Часть 32. Бессменный часовой
28 апреля 2026 г., 18:58
Импала затормозила у входа в мотель так резко, что гравий брызнул во все стороны. Дин выскочил из машины, не дожидаясь, пока Сэм заглушит мотор, и осторожно, стараясь не потревожить окровавленный бок Эллисон, просунул одну руку ей под колени, а вторую под спину и вытащил её с заднего сидения.
Когда он понес её к ярко освещенному входу в номер, холодный ночной воздух и мерный ритм его шагов заставили её сознание медленно просочиться сквозь пелену обморока.
Эллисон тихо, почти неслышно выдохнула и её голова, покоившаяся на его плече, едва заметно шевельнулась. Дин почувствовал, как её пальцы слабо, словно в полусне, зацепились за край его кожаной куртки.
— Дин?.. — её голос был настолько тихим, что он скорее почувствовал его вибрацию кожей, чем услышал.
— Тише… Я здесь, — выдохнул он, прижимая её к себе и быстрым шагом направляясь к входу в номер. — Потерпи еще немного.
— Папа... где он? — прохрипела она, жмурясь от каждой вспышки боли, пронзавшей тело при каждом шаге Дина.
— Он уже внутри. Мы сейчас всё исправим, слышишь? Только не отключайся снова.
— Сэм, дверь! - рявкнул он.
Они ворвались в номер. Дин бережно опустил Эллисон на кровать, покрывало которой тут же начало пропитываться красным. Её отец уже был рядом, его движения стали пугающе четкими - так действует человек, привыкший латать раны в полевых условиях.
— Нужно в больницу, Эллисон, – голос Криса дрогнул, когда он разрезал её футболку ножом, обнажая рваный след от когтей.
— Я не уверен, что смогу… слишком глубоко. Может начаться заражение.
— Нет, - Эллисон резко выдохнула, сжимая челюсти от боли.
— Никаких больниц, пап. Нам не нужны проблемы с копами, это привлечет внимание…. Зашивай здесь.
— Эллисон, это не царапина, - Дин навис над ней, его лицо было бледным от страха. — Ты потеряла уйму крови.
— Дин... – она перехватила его ладонь своей, испачканной в крови и посмотрела прямо в глаза.
— Зашей мне рану. Пожалуйста.
Винчестер замолчал, сглотнув комок в горле.
Крис Арджент уже разложил на тумбочке походный набор: иглу, шелковую нить, спирт и зажигалку.
— Ладно… другого варианта у нас нет - тяжело выдохнул он посмотрев на Дина.
Но прежде чем взяться за инструменты, Крис достал из внутреннего кармана куртки небольшую армейскую аптечку.
— Сначала это, — Крис извлек ампулу и шприц. — Местная анестезия и сильное обезболивающее. На живую я её шить не буду, она просто уйдет в болевой шок.
Дин быстро кивнул, понимая, что Арджент прав. Крис ловко набрал прозрачную жидкость в шприц, а Дин в это время максимально осторожно прижал края раны чистым полотенцем, чтобы замедлить кровотечение.
— Сейчас будет немного жечь, — негромко предупредил отец.
Эллисон почувствовала несколько быстрых уколов по периметру рваной раны. Она до боли закусила губу, стараясь не дернуться. Дин в этот момент крепко сжал её свободную руку, делясь своим теплом и силой. Через пару минут лицо девушки чуть разгладилось, лекарство начало действовать, превращая острую, режущую боль в тяжелый, тупой пульс.
— Дин, теперь держи её за плечи. Крепко. Лекарство притупит боль, но тело всё равно может выдать реакцию, – проговорил Крис.
— Понял, — отозвался Дин, фиксируя её плечи на матрасе. — Сэм, тащи лед и всё чистое белье, что найдешь. Бобби, виски.
Следующие двадцать минут превратились в тягучий кошмар из запаха жженой плоти и антисептика. Эллисон вцепилась в руку Дина так сильно, что костяшки её пальцев побелели. Даже под действием обезболивающего она чувствовала каждое движение иглы, каждый рывок шелковой нити. Она не кричала, только один раз глухо застонала, когда Крис очищал самый глубокий край разреза. Дин шептал ей какую-то бессмыслицу, сам не понимая, что говорит, лишь бы она не закрывала глаза.
Когда Крис наложил последний стежок и туго забинтовал бок, Эллисон была совсем серой от боли. Он долго не убирал руки от её плеча, всматриваясь в бледное лицо дочери, пока не убедился, что её дыхание стало ровным и глубоким - организм, исчерпав все ресурсы, просто выключился.
— Спит, - почти беззвучно произнёс Арджент, вытирая пот со лба окровавленным полотенцем. Затем перевел взгляд на Дина. Охотник увидел в глазах Винчестера то, что не требовало слов.
— Я съезжу за антибиотиками и чистой одеждой для неё, - негромко сказал Крис.
— Едь, я присмотрю за ней, - в ответ проговорил Дин.
Арджент медленно поднялся, собирая окровавленные инструменты.
Потом подошел к спящей дочери молча коснулся губами её лба и вышел из номера, прикрыв за собой дверь.
Дин подтянул тяжёлое, обшарпанное кресло к самой кровати и сел так, чтобы видеть каждое движение Эллисон.
В номере воцарилась тишина, нарушаемая только тиканьем часов и её тихим, иногда прерывистым вздохом. В тусклом свете ночника Эллисон казалась пугающе хрупкой. Без своего лука, без оружия, без той брони, которую она носила, она выглядела просто девушкой, на долю которой выпало слишком много ада.
Дин достал из кармана складной нож, привычно вертя его в пальцах, но взгляд его был прикован к повязке на её боку. Он видел, как мерно вздымается и опускается её грудь. Каждый такой вдох был для него маленькой победой.
Эллисон что-то неразборчиво пробормотала во сне и чуть нахмурилась. Дин замер, перестав дышать, пока её лицо снова не разгладилось.
Он не собирался спать. Он знал, что не сомкнёт глаз до самого рассвета, охраняя этот хрупкий покой. Дин Винчестер сидел в тени, как верный пёс у порога, готовый перегрызть глотку любому – будь то демон, оборотень или сам Король Ада.
