Котенок.

Совсем недавно в автосервисе Эдо появился новенький сожитель. Пушистый. Сам Эд даже не успевал сдавать одних котят в государственные приюты, как Декстер приносил ещё столько же маленьких очаровательных созданий. Уж сколько раз ему говорили перестать подбирать каждого уличного кота по дороге. Сколько раз он соглашался и говорил что перестанет. И все эти разы не увенчались никаким успехом. Даже если просто на патруле города отведешь от него взгляд, затем через буквально секунду вернешь обратно, то 100 процентов ты увидешь у него в ковше одного или даже двух пушистиков.

***

В один день в автосервисе Эдо наконец остался всего лишь один комочек шерсти. Декстер уж с горем попалам, но смог побороть себя и перестать собирать рандомных питомцев (возможно он их и не находил больше). А Эдо дал обещание, что он оставит хотя бы одного котенка. С того момента Декс не расставался с котенком. Правда имя ему дал Джун. Ну как дал. Тыкнул пальцем в японский словарь и сказал: "это". Имя выпало удачно. Кацу. С японского переводится как "Победа" по сути то так и есть. И вот буквально вчера произошло то, что отпечатается у Декстера в процессоре на всю его жизнь.

***

В главной комнате творился натуральный балаган. Ну, как сказать… Если хорошенько присмотреться, всё вокруг было вполне обычно. Почти. За исключением одного крошечного нюанса: Мега Трекер вдруг воспылал желанием послушать свою драгоценную, обожаемую, душераздирающую музыку. Прямо здесь. В помещении. Не то чтобы ему кто-то запрещал, нет — просто на улице это почему-то всегда казалось куда более безопасным занятием. Потому что все уже давно знают: он не может просто взять, сесть и начать слушать. Никогда. Это всегда событие. Мега Амбер тем временем выбрал иную тактику — он просто отошёл в сторонку и замер там, предпочитая не отсвечивать и тихо наблюдать за происходящим со своего молчаливого насеста. Феникс Файер примостился рядышком с Декстером, а у того на руках, свернувшись калачиком, сидел Кацу. Красный бот, как выяснилось, тоже питал слабость к подобным пушистым созданиям — и ничуть этого не стеснялся. Блю Коп завис с Джуном, оба уткнулись в экраны и, судя по всему, безвозвратно утонули в интернет-просторах. А Флета Зет стоял, прислонившись спиной к холодной стене, и выглядел так, будто провалился в сон прямо на ходу, не закрывая глаз. Мега Трекер, воодушевлённый собственным порывом, решил наконец исполнить своё коронное движение — то самое, от которого обычно всё летит к чертям. И, разумеется, не прогадал: он задел ногой одну из шин, и та, будто только этого и ждала, с противным свистом ушла в полёт. Шина с таким грохотом приложилась о стену прямо рядом с Феникс Файером, что, казалось, сейчас штукатурка осыплется. Феникс от неожиданности подскочил на месте — нервно так, всем корпусом дёрнув в сторону. Декстер тоже рефлекторно вздрогнул, и его пальцы непроизвольно сжались… но в последний миг он успел себя одёрнуть. Потому что в его ладонях, свернувшись тёплым комочком, мирно посапывал Кацу. Сжать — значило причинить боль. — Слушай, Мега Трекер, давай если танцевать, то только на улице? - Сдержанно выдавил Декстер, вставая с места. — Уж не так сильно я и мешаю, это был единственный раз за всё то время что я танцевал в помещении. - С ноткой раздражения прорычал Мега Трекер, складывая руки на груди. — Я прекрасно понимаю. Но если бы эта шина прилетела на прямую в кого нибудь, ты бы так же сказал? - Не желая больше находится, теперь уже, не в такой спокойной обстановке, вымолвил экскаватор. — Я хотя бы не таскаю рандомных дворняг и блохастых с улицы. Хоть он и произнёс это обиженно и тихо, это было достаточно хорошо слышно и раздражающе. — Я уже перестал так делать. И они не блохастые. - сказал Декс сжимая одну руку в кулак. — А до этого? Ты же понимаешь как потратился Эд на твоих животных. Феникс Файер уже сидел смирно и устало наблюдал за хаосом вокруг. Вздохнув, он прикрыл глаза — но тут же в его ладонь аккуратно положили маленького Кацу. Подняв взгляд чуть выше, он заметил, как жёлтый бот плавно направляется прямо к оранжевому. И это его снова напрягло. — Я это прекрасно понимаю. Но я хотя бы не крушу что попало без причины. Ты хоть понимаешь что эта покрышка тоже денег стоит. А стена? - Декстер остановился на допустимом расстоянии. Но Мега Трекер нарушил дистанцию, наколяя неблагоприятную атмосферу. — Ты на драку нарываешься или как!? - Уже не сдерживаясь прорычал Трекер, сжимая кулаки. От рыка очухался наконец Флета Зет. Оглядев комнату, он с недоумением перевёл взгляд на парочку. — Что тут происходит? Я ненадолго системы выключил. - Проговорила пташка, но не кто никак не отреагировал. — У нас есть причины для драки? — Ты даже не представляешь сколько их. — Парни какая драка? Тут дети! - Неожиданно подключился Флета Зет подойдя к ботам. Феникс Файер так увлечённо наблюдал за происходящим, что даже не заметил, как его руки опустели. Он обратил на это внимание, только когда в поле зрения попал крохотный комочек — тот самый, что неторопливо устроился у ноги своего жёлтого «хозяина». Феникс судорожно попытался привлечь его внимание — аккуратно, чтобы всё выглядело нормально, без лишней драмы. Но ничего не вышло. Совсем. — Ты первый начал придераться! И сейчас предлагаешь всё закончить? - Возмущался Трекер, не унимаясь. —Я ничего не начинал, я лишь напомнил тебе очевид... — Агр.. Достал! Мега Трекер, собрав все силы, резко оттолкнул Декстера назад. Тот не удержал равновесие — отшатнулся и по инерции отставил ногу назад, пытаясь не рухнуть. Но... Хруст. Тихий. Приглушённый. Словно кто-то нечаянно наступил на сухую ветку. А следом — почти без паузы — разорвал тишину громкий, сдавленный, такой жалобный писк, от которого у любого внутри всё перевернулось бы. Декстер от неожиданности сделал резкий шаг назад — и тут же метнул взгляд вниз. Его сенсорные зрачки сузились до состояния едва заметных точек — будто их и вовсе не существовало. А внутри что-то щёлкнуло. Сухо. Окончательно. Его питомец лежал на полу, с прижатыми лапками и ушками. Хвостик был сильно искревлен и раздавлен. Он буквально выглядел как защитная понель на визор. Декс замер и более не двинулся. Он не мог поверить в то что сотворил. На этот жалобный писк из двери, ведущей в коридорчик, пулей вылетел Эдо. Его лицо было искажено испугом — таким живым, настоящим, что по коже пробежали мурашки. Мгновенно оглядевшись, он одним резким движением подскочил к крохотному Кацу, осторожно, но быстро подхватывая его на руки. Почти так же стремительно сориентировались Джун с Блю Копом — синхронно, без единого слова. И уже в следующую секунду голубая полицейская машина с рёвом сорвалась с места и унеслась куда-то в сгущающуюся темноту дороги. Всё случилось настолько быстро, что никто толком не успел ничего осознать. Никто не понял, что именно произошло, как это вышло и кто в этом виноват. В этот вечер в автомастерской Эдо было крайне, неестественно тихо.

