Солнце взойдет (а Луна будет беззвучно лить слезы)

      Всё… закончилось?       В голове какая-то странная пустота, а тело совершенно не ощущается. Будто его никогда и не было. Тишина… Она окутывает мягким коконом, лаская разум и измученную душу. Так… спокойно? А было как-то иначе? А было ли вообще что-то? Чьи это мысли? Мои? А кто этот я?       Пусто…       Холодно…       Холодно…

***

      Сознание то постепенно возвращается, то уплывает куда-то, стремясь к чему-то родному, неизведанному и далёкому. Мокро. Холодно. Б…Больно? Резкая вспышка и ощущение, будто тебя разрывает на мелкие кусочки, одновременно с тем сжимая в одну маленькую точку, словно желая стереть твоё существование.       Он… существует? Странно.       Сквозь тишину начинает просачиваться неприятный, одновременно с тем привычный шум. Звуки? Откуда? Хочется закрыться от них, спрятаться в родную пустоту, продолжая бесцельно в ней… быть?       Ужасная разрывающая боль резко приводит в сознание, заставляя зажмуриться от яркого света и выгнуться в тщетной попытке заглушить постоянные спазмы. Он жив? . . .       Он жив. Ненавязчивый шорох листвы и стрекотание насекомых нежно обволакивают слух, приветствуя, как старого друга. Лёгкий ветерок приветственно колышет стебли сладко пахнущих цветов, позволяя мягким лепесткам щекотать грубую кожу. Хорошо…       Глаза резко распахиваются, а сам он судорожно подскакивает, хватая ртом воздух. Что произошло? Где он? Что…?       Лололошка оглядывается. Лес сонным гигантом возвышается над ним, добродушно глядя на своего гостя с вершин самых высоких ветвей. Где-то рядом журчит ручей. Где он?       Он же должен был исчезнуть? Разве нет? Неужели Старина Время что-то напутал?       Шатен хрипит, прикладывая ладонь к горлу в тщетной попытке произнести вслух мучающие изорванный разум вопросы, но лишь заходится сухим кашлем, складываясь в три погибели.       Неприятно.       Парень сплёвывает и утирается, поднимаясь на ноги. Так, что мы имеем? Он однозначно жив и совершенно точно помнит кто он и что произошло.       Стоп, что?       Он… помнит? Перед глазами проносятся миллионы моментов, заставляя мир слегка пошатнуться. О, он определённо помнит. Это странно.       Лололошка даже помнит свой возраст. По крайней мере на момент, когда они с Джоном покидали Архей. Семнадцать миллионов двести сорок две тысячи четыреста девять лет. А сейчас…? Когда он?       Очередная попытка прочистить горло, и с лица на траву слетают очки, заставляя окружающий мир размыться в множество ярких пятен. Непорядок.       Руки слепо шарят перед собой в поисках спасительных стекляшек, пока разум неспешно придумывает план на ближайшее время.       Ну, во-первых: узнать в каком он мире и времени. Для этого желательно связаться со Смотрящим, значит нужно воспользоваться искрой.       Искра… А что с ней? Лололошка бросает свои непродуктивные поиски и ощупывает грудную клетку под толстовской. Шрамы неприятно тянут, но нет ни ощущения пустоты, ни всепоглощающего жара, лишь приятное гудение силы под грудиной.       Ну, по крайней мере с ОМП все в порядке. Успокаивающее тепло приветствует своего хозяина, мягко пульсируя светом через ткань.       Хоть что-то радует. Боль неприятно бьёт по вискам из-за резкого наплыва воспоминаний, но жить можно. Руки наконец нащупывают потерянную вещицу, и очки торжественно воздружаются на законное место.       — Хах, — песню природы прерывает невесёлый смешок. — Эграсса ведь столько раз предлагал их заменить.       Парень обтряхивается и, сложа руки в молитвенном жесте на уровне сердца, распадается на миллионы осколков света.       Тишина…

***

      Вневременная пустошь неизменно впускает одного из своих детищ на просторы временных линий. Шёпот Смотрящего ещё до его явления касается слуха, вызывая настальгию.       Рослый парень в белой кофте расслабленно переминается с ноги на ногу, прикладывая ладони ко рту рупором:       — Хей, Старина! Соскучился?       Воздух пространства дрожит и всего в паре метров от мироходца возникает призрачный силуэт, отчего шатена обдает волной холодного воздуха.       Он не отступает, напротив, прикрывает глаза, наслаждаясь прохладным потоком.       — Давно не виделись, Старина Время, — парень шутливо кланяется, дёрнув ухом.       — Я, конечно, бесконечно рад тебя видеть, — он прищуривается, — но я, честно говоря, не ожидал этой встречи. Что случилось? Куда ты меня опять закинул?       Две светящиеся бездны уставились на него, гипнотизируя своей бесконечностью. Тишину Пустоши прорезает скрипящий шёпот:       — Ты не должен был исчезнуть.       Глаза шатена слегка расширяются, но выражение его лица практически не меняется.       — Ну и в честь чего весь этот праздник жизни? — уши снова дёргаются, но уже более нервно.       — Снова хочешь меня запрячь на какую-то работу?       Время неодобрительно сверкает глазами, качнув головой в знаке отрицания. Полуэльф вопросительно склоняет голову.       — Ты искупил свой грех и грехи всех своих версий, — пауза затягивается и ушастый в непонимании кивает, прося продолжить.       — Ты заслужил прощение и заслужил благодарность. Твоя жизнь и жизнь важного для Вселенной и для тебя существа возвращены. Твоя история ещё не закончена и никогда не будет закончена. Ты неразрывно связал себя с мирозданием, вобрав в себя истории всех веток и временных линий.       Парень опешил:       — Важного существа? Ты имеешь ввиду… Эграссу? — сердце парня забилось быстрее, а руки начало слегка потряхивать. Его душа одновременно и ликовала от счастья и разрывалась от стыда и сожаления за совершенный поступок. Получеловек щипает себя, дергаясь и крепко жмурясь, дабы отогнать лишние мысли и сосредоточиться на настоящем. Потом, всё потом.       — Ладно, это понятно, — говорит шатен, — но, Старина Время, когда я? В каком времени?       Ожившая темнота как будто вздыхает, поворачиваясь к герою спиной и шепчет:       — Время неизменно, и твоё время вернулось в момент твоего последнего перехода в пространстве, когда как переход во времени не может иметь ни начальную ни конечную точку.       Парень чешет щеку, и вскинув бровь, уточняет:       — То есть я вернулся в момент, откуда мы с Джоном ушли в Архей?       Тишина служит ему ответом. Уже через секунду Лололошка вновь чувствует пространственный переход, как Пустошь выталкивает его обратно во время. Уже практически ничего не видя и не ощущая парень слышит эхо шёпота:       — Поспеши к своей семье, маленьки герой…       Лололошка проваливается в бесконечность.