь.       — У тебя есть Инстаграм? — спросил он доставая телефон.       — Да, — на удивление спокойно кивнул Хяку.       — Отлично, — протянул Павличенко свой телефон с открытым поиском Инстаграм. — Мне бы хотелось увидиться снова.       С секундной задержкой, показавшейся вечностью, Огата принял телефон тыкая на поисковую строку и ловко вводя ник. В пару нажатий он нашел нужный аккаунт, подписался и вернул телефон.       Без слов. Этого оказалось достаточно.       — Спокойной ночи, русский, — бросил на прощание Хяку разворачиваясь и направляясь вдоль улицы словно уличный кот.