Шутка удалась

      Во всем виноват был Наруто, как обычно. Сакуре пора было уже привыкнуть к этому и быть готовой, но… они очень давно не собирались все вместе, да еще и не просто так, а по такому поводу – ее день рождения! Поэтому, конечно же она забылась и упустила тот момент, когда все еще можно было остановить. И вот результат! Она со злостью и бессилием посмотрела на себя в зеркало:              — Ууууу, придурок! Увижу – точно убью! И никакая Хината больше его не спасет!              Отражение в зеркале угрожающе нахмурилось, но получилось не так страшно, как Сакуре бы хотелось. Весь вид портили длинные розовые заячьи уши, бодро торчащие вверх. И нет, они были не искусственные, не обычный милый детский ободок. Это были самые настоящие, живые уши, и в придачу к ним – милейший пушистый хвост, слегка подрагивавший во время ходьбы, и расположенный аккурат там, где был копчик.              За все это великолепие следовало благодарить Наруто. Потому что именно он притащил на праздник этот, как потом уже выяснилось, экспериментальный образец. К тому моменту, когда он вытащил из подсумка небольшую фляжку и потряс ею в воздухе, обещая, что сейчас начнется настоящее веселье, все гости были уже порядком пьяны. Даже рассудительный Шикамару в тот момент уже был явно навеселе — улыбался Темари и даже пару раз глупо хихикнул над какой-то шуткой. Всегда бледный Сай порозовел и как-то не очень твердо стоял на ногах, хоть и уверял что он абсолютно трезв, но пока шел от танцпола к столам с едой, умудрился опрокинуть пару стульев и сам чуть не растянулся на полу.              И только Какаши был как обычно спокоен и невозмутим. Хотя, как считала Сакура, по его виду всегда сложно было что-то понять – с одной стороны мешала маска, закрывающая половину лица, а с другой, он всегда так хорошо умел скрывать свои эмоции, что и не поймешь, что у него на уме.              Удивительно было вообще, что он смог прийти на праздник. Занимая должность Хокаге, свободного времени на личную жизнь, если верить ему и Шикамару, совсем не оставалось. Странное дело, по детским воспоминаниям Сакуры Третий Хокаге частенько гулял по деревне, заходил к ним на уроки в Академию, и любил поболтать с горожанами. И по нему нельзя было сказать, что он сильно загружен работой. Будучи ученицей Пятой, Сакура порой помогала ей и Шизуне с делами, и прекрасно помнила, что ее наставница всегда находила время чтобы расслабиться за бутылочкой саке или даже прогуляться за игровые столы в соседний город. Но когда должность Хокаге занял Какаши, все как-то очень быстро изменилось. Сколько раз Сакура не приходила к нему – с документами из больницы, или с результатами ежегодных осмотров шиноби, или еще по какому поводу – стол Шестого всегда был просто погребен под множеством бумаг. Они высились стопками на столе, на подоконнике, что-то было свалено в коробках на полу. Стол Шикамару тоже был весь в кипах бумаг, и в центре этого бумажного хаоса неизменно сидели двое с самыми несчастными физиономиями.       Сакура как-то раз специально спросила у Какаши, почему так? Он на это лишь пожал плечами и сказал, что-то вроде, мирное время, люди спешат жить, прогресс спешит вперед, и все это стекается в одну точку – кабинет главы деревни. Вероятно, у его преемника забот будет еще больше.              Вспомнив о Какаши Сакура мысленно застонала. Она просто обязана будет сходить к нему и лично извиниться за случившееся. Если и у него так же не прошли все эти… «симптомы», ее вместе с Наруто просто распнут на воротах деревни, и никто разбираться не станет, знала она или нет о дурацкой шутке своего друга.              Разливая по стаканам свой «сюрприз», Наруто клятвенно уверял, что это надежное, проверенное и испытанное средство, и эффект продлится минут десять, ну двадцать или тридцать от силы, ну максимум – пару часов! Но уж точно не дольше!              Какаши крайне скептично принюхивался к тому, что плескалось в его стакане и сразу заявил, что не помнит ничего похожего на такие разработки. Шикамару тогда возразил, что исследования и правда ведутся, но он не слышал, что они успешны и уж тем более завершены. На это Наруто жизнью своей поклялся, что все надежно, мильен раз испытано и доклад уже готовится и может даже затерялся в одной из кип документов в кабинете Хокаге. И вообще, хватит душнить и портить веселье! Уж не думают они что он собирается кого-то отравить?! На это все хором его заверили что нет, ничего такого не думают, а Какаши, который стоял рядом с Сакурой, тихо пробормотал, что он может это сделать просто по ошибке.              