Дитя луны. Клятва любви.

Тёмная комната наполнилась светом через щель штор. Открыв глаза, первая моя мысль была о Хогвартсе. Завтра, уже завтра я поеду туда. На какой факультет я поступлю, будет ли со мной кто-то общаться? Хотя с моей фамилией не думаю... Стук в дверь: — Мисс? Это Лола, мой домовой эльф. И товарищ по разговорам последние лет семь. Встав с кровати и поправив свою белую длинную ночнушку, я подошла к двери, открыв её. — Доброе утро, Лола, — сказала я, улыбнувшись ей. — Ты что-то хотела? — Миссис Морейн зовёт вас к столу. — Да, хорошо, передай ей, что я спущусь через десять минут. — Хорошо, — сказала Лола перед тем, как исчезнуть. Переодевшись в своё любимое платье в пол с рукавами-фонариками, я посмотрелась в зеркало. «Всё-таки тёмно-синий идеально подчёркивает мои серые глаза», — подумала я, улыбнувшись себе в отражение, и побежала вниз на завтрак. — Доброе утро, мам. — Доброе, Луни. Ты же знаешь, что на завтрак нехорошо опаздывать? — с мягкой улыбкой сказала мне мама. Она сидела, как всегда, с идеальной осанкой, аккуратно поправляя свои русые кудрявые волосы левой рукой. — Извини, — сказала я, сев за стол. Начав трапезу, мы начали говорить о Хогвартсе. Мама мало что мне рассказывала о нём, а я боялась её что-то спрашивать, потому что видела, как ухудшается её настроение. Её руки начинали дрожать. И, видя её такой, я начинала ненавидеть своего отца. Он заставлял нас жить в вечном страхе, постоянно прячась, чтобы он не узнал о моём существовании. В последнее время о нём не было новостей в мире магии. И я живу в надежде, что это не затишье перед бурей... — Доченька, я знаю, что ты уже взрослая. Но, пожалуйста, будь аккуратнее. — Обещаю, — сказала я задумавшись. — Мам, что будет, если я попаду в Слизерин... как он? — О, милая... — протянула она мягко, с усталой улыбкой. — Если ты попадёшь в Слизерин, это не будет означать, что ты плохая и злая. У слизеринцев очень много хороших качеств: они амбициозны, хитры и всегда добиваются своих целей, несмотря ни на что. Главное, что ты — это ты. Не потеряй себя и следуй за своим сердцем, — сказала мама, поцеловав меня в лоб и крепко обняв. — Спасибо, что поддерживаешь, — я обняла её в ответ. — Для этого и нужна семья. Ладно, давай поговорим о другом. Ты помнишь Барти Крауча? — Да, конечно, мы переписывались с его сыном после того ужина нашими семьями. — Это хорошо. Он очень добрый, и его семья тоже. Они помогли нам перебраться сюда, когда был трудный период. Я попросила его сына проследить за тобой. Не ругайся, — сказала она, улыбнувшись, зная, что меня не обрадует эта новость. — Я волнуюсь за тебя, ты единственное, что у меня есть. Я не смогла ей что-то сказать. Я понимаю, что она переживает. А с Барти я сама договорюсь... На следующее утро, также позавтракав и собравшись, мы отправились с мамой на платформу 9¾, к поезду. Я стояла с немым выражением, смотря на компанию, направляющуюся к нам. — Привет! — сказал Барти-младший, улыбаясь и по-дружески обняв меня. — Привет. — Ну что, пойдём знакомить тебя с миром магии? — Вообще-то с ним я знакома не меньше твоего, просто училась на домашнем обучении, и между прочим во Франции. — Ух ты, да ты у нас француженка оказывается, — он саркастично улыбнулся. — Ну вообще-то наполовину, моя мама оттуда родом, — сказала я, улыбнувшись. Барти отвлёк меня разговором, рассеяв большую часть моего страха. — Ладно, ребятня, вам пора идти! — сказал Барти Крауч-старший. — Пока, мам, — повернулась я к ней на прощание, идя к поезду. — Пока, Луни! Зайдя в поезд, мы очень долго шли по его проходу, держась за руки, чтобы не потерять друг друга из виду. — Куда ты меня ведёшь? — В конец вагона, Слизерин сидит там, — непринуждённо сказал он. — Слизерин? — с непониманием спросила я, чуть замедлив шаг. — Ну да, — Барти повернулся ко мне, вопросительно посмотрев, почему я замедлилась. — Ну я ведь ещё не знаю, на каком я факультете... — А, ты из-за этого. Не волнуйся, тебя никто не тронет, ты со мной, — сказал Барти, потянув меня вперёд, задорно улыбаясь. — Ты че, вообще оборзел?! — я резко остановилась, заставив его повернуться ко мне лицом. — То есть ты серьёзно думаешь, что я не хочу туда идти, потому что боюсь, что какие-то аристократские детишки будут меня обсуждать? Да мне до них дела никакого нет. Барти застыл: он ещё не видел меня злой. — Тише, Луна, я же пошутил... — Извини, просто я волнуюсь, ты сам знаешь почему... — Знаю, поэтому не обижаюсь. Пошли, познакомлю тебя со своими друзьями. Подойдя к нужной двери вагона, я выдохнула, сжав сильнее руку Барти. — Ауч, тише ты, ещё повредишь мою нежную ручку. — Ха-ха-ха, очень остроумно, — сказала я безэмоционально, смотря на «ручку». — Пошли. Зайдя в вагон, все взгляды тут же устремились на нас, начиная с интересом разглядывать меня и шептаться. — Не обращай внимания, — сказал мне Барти на ухо, ведя меня за плечи к креслам, за которым сидел высокий блондин. Его холодный взгляд был устремлён на небо в окно. Сразу видно — аристократ. А рядом с ним сидел тихо брюнет, его кожа выглядела холодной и безжизненной, словно мертвец сидит. — Привет, все мои лучшие друзья, — сказал Барти, улыбаясь. Их взгляды тут же устремились сначала на него, а потом заинтересованно на меня. Блондин нагло улыбнулся. — И что это за белая королева на моём поле зрения? — Фу, Эван, что это за дебильно-умный подкат? — сказал Барти, смеясь и сажая меня на сиденье напротив этого напыщенного идиота. По нему сразу видно — самооценка выше крыши поезда, как он ей дырку ещё не пробил. Я посмотрела наверх, улыбаясь. — Малыш Барти, если ты ещё не дорос до понимания моих подкатов, то проблема явно в твоём кругозоре. Так что, Белоснежка, как тебя зовут? — только начало нашего знакомства, а он мне уже второе прозвище придумать успел. — Эй, у меня плохо со слухом? — он начинал раздражаться. Но его пыл быстро укротил темноволосый друг. — Успокойся. — Ну что же, хочешь познакомиться? Так давай познакомимся, Эван. — Лунария Рэддл, — хитро улыбнулась я. От неожиданности даже Барти впал в шоковую кому. А все, кто сидел рядом с нами, услышав, обернулись. — Что ты сказала? — Эван залился смехом, но, увидев, что мы с Барти смотрим на него как на психа, резко успокоился. — Это правда, Барти? — Да, полная правда. — Ахереть, — выглядел он так, будто до сих пор не верит своим ушам и в правдивость происходящего. — Но как? У Тёмного Лорда нет детей. — Он сам обо мне не знает. Моя мама и отец были слишком молоды. И он спятил ещё до того, как мама узнала обо мне. — Регулус Блэк, — вдруг подал голос тот темноволосый. — Блэк? — переспросила я...