Невыносимый сосед

День восемнадцатый Это был тяжелый день. Четыре тренировки с детьми подряд — это утомляло намного сильнее, чем обычные занятия с людьми в зале. Дети шумные, неугомонные, да и по его специализации, кэндо — или «машем палкой!», как называли его дети, — занятие было всего одно. Остальные три часа были какими-то пробными занятиями по различным другим боевым искусствам, которым Зоро приходилось сначала самостоятельно обучаться дома. Хотя бы основам, чтобы было, чему учить. И сколько бы Зоро не повторял родителям и менеджеру фитнесс-клуба, что он знать ничего не знает о тхэквондо или айкидо, детям очень хотелось заниматься с молодым тренером, а не ходить в специализированные школы. И родители с менеджером видели в этом свой шанс: у первых были довольные дети, у второго — больше денег. Зеленоволосый устало завалился на матрас. За стеной тихо играл блюз и что-то скворчало. Пахло мясом и сигаретами. Еще несколько недель назад даже помыслить о сне в таких условиях было невозможно, но сейчас все это воспринималось скорее как колыбельная... ну или же Зоро настолько устал. Поэтому задремал он быстрее, чем голова коснулась подушки.

***

— Капустоголовый, ты не умер? У тебя удивительно тихо. Хлопнула дверца окошка и блондинистая голова высунулась из отверстия. Зоро протер глаза и недовольно что-то промычал. — Ты спишь, серьезно? Сейчас только семь вечера. Вставай давай, иначе опять подскочишь в пять утра и плакал мой сон из-за твоих тренировок. — Молодой повар перевел взгляд на кухонный стол своего соседа, где увидел неразобранный пакет с едой. — Ага, и ты, очевидно, не ел. Это плохо, но мне на руку. — Какой ты, черт возьми, разговорчивый... — проворочал Зоро, принимая сидячее положение, но его сосед уже скрылся в своей квартире и, скорее всего, его даже не услышал. С той стороны послышался какой-то звон, и вот блондин снова появился в окне, сияя улыбкой крайне довольного собой человека. — Прошу к столу, мой личный дегустатор. — Молодой повар поставил на импровизированную столешницу широкую тарелку, от которой поднимался пар. — Я не соглашался быть ни твоим личным, ни твоим дегустатором... — Зоро поднялся с места и уже хотел послать соседа вместе с его едой куда-нибудь подальше из его жизни, как услышал жалобное бурчание в своем животе. Черт, он же не ел с самого утра. А пахло... ну, сложно врать самому себе, запах был крайне соблазнительным. — Мне и не нужно твое согласие. Тащи стул и приступай к еде. — Блондин снова скрылся в своей квартире. Зоро, фыркнув, достал из холодильника две бутылки пива, подтащил стул и плюхнулся перед тарелкой: — И что это? — Паста со шпинатом и курицей. Много белка для мышц, витамины и... — взгляд Санджи упал на бутылки с пивом. — И обычно такое подают с белым вином, а не дешевым пивом. — У тебя есть вино? — Ну знаешь ли, оно точно не для тебя. — А эта бутылка пива — для тебя. — Зоро подтолкнул пиво ближе к соседу. — И я не настолько гурман, чтобы разбираться в сочетаниях еды и алкоголя. Пока Санджи молча глотал воздух от возмущения, зеленоволосый намотал на вилку пасту и сунул в рот. Это было... было... Молодой тренер не мог подобрать правильные слова, потому что, кажется, никогда подобного не пробовал. Конечно, в забегаловках, где он обычно питался, были громкие названия, вроде «Паста по-итальянски» и