Mika's dirty little secret

      — Мика, карты готовы?       Лоэн вошёл в палатку картографа с привычной небрежностью, даже не предупредив хозяина. Но самого Мики там не наблюдалось. Лоэн прошел внутрь, осматривая скромное и аккуратно сложенное убранство с искренним интересом, хотя это никак не отражалось на выражении лица. Кончики пальцев легко скользили в миллиметре над стопками бумаг на столе, кожаными папками и письменными принадлежностями, как вдруг взгляд зацепился за дневник, который Мика постоянно таскал с собой, и потому видеть его здесь сейчас было странно. Обернувшись, чтобы проверить не пришел ли хозяин палатки, он взял дневник в руки, повернулся к столу спиной и опёрся поясницей о его край, наконец переворачивая кожаную обложку.       Желтоватая бумага была исписана заметками, наблюдениями, расчетами и местами кое-где даже были зарисовки. Многие из этих данных были знакомы Лоэну, поэтому он даже не вчитывался в текст, пока случайно не зацепился за собственное имя, выведенное аккуратным почерком. Небольшая выноска в тексте среди заметок о местности.       "Лоэн улыбается. Его клыки немного острые, да и выглядит это немного жутко, ведь поводов для веселья нет, но мне нравится его улыбка."       От прочитанного он немного удивился, приподняв бровь. Жутко улыбается, значит? Невольно он в усмешке приподнял уголок губ и с этой страницы стал более внимательно всматриваться в буквы, выискивая среди прочего записи о себе. Взгляд бегал по бумаге, размер слов был разным, некоторые фрагменты были крупными, спокойными, некоторые же хаотично мелкими, скачущими, словно написанными в спешке.       "... Рельеф неровный, снежный покров нестабилен, отправить разведку..."       "... Следы животных. Частота и размер варьируется, передвигаться осторожно..."       " Плотность растительности мешает обзору, оставаться по одному опасно, передвигаться только в парах..."       "... Лоэн снова игрался с кинжалом, пока мы ждали команды капитана. Его лезвие слишком острое, я однажды случайно порезался о него, но он ловко крутил его в руках. Это выглядело завораживающе..."       "... Прошлые записи не совпадают с ситуацией спустя несколько дней, отправить отряд для перепроверки..."       "... Снова дразнит. Но от этого даже хорошо как-то. Почти приятно. Интересно, умеет ли он кого-нибудь хвалить?"       "Хорошо, что он никогда это не прочитает, слишком много личного, нужно перестать..."       Как получается интересно. "Никогда не прочитает", да? И эти зарисовки Лоэна, сделанные с какой-то особой трепетностью... Лоэн провел пальцами по одному такому, где он сам был изображён во время тренировки, и его зубы, обнаженные в задорной улыбке, были прорисованы слишком детально, а рядом небольшой смущённый смайлик. Усмехнувшись, Лоэн захлопнул дневник и вернул его на место, сделал пару шагов от стола, и ровно в тот момент в палатку вошёл Мика.       — Лоэн? Что ты тут?.. — начал было он, но Лоэн лишь улыбнулся, подходя ближе, оставляя между ними не так много свободного пространства       — Зашёл спросить, готовы ли карты. Отряд выдвигается через пару часов, было бы здорово утвердить маршрут по обновленным данным как можно раньше.       — А, да, я закончил их, — неловкость от такого близкого контакта отразилась в движениях Мики, но все же не настолько, чтобы не смотреть в глаза. Взяв бумаги из рук картографа, вернувшегося на расстояние вытянутой руки, Лоэн, словно невзначай коснувшись кожи, нарочно задержал пальцы на руках Мики на лишнюю секунду, при этом внимательно следя за его реакцией. Тот едва заметно сжал губы, задержал дыхание и слишком внимательно посмотрел на то место, где Лоэн его коснулся. Мика даже не заметил, как Лоэн покинул его палатку, как и не услышал слов благодарности, брошенных у самого выхода. ***       Их экспедиция прошла успешно, без каких-либо серьезных проблем, так, незначительные трудности, присущие любому походу. И как же без этого, грандмастер Варка распорядился устроить небольшой веселительный ужин для