❤ День Святого Вадима ❤

В День всех влюбленных февральская погода город и его жителей не любила. Или, напротив, любила, но отнюдь не романтично, а скорее как на сайтах, пристально интересующихся годом рождения визитера. Нижние этажи башни «Вместе» кутала морось, средние – туман, а верхние – облака. Таким образом куда ни сунься, везде было хмуро и неприветливо. «Вместе» только что запустила обновленную версию корпоративной ИИ-помощницы Марго. По замыслу владельца компании, Сергея Разумовского, Марго должна была бронировать переговорки, приносить уведомления, отвечать на возникающие по ходу работы вопросы и включать сигнал оповещения гражданской обороны, если кто-то попытается разогреть в микроволновке рыбу, яйца или острый перец. Кураторами Марго назначили продакта Леру и юиксера Тому. Безбожно ранним утром – в одиннадцать – Сергей вышел из личных апартаментов, где отсыпался после двух суток работы над обновлением. Он осознал, что мурлыкает под нос: «Я, как айсберг в океане, все плыву в сплошном тумане», потряс головой, протер глаза и понял, что туман ради разнообразия висит не в голове, а за всеми примерно пятнадцатью тысячами квадратных метров окон. Дофигища тумана, короче. Сергей огляделся. Опенспейс вроде как кипел привычной жизнью, но… не кипел, а так сказать побулькивал, словно в начале закипания, когда пузырьки сидят по стенкам и на донышке и перед тем, как сорваться к поверхности, еще подумают, а надо ли им оно. Лера и Тома листали перед камерами Марго папку, толщиной смахивающую на печатную версию «Википедии». То ли это была офисная документация, то ли подробное досье на всех сотрудников, то ли сборник мемов за последние пять лет – Сергей точно не знал, а уточнять побоялся. Женя и Володя вели тысячелетнюю войну между Ошибкой 500 и Ошибкой 400. Вообще-то они сидели в акустическом боксе, но Сергей успел выучить все аргументы соперников и мог при желании, глядя на движения губ, поработать актером дубляжа. Игорь щелкал степлером с обеих рук. И нет, он не страдал ни тревожностью, ни СДВГ, просто тренировался открывать коробочку с кольцом, не доставая, собственно, коробочку. Коробочка так красноречиво выпирала через боковой карман пиджака, будто в ней покоилось не кольцо, а минимум Малая императорская корона. Коробочку эту Игорь таскал вот уже шестьдесят девять дней. Сергей считал. Потенциальная получательница кольца – Юля – распределяла свое внимание между ноутом, планшетом и тремя телефонами. Пускать в свои ряды конкурента гаджеты не спешили. Иногда Игорь бочком подсаживался к Юле, осторожно приобнимал, потирался об нее коробочкой через карман и тоскливо вздыхал. Юля рассеянно интересовалась: «У тебя там пушка или ты так рад меня видеть?», и это был максимум внимания, на которое мог рассчитывать несчастный Игорь. То, что при очевидном отсутствии пушки ему полагалось обладать крайне своеобразной анатомией, Юлю ни капли не смущало. В кухонном уголке хлопотал Олег. Олег был начальником службы безопасности, но не сидел в кабинете, а проводил время в опенспейсе, охраняя Сергея, сотрудников и витающую в воздухе корпоративную тайну. Олег страстно увлекался кулинарией: прямо сейчас, например, он варил консоме в кофейной кружке с надписью «Работа не волк». Это значило, что на ближайшие несколько часов микроволновка занята. На прошлой неделе, к слову, тоже никто не мог разогреть обед, потому что Олег выпекал в микроволновке пятнадцать коржей для торта «Эстерхази», а в прошлом месяце – варил соус моле поблано из пятидесяти ингредиентов. И все в микроволновке, да. Как, спросите вы? Ну, Олег был очень талантливый. И очень красивый. Но, пожалуй, не очень догадливый: Сергей сох по нему с первого собеседования, а он оставался в неведении. Короче, вроде бы все занимались своим обычным делом, но как-то… без огонька, что ли? Офису требовалась хорошая встряска. Сергей присел на краешек ближайшего стола и погрузился в раздумья, шаря взглядом по опенспейсу. Устроить масштабную реорганизацию? Ввести тайм-трекеры? Сменить бизнес-модель? Нанять «эффективного менеджера» с тремя месяцами курсов за обтянутыми модным пиджачком плечами? В воображении Сергея подчиненные быстро и кроваво расправлялись с гипотетическим менеджером, когда взгляд его упал на календарь. Сегодня же четырнадцатое февраля! Устроить