все такое прочее, но макароны они везде макароны. Точнее, Зоро так думал до знакомства с едой этого сумасшедшего повара. Санджи издал протяжный вздох поражения, смирившись с образовавшимся в его идеальном ужине пива. Он ловко открыл две бутылки о столешницу, не забывая следить за реакцией его соседа на еду. Но выражение лица Зоро было непроницаемым. Он ел неторопливо, ни дать, ни взять реально дегустатор. Молодой повар, чтобы скоротать ожидание, глотнул пива. Оно было на удивление не таким плохим, как ожидал блондин. Да уж, кажется, в алкоголе его сосед разбирался, если только не взял наугад. Не сказать правда, что таким стоит хвалиться. Зоро положил вилку на тарелку и глотнул пива. Немного помолчал, игнорируя сверлящий его взгляд. — Съедобно. — Ты, блять, издеваешься надо мной?! — Санджи ударил кулаком об столешницу, что та жалобно скрипнула. — Это все, что ты можешь сказать?! — Ты мог заметить, что я не особо словоохотлив. — Не сдержавшись, Зоро усмехнулся. Он не любил конфликты, потому что они требовали личного общения, а молодой тренер предпочитал, чтобы его никто не трогал. Но выводить из себя этого блондина было чертовски увлекательно. — О, так тебе нужно уроки ораторского искусства провести? Ты настолько тупой, что элементарно слова в предложения складывать не умеешь? — Ну уж извини, у меня нет привычки клеить каждую встречную девушку, а потому и навыки такое не нужны... — Да как ты!.. — ... тем более, судя по тебе, этот навык все равно бесполезный даже для таких целей. В Зоро полетела вилка. Он лениво уклонился в сторону. Его сосед вцепился в пустую тарелку, и молодой мастер уже подумал, что та полетит в него следом, но вместо этого блондин резко встал и скрылся в комнате. Послышался звон — тарелка упала в раковину. Зоро взял бутылку и сделал еще один глоток. Помолчал, слушая звук воды из квартиры соседа. Дождался, когда он стих. — Я никогда такого не ел. — Зоро говорил не громко, но стояла гробовая тишина, так что он не сомневался, что блондин его слышит. — И не мог остановится, пока не доел все. Санджи ничего не ответил. Зоро сделал еще один глоток пива. Послышался звук открывающегося холодильника, хлопок и перед молодым тренером появилась небольшая тарелка с десертом. — Медовый пудинг. Не смей запивать его пивом. День двадцать шестой Ежедневные совместные ужины стали традицией. На столько, что Зоро даже перестал задерживаться в зале ради поздних посетителей, чтобы к восьми оказаться дома. Его коллеги шутили, что у молодого тренера наконец-то появилась пара, а некоторые девушки, которые специально ради него ходили в зал, грустно вздыхали. Нами, которая, конечно же, слышала эти слухи в фитнес клубе, сгораемая любопытством, пыталась проследить за зеленоволосым, но осталась крайне озадачена тем, что Зоро спешил не на свидание, а домой. Конечно, можно было бы предположить, что его девушка дома, но она ни разу не слышала никакого незнакомого женского голоса или каких-то других звуков на лестничной площадке, кроме уже привычных его громких перепалок с новым соседом. Правда, в последнее время они стали как будто бы тише. Неужели?.. Соседка помотала головой, заходя в свою квартиру. Абсолютно нелепая мысль. Это невозможно. Совершенно невозможно. Но на следующий день она обязательно поделится этой мыслью с подружками в зале.