***

С того вечера прошло два, а то и три дня. Самая дальняя, самая заброшенная комнатёнка в мастерской была заперта. Обычно её не трогали — максимум, совали туда хлам, когда больше складывать было некуда. К запертой двери подошёл черно-красный бот с крыльями и глухо постучал. — Хей, Декс… Ты до какого момента там сидеть собираешься? В ответ — тишина. Мёртвая, тягучая. — Я тут один, что ли, ошиваться должен? Три дня прошло! Снова ноль реакции. Будто за дверью никого и не было. — Я к тебе с новостью, вообще-то. О… Кхм… О Кацу. Последние слова Флета Зет выдавил едва слышно — прямо в щель между дверью и косяком. И в тот же миг дверь неожиданно подалась, и птица чуть не улетел вперёд. Когда он перешагнул порог, дверь тут же заперлась снова — глухо, бесповоротно. Внутри царил полумрак: тусклая лампочка под потолком почти не разгоняла тьму, только подчёркивала её. Но даже сквозь этот мрак в самом углу отчётливо проступала тяжёлая, тускло-жёлтая громада. Массивный корпус, застывший в неподвижности. — Что-то ты совсем поник... Ты отсюда хоть выходил за эти три дня? В ответ — ни слова. Только тишина, густая, как смола. — Слушай, я понимаю твоё состояние, но... — Ты ничего не понимаешь! Хриплым, сорванным голосом прорычал жёлтый. За какое-то мгновение — одно моргание — он оказался прямо перед Флета Зет, нависнув массивным корпусом. — Ты не понимаешь всю серьёзность! А если бы я шагнул немного в бок..!? В комнате повисло молчание. Такое плотное, что его можно было резать. Из звуков — только треск электричества в тусклой лампочке да мерное гудение моторов двух ботов, стоящих нос к носу. — Я сломал ему хвост... И ты слышал как он запищал... Это было трудно осознавать, особенно ему. Он. Это тот кто дал обещание на защиту этих маленьких беспомощных зверушек. Так обложатся стоит ему многим. — Т-так.. Что с ним..? Никто больше не решался прервать эту напряжённую тишину. Такое ощущение, что во всей мастерской — в целом ангаре — нет ни души. Пустота. Вакуум. — Он... Флета не мог подобрать подходящих слов. Казалось бы: когда он направлялся к кладовке, он был готов выложить всё — всю информацию о котёнке, чётко и по делу. Но сейчас, глядя на эту ситуацию в упор… Ощущение, что если сказать хоть что-то лишнее — что-то безвозвратно сломается. Навсегда. — Джун с Эдо скоро приедут. Думаю, тебе лучше узнать у них. Он неспешно подошёл к двери, придерживаясь за косяк. Приоткрыв её, Зет аккуратно, почти бережно, пригласил друга выйти — легким жестом руки, без лишних слов. Декс в свою очередь опустил голову , так что подбородок почти коснулся груди. Видимо, задумался. Или пытался собрать себя по кусочкам после всего, что случилось. Спустя минуту он всё же тяжело и неохотно двинулся вперёд. Выйдя из склада, оба бота неторопливо, плечом к плечу, направились в главный зал. Свет в коридоре был ярким — даже слишком. Таким пронзительным, что резал оптику после густого полумрака кладовки. И в этом резком, безжалостном свете стал хорошо виден корпус жёлтого бота. Ну как жёлтого… За три дня он успел заметно потускнеть: вместо привычного яркого, солнечного, почти лимонного оттенка — какой-то блёклый, сероватый, выцветший. Будто сама краска устала держаться, устав от всего этого. Вокруг было так же тихо — ни шагов, ни голосов, ни привычной возни. Тишина обволакивала, как плотное одеяло. Но когда они зашли в главную комнату, стало намного шумнее. И этот переход от мёртвой тишины к жизни резанул по сенсорам похлеще того яркого света. Декстер медленно, будто