Сопричастность

Когда Стив осознаёт, что Таша сменила место сна, проходит трое суток. Нет, в какой-то степени это было понятно — после взрыва корабля крии все мысли Старк занимает только то, что нужно расшифровать новую информацию. — Нет, ты видел их оружие? — возбуждено спрашивала она, позволяя Стиву затолкать её в душ. — Оно потрясающее! — продолжала, принимая от Баки тарелку с супом — что-то достаточно лёгкое и сытное. А потом она быстро ушла в лабораторию. — Старк, — хмыкнул Баки, словно ставя диагноз. — Таша, — со вздохом согласился Стив и предложил: — Я тут новую игру скачал… — Спорим, я тебя сделаю? — усмехнулся Барнс. Стив только усмехнулся тогда в ответ. Вообще-то, Баки его сделал, но это так, к слову. Важнее то, что на третьи сутки Таша приходит на кухню, сцеживая зевок в кулак… в пижаме. Стив смотрит на неё удивлённо. В голове проносятся сотня и одна мысль о том, почему Таша в пижаме, где она спала, если не с ним, не в его — не в их — кровати. Она желала Баки. И… наверное… получила. Конечно, получила. Она всегда получает то, что хочет. Она же Таша Старк. И Баки, наверное… И тут Стив глядит на Барнса и видит его откровенно недоумевающий взгляд. Баки смотрит на него, кивает на Ташу, словно спрашивая, что всё это значит, но Стива хватает только на выдох, полный вины и облегчения. — Стив? — тормозит Таша на подходе к столу. — Что у тебя на лице? — Она протирает лицо ладонью и просит: — Не говори, что ты сейчас подумал, будто мы тебе изменяем. Баки давится кофе и повторяет полузадушенно: — Мы? Старк, это звучит так, будто… — Идеально, — сообщает Таша, насмешливо вскинув брови. — О. Парни. Вы опять смотрите на меня так, словно я сказала что-то непристойное. — Она добирается до кофеварки. — Сейчас не сорок третий. За это больше не сажают в тюрьму. И вы оба согласились спать со мной. И вы оба суперсолдаты. Нет ничего плохого в том, чтобы помочь друг другу, когда я буду не в состоянии этого сделать. Стив не знает, что можно на это ответить. Честно. Потому что это… слишком. Определённо, это слишком для него. — Ты заставила Стива покраснеть, — хмыкает Баки, отпивая кофе. — Как будто тебя — нет, — бормочет Стив. Баки только хмыкает в ответ. Конечно, он думает, если его будили в течении этих лет, то он больше знает о мире. — В любом случае, — обнимает свою кружку с кофе Таша, — в спальню я вернусь только тогда, когда вы оба будете ждать меня там. А в остальном — все по прежнему. — Только без секса, — кивает Баки. И Стив почти благодарен ему, потому что не уверен, что сам бы смог спросить. — Отношения, — улыбается Таша, — это не только секс. Нет, определённо, я хочу вас. Обоих. Но ещё я хочу совместных завтраков, вечеров кино, и отсутствия неловкости. Будем двигаться маленькими шагами, о’кей? — Ты говорила с Пеппер, — хмыкает Баки. — О, ты не представляешь, сколько она выносила мне мозг, пока я не поняла, чего хочу! — нервно хмыкает Таша. — Так что? Она смотрит в свою кружку. Баки смотрит на Стива. Он понимает, что всё это происходит только потому, что он появился в их жизни. И нет, Стив рад, что Баки здесь. Он даже принял то, что придётся делиться с ним Ташей… Нет. Не принял. Он вообще не уверен, что это можно принять. Он смирился. Да, смирился. И сейчас Таша не ставит его — всех их — перед фактом, а предлагает действовать постепенно. Не торопясь. Что уже удивительно — не забыть сказать спасибо Пеппер. — В восемь, — говорит Стив. — Я хотел посмотреть «Двухсотлетний человек». — Я сделаю попкорн, — осторожно кивает Баки. — Вытащите меня из лаборатории в восемь, — соглашается Таша, стараясь не улыбаться и идя на выход из кухни. — Эй! Но Баки не отпускает ворот её пижамы и говорит голосом Зимнего: — Завтрак. — Именно, — соглашается Стив и кивает Баки — спасибо, что напомнил. Тот кивает в ответ и усаживает ворчащую Ташу за стол. Стив открывает холодильник и слушает, как Баки напомнает Таше, что недостаток в пище снижает её работоспособность, а она вяло отнекивается, хотя не помнит, когда ела в последний раз. И… Может, это сработает?