***

— Эй, блондинчик, чем пахнет? — Ты наконец-то признал во мне первоклассного повара, что тебе не терпится приступить к ужину? — Возможно, я признаю, если это то, о чем я думаю. До этого момента Зоро и не подозревал, что самодовольную улыбку можно услышать в голосе. — Яблочный ризотто. — Алкогольный? — Так ты только алкоголь учуял, дубина?! — Но пахнет алкоголем. — Это ингредиент! Белое вино дает терпкость вкусу. — А это белое вино будет подаваться к ужину? За стеной послышался протяжный стон отчаяния. — Ты абсолютно невежественный чурбан. — Санджи появился в окошке, держа бутылку вина и два бокалами. — Но так уж и быть, должен же ты знать вкус хорошего белого вина, а не своего дешевого пива. — Готов учиться и вкушать. — Зоро нетерпеливо потянулся к бутылке, но Санджи ловко отдернул руку. — После ужина. — Тогда зачем ты его сюда принес? — Чтобы у тебя аппетит разгулялся. День тридцать второй Зоро не врал, когда говорил, что в еде главное — чтобы она была сытной. И привередливым к ней он никогда не был. Но его сосед, как бы молодой тренер не хотел с этим соглашаться, оказался прав — прием ужина не ради того, чтобы набить желудок, а чтобы приятно провести время стало чем-то особенным в его жизни. А вкусная еда воспринималась как волшебство, потому что благодаря нее даже его невыносимый сосед раздражать не так сильно. — Это яблочное ризотто вкуснее, чем то, которое ты готовил на прошлой неделе. — Конечно. Тут же креветки дают основной тон блюда, а кислинка яблок с терпкостью алкоголя облагораживают вкус риса, а учитывая, что тебе, кажется, нравятся терпкие вкусы... — Санджи резко осекся. — Тебе, такому же заурядному, как многие наши посетители. Я это не ради тебя готовил. — Ммм, конечно, — пробормотал Зоро, потянувшись за бутылкой вина. — А это вино тоже заурядное? — Какой же ты невежа. — Санджи закатил глаза. — Это белое сухое вино, в состав которого вошли три сорта винограда: верментино, гренаш блан и бурбуленк. Чтобы ты знал, Жерара Бертрана, возглавляющего семейный бизнес по виноделию во Франции, называют «Королем Лангедока», а все потому... Зоро, недослушав эту неожиданную лекцию, глотнул алкоголь прямо из горла бутылки. — Какого черта ты делаешь?! — Санджи резко выдернул бутылку из рук зеленоволосого. — Я бокалы для кого принес?! — Ты думаешь, есть разница, как пить? — Зоро недовольно посмотрел на забрызганную вином футболку. — Конечно! Вино в бокалах дышит и раскрывает свой вкус! — Санджи плеснул немного золотистого алкоголя в бокал. — Подожди немного и попробуй. Вкус будет более плотным и фруктовым. Зоро взял бокал, немного поболтал жидкость по стенкам и сделал глоток. — Ну, я не специалист, но пить из горла как будто вкуснее. — Не смей при мне говорить такие кощунственные вещи. — Я серьезно. Попробуй. Санджи несколько секунд недоверчиво смотрел на своего соседа, а Зоро, подперев щеку рукой, лениво указал подбородком на бутылку в руках блондина, мол, давай, пробуй. Вздохнув, молодой повар сделал глоток. — Ну? — Нет, не вкуснее. Скорее так вино более... Алкогольное. — Ты просто не умеешь ценить алкоголь. — Я не умею?! Пока Санджи полыхал гневом, Зоро задумчиво смотрел на бутылку в его руках. — Хм. Дети, когда пьют из одной бутылки, хихикают и называют это непрямым поцелуем. Санджи резко замер. Зоро, все еще пребывая в задумчивости, заметил, как у его соседа покраснели кончики ушей. — Эй, ты красный. Уже напился? — Это я-то напился? А кто такой бред несет? — Блондин немного нервно вытащил сигарету из пачки, что лежала на кухонной столешнице с боку от него и прикурил. — Бред? Это ты про поцелуй? Скорее уж бред воспринимать это всерьез. — Ну конечно, не тебя же против твоего желания поцеловали. — Санджи фыркнул. — Да черт возьми! — Зоро подхватил бутылку и сделал большой глоток из горла. — Доволен? Какое-то время они молча смотрели друг на друга. До Зоро медленно начало доходить, о чем они только что спорили, и он почувствовал, что теперь у него краснеют кончики ушей. — Ну, кхм... - Санджи откашлялся и откинулся на спинку стула, переведя взгляд наверх и с интересом изучая стену своей квартиры. — Думаю, с ужином мы закончили. — Да. — Зоро, напротив, устремил взгляд вниз, пристально разглядывая столешницу. — Спасибо за еду, повар. — Не за что, капустная голова. Вино можешь допивать. С этими словами Санджи убрал посуду со столешницы, оставив только бутылку и бокал на стороне своего соседа, и закрыл окно. Зоро долил себе вино в бокал и сделал глоток. — Нет, из бутылки, все-таки, действительно вкуснее. День тридцать пятый Перед Зоро на столешнице как по волшебству возникло три бутылки вина. — У тебя какой-то праздник, поэтому ты решил забухать? — У нас дегустация, болван. Мне невыносимо смотреть, как любое блюдо ты пытаешься залить пивом, так что я решил рассказать тебе о хороших винах. — А все повара так прикрывают желание побухать? В сторону молодого тренера полетела вилка, но тот уклонился. — Либо ты закрываешь свой поганый рот, либо никакой дегустации не будет. — Я не смогу пить с закрытым ртом. — Мимо просвистела ложка. — И спасибо за набор столовых приборов, но у меня их уже много благодаря тебе. На всякий случай, Зоро приготовился уворачиваться от ножа, но его, к счастью, не последовало. Санджи довольно трепетно относился к своим ножам, как окончательно убедился зеленоволосый. По крайней мере, если они друг друга окончательно доконают, блондин его вряд ли решит прирезать. Санджи уселся напротив и закурил, недовольно глядя на соседа: — Как тебя вообще учителя в детстве терпели? — Не знаю, я особо не обращал на них внимания. — Зоро пожал плечами. — Почему-то я совершенно не удивлен. — сокрушенно пробормотал блондин, выдыхая сигаретный дым прямо в лицо молодого тренера. Зоро не сомневался, что он сделал это специально, но три бутылки вина призывали его побыть недолго паинькой и не возникать. Санджи потянулся к одной из бутылок и наполнил два бокала. — А теперь слушай внимательно. Красные сухие вида обычно подают к мясу и сырам, но в первую очередь все зависит от сорта и выдержки. Вот это вино произведено...