каждое движение давалось ему через силу, подошёл к ближайшей балке напротив выхода и тяжело присел на неё. Корпус его слегка просел — то ли от усталости, то ли от груза, который он нёс в себе все эти три дня. Феникс Файер, заметив прибывших ботов, на секунду замер, а затем решительно направился к Дексу — видимо, чтобы сказать что-то важное или просто быть рядом. Но сделать он этого не успел: его путь преградила чёрная рука Флета Зет, молчаливо, но твёрдо остановившая красного бота на месте. Никаких пояснений — просто жест, и Феникс понял: не сейчас. Прошло минут пять — томительных, тягучих, наполненных лишь треском ламп и редкими вздохами моторов. А затем к автосервису бесшумно подкатила синяя полицейская машина. Одна из дверей приоткрылась, и из неё показался Джун — с переноской в руках. Аккуратно, бережно, словно внутри было что-то хрупкое и бесценное. За ним следом выбрался Эдо и встал прямо перед капотом, скрестив руки на груди. А Джун тем временем уже подбежал к нему, бережно прижимая переноску в обеих руках — так осторожно, будто внутри не котёнок, а хрупкий кристалл, который может рассыпаться от одного резкого движения. — Декстер! Можешь подойти? Голос мальчика раздался в аудиосенсорах непривычно громко — и в то же время словно издалека, как эхо в пустом ангаре. На лице синеволосого сияла радостная, почти солнечная улыбка. Он старался изо всех сил — пытался хоть как-то разрядить ту тяжёлую, давящую атмосферу, что витала вокруг потускневшего экскаватора. Медленно встав с места, жёлтый бот подошёл к пареньку и опустился на колени. Его сенсорная панель не выражала ровным счётом никаких эмоций. Никаких. Только пустота и тишина. Но если присмотреться — в самой глубине оптики теплилось что-то хрупкое. Надежда. Маленькая, робкая, почти незаметная. Джун осторожно, почти церемониально, открыл клетку и запустил внутрь руку, аккуратно хватая содержимое. Мальчик подошёл к боту вплотную и протянул маленький серый комочек вперёд, над собой, бережно вкладывая его прямо в раскрытые ладони робота. Хвостик котёнка был перевязан — гипс, поверх него бинтик, и вся эта конструкция выглядела так… Так жалобно, до боли в сенсорах. Маленький, беспомощный, но живой. Пушистое чудо лежало на металлической руке чёрного цвета, прижимая крошечные лапки к тельцу — будто пыталось стать ещё меньше, ещё незаметнее. Одно ушко нервно дёрнулось, и Кацу медленно, с явным усилием, приоткрыл жёлтые глаза. Хотелось сжать руки от радости — до хруста, до скрежета, — но все знают, чем это обернётся. Трагедией. Котёнок, чуть покачиваясь, поднялся и, усевшись на холодной ладони, запрокинул голову вверх. Навострив ушки — два маленьких локатора — он издал тот самый писк. Нет. Не тот, что три дня назад. Тот был полон боли, отчаяния. А этот… этот был самым чудесным звуком на свете. "Глаза" Декстера загорелись гораздо ярче — так, будто внутри включили прожектор. Зрачки расширились, вбирая в себя каждую деталь, когда ушастая головка доверчиво уткнулась в холодный металл его ладони. Хоть это было невозможно, нелогично, противоречило всем схемам, — но казалось, что внутри у него что-то разгорелось. Сильнее плавильни. Сильнее любой топки. Где-то в сторонке, как всегда, молча и незаметно, наблюдал чёрный бот с крыльями и птичьим шлемом. Его корпус был расслаблен, руки спокойно висели вдоль туловища, а сенсорная панель выражала лишь лёгкое, почти философское спокойствие. В его процессоре промелькнула лишь одна короткая, но ёмкая фраза: —*Зачем котёнку заводить котят..?*