Black Day

      Очередной день стремительно идёт к концу, а они только завершили обсуждение планов на предстоящий месяц. Ещё даже никто не успел сходить в душ после тренировок, а напряжение в ногах всё усиливается – это всегда происходило даже десять лет назад, но теперь, когда они стали старше, тело сильнее реагирует, когда ему не дают нормально расслабиться. О последних новостях таблоидов и рейтингов говорить вообще не приходится. Юнги почти уснул, большую часть прослушав. И так толком и не понял, какую по счёту неделю они первые в списках.       Конечно, он по всему этому скучал. Он бы соврал, если бы сказал, что нет. Однако в данный момент всё, чего хочется – это наконец-то оказаться дома и развалиться на диване. Побыть в тишине. А до этого ещё несколько часов работы.       Думая о своей уютной квартире, он отвлекается и тут же обжигается горячим бульоном из-под лапши. Недовольное бурчание привлекает внимание остальных.       — Хён? — раздаётся взволнованный, но в то же время подозрительно весёлый голос Чимина. И Юнги уверен, у того явно зародилась какая-то шутка в голове. — Чачжанмён сегодня? Ты серьёзно?       Теперь Юнги чувствует, что все взгляды прикованы к нему. Он поднимает глаза от лапши, которую продолжает всасывать в себя, и вопросительно изгибает брови.       По лицу Чимина растекается хитрая улыбка:       — Неужели ты расстроен из-за того, что никто не поздравил тебя на 14 февраля?       До него не сразу доходит. Наверное, только после того, как Джей-Хоп округляет глаза, о чём-то догадавшись, и начинает громко хохотать. Следом за ним слышится смех Намджуна, который – естественно – тоже одним из первых вспомнил какой сегодня день.       День. 14 апреля. Чёрный день. Боже...       У него нет сил что-либо отвечать. Пока все смеются над забавным совпадением, Юнги молча показывает им всем средний палец, и быстро старается доесть свой ужин. Жрать хочется ужасно, а тут ещё ему пытаются испортить перекус.       Но гнев этот тоже показной, потому что в глубине души ему хочется отвлечься и не думать о том, что в комнате слишком много людей. Чересчур много, потому что, если быть честным, Юнги не хотел бы, чтобы кое-кто услышал шутку Пака. Но конечно ему не везёт сегодня и вот в отражении зеркала он видит Тэхёна, который стоит у него за спиной и делает вид, что ищет что-то в сумке.       Юнги не знает почему, но он уверен на сто процентов, что Ким только делает вид, что потерял свой телефон. Потому что совсем недавно тот лежал на столе...       В голову снова лезут странные мысли. Он ведь только и делает, что доказывает себе, что всё у него в голове. Что ему всего лишь это кажется и что между ним и Тэхёном нет того странного неловкого напряжения. Прошло столько времени с тех пор, как они решили разойтись, никаких следов прошлого не должно оставаться. И вроде бы возвращение из армии прошло относительно спокойно. Никто ни на кого не был в обиде, по крайней мере Юнги считал, что его всё устраивает, и если теперь Тэхён счастлив с Чонгуком, то так тому и быть. У них общие интересы, они оба очень прилипучие и им вдвоём должно быть хорошо. Юнги смирился с этим.       Вот только теперь он всё больше испытывает какую-то неприятную тоску. Раньше работа отнимала столько времени, что он не замечал часов и мог всю ночь потратить на запись музыки. Теперь же это чувство мешало ему даже думать. И что самое ужасное, это состояние было похоже на то, что он испытывал в первые недели, когда Тэхён его бросил.       Но ладно, если бы это всё держалось в секрете, и никаких внешних изменений не прослеживалось. Но вот Юнги снова чувствует, как его спину прожигает чей-то взгляд, и он, чёрт возьми, знает чей!       Он не пытается посмотреть в ответ, но зеркало всё ещё висит перед ним и, конечно же, Юнги не удаётся сдержаться. И как только он видит Тэхёна, рассматривающего его, сердце в груди больно сжимается. Ему кажется, что Ким его жалеет. Конечно, ведь всем известно, что такой работяга, как Мин Юнги, не будет тратить своё время на любовные отношения. Официально его последней парой был Тэхён, и почему-то у многих сложилось впечатление, что после расставания Юнги получил ментальную травму, из-за чего решил больше ни с кем не встречаться, потому что это приносит только разочарование.       