участников экспедиции. Сам Лоэн не особо любил алкоголь, но был искренне рад выпить кружечку-другую с товарищами за успех операции. Все-таки маленькая победа это все равно победа, они имели полное право радоваться и веселиться. Он стоял чуть поодаль от костра и опирался спиной о деревянную балку тента, под которым временно расположился стол с закусками, а вскоре в пустующем сейчас центре появится тарелка с мясом. Несколько рыцарей неустанно следили за тем, чтобы тушки двух крупных уток и куски кабана не подгорели, но и не остались сырыми. Однако все же не их группа интересовала Лоэна, далеко нет. Взгляд плавно обвел несколько кучкующихся компаний, и остановил он свой путь только тогда, когда наткнулся на Мику. Тот стоял рядом с ещё тремя картографами-стажерами и о чем-то с улыбкой им рассказывал. Его вечно непослушная прядка на макушке весело подпрыгивала при каждой новой жестикуляции, а была она у него очень активной. Понаблюдав ещё немного, Лоэн допил содержимое своей кружки и оттолкнулся от балки, направляясь в сторону интересующего его сейчас человека. Мика заметил его не сразу, но взгляд его странно потеплел, когда сфокусировался на новом участнике разговора, пока молчаливом. Но говорить Лоэн и не собирался, просто слушал, а Мика настаивать не стал, возвращая внимание стажерам. Смотря на увлеченного Мику, Лоэн все никак не мог понять, что же ему делать. Мысли о записях в его дневнике никак не выходили из его головы, и хотелось на практике ответить парнишке на все его вопросы, но как подступиться?       — Зайдешь ко мне как освободишься? Хочу кое-что обсудить. А ещё ты не забрал материалы прошлых разведок, — наконец подал голос Лоэн, когда план действий оформился в его голове, а после лишь уголком губ улыбнулся Мике и ушел в сторону своей палатки. Ему нужно было подготовиться, как морально, так и физически.       Спустя некоторое время картограф зашёл к нему, явно немного уставший. Лоэн лишь мельком взглянул на него, а затем вернул внимание бумагам на столе. Он смотрел на них, но не видел того, что написано. Голова была занята только повторением пунктов намеченного плана. Кажется, он давно так не волновался. Битвы и сражения заставляли чувствовать азарт и прилив адреналина, но сейчас это было нечто иное, ни на что давно не похожее. От этого загудело в ушах, но голос Мики, немного напряжённый, вывел его из задумчивости.       — Ты хотел что-то обсудить? — осторожно спросил он, делая шаг ближе к Лоэну, тот посмотрел на картографа более осознанно, а затем все таки обратил внимание на содержание бумаг под его пальцами.       — Хотел. Подойди, — резковато ответил Лоэн, на что Мика отреагировал чуть нахмуренными бровями, но последовал почти приказу. И когда они оказались друг к другу так близко, что почти соприкасались плечи, Лоэн замаскировал хриплость голоса под покашливание, будто просто прочищал горло, он указал на две точки карты, которую вчерашним вечером Мика ему и дал, а затем начал говорить, — вот здесь и здесь данные были неточные. Все обошлось в этот раз, но кто знает, что может быть в следующий.       — Дело не в неточных данных, — спокойно возразил Мика, ни капли не уязвленный подобием на упрек, слишком хорошо знал, что Лоэн отчитывает совершенно по-другому. Он отошёл от стола ближе к центру помещения и стал немного покачиваться из стороны в сторону, как делал это обычно, когда подбирал слова. Лоэн последовал его примеру и сделал вид, что ищет что-то в противоположном от стола углу в лежащей на земле сумке, а затем поднялся, слушая ответ картографа. — Сами зоны оказались с переменчивой стабильностью, при разведке они были такими, как я описывал в докладе и отчете, но во время вылазки оказалось, что местность подвержена изменениям сильнее, чем мы обнаружили.       — Вот значит как... — задумчиво протянул Лоэн, взглянув на Мику, а после с намеком, надеясь, что он будет не очень явным, продолжил, — Значит, в твоих записях сомневаться не стоит...       — Конечно не стоит! Разве я когда-то относился к этому халтурно? — по реакции Мики было понятно, что он и правда всецело был поглощён вопросом карт и не думал о чем-то постороннем, даже слова Лоэна его не насторожили. Отлично, значит можно надавить чуть сильнее, приоткрыть завесу своих мотивов, подтолкнуть к признанию. Только вот... Не залипнуть на этого милого, находившегося в возмущении птенчика было выше его сил, и потому с лёгкой улыбкой Лоэн внимательно гулял взглядом по лицу картографа. Почти бесстыдно и совершенно точно выходя за рамки допустимых норм. И Мика заметил это, неловко повел плечом, не понимая такого поведения Лоэна, и оттого его следующий вопрос прозвучал немного неуверенно, словно он проверял не сломается ли тонкая корка льда под его весом, — Лоэн? Ты... все в порядке?       — Я просто подумал о том, что кажется, мне не стоило сразу лезть с замечаниями. Может, вместо этого мне стоило похвалить тебя, как считаешь? — лишь спустя пару мгновений ответил Лоэн, улыбнувшись и обнажив верхний ряд зубов. Вроде как его клыки привлекали внимание Мики, может комбинация этих слов и действия поможет натолкнуть в правильное русло его мысли? Прощупывать почву было даже немного страшно, хотя он и понимал, что в худшем случае Мика просто убежит и перестанет с ним разговаривать. Но азарт уже играл в крови, и отступать он не собирался. Лоэн сделал шаг вперед, снова сокращая расстояние между ними и всё ещё внимательно наблюдая за реакцией картографа.       — Это... Совершенно необязательно?.. — стушевался Мика и потому неловко попытался отступить, но Лоэн, выждав пару секунд, снова шагнул вперёд, не позволяя отойти слишком далеко. Его правда забавляла эта игра в кошки-мышки, и было лишь вопросом времени, когда мышка сдастся в когтистые лапки. Хотя Мика был больше похож на птенчика, но сейчас это было совершенно не важно.       — Разве? А мне кажется, что ты заслужил. Ты проделал невероятную работу, хороший мальчик, — видя ступор и непонимание на лице картографа, Лоэн улыбнулся ещё шире. — Видишь? Я правда умею хвалить, а не только дразниться. Ну как? Что из этого тебе больше по душе?       Лоэн почти физически услышал, как определенные шестерёнки в голове Мики начали крутиться, и какое же удовольствие он получил, когда последовательно увидел осознание, страх и даже подобие злости во взгляде напротив. Мика почти вскипел от возмущения, когда понял, что имеет в виду Лоэн и что все это значило.       — Так ты... Ты брал мой дневник? Ты не имел права делать этого! — раздражённо бросил Мика, зло топнув и нахмурив брови, но Лоэн видел, как быстро первичная злость сменилась стыдом от следующего осознания. Осознания, что Лоэн прочитал и о чем теперь знает. Он всё ещё дышал почти фырча, но щеки его уже окрасились стыдливым румянцем, а взгляд хоть и не перестал быть недовольным, но определенно теперь был не таким твердым.       — Не стоит разбрасываться своими вещами, птенчик, — почти насмешливо шепнул Лоэн, шагнув ещё ближе, подходя практически вплотную и оттесняя Мику к койке. Когда тот упёрся в нее ногами, Лоэн взял его за запястья, но прежде чем сжать сильнее, выждал несколько секунд, давая время вырваться или оттолкнуть его, однако весомого сопротивления не последовало. Мика лишь слабо, почти инстинктивно дернулся, демонстрируя что ему это не нравится. Но Лоэн прекрасно видел, что на самом деле все наоборот, и это стало подтверждением одной из записей в его дневнике. Самодовольный взгляд таил в себе серьезное намерение. — Ты все ещё можешь уйти, если хочешь.       Мика недовольно смотрел на Лоэна, грудь его вздымалась чуть сильнее от возмущенного сиплого дыхания, но сам он стоял, будто что-то упрямо пытался доказать. Кому? Себе или Лоэну? На это он не смог бы ответить, но, видимо, Лоэну этого и не требовалось.       — Как я и думал. Хороший мальчик, — с довольным оскалом прошептал Лоэн на ухо картографу, после чего повалил Мику на жёсткий матрас. В миг падения Мика в испуге зажмурился, задержав дыхание и спиной ощущая легкое сопротивление воздуха, а затем осознал себя уже лежащим под Лоэном, оседлавшим его бедра, и с запрокинутыми над головой руками, запястья которых все ещё находились в крепком захвате чужих пальцев. Наконец приоткрыв глаза, парень увидел горящие огнем интереса и самоуверенности глаза Лоэна, такими они были и в пылу битвы. Губы Лоэна изогнулись в довольной усмешке, показывающей высшую степень довольства.       — Отпусти, — тщетно пытаясь добавить голосу твердости, сказал Мика, но Лоэн даже не пошевелился. Он всё ещё удерживал запястья картографа достаточно сильно, но не настолько, чтобы тот не мог выбраться самостоятельно, словно давал шанс уйти. Однако почему-то Мика не спешил им воспользоваться.       — Ты волен уйти в любой момент. Просто скажи "нет", и я остановлюсь, —Лоэн выждал ещё немного времени, ожидая сопротивления, но его не последовало. Только предательский румянец смущения расползался по лицу распластанного на матрасе Мики, что никак не сочеталось с его упрямым взглядом. Перехватив оба тонких запястья одной рукой, Лоэн вытащил припасенную заранее верёвку и продемонстрировал ее Мике. Тот изобразил ужас и снова дернулся, отчего Лоэн замер на несколько мгновений, но дальнейшего сопротивления не последовало. Поэтому он чуть крепче сжал пальцы, приблизившись немного к лицу картографа. — Не притворяйся, что тебе это не нравится. Как же там было... "Лоэн вязал узлы так умело и крепко даже визуально, хотел бы я... "       — Прекрати сейчас же! — возмутился Мика, дернувшись в захвате, но Лоэн лишь шире улыбнулся, а после небольшой игры в гляделки продолжил, прошептав на ушко, тоже уже покрасневшее:       — "...Чтобы меня однажды связали". Это твои записи, не мои, Мика. Ну, не дергайся, хорошие мальчики ведут себя послушно. Ты же не хочешь быть наказанным?       Выпрямившись и опустив руки Мики на уровень его живота, Лоэн стал вязать на чужих запястьях узлы, ловко и почти машинально, а когда закончил с проверкой приемлемой крепкости, поднял взгляд к лицу своего партнера. Мика не смотрел на него, но яркий румянец смущения, закушенная губа и вздымающаяся от глубокого дыхания грудь показывали, что Лоэн все делает правильно.       — В любой момент ты можешь сказать "нет", и я прекращу, — он снова выждал паузу, внимательно глядя на реакции картографа и ожидая отказа, а когда того не последовало, он усмехнулся и вновь наклонился к уху, шепча и не скрывая самодовольства, — и правда хороший мальчик. Видишь, это совсем не сложно. Просто слушайся меня.       — Ты переходишь границы, — голос Мики начал дрожать, он тщетно пытался скрыть это, но от прикосновения ладони Лоэна к своей щеке отстраниться не смог. И Лоэн едва не перестал дышать, видя эту картину.       — Тогда останови меня, — немного сбито, хрипло подтолкнул Лоэн, сместив руку на шею картографа, но не сжимая ее, а просто держа там, давая и себе и партнеру ощущение контроля.       Ответа, как и раньше, не последовало, и Лоэн довольно усмехнулся, наклоняясь совсем близко к лицу напротив и наконец целуя Мику. Оказалось, что его губы такие же мягкие, какими Лоэн себе их представлял, но в поцелуе чувствовался напор и неукротимая жажда со стороны Мики. Видимо, тот перестал врать самому себе и отдался ощущению, что заводило Лоэна ещё сильнее. Но как бы сильно ни нравилась ему эта настойчивость, стоило показать, кто здесь главный. Едва слышно рыкнув прямо в губы, Лоэн усилил хватку пальцев и прижался к груди Мики своей, ощущая сквозь кожу и одежду биение чужого сердца, слишком частое и сильное.       — Ты чертовски соблазнительный, когда выглядишь вот так, — разорвав поцелуй, но не сильно отстранившись, Лоэн хрипло прошептал и сместил руку ниже, прижав ладонь к груди Мики, прямо там, где бешено билось его сердце. — Почему ты не говорил об этом?       — Иди к черту, — фыркнул недовольно Мика, намеренно отвернувшись, но это заставило Лоэна лишь весело хмыкнуть, настойчиво повернув лицо картографа так, чтобы он смотрел прямо в глаза.       — Ну, не будь таким букой, — все так же весело, почти играючи попросил Лоэн, и хоть улыбка с его лица не пропала, за секунду его взгляд стал более внимательным и хищным. — Смотри только на меня, когда я делаю с тобой все это. Я хочу видеть каждую даже едва уловимую эмоцию на твоём лице, пока я делаю с тобой то, чего ты сам хотел.       Голос был твердым, властным, ему невозможно было не подчиниться, и Мика слишком шумно выдохнул, почти застонал, не смея противиться приказу. И все же сдержать стона он не смог, когда осмелевший Лоэн обвел край шорт и залез под них пальцами, едва касаясь чувствительной кожи, а губы его нежными поцелуями прижимались к шее. И тихие, лёгкие поддразнивания усиливались по мере того, как часто сдавленные полустоны срывались с губ картографа. Когда Лоэн отстранился, чтобы оглядеть результат своего творения, он увидел раскрасневшегося, тяжело дышащего Мику, его волосы были взъерошены, а зрачки расширились настолько, что было почти не видно радужку. Сам Лоэн тоже не смог сдержать резкого шумного выдоха, замирая, чтобы эта картина отпечаталась в памяти, словно трофей. Но Мика был нетерпелив, он решил напомнить о себе тем, что немного вскинул бедра, отчего Лоэн съехал чуть вниз, ощущая чужое возбуждение своим собственным. На губах тут же появилась довольная усмешка.       — О, ты уже такой твердый, а я ведь ещё совсем ничего не сделал, — почти промурлыкал он, оглаживая щеку, шею и плечо картографа.       — З-заткнись... И вообще, кто бы говорил. У самого стоит так... Так, что...       — Как что? — Лоэн не мог не подстегнуть сдувшуюся попытку уколоть, намеренно двинув собственными бедрами и надавив тем самым на бугорок в штанах Мики, в награду за свою шалость получив едва различимый стон.       — Просто продолжай уже. Хватит играть, — смущённо пробубнил Мика, отвернувшись, но Лоэн снова заставил его смотреть на себя.       — Я буду играть столько, сколько захочу, — опасно прищурившись, сказал Лоэн почти угрожающе, а затем наклонился к уху Мики и прошептал уже гораздо тише, щекоча дыханием покрасневшую кожу: — И поверь, ты будешь умолять меня об этом.       Укус, пришедшийся на ключицу, даже сквозь одежду ощущался слишком ярко и неожиданно, отчего Мика вскрикнул, но Лоэн тут же зажал его рот ладонью. Насмешливое "тише, а то нас раскроют" было встречено недовольным мычанием и хмурым взглядом.       — Эти тряпки нам только мешают, как считаешь? — вновь промурлыкал Лоэн, после чего оставил лёгкий поцелуй за ухом, а пальцы уже схватились за галстук в намерении снять его, а после стянуть куртку и рубашку до локтей. Больше не позволили бы связанные запястья.       Мика поерзал под Лоэном, чувствуя новое ограничение в районе предплечий. Складки ткани врезались в сгиб кожи, доставляя дискомфорт, но Лоэн этого не замечал, его больше интересовала обувь и шорты картографа, которые спустя небольшое время были свалены на пол в небольшую кучку. Лоэн не смог сдержать себя в желании огладить ноги. Проведя по внутренней стороне бёдер самыми кончиками пальцев, он обвел острые коленки по кругу и вернулся обратно, но пошел дальше и поднялся к локтям и остановился, сжав предплечья. Мика зашипел, дернувшись от боли, но Лоэн держал крепко, вжимая тело в матрас, но совсем скоро отпустил, наклонил голову, рассматривая стремительно краснеющие белые следы от пальцев. Он долго смотрел на то, что сделал, обводил покрасневшие следы кончиками пальцев, словно проверял качество, а затем резким движением выхватил свой нож и прокрутил его между пальцев. Мика вздрогнул, глядя на это небольшое представление, почти залип на моменте вращения и почти перестал дышать. От страха, желания и волнения. Он медленно моргнул, стараясь привести мысли в порядок, но борьба с ними была тщетной. За этим невидимым боем он не сразу услышал новый приказ, даже не заметив, что вес на его бедрах ослаб.       — Перевернись, — строго повторил Лоэн, внимательно наблюдая за смятением и неуверенностью на лице Мики, который все ещё не мог принять правила игры полностью и правильно им подчиниться. Ничего, Лоэн терпелив, он ещё добьется своего. — Мика, не заставляй меня повторять снова.       