***

Спустя два часа и две с половиной бутылки как будто бы ничего не изменилось. Два соседа, сидя каждый в своей квартире напротив друг друга все так же припирались. Правда теперь у обоих немного заплетались языки, а на щеках проступил румянец. — Ты даже... не представляешь... — Санджи пьяно ткнул соседа пальцем в грудь, — насколько я популярен у девушек. — Наверное только у тех, кто очень хочет пожрать? — Зоро скосил глаза на палец на его груди, — А то как еще, кроме готовки, ты можешь привлечь их внимание? — Ты что, думал я тут привлечь твое внимание пытаюсь, поэтому готовлю? — блондин фыркнул. — Ты не знаешь всю мощь моего обаяния. — Я не то, что не знаю, я даже не верю, что оно у тебя есть. — Зоро наконец-то додумался стокнуть с себя палец соседа и тот чуть ли не завалился вперед. — Ах ты... Сейчас я тебе покажу, капустная башка. С этими словами Санджи резко выпрямился. Встал и, пошатываясь, направился к грамофону, на котором, после небольшого копания, поставил какую-то рок-балладу. Зоро она даже показалась знакомой, но классический рок бы не его сильной стороной. Санджи тем временем скрылся в ванной, но уже через минуту вернулся с причесанными волосами и розой. Молодому тренеру стало интересно, почему у его соседа в ванной находятся розы, но он решил пока не задавать вопросов и дождаться представления. Это явно должно было быть весело. Санджи снова сел напротив Зоро, глубоко затянулся свежеприкуренной сигаретой, выдохнул дым и заговорил тем самым приторным голосом, от которого молодой тренер однажды проснулся уже больше месяца назад. — Моя дорогая, ваша красота настолько яркая, что вы затмеваете собой Солнце, позвольте же преподнести вам этот цветок, который, я уверен, раскроется под лучами вашей доброты так же, как мое сердце раскрылось при виде вашей обворожительности. Пока длился этот короткий монолог роза оказалась прямо перед лицом Зоро. А сразу за розой, очень-очень близко, находилось лицо Санджи. Время замерло. Зоро пристально смотрел на розу, стараясь не сводить с нее глаз. Аккуратно забрал ее из рук соседа и тот, на удивление, легко ее отдал. — Ну... — зеленоволосый слегка прокашлялся. — Я не девушка, так что оценить по достоинству не могу. Но на меня впечатление ты произвел и до этого, в том числе своей готовкой. Время снова пошло и Санджи отпрянул. Лицо его пылало и, кажется, дело было уже не только в алкоголе. — Я не для тебя стараюсь, — проворчал блондин, отвернувшись. — Ты говорил. — И ты пьян. — Ты тоже. — Вот именно. Так что спокойной ночи. Санджи встал со своего места и, не закрывая, как обычно, окошка, слегка пошатываясь отправился вглубь квартиры. Зоро, немного посидев, стянул себе бутылку с остатками вина и тоже отправился на матрас. День сорок первый Стояла непривычная тишина. Ни звука музыки, ни чужого мурлыканья под нос, ни звона кухонной утвари. Это было непривычно. Не то, чтобы его сосед всегда все вечера проводил дома, но отсутствовал настолько редко, что тишина звучала как самый громкий шум. Зоро задумчиво потер подбородок. Неужели все-таки нашел себе девушку и пошел на свидание? Или что-то случилось и ему плохо? Нет, судя по тишине, его действительно нет дома. Хм, что ж. Зато можно было заняться тренировками, не заботясь о тонкой душевной организации соседа. Зоро подошел к столешнице и заметил небольшую тарелку с онигири. Он приподнял тарелку в поисках какой-нибудь пояснительной записки, но столешница была девственна чиста. Интересно, ушел, но ужин оставил. Молодой тренер сел за столешницу и откусил кусочек от онигири. Заниматься особо ничем не хотелось. День сорок второй Зоро встретил Санджи рано утром, когда выходил на работу. Тот, практически спя стоя, пытался попасть ключом в замочную скважину. — Что, блондинчик, бурная ночь? — Да уж явно интереснее твоей, дубина. — вяло огрызнулся блондин. Зоро молча смотрел на своего соседа. Он сейчас кого-то напоминал. Кого-то... точно. Недовольного только разбуженного котенка с мемов, которыми любили делиться его юные ученики. И такого же неуклюжего. С единственным отличием — котята не курят как паровозы. Молодой мастер отобрал у блондина ключ и сам открыл ему дверь. — Кто тебя просил лезть, придурок. — Голос настолько сонный, что это звучало скорее мило, чем обидно. Зоро, правда, решил оставить это наблюдение при себе. — Если бы ты заснул под дверью, тебя бы забрали как бомжа в отрезвитель. — Да пошел ты, капустоголовый. Санджи уже ввалился в квартиру и собирался захлопнуть дверь, как его остановил вопрос: — У тебя все в порядке? Помедлив, блондин все-таки ответил: — Да. Просто сегодня банкет каких-то шишек, поэтому с прошлого утра на ногах — заготавливали все нужное к этому позорному торжеству. Правда, конечно же, эти богатые тупицы слишком глупы, чтобы оценить все то, что мы для них подготовили. У них все меню состояло принципиально из дорогих позиций, которые между собой даже не сочетаются. — Санджи раздраженно выдохнул дым сквозь сжатые зубы. — Но это уже не моя проблема. А теперь иди куда шел, мне нужно поспать. Дверь захлопнулась и Зоро, пожав плечами, отправился на работу.