Его немного мутит. Он надеется, что это из-за слишком быстро проглоченной чёрной лапши, поэтому запивает неприятный ком в горле водой. Сложно договориться с самим собой, но он всё-таки убеждает себя, что с ним всё в порядке.       Наконец-то команда перестаёт обращать внимание на уставшего хёна и все собираются на итоговое обсуждение партий. Юнги может дышать спокойно и его больше не беспокоят чужие взгляды. Вернее, конечно, всего один конкретный взгляд. Тэхён отвлёкся на разговор с Джином, который хоть и уставший, но в приподнятом настроении, и у него остались силы шутить. Их смех и подколы становятся ненадолго гвоздём шоу, пока Намджун не торопит всех. Уже очень поздно, все хотят в душ и домой спать. Каждая минута пребывания в компании становится всё тяжелее.       Юнги борется с отяжелевшими веками. Ноги так сильно затекли и хочется сесть. Но если он поддастся на уговоры своего организма, то точно заснёт.       Внезапно рядом с ним кто-то осторожно прижимается плечом к его. Излюбленный приём, который они все применяли столько раз, помогает удерживать тело в вертикальном положении, но тратить меньше энергии. Юнги благодарно опирается на подставленное плечо и поворачивается в человеку, чтобы поблагодарить. И на секунду теряется, потому что это оказывается Тэхён. Ну конечно...       Ведь парень всегда был внимателен и эмпатичен. Если Юнги бывало холодно, он оказывался рядом, чтобы накинуть сверху свою кофту. Если хён без обуви в одних носках ходил по грязному полу, Ким прибегал, чтобы отдать свои тапочки. Стоило только почувствовать, что силы иссякли, или что настроение катится на самое дно, Тэ тут же вырастал как из-под земли, чтобы поддержать, подставить плечо или обнять.       О последнем Юнги старается не думать. Он злится каждый раз, когда его тянет в сентиментальность. Воспоминания их прошлой жизни не должны из раза в раз так сильно ранить, поэтому он жестоко обрывает свои мысли.       Но толку от этого почти никакого, потому что плечо Тэхёна ощущается так естественно. И он будет выглядеть странно, если сейчас резко отстранится. На это даже сил толком нет, он скорее просто свалится на пол. А потом Ким попытается выяснить, почему Юнги его избегает. Этого только не хватает.       В итоге он так и остаётся стоять, уперевшись в Тэхёна, стараясь вслушиваться в то, что говорят остальные. К счастью, особо проблем с этим не происходит, потому что Ким не разговаривает с ним, поддерживая обсуждение с Намджуном и Хоби. У них не возникает проблем и с тем, что они слишком друг другу близко стоят, потому что рядом почти в обнимку стоят Чимин с Чонгуком и младший не проявляет ревность по отношению к Тэхёну, что даже удивительно. Наверное, Гуки среди них самый жёсткий собственник. Но, видимо, Юнги для него не представляет какой-то угрозы.       С другой стороны Сокджин поддерживает сразу двух человек из стаффа, обнимая их за талии. Хотя хён выглядит замученным, он продолжает заботиться о других ребятах. Так было всегда и спустя десять лет он не перестаёт следить за тем, чтобы все чувствовали свою принадлежность к общему делу. Юнги снова понимает, что его начинают переполнять эмоции и он недовольно кусает внутреннюю часть щеки, приводя себя в порядок. Ему кажется, что старость слишком быстро настигла его.       Спустя время наконец-то можно собираться домой. Мин принимает контрастный душ, чтобы проснуться, и, быстро обтеревшись, идёт в раздевалку.       — Хён, ты на такси? — Завидев его, Намджун прерывает разговор с Чимином и Джином. — Мы тут пытаемся понять, кто на чём едет домой.       — Думал ехать на машине компании, — отвечает тот.       Он вообще-то думал, что все уехали, пока он дольше обычного мылся. Да, специально. Но никто хотя бы не указывает ему на это.       — Я могу подвезти Юнги-хёна, — звучит низкий голос где-то сбоку.       Даже не надо оборачиваться, чтобы понять, что это Тэхён. Сегодня он приехал на своей машине, поэтому неудивительно, что может кого-то подвезти. Пока все смотрят на него, Юнги поворачивается в другую сторону, где стоит Чонгук.       Младший выглядит расслабленно и да, сегодня он тоже на своей машине, так что о совместной поездке парочки разговор не идёт.       