Картограф глубоко вдохнул, а перевернулся уже на выдохе. Так же медленно, почти нерешительно. Положение было неудобным: связанные руки упирались прямо в живот, отчего пришлось приподнять бедра и упереться в матрас коленями, а ткань одежды ещё сильнее врезалась в кожу, почти до жжения. Лоэн заметил это и поцеловал оголенное плечо, чем вызвал вздрагивание. На этом он не остановился, а продолжил цепочку поцелуев выше по шее и остановился только возле уха.       — Хороший мальчик, — вновь прошептал Лоэн, смакуя судорожный вздох, и только после этого продолжил, — давай я тебе помогу.       Просунув руку под грудь Мики, Лоэн чуть приподнял его, второй рукой потянул одежду наверх, одновременно с этим шепча не то приказ не то просьбу вытянуть руки над головой. И когда Мика улёгся на живот полностью, облегчённо выдыхая, Лоэн любовался открывшейся теперь спиной. Плавные изгибы и бугорки позвонков были такими привлекательными, что Лоэн не удержался и с силой провел пальцами по открытому участку, буквально вдавливая Мику в матрас, отчего тот задушено выдохнул, жмурясь. Теперь, когда он лежал на животе, биение собственного сердца о грудную клетку ощущалось еще сильнее. Внезапно что-то укололо его чуть выше копчика, и Мика повернул голову, намереваясь узнать, что же это, однако собственное плечо и сбитая ткань одежды не давали этого сделать, и потому оставалось полагаться только на ощущения. Мика услышал смешок, даже вроде довольный, если он правильно научился распознавать эмоции Лоэна, а затем его ухо обжёг шепот:       — Ты боишься? Не стоит. Это может быть даже приятным, — вновь нежный поцелуй за ухом и ещё один чуть ниже. Мика не смог сдержать вздоха, но поспешил сжать губы, и потому Лоэн услышал лишь протяжное "ммм", но и этого ему было достаточно, чтобы снова улыбнуться.       Выпрямившись, Лоэн поводил ещё острым кончиком по спине картографа, лишь слегка царапая, а затем точка давления пропала, и Мика различил звук прокручивания кинжала между пальцев. Так вот что это было, стоило догадаться сразу.       — Не волнуйся, следов не останется, — заверил Лоэн, после чего с силой провел лезвием по коже, отчего по палатке раздался короткий крик, но Мика вовремя оборвал сам себя и на расползающуюся боль отреагировал шипением. — Вот так, очень хорошо.       Похвала каждый раз действовала на него оглушительно, и Мика поерзал, шумно дыша через нос. Ощущений было много, и с каждым новым действием партнёра Мика понимал, что Лоэн прочел все записи о нем, все потайные желания, и теперь исполнял их одно за другим. От стыда хотелось провалиться сквозь землю. Следующий порез он встретил тихим стоном, не смог не закатить глаза. Боль была яркой, острой, и хоть страх никуда не исчез, убегать ему не хотелось.       — Ты умница, — завороженно прохрипел Лоэн, надавливая на кожу возле свежего пореза пальцами, тем самым вызывая новый звук со стороны Мики и заставляя кровь идти сильнее. — Не дергайся, и тогда порезы будут ровными.       Лоэн завороженно смотрел на то, как кровь стекала по бокам и впитывалась в матрас, как Мика дрожал, как тонко он вскрикивал, не зная, когда ожидать новой боли. Лоэн мог нанести два пореза почти подряд, а мог дразнить, лишь водя кончиком по коже, слегка надавливая. Звуки, которые издавал Мика, и его реакции заводили Лоэна, он прижался пахом к округлым ягодицам, показывая, как сильно возбужден. Мика почти заскулил, отчего Лоэн замер, смакуя этот звук и ловя разочарование, что он был таким коротким. Поэтому он на пробу толкнулся, вновь замирая плотно прижавшись к Мике, но тот лишь промычал что-то тихое. Нет, так не пойдет. Лоэн почти недовольно сжал губы, а затем наклонился и с нажимом провел по одному из порезов языком, от наслаждения прикрывая глаза. О, эта реакция партнёра... Она была великолепна! Мика содрогнулся под ним, взвыл от боли и удовольствия. И все это, подкреплённое металлическим вкусом крови на языке, заставляло Лоэна едва ли не взорваться от удовольствия. Он, как и Мика под ним, тяжело дышал, закусив губу и не в силах насмотреться на то, что сотворил собственными руками и до чего довел партнёра, даже руки немного задрожали.       — Черт... Мика, ты.... — его голос дрожал, а глаза горели диким желанием. — Перевернись снова.       Лоэн слез с бёдер картографа и с каким-то садистским удовольствием смотрел на то, как Мика морщится и постанывает от того, что давление на свежие раны усилилось, когда он лег на спину, а после на несколько мгновений отлучился за бутылочкой с маслом. Перед тем как вернуться к партнеру, он разделся сам, шипя и ругаясь на ремешки и сапоги. На секунду стало совестно, ведь все это время он был полностью одет, а Мика почти обнажен, не считая нижнего белья и смятых рубашки и куртки. Но лишь на секунду. Да и нижнее белье Мики вскоре тоже отправилось в кучку одежды, небрежно сваленную на полу.       — Подними ноги, — уже мягче потребовал Лоэн, и когда Мика подчинился, закинул их обе на правое плечо, с довольной улыбкой смотря на подрагивающего раскрасневшегося картографа, ловя взглядом его требующие продолжения глаза, приоткрытые влажные губы, вздымающуюся от тяжёлого хриплого дыхания грудь и сжатые в кулаки связанные руки. Картина эта была завораживающей, и чтобы хоть как-то справится с эмоциями, Лоэн стал нежно целовать подтянутую икру, вызвав новый тихий стон. На удивление, кожа там была очень нежной, даже слишком. Весь Мика был нежным, почти хрупким, но Лоэн знал, что в нем таится сила.       — Ты такой умница, Мика, я горжусь тобой, — промурлыкал Лоэн, после чего откупорил бутылочку с маслом и вылил немного себе на ладони, растирая. — Не беспокойся, твоя прелестная задница не пострадает... Пока что. Не подходящая обстановка. Но вот когда мы вернёмся в город, — он наклонился к лицу Мики, складывая того практически пополам, и прошептал в самые губы: — мы наверстаем упущенное, я тебе обещаю.       Чмокнув его напоследок, Лоэн вновь выпрямился, услышав облегченный выдох. Видимо, поза была совсем неудобной, даже если всего на несколько секунд. Смазанные маслом ладони проникли меж плотно сомкнутых бедер, делая их скользкими, подготавливая к дальнейшим действиям. Мика же ерзал и хрипло постанывал, уже почти не стыдясь своего удовольствия, но всё ещё выглядел слишком неловким и напуганным.       — Ты ведь помнишь, что одно твое слово - и я прекращу, — напомнил Лоэн, одной рукой обхватив бедра Мики и замерев, ожидая ответа. И когда спустя некоторое время его не последовало, Лоэн с довольной, даже нежной улыбкой собрался действовать дальше. Но мгновенно остановился, когда Мика заговорил.       — Нет, — резко бросил он, смотря прямо на Лоэна, чей взгляд выражал крайнее удивление и досаду, но прежде чем он успел отстраниться, Мика торопливо продолжил, словно боялся, что тот и правда все прекратит: — Нет, ты не прекратишь. Я хочу... чтобы ты продолжил. Пожалуйста?..       Лоэн был тронут тем, как смело начал картограф и как неуверенно закончил. Вытерев руку от масла о матрас, он погладил щеку Мики, улыбаясь почти любовно, чувствуя мурашки бешеного удовлетворения по коже.       — Мой хороший мальчик. Конечно я продолжу, если ты так этого просишь.       — Меньше слов и больше дела! — возмущённо хмыкнул Мика, но затем снова стушевался.       — Вау, птенчик... — искренне восхитился Лоэн, широко раскрыв глаза и неуверенно улыбаясь. — Мне нравится, когда ты такой. Но все же сейчас не ты командуешь, попробуем это в другой раз, что скажешь?       С этими словами Лоэн толкнулся меж бёдер картографа, но сразу остановился, с бесконечным удовольствием смотря на исказившееся в стоне милое личико Мики, и звук этого стона был словно музыкой, изящной и нежной, как и сам Мика в целом. Лоэн двигался медленно, не отводя взгляда от картографа ни на мгновение. Он бы хотел выжечь этот образ на своих веках, чтобы никогда не забывать, чтобы видеть каждый раз, когда закрывает глаза. Мика был таким чувствительным сейчас, хныкал и немного ерзал, шипел от боли потревоженных ран на спине, но выглядел при этом жаждущим и невероятно возбуждённым, требующим ещё, сильнее. Даже слабое разочарование на его лице казалось сейчас невероятно красивым.       — Восхитительно. Ты такой отзывчивый, птенчик, — на выдохе произнес Лоэн, его дыхание сбивалось все сильнее, даже почти синхронизировалось с дыханием партнёра. — Сожми бедра посильнее.       — А ты двигайся побыстрее, — хмыкнул Мика чуть нахмурившись, и от такой жадности Лоэн усмехнулся и действительно ускорил движения, немного наклонился и сам сжал бедра картографа, схватившись за них с двух сторон.       Чувствовать нежность и жар его кожи своим членом, как тот проезжается по чужому, такому же горячему и твердому, было несравнимо ни с чем. Лоэн знал, что будет хорошо, но не думал что настолько. Темп нарастал стремительно, потому что никто из них уже не мог сдерживаться, звуки шлепков кожи о кожу, скользкое и влажное хлюпанье пота, смазки и масла, шумное дыхание и стоны, все это было таким... Животно грязным и одновременно бесконечно красивым. Лоэн не мог отвести взгляд от потерявшегося в удовольствии Мики, от того, как он жмурился, кусал губы, выгибался и дрожал. Лоэн даже поймал себя на мысли, что всем этим действом запятнал невинную чистоту его партнёра. Только вот сам Мика выглядел так, словно он был совершенно доволен. Лоэн видел в нем произведение искусства, брошенное посреди старой палатки на земле. Мика и правда выглядел как драгоценность в пожухлой траве. Только вот долго об этом думать не получалось, ведь подступающий оргазм не давал мыслить о чем-то кроме. Лоэн обхватил оба члена рукой, создавая дополнительную стимуляцию, и стал толкаться сильнее, резче, грубее. Мика только этого словно и ждал, наконец раскрыл глаза, посмотрев прямо на Лоэна, и сам Лоэн потонул в этом невероятно возбужденном взгляде.       — Ты кончишь, когда я тебе скажу. Никак иначе, ты понял меня? — перемежая слова со стонами приказал Лоэн, перебирая пальцами на стволах. Он чувствовал, что Мика был близок к грани, но позволить ему самовольство не мог. Знал, что Мика исполнит его приказ, и все же ему было необходимо произнести это. Мика был готов взорваться, ощущений было слишком много, но отчего-то ослушаться он и правда не хотел, поэтому уже поскуливал. Видя подчинение картографа, Лоэн нежно улыбнулся, погладив партнера по щеке.       Темп стал невыносимым для обоих, и мучить Мику больше не хотелось, поэтому после короткого "кончай", Лоэн толкнулся ещё пару раз особенно сильно, водя рукой по мокрым стволам в противоположном от толчков направлении. Мика выгнулся, застонав в последний раз, и излился на подрагивающий живот. Лоэн последовал за ним всего через доли секунды.       — Хороший мальчик, Мика. Просто умница, — спустя несколько секунд произнес Лоэн, глядя на старающегося восстановить дыхание партнера, а когда тот обратил на него внимание, поднес испачканную в семени руку к своему лицу и облизал ее широким медленным движением.       — Фу, Лоэн! Какая мерзость.       — На удивление вкусно, — протянул Лоэн, рассматривая свою ладонь, а затем усмехнулся, переводя взгляд на лицо Мики.       — А тебе есть с чем сравнивать? — недоверчиво прищурился картограф, но резко закрыл лицо ладонями и замотал головой. — Нет! Лучше ничего не говори!       Лоэн спустил ноги картографа с плеча и вытер следы их шалости какой-то одеждой, надеясь, что это его, а не Мики, вещь. Сев рядом на матрас, он наклонился, отводя руки Мики от его лица, пару мгновений полюбовался с улыбкой на него, а после поцеловал. Мика сомневался мгновение, но ответил на поцелуй, снова неуверенно, но Лоэну было достаточно и этого.       — Горько... — скорее констатировал, чем пожаловался Мика, когда тягучий медленный поцелуй прекратился.       — О, извини, больше не буду, — поспешил ретироваться Лоэн, но Мика в секунду стал серьёзным и закинул все еще связанные руки за голову Лоэна, не давая ему отстраниться.       — Будешь, — бросил он и притянул для нового поцелуя.