На грани между

Есения Лебедева «Конец. Я дошла до своего конца» — эта мысль была одной из тех, которая последние месяцы билась в моей голове. Я не видела смысла для своего дальнейшего существования. Я не хотела больше жить. Но это не значило, что я хочу умереть. Во мне постепенно тлела невзрачная надежда на то, что что-то сможет стать тем, что поможет мне выбраться из этой ямы. Всё пошло под откос вновь. Тяжёлое заболевание, выявленное по случайности — мой кошмар, который теперь будет постоянно сопровождать меня. Я не должна была ни на что надеяться. У меня не было шансов. На моих руках были кривые, неровно зажившие шрамы, а душа была пуста. Во мне ничего не осталось. Но врачи думали иначе и отправили меня за надеждой. Ниточкой, за которую я смогу ухватиться, чтобы не тонуть и остаться на поверхности. И вот я сижу в кабинете. Хотя это просто больше напоминает обычную комнату, потому что нет привычного белого, синего и остальных приглушённых цветов, преобладающих в больнице. Передо мной сидел мужчина, не похожий ни на одного врача, которых я встречала раньше. «Шансов нет. Ты полностью обречена...» Дамир Елисеевцев Я прошёл через многих пациентов к своим двадцати восьми годам и прекрасно понимал, что недопустимо переступать через какие-то принципы, работая с тяжёлыми случаями. Никакой тактильности. Ничего лишнего. Никаких вовлеченных эмоций. Но, видя разбитого человека перед собой, всё автоматически сжалось вокруг нас и ситуации, в которой мы оказались. Я успел ознакомиться с картой своего нового пациента, поэтому владел некоторой информацией, но этого было предельно недостаточно, потому что она была слишком тревожной и тихой. Ничего лишнего. Словно на всё её существование был поставлен фильтр, через который пропускались все эмоции, действия и чувства. Это отмечали даже все врачи. Она не делилась ничем, кроме формальностей. Практически никто не видел её тело, получая устный чёткий отказ каждый раз, когда надо было провести осмотр. Я мог долго строить предположения, но, дойдя до личной встречи, все мои внутренности перевернулись.