Чонгук позволяет себе показательно вздохнуть, позабавив остальных, и произнести:       — Ну ла-а-адно, я тоже могу кого-нибудь подвезти.       Его предложение прокатиться на внедорожнике привлекает больше, чем аккуратная стильная машина Тэхёна, поэтому Чон уходит в обнимку с Чимином и Джином, хотя не то чтобы им всем по пути. Остальные решают поехать своим ходом, а Юнги...       А Юнги слишком дурак, поэтому соглашается на предложение Тэхёна. Потому что ни отказать ему, ни себе он не может. Рядом с Кимом спокойно можно спать, примостившись на сиденье, и не переживать о том, что парень будет опасно вести машину, недовольно ворчать на других водителей, включать громко музыку или ещё как-то шуметь. Так что он без лишних слов подсаживается в нему, облокачиваясь на спинку, и из-под опущенных ресниц наблюдает, как аккуратно Тэхён зажигает двигатель и выворачивает руль, чтобы выехать со стоянки. Смотреть на его оголённые предплечья, управляющие машиной, всегда было приятно. У Кима автоматически подключается плеер, который на низкой громкости наигрывает какую-то песню Нэта Кинга Коула. Атмосфера так сочетается с Тэхёном, что Юнги становится не по себе: настолько он привык к этому и впитал это ощущение за годы, что сейчас кажется, если он выйдет из машины, то запутается в реальности. Как сильно это кажется родным. Даже сильнее, чем его собственный дом, где – на секундочку – его ждёт голодный кот. Наверное, если бы с ними ехал Танг, то это было совсем идеально.       Хотя, конечно, кот не заменит Ёнтана, по которому Тэхён очень сильно скучает. Юнги прикусывает губу, чтобы не сморозить какой-нибудь глупости, потому что ему вдруг захотелось сказать что-то милое Киму. Сложно будет объяснить, зачем он вдруг вспомнил его собаку.       Целых десять минут они едут в тишине, пока Тэхён не задаёт вопрос:       — Хён, с тобой всё в порядке?       — М? — почти задремавший Юнги открывает глаза. — А что со мной может быть?       — Не знаю, — ёрзает Тэхён, — просто мне показалось... Хм... Мне просто показалось, что ты чем-то опечален.       Ну вот, приехали. Юнги трёт глаза, чтобы прогнать сонливость. Вот как с ним сейчас говорить? Тэхён чересчур внимателен, когда этого хочется меньше всего.       — Всё нормально, — наконец-то отвечает он. — Просто ужасно устал. Тяжело возвращаться к обычному режиму, когда... Ну ты понимаешь. Когда два года жил совершенно иначе.       — Хм, ну да. — Хмыкает Ким. — Хотя просыпаться рано тоже приходилось.       — Боже, да, — подхватывает хён. — Это самый отстой. Если бы не приходилось так рано приходить на службу, я бы ещё мог поверить, что в отпуске.       — Тебе ещё повезло. Всё-таки когда есть возможность возвращаться по вечерам домой, легче переносить такие перемены в жизни.       — Ты не рассказывал, как тебе там было, — замечает Юнги. На самом деле, они все особо не распространялись о своей службе в армии. В чатах только Чимин и Чонгук активничали, потому что были всё это время вместе и жаловались друг на друга и рассказывали смешные моменты. Намджун пару раз упоминал своих сослуживцев из шоу-бизнеса, как например Джухона из Monsta X, но и только. Тэхён же постил фотографии, где он в форме и с автоматом наперевес. Или с другими солдатами.       — Ну, мне на самом деле не на что было жаловаться. Там даже было весело.       — Я как раз и думал, что ты отлично справляешься и к тебе относятся хорошо.       Тэхён на это согласно кивает и улыбается. Ему явно хочется что-то сказать, но он сдерживается. Юнги подозревает, что это связано с его собственной службой. Возможно, Тэхён всё ещё переживает из-за скандала? Помнится, он тогда часто ему писал, чтобы узнать, как хён себя чувствует. Но Юнги не хочется сейчас об этом говорить. Ему хорошо вот так ехать с Тэхёном в машине и обсуждать что-нибудь простое, что не загружает мозг.       