сервис анонимных валентинок сам Святой Валентин велел. Сергей хотел было, не откладывая дело до обеда (раз уж обеда все равно по милости Олега не предвиделось), приняться за организацию мероприятия, но не смог отлепить взгляд от календаря. Глаза так и приклеились к слогану «Ты носишь лосины, но сам ты не гей – все верно, товарищ, это бобслей!» и восседающей под ним на санях красотке, которая абсолютно точно не была геем, потому как лосины не носила. И вообще ничего, кроме шлема, не носила. Ну не считать же одеждой две бумажные снежинки, цензурящие прелести красотки весьма условно. Интересненько. Откуда здесь в принципе календарь взялся? Что еще за привет из девяностых? – Всем привет! К слову о приветах из девяностых. В офис ворвался Вадим – и все сразу стало ясно. Вадим Дракон (его настоящая фамилия была частью корпоративной тайны и охранялась так качественно, что её сам Сергей не знал) представлял собой сто кило мышц, неуемной бравады и отвратительного чувства юмора, затянутые в ярко-красную борцовку и намертво застрявшие в криминальной России конца двадцатого века. В компанию Вадима привел Олег. Сергей, увидев кандидата на собеседовании, решил, что Олег вознамерился поставить у входа в Башню вышибалу, как в ночном клубе, однако Вадим трудился си-эс-эмом. И трудился, надо заметить, недурно: обратная связь от пользователей всегда была если не исключительно положительна, то исключительно вежлива, новые клиенты осваивали продукт с полпинка, а старые в сторону других кампаний даже не заглядывались. Ну да, вероятно, вместо проактивного подхода, глубокого изучения бизнеса потребителя, качественного онбординга и автоматизированных опросов Вадим использовал шантаж, угрозы и старое доброе ультранасилие, но ведь все работало! А Сергей твердо придерживался подхода «Не сломано – не чини». – Ты опоздал, – укорил Сергей. – Был на переговорах с клиентами, – не смутился Вадим. – Где? Вадим улыбнулся на все шестьдесят четыре. – В Шуваловском лесу. После таких переговоров он некоторое время пребывал в рабочем, кхем, настроении, поэтому Сергей проглотил рвущееся наружу мнение про уместность в общественном месте голых бобслеисток (пусть лишь в качестве календаря) и ушел клепать сервис валентинок. *** После обеда (который все же состоялся, но в столовой и кафетериях, потому что микроволновку по-прежнему оккупировал Олег) сервис был готов к работе. Отправить и получить валентинки можно было как онлайн при помощи специального сайта, быстренько сооруженного на коленке, так и физически, через «почтовый ящик». Марго, оторвавшись от неведомого документа, предложила составить прогноз вовлеченности обитателей опенспейса в обмен валентинками и, получив осторожное согласие, объявила, что восемьдесят процентов сотрудников к игре морально и эмоционально не готовы. – Отлично, – пробормотал Сергей, собственноручно устанавливая у входной двери коробку из-под принтера, косо обклеенную ядрено-розовой бумагой. – Это аж на двадцать процентов меньше, чем я ожидал. Узнав о грядущей игре, сотрудники притихли, переглянулись, задумались, кто-то даже вякнул что-то про короткий рабочий день, гибридный офис и внезапное расстройство желудка, но Сергей задавил бунт на корню, искусно лавируя между кнутом (добровольно-принудительный тимбилдинг, господа!) и пряником (внеочередные премии самым активным участникам). Итак, игра началась. Ссылка на сайт улетела в мессенджер, а ядовито-розовый почтовый ящик торчал у двери, и развидеть его было так же невозможно, как белый и синий экраны смерти вместе взятые. Интермедия Перед тем, как выпустить сайт в люди, Сергей отдал его на тестирование Томе, Лере и Марго. – Только не в прод, – предостерегла Лера. – Работай в тестовой среде. – Я и не собиралась в прод, не первый год замужем! – возмутилась Тома и выбила бодрую дробь на клавиатуре. – Режим тестирования отключен, – любезно сообщила Марго. Спустя десять с половиной секунд на экранах всех заинтересованных и незаинтересованных развернулось нежно-розовое послание: «Вы отправили валентинку Сергею. Отличный выбор.» – Я точно не отправлял валентинку Сергею, – пробормотал Сергей. А говорила ему мама, что деплоить по пятницам – плохая примета. Вадим Вадим знал толк в хорошем флирте и готов был потрудиться чисто ради искусства. Никакие