В итоге как-то быстро было решено, что раз с ними лучший медик Конохи, и не важно, что она уже пьяна, то ничего плохо с ними случиться не может. А если и случиться, то их обязательно спасут. Какаши все еще колебался, но Сакура повисла у него на руке и пьяно заканючила, уговаривая сделать это, ну хоть разоооочек, ну ради неееее, ну пожаааалуууйстааа, сеенсееей! Какаши тогда вроде как-то несчастно посмотрел на нее и выпил все залпом, самый первый. Темари, как ей казалось незаметно, прокашляла в свой стакан что-то вроде, что Сакура из своего Хокаге веревки вьет, но это не точно, может Сакура все не так расслышала, а может это и не Темари говорила, а может говорила, но не это.              Увидев, как их смелый и отважный Хокаге первым опрокинул в себя непонятно что, Наруто завопил, что так нечестно и пить надо было всем вместе, и тут же выхлестал свой стакан в несколько глотков. Разумеется, Хината повторила все за ним, не раздумывая, ну а как же, а следом и Ино с Саем. Умница Шикамару немного подвис, раздумывая стоит ли ввязываться в такую сомнительную авантюру или все же это будет слишком проблематично, но его быстро отвлекла Темари, сказав, что раз он боится, то надо пить на брудершафт. И пока Шикамару пытался выяснить, что это такое, она быстро переплела с ним руки, выпила все из своего стакана и знаками показала, что ему надо делать тоже самое, а когда он наконец все выпил, просто подтянула к себе и крепко поцеловала под свист и улюлюканье ребят. Сакура с завистью посмотрела на них, и не давая себе ни секунды на раздумья, залпом осушила свой стакан.              А дальше все было как в кино – легкая слабость и головокружение, нестройные возгласы, Сакура лишь на секунду прикрыла глаза, борясь с накатившей дурнотой, а когда она проморгалась и осмотрелась – все уже изменились.              Это и правда было забавно! В тот момент даже ей показалось, что это смешно и уморительно – в один миг все обрели черты животных, причем самых разных! У Ино появились очаровательные кошачьи ушки и длинный, пушистый хвост, мягкой белой шерсти. То, что это кошачье никто и не сомневался – стоило ей лишь повернуться, повести хвостом из стороны в сторону и сказать «мяу». Ну просто воплощенная эротическая мечта любого подростка и не только! Сай сразу же загородил ее, что-то шепча в подрагивающее ушко – с ним самим было все просто – черные, остро торчащие мохнатые уши и хвост с черно белым окрасом. Какаши, едва втянув воздух, категорично заявил, что это какая-то разновидность собаки.       С Наруто тоже никаких сомнений не возникло – рыжие острые уши и такого же цвета роскошный пушистый хост. Слава богу, что один, а не девять. А вот у Хинаты ушки были светло-коричневого оттенка, странно выделяясь на ее иссиня-черной шевелюре. Мучительно краснея и смущаясь, она едва слышно прошептала, что еще есть хвостик, но она его категорически отказывается показывать. Наруто ее сразу же горячо поддержал. Еще бы, кому захочется, чтобы твоя девушка при всех задирала платье и показывала, что у нее там появилось сзади. Вот прямо ТАМ! Сакура и Ино заверили, что верят ей на все сто процентов.       Глядя на коричневые, с небольшими пятнышками уши Шикамару, Ино расхохоталась и заявила, что Шикамару настоящий олень и слишком много времени проводит в семейном лесу, и уж теперь он там точно за своего сойдет. Каким-то шестым чувством Сакура поняла, что дальше ее пьяная подруга собирается пошутить по поводу рогов, которые почему-то не отросли, а это уж точно не понравится Темари, которая уже недовольно хмурилась и скалила заострившиеся зубы в сторону хохочущей Ино. Схватив за локоть продолжающую болтать Ино, она потащила ее в другой конец комнаты, пихая ей в рот первые подвернувшиеся под руку фрукты, так что та едва не подавилась. Темари, сузив глаза пристально посмотрела им вслед, пряднув большими мохнатыми ушами светло-песочного цвета, развернулась и пошла в другую сторону, прихватив с собой Шикамару. Длинный пушистый меховой хвост лениво покачивался из стороны в сторону. Пустынная лисица явно не любила, когда кто-то смеялся над ней или ее избранником.       