Он по возможности отвлекает его вопросами о сослуживцах и Ким пересказывает парочку историй, половину которых они все слышали, когда собрались после службы. Но от этого они не становятся менее важными. Всё-таки это часть жизни Тэхёна, который самостоятельно проходил службу вдали от группы. Несмотря на свою общительность и дружелюбие, Ким всё равно в первое время чувствует себя некомфортно в новом месте. Наверное, о нём он больше всего переживал, когда ребята оформляли документы. Если Намджун, Сокджин и Хосок могли о себе позаботиться, то с младшими было иначе. Чимину и Чонгуку повезло, но вот Тэхён остался совсем один. Юнги никому не говорил, но он правда часто думал о Киме в первые месяцы его службы: хорошо ли он питается? Как его приняли другие парни, проходящие службу? Был ли кто старше него? Глупо, конечно, об этом думать, когда у самого полно дел, но он не мог иначе. И в этом Юнги тоже никому не собирался признаваться, но тоска по Тэхёну была самой сильной среди всех остальных.       Наконец-то они подъезжают к дому Юнги и тот вдруг предлагает:       — Может, зайдёшь? Потискаешь кота, он неплохо поднимает настроение.       Он говорит это не особо ожидая, что Тэхён согласится. Младший наверняка устал, ему хочется спать или позависать в интернете. Но тот вдруг отвечает:       — Почему бы и нет?       На секунду Юнги зависает, пытаясь вспомнить уровень беспорядка в своей квартире. Хотя когда это вообще беспокоило их? В конце концов, они всемером жили в одном общежитии, и не такое видели.       Пока Мин договаривается с охранной о предоставлении Тэхёну парковочного места, тот спокойно сидит, подпевая весёлой песенке.       Его явно не беспокоит ни шерсть, которая прилипает к его штанинам, как только он заходит в квартиру, ни запах из кошачьего лотка. Юнги же сильно нервничает и просит чувствовать себя как дома, сделать себе чай, пока хён будет чистить туалет Танга. Кот, который пару минут назад спал на диване, теперь же начинает увиваться за Кимом, обнюхивая его носки и ожидая внимания.       — Хён, его покормить? — доносится из кухни. Следом звучит настойчивый мяфк кота.       — Да, если тебе не трудно, — отвечает Юнги, — корм на верхней полке... эээ... слева. Хотя, погоди...       — Я уже нашёл, — прерывает его Тэхён. Спустя несколько мгновений он прижимается к дверному косяку, держа в руках кружку с чаем.       Юнги отмечает мысленно, что это та самая кружка, из которой он всегда пил, когда приходил в гости. Мин убрал её в самый угол шкафа и за это время ни разу не вытаскивал. Ему кажется, что он оказался в сломанной реальности.       — Я знаю, где ты хранишь корм, — улыбается Тэхён. — Я ведь уже видел Танга.       — А... — мозг Юнги тяжело обрабатывает информацию, пытаясь найти воспоминания, когда Ким приходил к нему в гости. — Точно. Я забыл.       Он моет руки под пристальным взглядом Тэхёна. Это усложняет его состояние, но Юнги старается говорить спокойно:       — Хочешь есть? У меня оставались какие-то закуски и маринованное мясо, которые послали родители.       — Ммм, обожаю маринованное мясо от твоей мамы, — мечтательно вздыхает Тэхён.       Ужин не настолько выходит шикарным, но младший выглядит счастливым, когда пробует первый кусок говядины. Они размещаются за кухонным столом, отказываясь от стульев. Это тоже ассоциируется с жизнью в общежитии, когда они по вечерам лазили втихаря в холодильник и ели закуски, которые Сокджин покупал для завтрака. Если бы сейчас в помещении оказался хён и начал негодовать, что они без разрешения едят по ночам, они бы совсем не удивились. Но сейчас их отвлекает только любопытный кот, который всячески пытается забраться на стол и сунуть свою морду в тарелку с мясом. Юнги его отталкивает, но кот уворачивается и пытается забраться ему на спину.       Тэхён смеётся:       — Он у тебя совершенно непослушный!       — А ты попробуй воспитать кота, посмотрю я на тебя, — Мин недовольно сбрасывает со своей спины животное.       Парень хмыкает. Вытирает руки, поднимает кота и садиться с ним на высокий стул. Удивительно, но Танг не пытается с него перелезть на стол. Вместо этого позволяет себя гладить и тычется Тэхёну прямо в лицо.       — Он такой общительный.       — Он просто молодой и любопытный. С возрастом станет менее подвижным.       — Ну это не факт, — Тэхён чешет коту спину и тот довольно выгибается, — это всё зависит от его темперамента.       На это Юнги не отвечает. Он оставляет этих двоих общаться, а сам собирает грязную посуду и моет. Несмотря на позднее время, спать больше не хочется. Он предлагает Тэхёну стакан виски, но тот серьёзно качает головой:       — Я за рулём, хён.       