сомнения к нему в голову не заглядывали, а если б и заглянули, то обещанная премия вмиг бы их прогнала, поэтому Вадим с легким сердцем вооружился ножницами и щедрыми дармовыми запасами офисной бумаги. Работы было много, однако дело спорилось: Вадим умел виртуозно обращаться с ножницами – а еще с ножом, мачете, автоматом и паяльником, но конкретно этими навыками приходилось хвалиться подальше от офисных камер. Спустя пару часов он подошел к «почте» и с досадой увидел, что вышла несостыковочка: почтовый ящик был коробкой из-под принтера, а Вадим принес проклеенную армированным скотчем и набитую валентинками коробку из-под напольного кулера. Он, конечно, попытался продавить свою точку зрения (и около десяти тысяч валентинок), но почта отчаянно сопротивлялась всем попыткам впихнуть невпихуемое и едва не развалилась. Пришлось переложить жалкие пару десятков открыток, а остальные велеть Марго отсканировать и отправить в электронном формате. При этом Вадим не стал жмотиться и разослал валентинки всем вообще, включая бухгалтерию, курьеров, клининг и ИИ-помощницу. – Спасибо, – польщенно откликнулась Марго, – но я программа. – Бывает, – игриво подмигнул Вадим. – У всех свои недостатки. Женя и Володя Женя и Володя сидели в митинг-боксе и вели переговоры. Раньше они вели переговоры с разных концов опенспейса над головами тех, кто оказывался посередине, но вскоре остальные сотрудники пригрозили, что если обсуждения на добровольной основе не переедут в отдельное звуконепроницаемое пространство, то на принудительной основе переедут в пространство воздухонепроницаемое. Пришлось последовать рекомендациям коллег. – У тебя API опять не соответствует документации! – А у тебя снова кнопки пятидесяти оттенков серого! – Это дизайн-система! А у тебя сервер падает с пятисотой ошибкой! – У меня всё работает! Чини свои скрипты, ты кэш не почистил! Переговоры шли, может, и не очень продуктивно, но зато крайне энергично. Настолько энергично, что пришлось сделать небольшой перерыв, чтобы перевести дух. Во время перерыва они пили кофе (который принес в термосе Женя), грызли печенье (которое испек Володя), что-то угрюмо отстукивали в ноутах и свирепо поглядывали друг на друга. Когда все было съедено и выпито, оба разработчика созрели для нового витка переговоров, но тут им одновременно пришли валентинки. «Хочу, чтобы наш коннект был таким же стабильным, как работа сервера в три часа ночи», – прочел Володя. «Я могу жить без CSS, но не могу жить без тебя», – прочел Женя. Они немного подумали, посмотрели друг на друга и хором заключили, что это несомненно козни Вадима. Игорь и Юля У Игоря и Юли все было стабильно, Игорь и Юля обнимались. Игорь обнимался с Юлей, а Юля – с рабочим планшетом. Обручальное кольцо в глубинах зажатой между их телами коробочки ощущало себя не то проглоченным удавом слоном, не то шляпой. – Юль, а хочешь, я тебе букет принесу? – наконец спросил Игорь. – Ну давай, – согласилась Юля между десятым и одиннадцатым е-мейлами. – А какие твои любимые цветы? Юля пожала плечами. – На твой вкус. Через полчаса Игорь вернулся с букетом шавермы. – Но это не цветы, – с легким недоумением заметила Юля. – Зато на мой вкус, – прочавкал Игорь и отгрыз от букета очередной кусок. – Угощайся. Свеженькая. Еще утром мышек ловила. Увы, мышки Юлю не привлекали. Даже компьютерные: она предпочитала пользоваться тачпадом. Пришлось Игорю жевать букет в одно лицо. А он-то мечтал, как они с Юлей сядут и станут романтично подъедать подношение с разных сторон, пока не столкнутся носами… Хм, кажется, подобное было в каком-то старом мультике. И тут им пришли валентинки: Юле на планшет, а Игорю – на Нокию. Не спрашивайте. «Я могу управлять рисками, но риск влюбиться в девопса я не предусмотрел(а)», – прочел Игорь. «Ты спрашиваешь: “Когда будут готовы пайплайны?”, а я мечтаю спросить: “Когда будет готов свадебный торт?”», – прочла Юля. Они немного подумали, посмотрели друг на друга и хором заключили, что это несомненно козни Вадима. А жаль. Как пепел Клааса стучал в сердце Уленшпигелю, так коробочка с обручальным кольцом стучала Игорю – только не в сердце, а в район селезенки. Сергей и Олег Олег угощал Сергея консоме с гренками, и это было дико вкусно. Особенно учитывая приготовление в полевых, то есть микроволновочных