Сопричастность

Не то, чтобы это должно его расстраивать, но всё же смутное раздражение от того, что Баки пренебрег предложением Таши и снова ушел, возникает. Самое глупое, что это не должно его раздражать. Он не должен злиться на то, что его лучший друг, влюбленный в его невесту, отказался… быть в союзе с ним, Стивом, и с его невестой. И. Черт. Он слишком часто про себя говорит «невеста». И слишком раздражен из-за того, что не должно его раздражать. — Сладкий? — зовет расположившаяся в гостиной и оторвавшаяся от бумаг Таша. Когда она читает бумажную документацию, которую регулярно присылает ей Пеппер на подпись, то носит очки. Не пижонские с цветными линзами, а в простой металлической оправе… В них Таша кажется немного беззащитной. Если не знать, что подобные очки разработаны ею и выдерживают прямой выстрел из крупного калибра — Наташа Старк ненавидит быть беззащитной. Поэтому — пуленепробиваемые очки. Поэтому — часы-репульсор. — Баки ушел, — говорит Стив, садясь рядом с ней на диван. Ручка скользит из пальцев Таши, и Роджерс ловит ее в паре дюймов от пола, вертит в руке. — Ты говорила… — Стив, — смотрит на него устало Таша. — Я могла предложить. Но не могла решать за него. Я думала… еще утром я думала, что он согласен. Прости. Она говорит, и голос ее горчит от непрожитого, но уже придуманного. Она скучает по этому несбывшемуся будущему, по идее, которой не суждено стать правдой. Стив уже видел ее такой — когда она смоделировала идеальную защиту для него, а потом поняла, что некоторых соединений на Земле просто нет. Долго она еще поминала Квилла недобрым словом за то, что поделился базой данных всех известных элементов Галактики — недоступных ей, превращающих ее почти идеальную броню в идею без возможности воплощения в жизнь. — Ты не виновата, — качает он головой. Раздражение на Баки усиливается. — Ты права. Он взрослый человек и… — Я слишком надавила, — перебивает Таша, хмурясь, и Стив убирает ее бумаги, карандаши-ручки, очки на журнальный столик. И обнимает ее. Потому что сейчас ей это необходимо. Потому что он может ей это дать — успокоение и уверенность в том, что он рядом. — Я его поцеловала, — выдыхает Таша, устраивая голову на его плече. — А до этого — он поцеловал меня. Знаешь, после боя, он кричал на меня за то, что я рисковала, я говорила, что всё было вполне безопасно, а потом… Он меня поцеловал. Она вздыхает, ожидая его реакции, а Стив только гладит ее по спине. Он знал, что Баки просто так не ушел бы. Он знал и боялся, что поцелуями дело не ограничилось. Таша смотрит на него внимательно, а после зовет: — Стив? — Всё хорошо, — кивает он, выдыхает. — Я думал… думал вы… — Нет, — со смешком отзывается Таша. — В моей постели побывал только один суперсолдат. В ее голосе слышится «пока». Стив усмехается. Таша неисправима. Она всё еще немного надеется и не хочет отказываться от своей идеи. — Я связалась с Квиллом, — говорит она, а глаза ее сияют. — Он обещал привезти материалы, которые нужны для твоего костюма. — Ты никогда не сдаешься, — улыбается Стив. — Ни-ко-гда, — соглашается Таша и целует его — медленно, долго, но очень горячо. Стив откидывается назад, скользит ладонями по ее узкой спине, сжимает ягодицы, подтягивает ее выше, позволяя ей оседлать свои бедра. Старк смеется, стягивает с себя футболку, и охает, когда Стив невольно сжимает ее бедра, глядя за ее плечо. — Решили начать без меня? — усмехается Барнс, отбрасывая мокрые волосы назад. — Простите, задержался. Не учел, что начнется дождь. Таша оборачивается на него, хмурится, переводит взгляд на Стива и сообщает: — Парни, вот это не честно. Я сегодня слишком вымоталась, чтобы играть с вами обоими. — Проверим? — хмыкает Баки и идет к ним. Таша начинает деланно возражать, но Стив видит, как сияет ее взгляд от понимания — сбывается, очередное несбывшееся, но желанное сбывается. И странное раздражение на Баки начинает… уходить. Не то, чтобы это нормально, но… Баки идет к ним, и глаза Таши сияют. А это ведь главное, да?..