Тот мысленно кроет себя матом.       — Точно, прости, я... Я забыл.       — Ничего страшного, — успокаивает его Тэхён.       Он внимательно рассматривает Юнги и тот не выдерживает:       — Перестань.       — О чём ты?       — Мне кажется, что ты высматриваешь во мне намёки на какую-то болезнь.       — Вовсе нет.       — Ну или на ещё что-то...       — Мне просто нравится на тебя смотреть.       Юнги резко закрывает рот. Тэхён выглядит недовольным, но это скорее из-за того, что Юнги его не понимает. Он позволяет разбушевавшемуся коту спрыгнуть с колен, после чего опирается на стол и снова смотрит на Мина.       — Я всегда на всех пристально смотрю. И ты это знаешь.       — Просто показалось, что в этот раз не просто так.       — Хм, — внезапно улыбается Тэхён, — ну, может быть, так и есть.       — Что?       Юнги чувствует, как это странное неловкое ощущение возвращается. Всего на пару часов он перестал о нём вспоминать и расслабился, и вот оно снова тут.       Но теперь они наедине в его квартире, их разделяет стол, но он такой узкий. Юнги делает большой глоток виски, чтобы успокоиться, но чуть не давится, когда видит, что Тэхён поднимается со стула.       По спине скатывается капля пота. Он вдруг чувствует жар. Ким медленно к нему подходит и Юнги хочется сжаться. Каждое движение парня ломает что-то внутри Мина. Он даже не замечает, что всё-таки делает несколько шагов назад, пытаясь сохранить оставшееся расстояние между ними неприкосновенным. Но Тэхёна так просто не остановить, а Юнги упирается в стену и бежать ему больше некуда. Оставшейся смелости хватает только на вопрос:       — Что ты делаешь?       — Хён, — Тэхён всё-таки замирает не дойдя до него всего шаг. — Нам надо поговорить.       В животе всё сжимается.       — Погоди, не надо.       — Я скучал по тебе.       Это конечная. Юнги кажется, что они переступают какую-то границу, которая делит их жизнь на "до" и "после".       — Ну что ты такое говоришь, — почти с мольбой произносит он. — Чего ты пытаешься добиться?       — Прости, — кажется, Тэхён приходит в себя. — Мне казалось, что ты тоже...       Он не договаривает фразу, как будто смутившись своих чувств. Юнги пытается его направить на правильную дорогу:       — Ты же сам понимаешь, что делаешь. Насколько это разрушительно.       — Раньше ты это так не называл.       — Я не про то, — он пытается подобрать нужные слова, — что будет с Гуки?       Выражение Тэхёна меняется:       — А что с ним?       Вопрос звучит нереально. Юнги несколько раз моргает, пытаясь осознать происходящее. Он чего-то не знает? Он что-то пропустил? Почему Тэхён так отреагировал на имя Чонгука?       Пока его мозг кипит от мыслей, Тэхён, как будто что-то поняв, улыбается и снова делает шаг. Тот самый, который оставался между ними, и Юнги оказывается пригвождённым к стене. Ким находит его ладонь и осторожно сжимает.       — Хён, — говорит почти шёпотом, но при такой близости Юнги слышит прекрасно, — мы же расстались.       — Чего? — тот не знает куда смотреть: в глазах Тэхёна можно утонуть, губы Тэхёна слишком притягивают, грудная клетка под рубашкой слишком привлекательна. Юнги приходит к выводу, что безопаснее всего смотреть на их руки.       — Пару месяцев назад. Я думал, что все в курсе.       Ага, кроме Мин Юнги, который не интересовался личной жизнью этих двоих по понятным причинам.       — Тем более, что Чимин сегодня так уверенно сказал про Чёрный день. Я думал, ты поэтому так отреагировал...       — Что?       Кажется, мозг окончательно сломался, но Юнги совсем запутался и ничего, кроме этого слова, произнести не может. Он всё-таки поднимает глаза, пытаясь по лицу Тэхёна понять о чём, чёрт возьми, тот говорит. Ким продолжает улыбаться:       — Я ему сказал, что хочу снова попробовать с тобой. Ну и думал, что он всем разболтал.       — Чт...       Наверное, уже пора закрыть рот и просто молча слушать. Глаза Юнги широко раскрываются.       — Ты сейчас?..       Тэхён качает головой.       — Я, видимо, поторопился и сделал всё не так. Боже...       У Юнги перехватывает дыхание. Ему начинают приходить в голову воспоминания, о которых он всё это время не думал.       