Часть 5
13 апреля 2026 г., 12:57
ЧАСТЬ 5. ПРИКОСНОВЕНИЕ
1.
На третьей неделе в дом ворвались наёмники.
Джинкс и Экко сидели в гостиной — она чинила детонатор, он читал книгу.
— Внизу люди, — сказал Экко, услышав шум.
— Сколько?
— Много.
— Твои?
— Нет.
— Мои?
— Тоже нет.
— Тогда — враги.
Они переглянулись. Впервые — без ненависти.
— Оружие есть? — спросил Экко.
— Всегда.
Она вытащила пистолет из-под дивана. Он — из тайника в стене.
— Прикрывай меня, — сказал Экко.
— Я прикрываю только себя.
— Сегодня — меня.
— Почему?
— Потому что я твой муж.
— Фиктивный.
— Какая разница.
Он выбежал в коридор. Джинкс — за ним.
2.
Перестрелка была короткой.
Экко стрелял точно, хладнокровно. Джинкс — хаотично, но эффективно. Наёмники отступили.
— Ты ранен? — спросил Экко.
— Нет. А ты?
— Царапина.
Он сел на пол, прислонившись к стене. Кровь сочилась сквозь рубашку.
— Дай посмотрю, — сказала Джинкс.
— Не надо.
— Надо.
Она разорвала его рубашку. Провела пальцами по ране.
— Не глубоко.
— Я говорил.
— Но больно.
— Терпимо.
Она достала аптечку, начала перевязывать. Пальцы — ловкие, быстрые.
— Ты умеешь, — удивился Экко.
— В Зауне без этого никак.
— Спасибо.
— Не за что.
Она закончила. Убрала руки. Но не отошла.
— Ты дрожишь, — сказал Экко.
— Это от холода.
— Врёшь.
— Немного.
Он взял её за руку. Джинкс замерла.
— Не надо.
— Что?
— Прикасаться.
— Почему?
— Потому что я могу привыкнуть.
— А если я хочу, чтобы ты привыкла?
— Тогда ты идиот.
— Я знаю.
Он не отпустил её руку.
Она — не отняла.
3.
Ночью они сидели на крыше.
Впервые — не враги. Не чужие.
— Экко, — сказала Джинкс.
— М?
— Ты боишься?
— Чего?
— Что я останусь.
— Боюсь.
— Почему?
— Потому что тогда мне будет что терять.
Она повернулась к нему. Посмотрела в глаза.
— А я боюсь, что ты уйдёшь.
— Не уйду.
— Обещаешь?
— Не умею обещать.
— Тогда просто будь.
— Буду.
Она коснулась его щеки. Он — её губ.
Поцелуй был первым.
Нежным. Боязливым. Настоящим.
— Это ничего не значит, — сказала Джинкс.
— Конечно.
— Просто ошибка.
— Ошибка.
— Которая не повторится.
— Никогда.
Они поцеловались снова.
Дольше. Глубже.
— Ты врёшь, — прошептал Экко.
— Знаю.
— И я вру.
— Знаю.
— И что теперь?
— Ничего. Пока ничего.
Они сидели на крыше до рассвета.
Не говорили.
Просто были рядом.
Впервые — по-настоящему.