Убедившись, что ссоры не будет, Сакура выдохнула и отпустила Ино, шепнув подошедшему Саю, чтобы он присматривал за своей подругой. Ей очень хотелось посмотреть, что же появилось у нее самой и поэтому она, стрельнув глазами по сторонам и убедившись, что все парочки слишком заняты рассматриванием своих превращений и на нее никто не смотрит, подошла к зеркалу. На нее глянуло отражение – раскрасневшаяся Сакура, с горящими глазами, чуть растрепанной прической и весело торчащими длинными заячьими ушами такого же, пронзительно розового цвета! Машинально отведя руку назад, она ощупала себя в районе копчика. Так и есть! Небольшой хвостик определенно прощупывался через ткань платья! Выдохнув, Сакура растерянно смотрела на себя, не зная плакать ей или смеяться.              — Не нравится результат?              Повернувшись вправо, Сакура только сейчас заметила неслышно подошедшего к ней Какаши. Ну еще бы она его заметила – острые серовато-черные уши, так естественно, будто родные, торчащие в беспорядочной копне его волос и пышный, длинный хвост такого же цвета просто не оставляли простора для фантазии – волк. Даже не удивительно, хотя, если подумать, собака была бы логичнее.              Осторожно махнув хвостом, Какаши неуверенно улыбнулся Сакуре и вопросительно посмотрел на нее.              — Сама не поняла. Просто… как-то неожиданно, что ли. Не то чтобы я думала про кого-то конкретного, но кролик? Или заяц это? Они же трусливые, только и могут что бегать быстро.              — Я думаю, не стоит к этому относится так серьезно, — Какаши улыбнулся Сакуре и осторожно потрепал ее по волосам, задев ненароком уши. В ту же секунду, вздрогнув, Сакура прижала уши и повела головой, краснея и отстраняясь от прикосновения.              — Прости, прости, я не хотел. Это как-то по привычке вышло.              Какаши сжал пальцы в кулак и быстро сунул руки в карманы, сделав шаг назад, будто не доверял сам себе.              — Да нет, нет, ничего. Знаете, как-то по-другому все ощущается. Эти уши, — Сакура осторожно потрогала себя за одно ухо, — они такие чувствительные, я сама не ожидала.              В ту же минуту к ним подлетел Наруто и утащил Какаши на другой конец комнаты, говоря, что им очень нужно его авторитетное мнение. Там уже стояли Сай, Ино и Шикамару и что-то бурно обсуждали.              Сакура отошла к Хинате, поболтала с ней немного о предстоящей свадьбе, выпила вина, которое ей предложил подошедший Наруто и пригрозила ему, чтобы он хорошенько заботился о Хинате. Наруто заверил ее, что всегда будет заботится о своей девушке, в смысле невесте, нет, о будущей жене! Когда он в конец запутался в определениях Сакура с Хинатой рассмеялись, и Хината ласково погладила покрасневшего Наруто по руке, глядя на него влюбленными глазами.              Сакура сразу же почувствовала себя лишней и выдумав какую-то нелепую отговорку отошла в сторону столов с закусками. Стоя перед блюдом с фруктами, она почувствовала, как на нее разом навалилась усталость и захотелось оказаться у себя в квартире, завалиться в кровать, и завернувшись в одеяло уснуть часов на десять. Поколебавшись немного, не будет ли с ее стороны слишком эгоистично, уйти со своего собственного праздника первой, Сакура решила, что нет, не будет. Она ужасно вымоталась за эту неделю – сложные пациенты, подготовка к конференции, и огромное количество раздражающих мелких дел, которых необходимо было выполнить, хотелось этого ей или нет. Праздник ненадолго ее взбодрил и порадовал. Она действительно очень хотела увидеть всех своих друзей и чудесно повеселилась, но сейчас ей хотелось одного – спать!              Подойдя к Ино, она отвела ее в сторону и сказала, что хочет уже идти домой. Само собой, подругу это не порадовало, но посмотрев на темные круги под глазами, и уныло повисшие заячьи уши, Ино, вместо того чтобы уговаривать, только вздохнула и махнула рукой. Стоявшая недалеко Хината, слышавшая их разговор, тут же поддержала Сакуру, сказав, что она может идти домой и отдыхать, а они с Наруто тут со всем разберутся.              Какаши нагнал ее уже на улице, когда Сакура стояла и пыталась поудобнее взять все пакеты с подарками и не уронить при этом букеты.              — Помочь? Давай я тебя провожу.              Сакура вскинула голову, развернулась, и само собой несколько коробок выскользнули из пакетов и попытались упасть на землю. Не успели. Какаши быстро подхватил их, у самой земли, аккуратно, даже не смяв бантики на упаковке. Так заботливо. Сакура улыбнулась и кивнула с благодарностью.              — Спасибо. — Тут же она спохватилась — А что скажут люди, когда увидят, как Хокаге разгуливает по деревне в таком виде – с хвостом и ушами? Не думаете, что это немного странно?              Какаши легко рассмеялся, запрокинув голову и Сакура невольно улыбнулась в ответ, так заразителен был его смех. Ей нравилось слушать как он смеется, смотреть на него в этот момент, каждый раз в эти мгновенья в животе ворочался маленький пушистый котенок, и сразу становилось так хорошо и спокойно. Наверное, это и было что-то похожее на счастье, немного странное, но Сакуру это мало волновало.              — Не более странно, что заместитель главного врача больницы с розовыми заячьими ушками.              Тут уже Сакура не выдержала и рассмеялась вместе с Какаши. Они и правда выглядели странной парочкой со стороны – волк и зайка.              — Решат, что вы хотите меня съесть. Что еще может сделать волк с зайцем? Но я думаю, не стоит давать повод для диких сплетен. Лучше воспользоваться хенге.       Сакура немного изменила свою внешность, ровно настолько, чтобы у встречных людей не возникло вопросов, и никто по дороге домой не начал бы приставать с вопросами о своем здоровье или о здоровье своих близких. Какаши последовал ее примеру. Видимо и он тоже хотел пройтись спокойно, не узнанный никем.              Сакура неторопливо шла по дороге, наслаждаясь теплым вечером и тем приятным состоянием легкого опьянения, когда в голове пусто, нет никаких тревожных мыслей, планов. Тело ощущается легким, словно воздушный шарик, и внутри все наполнено маленькими пузырьками счастья. Она могла бы легко вывести алкоголь из организма, достаточно было сложить пару простых печатей, но она этого не делала. Ей специально хотелось подольше растянуть то приятное, расслабленное состояние, в котором она сейчас пребывала. Говорить не хотелось – выдумывать какие-то формальные, пустые поводы для беседы, тем более. Ей нравилось, что в компании Какаши она могла спокойно помолчать, не забивая тишину ненужными словами. С Наруто так никогда не получалось, он скорее ненавидел тишину и молчание, и болтал не умолкая.              Возле дома Сакура немного замялась, но, вздохнув, спросила:              — Зайдете ко мне? Вы ведь у меня ни разу не были, с тех пор как я от родителей съехала и живу отдельно.              Какаши помахал в воздухе сумками с подарками и усмехнулся:              — Ну конечно зайду. Не могу же я тебя у самого дома бросить одну со всеми этими пакетами. Раз уж вызвался провожать девушку, надо это делать до конца.              От того как двусмысленно прозвучала эта фраза, Сакура порозовела и смутилась, но тут же обругала себя. Какие глупости, что она сейчас навоображала?! Он ведь назвал ее девушкой просто потому, что она и есть девушка, а вовсе не его девушка. От таких мыслей она покраснела еще сильнее, чувствуя, как начинают гореть щеки. Конечно, за последние несколько лет они сблизились. Какаши не сразу, но смог убедить ее обращаться к нему просто по имени, без приставки «сенсей» и уважительных суффиксов. Он всякий раз говорил ей, что после всего, что они перенесли и испытали во время последней войны, вся эта вежливая отстраненность и формальности совершенно не нужны. Смущенно улыбался при этом и лохматил себе, и без того торчащие в разные стороны, волосы. Сакура уже научилась считывать его мимику, не обращая внимания на маску. По сути это было очень просто, надо было лишь приложить немного внимания и следить за движением губ, прищуром глаз, взмахом бровей – и все считывалось очень легко. Но маска по-прежнему оставалась тем незыблемым рубежом, который отделял Какаши Хатаке от остального мира. В глубине души Сакура наделась, что когда-нибудь и этот бастион падет. А пока ей хватало того общения, тех теплых, близких отношений что были у них сейчас.              И он всегда, всегда был так добр к ней и внимателен, подмечал то, что не видели другие, обращал внимание, когда ей было плохо и грустно. Мог просто посидеть рядом, выслушать ее, или, когда ей было это нужно, сказать, что верит в нее и все будет хорошо, надо просто набраться терпения и немного подождать. Она каждый раз ему верила, ждала, терпела, и плохое действительно заканчивалось. Всегда. Ну, почти всегда.              