Разве Чимин впервые пошутил про День Святого Валентина? В феврале точно что-то было. Только, кажется, это всё-таки был не он, а Хоби. Он вскользь спросил, не подарил ли ему кто шоколад, а когда Юнги ответил отрицательно, к нему больше никто не подходил. Разве что Сокджин много шутил и предлагал рецепты приготовления торта из Нутеллы и риса собственного сочинения. И Юнги был уверен, что это на день рождения Хосока, хотя после четырнадцатого об этом больше не говорили. А на Белый день все шутили про шоколадный торт уже на его день рождения, хотя прошла почти неделя после него. И он настолько запутался, что перестал понимать о чём вообще говорят.       А ещё он тогда не придал значения, но ближе к концу марта ему действительно кто-то подкинул шоколадные конфеты. И ведь это были его любимые и кто-то явно с заботой положил их на рабочий стол.       С каждым новым воспоминанием в груди всё сильнее разливается тепло. Юнги не знает, как будет правильнее реагировать, но Тэхён не даёт ему долго думать. Решив, что налажал, он пытается отстраниться, и Мин удерживает его руку в своей ладони, притягивая парня обратно.       — Ты там что-то недоговорил, — напоминает он, теперь уже смело заглядывая в глаза Тэхёна.              Тот громко выдыхает:       — Хё-ён...       Так нелепо ощущать смущение. Как будто они действительно вернулись на десять лет назад. Хотя на деле всё очень сильно изменилось. И Тэхён и Юнги уже столько раз делали переоценку своей жизни, интересов и отношений. Возможно, Ким узнал про себя чуть больше. Его жизнь всегда была активная и яркая. Юнги же себя чувствует замороженным во времени. Потому что не так много людей ушло из его жизни, не так сильно он в чём-то разочаровался. И сейчас, глядя на младшего, ему кажется, что не так сильно его чувства к нему уменьшились.       Как будто всегда для него существовал Тэхён. Не важно, любящий его или нет. Счастливый или грустный, элегантный или смешной. Всегда где-то в глубине сердца оставалась к нему любовь. И понимание, как тяжело ему было с Юнги, когда он часами не вылазил из студии, забывал поесть, написать сообщение в ответ или вообще поздравить с днём рождения. Юнги всё это знает.       И хочет исправить.       Люди говорят, что не стоит возвращаться к бывшим, но Юнги никогда не думал о Киме как о том, что было в прошлом. Тэхён есть. И он будет всегда.       Дрожь в теле выдаёт нетерпение младшего и Юнги не видит причин выяснять отношения дольше.       Он первым тянется к его лицу. Медленно, наслаждаясь мгновением. И младший тут же принимает молчаливое приглашение к действию. Первый поцелуй получается очень осторожным, как будто они боятся обжечься. Или вдруг почувствовать, что другой поменял настрой. Но этого не происходит, поэтому в следующее мгновение Юнги ощущает как его рот приоткрывают чуть шире. Живот резко напрягается.       Желание передаётся через прикосновение. Тэхён настойчиво вжимается, целует так, что подкашиваются ноги. Сейчас он больше смахивает на захватчика, готового поглотить свою жертву. Юнги совершенно забыл, каким он может быть несдержанным. Кажется, отношения с Чонгуком сделали его ещё более жадным.       Становится нестерпимо жарко и ладони Тэхёна, залезшие ему под футболку, легче не делают. Юнги отстраняется, хватая ртом воздух и чувствует, как Ким переходит на его шею. От его горячих губ, касающихся кожи, тело горит огнём. Юнги так давно не был с кем-то близок, что поцелуи Тэхёна вызывают покалывания в пояснице.       Он хватается за его плечи и притягивает к себе ещё ближе. Обдаёт своим дыханием покрасневшее ухо младшего. Слышит приглушённый вздох и улыбается – что-то всё-таки не меняется и Тэхён всё так же чувствителен. Вот только смеяться он поторопился, потому что в ответ Ким резко задирает его футболку и наклоняется, чтобы укусить кожу на груди, отчего Юнги вслух ругается. Он не успевает отреагировать на его довольную улыбку, сказать что-то, как тут же теряет дар речи, потому что Тэхён опускается перед ним на колени.       Его взгляд пронзает до самого позвоночника, проворные пальцы расстёгивают джинсы. Юнги руками хватается за стену, стараясь устоять на месте.       — Тэ... Тэ, подожди, — в голове бушует ураган мыслей.       — Я больше не могу ждать, — звучит низкий голос парня в ответ.       А в следующую секунду он берёт его в рот.       Юнги выдыхает сквозь сжатые зубы. Тэхён действует напористо, практически сразу работая в полную силу. Он словно пытается заставить Юнги начать стонать в голос и тот еле сдерживается. Всё его внимание обращено на губы и язык Кима, такие горячие и влажные, будоражащие каждую нервную клетку.       Мин не может оторвать взгляд от такого нового Тэхёна. Он излучает жар, от его вида перехватывает дыхание. Он неподражаем.       Возбуждение нарастает всё быстрее. На ногах становится сложнее удержаться, но руки Кима обхватывают его бёдра и вжимают в стену. Юнги уже почти не соображает. Он тяжело дышит, ощущая накатывающую волну наслаждения. Ему хочется удержать это чувство подольше, а для этого надо закрыть глаза. Однако желание смотреть на Тэхёна перевешивает       — Тэ, — во рту пересохло и он нервно сглатывает, — Тэ, я на пределе. Остановись.       Тот как будто и не слышит, продолжая ласкать его, беря во всю длину. Юнги пытается отстраниться, но чувствует, как Тэхён почти капризно противится этому. Он удерживает его до самого конца, даже когда хён вздрагивает и стонет вслух. Юнги ничего не остаётся, как излиться ему прямо в рот. Он чувствует смущение, от которого горят щёки.       Тэхён наконец-то ослабляет хватку и Юнги тут же использует свой шанс. Приводя себя в порядок на ходу, он пытается найти на кухне бумажные салфетки.       — Погоди, я сейчас, — бормочит под нос, хотя на деле обращается к парню за спиной. Ему неловко смотреть на него, поэтому он не замечает, как Тэхён поднимается на ноги и с интересом наблюдает.       Чёртовы салфетки обнаруживаются в шкафу. Юнги быстро хватает их и протягивает Киму.       — Держи.       — Ммм... — тот спокойно берёт их, — Спасибо, хён.       И только сейчас Мин понимает, что произошло.       — Ты... Твою мать.       У него не хватает смелости произнести это вслух. Но Тэхён и без слов понимает о чём думает хён. Он усмехается:       — Ты думал, я этого не сделаю? — его язык медленно облизывает нижнюю губу. Юнги кажется, что в глазах младшего светится адское пламя.       — Ты извращенец.       — А я думал, тебе понравилось, — Ким заигрывает с ним и Юнги снова чувствует прилив возбуждения.       Он хватает его за воротник и притягивает к себе, тут же целуя в губы. Чувствует свой собственный вкус, но не отстраняется, а проводит языком, кусает и заставляет раскрыть рот.       Тэхён улыбается, удивлённый напору, но сразу обнимает в ответ. От него всё так же пышет жаром и Юнги чувствует, как он прижимается твёрдым членом к бедру.       По телу бегут мурашки от внезапного осознания: Ким Тэхён – его Тэ – снова здесь с ним. Он страстно его целует, шепчет на ухо какие-то сентиментальные глупости, шумно дышит от охватившего возбуждения. Как будто и не было этого промежутка длиною в несколько лет.       Юнги не знает, насколько это правильно. И как долго это продлится. Но сейчас он думает о том, что ему хочется всё повторить. Позволить себе пойти дальше и испытать забытые ощущения. Может быть, завтра всё окажется сном. Но тогда тем более надо им воспользоваться.       — Пойдём, — он тянет Тэхёна в спальню.       Младший улыбается, когда Мин закрывает дверь, чтобы Танг не смог зайти. Притягивает к себе и зарывается носом в волосы. Вдыхает запах хёна так, словно это сам воздух. И он никак не может им надышаться.       По сравнению с прошлым настроем сейчас он ведёт себя куда сдержаннее. Его пальцы аккуратно помогают снять одежду, нежно оглаживают и как будто заново знакомятся с телом Юнги. Глаза внимательно следят за изменениями на лице Мина.       — Юнги-хён, — шепчет Ким, нервно облизывая губы. — Пообещай мне кое-что.       Старший удивлённо смотрит на него. Что задумал Тэхён? На секунду ему приходит в голову мысль, что сейчас он попросит у хёна прощения за прошлые годы или ещё скажет какую-нибудь глупость. Разбираться в их ошибках сейчас совершенно не хочется.       Юнги смотрит на посерьёзневшее лицо парня и всё же морально готовится к худшему.       — Что?       Голос Тэхёна чуть заметно дрожит:       — Пообещай, что не будешь жалеть.       