***

Санджи проснулся ближе к шести вечера. Он искренне ненавидел дневной сон, после которого голова тяжелая как будто на нее надели кастрюлю, а время стирается в какой-то ком, когда непонятно, что теперь стоит делать — собираться на работу или упасть спать дальше. Но, по крайней мере, ему было значительно лучше, чем утром. Потянувшись и закурив, он заварил себе кофе и сел за столик, задумчиво уставившись на дверцу окошка. Судя по тишине его сосед, вероятно, еще не вернулся. Ну и хорошо, значит, он успеет приготовить небольшой ужин. Не то, чтобы Санджи так уж горел желанием кормить этого несносного чурбана, но, чтобы не говорил его сосед, блондин видел, что эти ужины ему нравятся. А он любил, когда люди наслаждались едой. — Тогда приступим, — пробормотал Санджи себе под нос и засучил рукава.

***

Ближе к восьми вечера Санджи распахнул дверцу окошка. — Эй, капустная голова, пришло время дегустировать новое блюдо. — Блондин заглянул в окошко и на секунду замер. — Ты что, опять жрешь эту гадость? Лапша быстрого приготовления, серьезно?! Зоро чуть ли не поперхнулся горячей лапшой от неожиданного крика. — Ты почему не отдыхаешь, тупой повар? — Я зачем ужины готовлю?! — Продолжал кипятится блондин, игнорируя вопрос соседа. — Чтобы ты снова питался как нищий студент?! — Да откуда я знаю, зачем ты их готовишь?! — Зоро вспылил, не понимая, почему на него вообще наехали. — Мне что, каждый день нужно сидеть и ждать твоих подачек?! — Подачек?! Придурок, можно хоть немного уважения к еде проявлять? — Белобрысый, ты сам сказал, что устал! Не голодать же мне, если ты решишь, что период дегустации окончен! — Да уж теперь я его действительно окончу! Столько стараний и такая благодарность! — Тупой повар, я просто надеялся, что сегодня ты отдохнешь! — Я сам решу, когда мне отдыхать, а когда нет! Черт возьми, почему я вообще трачу свои вечера на тебя. — Санджи провер рукой по лицу, игнорируя, что между пальцев у него все еще зажата сигарета. — Не нравится — найди себе, наконец, какую-нибудь девчонку, которая будет терпеть твои внезапные закидоны исключительно только ради еды. — Зоро неопределенно ткнул палочками для еды, которые все еще сжимал в руке, куда-то в сторону окна. — И найду! По крайней мере она будет понимать, что вкусная еда — это высшее проявление заботы. — И не будет понимать, что когда человек устал — ему нужно дать отдохнуть, а не требовать еды! Они оба замолчали, тяжело дыша. Глубоко вдохнув, Санджи, сдерживая гнев, который Зоро явно видел по дрожащим рукам блондина, аккуратно поставил тарелку с едой на столешницу со стороны молодого тренера и захлопнул дверцу. Зоро с протяжным вздохом откинулся на спинку стула. Вся ситуация была до нелепости абсурдной. Он просто надеялся, что его сосед сегодня как следует отдохнет после тяжелой ночи, а в итоге нарвался на истерику, как будто его, Зоро, застукали с любовницей. Что этот тупой повар вообще от него хочет? И почему Зоро вообще пытался в этом разобраться?