Только один раз это его волшебное заклинание не сработало – с Саске-куном. Сакура тогда ждала, долго ждала, очень долго. Но так и не дождалась. И в какой-то момент поняла, что эта история с ней так и не случится. Ждать она могла бы долго, очень долго, но тому, второму, это было не нужно. И Сакура перестала ждать, сказав себе, что пора уже запечатать это и двигаться дальше.              Открыв дверь и войдя внутрь, Сакура настояла на том, чтобы Какаши зашел вместе с ней. Аккуратно составив пакеты в прихожей, а букеты положив на стол в крошечной кухоньке, Какаши осмотрелся, похвалил квартиру, сказав, что все очень мило, и вид из окна просто чудесный, и уже собрался уходить, как Сакура решительно ухватила его за рукав.              Какаши удивленно посмотрел на нее и его уши забавно встали торчком.              — В чем дело, Сакура?       — Я вас хотела попросить кое о чем.              Позже, Сакура будет во всем винить выпитый алкоголь, смешанный с неиспытанным препаратом и помноженный на недельную усталость. Именно это, как она потом будет рассказывать Ино, и убило в ней правильное воспитание, девичий стыд и скромность. Но сейчас, то о чем она хотела попросить Какаши казалось вполне нормальным и даже логичным. Кого еще она могла попросить о таком? Только человека, которому уже не раз доверяла свою жизнь, который всегда помогал ей в трудную минуту, был всегда рядом, поддерживал. И сейчас ей до зуда в ладонях очень хотелось узнать один смущающий факт. Было немного стыдно, самую малость, но она быстро задвинула эту мысль на задворки чуть плывущего сознания. Она думала про это почти всю дорогу до дома и сейчас просто не могла упустить такую возможность.              — Так о чем ты хотела попросить?              — Понимаете, там на вечеринке, ну когда все выпили препарат, у всех как-то сразу стали видны и уши и хвосты. И у Ино, и у Наруто и у вас тоже.              Словно в подтверждение ее слов хвост Какаши несколько раз нервно дернулся из стороны в сторону.              — А у меня хвостик вроде бы и есть, я его чувствую, но он такой маленький, что мне просто не видно. А Наруто сказал, что к утру эффект точно пропадет. И мне бы очень, очень – очень, хотелось узнать – какой он. Вы посмотрите? — Сакура с надеждой посмотрела ему в глаза.              — Я?!              Какаши ошарашенно и даже немного испуганно вытаращился на Сакуру.              — Ну да, вы. А кого мне еще просить? Там на вечеринке все пьяные были, и если бы я Ино попросила, она ну… в общем, ее лучше было не просить. Не Наруто же. А вам я доверяю. — Сакура умоляюще уставилась на него и сложила перед собой ладошки в молитвенном жесте.              — Ну пожааалуйстааа, сенсееей.              Темари была совершенно права. Сакура из него вила веревки, особенно когда была такой милой, с надеждой смотрящей на него большими, влажно блестящими от выпитого алкоголя, глазами. Тяжело вздохнув он согласно кивнул головой, и Сакура, тут же радостно взвизгнув, потащила его в комнату, которая была ей и кабинетом, и спальней одновременно.              Когда Сакура обустраивалась в этой квартире, она сразу решила, что кровать тут будет большая, рассчитанная на двоих. Тот на кого она рассчитывала, так и не появился в этой кровати, но Сакуре сама кровать ужасно нравилась и менять ее она не собиралась.              Забравшись с ногами на кровать и сев на пятки, спиной к Какаши, Сакура медленно, двумя пальцами, потянула вверх подол платья. Задрав его примерно до середины спины, она услышала вздох и повернулась. Какаши стоял в дверном проеме, прислонившись к косяку, и его хвост быстро метался из стороны в сторону, хотя сам Какаши застыл словно статуя.              Глядя через плечо и чувствуя, как начинают полыхать ее щеки, а кровь тяжело стучит в голове, Сакура прикусила губу и почему-то шёпотом спросила:              — Ну что?              Словно очнувшись от гендзюцу, Какаши вздрогнул и посмотрел ей в глаза. Лицо у него при этом было почему-то очень несчастное.              — Есть. Небольшой заячий хвостик, розовый, с белым.              Сакура замерла, не зная, что еще сказать, спросить, сделать.              Вопрос за нее решил сам Какаши. Отлипнув от дверного проема, он сунул сжатые в кулаки руки в карманы и вздохнув, быстро пробормотал:              — Ну я пойду, Сакура. День был длинным, хочу отдохнуть. С днем рождения тебя, еще раз.              Из квартиры он выскочил так быстро, словно пробка, растерявшись, Сакура не успела и слова вымолвить. Лишь хлопнула входная дверь и она осталась одна.