Ему сложно сдержать улыбку. Всё-таки сколько бы времени не прошло, а нагнетать Ким так и не перестал.Вместо слов Юнги прижимает к себе Тэхёна и крепко обнимает. Поцелуй говорит за него и младший принимает такой ответ. Больше он за эту ночь не испытывает сомнений.       Утро наступает чуть раньше обычного. Юнги просыпается, чувствуя сильную боль в пояснице. Он пытается перевернуться, чтобы лечь поудобнее, и вдруг рядом с собой замечает Тэхёна.       События прошлого вечера всплывают в голове во всех подробностях и Юнги давится воздухом. Это будит младшего, который открывает глаза и так же удивлённо смотрит на него. Повисает неловкая пауза, во время которой они рассматривают друг друга.       Возможно, они бы так провалялись много минут, если бы за дверью Танг не уронил что-то тяжёлое. От шума Мин тяжело вздыхает и начинает вставать с кровати.       — Кофе будешь? — спрашивает он, натягивая бельё – хотя бы что-то надо делать, чтобы не смотреть на младшего.       — Не-е, — слышится за спиной. — Лучше чай.       — Конечно.       Молодой резвый кот гордо глядит на Юнги с кухонной полки, пока тот прячет мешок с мусором: Тангу, видимо, не хватило ужина и он разворотил нижние шкафчики, учуяв остатки еды. Выяснение отношений с животным помогают прийти в себя и наконец-то прочистить голову.       Пока Тэхён моется в душе, он готовит лёгкий завтрак и наливает в любимую кружку Кима чай. К тому моменту, когда тот заходит на кухню, Юнги уже готов к разговору.       По крайней мере, так он думает.       — Я нашёл у тебя запасную зубную щётку и использовал, — отчитывается Ким, садясь за стол и хватая одну из закусок. — Не выбрасывай её.       Юнги испытывает такой спектр чувств, что у него поднимается температура.       — Ла-адно...       Тэхён смотрит на него и улыбается:       — Я тороплю события?       — Нет, я... — старший прочищает горло. — Просто вдруг подумалось, что ты можешь передумать. О том, что вчера говорил.       — Хён! — в глазах Тэхёна чистое негодование. — Какого ты обо мне мнения?       Юнги становится неловко.       — Просто это всё так сложно...       — Наверное. Но я знаю тебя. И поэтому действую так быстро.       — Для тебя это нормально? — не выдерживает Юнги. — Возвращаться к прошлому? Ты правда этого хочешь?       — Ты не прошлое, хён, — парирует Тэхён. Он так уверенно говорит, что Мин хочет вслушиваться в его голос и верить каждому слову. — Ты всегда присутствуешь в моей жизни. А она настолько тяжёлая и непонятная, что хочется хоть где-то получать позитивную энергию. И сейчас она исходит от тебя. Вернее... От того, что ты со мной рядом.       — Вот поэтому я и сомневаюсь, — Юнги не сдерживает улыбку, — разве с другими ты не выглядишь счастливее?       Он не произносит имя Чонгука вслух, но подразумевает именно его. Тэхён естественно понимает, о чём говорит старший, и хмыкает.       — Возможно, мои слова прозвучат ужасно, хён, но ты сам хочешь понять причины. И я буду с тобой честен: Гуки без меня чувствует себя прекрасно. У него куча идей, ещё больше интересов и знакомых. Он получает всё, что хочет. У него всё прекрасно. Если я не буду рядом, он не умрёт в одиночестве, гнобя себя за ошибки.       Это правда звучит неприятно. Но Юнги принимает этот ответ младшего и мысленно благодарит даже, что он прямо не сказал: «Хён, тебе без меня плохо, поэтому я вернулся». Иначе бы он чувствовал себя ещё более отвратительно.       — Но ты ведь правда скучал по мне? — ему хочется и на это услышать искренний ответ.       Тэхён тепло улыбается:       — Безмерно.       И, наверное, Юнги мог бы даже всплакнуть или расплыться в дурацкой улыбке или ещё сделать что-то глупое. Но его в очередной раз спасает Танг, который прорывается сквозь все защитные барьеры и приземляется прямо на стол. От его свинского поведения тарелки с закусками переворачиваются и остаток времени до выхода из дома они тратят на то, чтобы разобрать погром и серьёзно отчитать кота.       Но ещё, прежде чем выйти за дверь квартиры, Тэхён успевает зажать Юнги между стеной и своим телом, проскользнув языком ему в рот и затягивая в длинный страстный поцелуй, от которого хён ещё полчаса будет приходить в себя в машине.