условиях. – Божественно, – похвалил Сергей. На смуглом лице Олега проступил легкий румянец. – Это что, – с напускной скромностью отмахнулся он. – Вот, помню, меня когда-то в Эс-Сувайде боевики в плен взяли и заставили ужин готовить, так я им омлет с рыбой фугу на костре пожарил! У Сергея возникло сразу несколько вопросов, например, откуда на Ближнем Востоке взялась рыба, характерная исключительно для Японии. Однако он не хотел расстраивать Олега дурацкими подозрениями. – Сложно было, наверное, – благоговейно поддакнул он. – Еще бы! Основная сложность состояла в том, чтобы в итоге рыба фугу выглядела, пахла и была на вкус в точности как консервированный тунец. – О, – растерялся Сергей. – А я думал, основная сложность состояла в том, чтобы не отравить всех насмерть. И что же, получилось? – Пятьдесят на пятьдесят, – похвастался Олег. – В смысле? – Замаскировать под тунца получилось, не отравить всех насмерть – нет. – О, – снова сказал Сергей. И замолчал. А тут как раз мимо пробегала Лера с картонными крылышками и луком и вручила им по валентинке. «Ты единственный человек в этом офисе, чьи баги я готов покрывать», – прочел Сергей. «Ты следишь за всеми, а я – исключительно за тобой», – прочел Олег и деловито нахмурился. – Хмм… Не то у меня профдеформация, не то попахивает сталкингом! Они немного подумали, посмотрели друг на друга и хором заключили, что это несомненно козни Вадима. Интермедия Вадим решил не мелочиться. Зарабатывать премию, так зарабатывать по-крупному. Он открыл городскую базу «Вместе», написал на виртуальной валентинке «Если ты читаешь это, то, возможно, я люблю именно тебя» и поставил галочку «Отправить всем». Через полчаса пришла фотка сердечка, выложенного из мелких монет, и ответное сообщение: «Это Чижик-Пыжик с Фонтанки. Я польщен. Чирик!» Вадим сперва немного удивился, что скульптура сидит в соцсетях, но потом решил, что ничего сверхъестественного здесь нет. В наше время все сидят в соцсетях. Тем более, у Чижика-Пыжика есть чем оплачивать Интернет. Лера, Тома и Марго – Марго, какова вероятность, что кто-нибудь признается в авторстве валентинок? – поинтересовалась Тома. ИИ-помощница ненадолго задумалась. – Менее пяти процентов в отсутствии стрессовой социальной ситуации. – Отлично, – мрачно заключила Лера. – Значит, делаем стресс. Она даже не спросила, сколько процентов прогнозируется в присутствии стрессовой социальной ситуации. А вдруг менее 0, 00001 процента? Лере просто очень хотелось сделать стресс. Итак, около семи вечера Марго без предупреждения включила в опенспейсе проектор с аналитикой: кто кому отправил валентинки, кто сколько раз перечитал валентинки и кто целовался с экраном своего гаджета взасос. (Никаких достоверных данных по последнему пункту, конечно же, не было, просто Лере очень уж хотелось сделать стресс). Таким образом стало известно, что Сергей отправил валентинку Олегу, а Олег – Сергею. Женя отправил валентинку Володе, а Володя – Жене. Юля отправила валентинку Игорю, а Игорь – Юле. Тома отправила валентинку Лере, а Лера – Томе. Вадим отправил валентинки всему городу, а ему отправили коллективную валентинку Лера, Тома и Марго (из жалости) и некто Чижик-Пыжик с Фонтанки. Эпилог Обнародованная информация произвела эффект разорвавшейся гранаты. (Олег бы указал, что разорвавшаяся в толпе граната производит несколько иной эффект, но у него был занят рот). Сперва возникла угроза коллективного самовозгорания, затем – коллективного увольнения, затем – коллективной оргии (именно в этот момент у Олега оказался занят рот), а затем все подостыли и парочками разошлись по ближайшим кафе и барам, обсуждая планы на романтический уикэнд, а то и сразу на медовый месяц. Туманный день плавно перетек в туманную ночь. В башне «Вместе» горело единственное одинокое окошко: это Вадим, вдохновившись повторно обещанной начальством премией, сидел в подсобке и рассылал валентинки всему миру. Эпилог 2 Где-то в Китае Алтан Дагбаев, позевывая с зубной щеткой во рту, прочел только что пришедшую валентинку: «Ты – единственная причина, по которой я готов предпочесть обнимашки ультранасилию». – Хмм, – протянул Алтан, проверяя страницу отправителя, – какой, однако, наглый тип… Мне нравится! И он тут же купил билет на ближайший рейс в Петербург.

(ультрасчастливый) КОНЕЦ