***
Илья уже хотел лезть на стену от нечего делать. Он и поесть приготовил, и волосы покрасил, и с кошками поиграл, но прошла только первая часть дня. Было решено звонить Владу и звать того к себе. Да, не безопасно, но не похож же он на маньяка, а вот на сексуального фигуриста очень даже. Присев на кровать, парень набрал новый контакт. Были сомнения, что тот на работе и не возьмёт трубку, но они развеялись как только гудки прекратились. -Алё, Влад? Слушай, ты не занят вечером? Хотел бы пригласить тебя к себе, ну как продолжение вчерашнего вечера, – от создавшейся тишины Илья слегка смутился и уже приготовился к отказу. -Извините, вы кто? Малинин не придал значение тому, что голос немного отличался, сбросив всё на плохую связь. -Это Илья, мы вчера в кафе сидели. -Илья, я конечно рад за тебя, но мы в кафе вчера не сидели. Ты номером ошибся. -Oh fuck, ну как же, он мне этот номер давал. -Кто он то? -Влад. -Дикиджи что-ли? -I don’t know, god, у нас было одно свидание, я не спрашивал его фамилию. Ну такой, – он промолчал, обдумывая как бы его описать, – брюнет, фигурист. -Аа, – на том конце трубки парень засмеялся, – знаем мы такого брюнета и фигуриста. Ну тогда я не удивлён. Этот придурок любит чужими номерами разбрасываться. -Да что смешного? – блондин стал раздражаться из-за сорванных планов, – Ты вообще кто? -Петя я. Гуменник, – смешки всё ещё продолжались, но уже тихие, – тоже своего рода фигурист и брюнет. Влад друг мой, вместе тренируемся. -Да уж, – от такого уже сам Малинин нервно усмехнулся, – передай своему другу, что он очень меня обидел и обломал. I’m so sad. -И почему же ты соу сэд? -А по началу звонка не понятно? Я вообще-то думал увидеться. Петя немного помолчал и, взвесив все за и против, спросил: -У тебя машина есть? -What? – не ожидая такой резкий и рандомный вопрос, блондин замешкался, – Ну да, есть. А что? -Спортивный комплекс «Юбилейный», семь вечера. У меня как раз заканчивается тренировка, заедешь. -И что потом? – от такой решительности и напористости слегка участилось дыхание. -А потом посмотрим. Может, буду заглаживать вину за Владика.***
Илью прижимают к стене его же квартиры и нагло лезут руками под футболку. Гуменник выцеловывает и кусает каждый доступный участок кожи, выбивая из блондина рванные вздохи. За месяц их знакомства, Малинин успел уже хорошо рассмотреть Петра и узнать, что же ему постоянно не хватало в других. Это был таки тот случай, когда в тихом омуте черти водятся, и это заводило блондина сильнее чем что-либо. В тот вечер их первого звонка они переспали, и Петя уже не надеялся на что-то большее, но Илья ни в какую не захотел отлипать. Он объявлялся почти каждый день, переодически старался выловить Гуменника у катка и писал всякий пошлый бред в сообщениях. И вот опять ловя подозрительные взгляды Влада, Петя вынужден отвечать на сообщения что-то вроде: «трахни меня в своей чёрной футболке для тренировок» и понимать, что Малинин – это надолго. А сейчас он ещё и вынужден выбивать стоны из этого Малинина, чтобы обоим было хорошо. -Петя, fuck, – сложно формулировать мысли четко, когда чужие губы водят по шее, а чужие руки то и дело норовят затронуть соски, – в спальню, please. А Гуменника два раза просить не надо, поэтому уже спустя минуту Илья сидит на кровати, а брюнет у его раздвинутых ног на коленях. Пальцы ловко расправляются с джинсами и бельём блондина и вот перед лицом Петра уже стоячий набухший член. Не медля, он проводит языком по всему стволу, а услышав сдавленный стон, берёт в рот до основания. За время их регулярного секса Гуменник уже понял, как лучше всего доставлять Илье удовольствие. Он аккуратно обводит языком каждую венку, мычит и гладит его торс. Бледные пальцы зарываются в тёмные волосы и надавливают на голову, задавая нужный темп. -Петь, – оглушающие стоны, казалось бы, слышал весь дом, но кому есть до этого дело? – я сейчас.. – брюнет встаёт с колен и толкает Илью на кровать, нависая сверху. Избавившись от оставшейся одежды, Малинин тяжело дышит, пока Петя достаёт смазку. Процесс подготовки Ильи всегда сопровождается громкими стонами, поцелуями по всему лицу блондина и пошлым бредом на ухо от Гуменника. Когда Малинин уже растянут, брюнет прислоняется своим возбуждением к чужому входу, чтобы наверняка помучить человека снизу. Входит осторожно и не спеша, поглаживая чужой живот и шею, а после заходит до конца, постепенно добавляя движение. Громкие стоны заполняют всё пространство комнаты, а Гуменник наклоняется к чужому лицу, продолжая озвучивать всякие пошлости. -Илюш, ты такой горячий, – он ускоряет темп, невесомо проводя рукой по чужому возбуждению, – такой узкий, тебя так приятно трахать, – Малинин уже натурально скулит: от члена внутри, от руки на его стояке и от этого низкого голоса, который озвучивает такие вещи, за которые отец-священник Петра уже давно бы от него отрёкся, – ты весь мой, понимаешь? Никто не сможет иметь тебя так, как я, – Илья уже понимает, что близок к концу, и начинает уже самостоятельно подставляться под чужую руку. Петя решает не мешать и только быстрее надрачивает блондину. Долгожданный оргазм накрывает двоих с головой и Гуменник падает рядом с Ильёй, как только оба заканчивают. Они тяжело дышат и пытаются прийти в себя, как тут брюнет улыбается и поворачивается: -Так со мной лучше, чем с Владом? Сил отвечать на такой идиотский вопрос у Малинина уже не осталось, поэтому он лишь закатывает глаза и шипит: -Shut up, please. Петя смеётся и прижимает блондина к себе. Они не думают, насколько всё серьёзно, но знают, насколько это надолго.