Виноградный вечер

      Первая фигуристка от России под нейтральным флагом на международных соревнованиях за четыре года. На её плечи свалился груз, который сложно вынести даже самым сильным людям на планете. Но Аделия была сильной. Несмотря ни на что она тренировалась, прыгала, падала. Но всегда вставала и шла дальше. Катала до того момента, пока не выдавала свой максимум.       Олимпийский позор в произвольной программе подкосил её. Падение с первого прыжка. Она сразу встала и докатала свою программу идеально. Она выглядела грустной и разочарованной, но это не показывало даже десятой части её настоящих эмоций. Она ненавидела себя.       Дожидаясь оценок в kiss and cry, Аделия бросила взгляд на лидерское кресло, в котором сидела Эмбер Гленн. Сердце девушки сжалось, когда она увидела усмешку соперницы в камеру. Это было хуже любого падения. Эмбер Гленн- фигуристка, которой Аделия восхищается, которая вдохновляет, так бессердечно ухмыляется на камеру, радуясь провалу девушки.       Девушка была очень хорошо знакома с насмешками от соперниц. На русских соревнованиях за её спиной часто шептались, судача на тему её достойности выступать в олимпийских играх. После её победы на чемпионате России, её откровенно возненавидели. То, что она не сделала в своей произвольной программе максимума, вызвало огромное осуждение не только от публики, но и от соперниц. Многие говорили, что она получила золотую медаль только из-за того, что федерация не могла отправить на Олимпиаду серебро.       Оторвала взгляд Аделия только тогда, когда оценки были объявлены. Она вторая. Её мир рассыпался. Едва сдерживая слезы, Аделия встала со своего места и, не поднимая головы, пошла в комнату выступивших. Там она пробыла недолго, и сразу пошла в раздевалку.       На своем пути она никого не встретила, что явно было плюсом, ведь, если кто-то увидел бы её, то сразу бы ужаснулся от выражения лица Адель. На нём было написано разочарование и злость: на себя, на свой прокат и… на Эмбер Гленн. Последнее было чем-то странным. Она не понимала, почему её так задела реакция Гленн на её провал.       Быстро забежав в раздевалку, она переоделась в повседневную одежду и незаметно сбежала из спортивного комплекса, направляясь к своему домику. Открыв дверь, Аделия не увидела ничего нового: те же светлые стены, тот же полумрак, та же жесткая кровать в углу. Атмосфера давила на девушку, не давая расслабиться. Бросив спортивную сумку на пол, она с разбега прыгнула на кровать, слегка пружинясь на ней. Перевернувшись на живот, она уткнулась лицом в руки. Из её глаз полились слезы обиды, горечи и потерянности.       Может быть, Аделия хотела, чтобы кто-то был рядом, утешил её, но никого не было. Оставалось только лежать в кровати в отдаленном домике олимпийской деревни, утопая в своих переживаниях и ненависти к себе.       Но вечно рыдать нельзя, хоть иногда очень хочется. Через пару часов слез, Аделия уже стояла посередине комнаты, утирая слегка подсохший дорожки слез. Ей надо сменить обстановку, сделать что-то, что отвлечет её. Занятия в зале сразу всплыли в голове. Физическая нагрузка всегда лучший вариант для того, чтобы отвлечься от чего угодно.       Не став медлить, Аделия покидала в небольшую спортивную сумку наушники, мячики и роллер для разминки, сменную одежду и кроссовки. Именно в тот момент, когда она выходила из домика, пошёл снег, хлопьями ложась на хрупкие плечи Аделии. Минуту помедлив, девушка все же взяла себя в руки и направилась в сторону небольшого здания, в котором крылся олимпийский зал для участников.       Распахнув двери, Аделия не увидела абсолютно никого, даже консьержки, которая всегда была на месте. Глянув на часы, она поняла, почему же так получилось, было ровно 2 часа ночи. Адель даже и не подумала, что так долго могла прорыдать. Долго в дверях она не стала задерживаться, поэтому стремительным шагом направилась в сторону раздевалок, где также долго задерживаться не стала.       Тренажеры, стоящие по всему просторному помещению, создавали привычную для Аделии атмосферу, поэтому она быстро размялась и решила сделать кардио на беговой дорожке. Воткнув в уши наушники, она включила свой плейлист и побежала. Сначала она была слегка зажатой, держа в голове все свои терзающие мысли, но со временем напряжение спадало. По лицу и телу градом стекали струйки пота, но это была такая мелочь, что Аделия и не обратила внимание. Девушка и не заметила, как начала подпевать одной особенно любимой песне- “all the good girls go to hell” by Billie Eilish.

Hills burn in California My turn to ignore ya Don't say I didn't warn ya

All the good girls go to hell 'Cause even God herself has enemies And once the water starts to rise And heaven's out of sight She'll want the devil on her team

My Lucifer is lonely…

      Кто бы мог подумать, что у фигуристки такой вкус в музыке.       Но то, что не подозревала Аделия было совсем близко. И это «что» была Эмбер Гленн. Она уже несколько минут зачарованно смотрела на Адель, не отводя взгляд темно-зеленых глаз. А когда та начала подпевать песне в наушниках, так вообще открыла рот. Это было необычное совпадение, но эта песня была в числе любимых и у Эмбер. Из головы девушки сразу улетучились все её планы относительно посещения зала в столь поздний час. Ещё одним совпадением было то, что у Эмбер была бессонница, с который в особенно эмоциональные моменты было сложно справляться просто залипанием в темный потолок над кроватью. Её любимым способом от бессонницы был зал.       В таких позициях девушки находились ещё несколько минут. Ровно до того момента, пока Аделя не снизила скорость на дорожке до нуля и не обернулась. Её лицо надо было видеть. От расслабленного выражения ее лицо быстро напряглось, превратившись в холодную безразличную маску. Она сняла один наушник и молча смотрела на неожиданно встреченную девушку, громко дыша.       -Привет,- неожиданно для самой себя неуверенно поздоровалась Эмбер с Аделией. Но та в ответ лишь кивнула и прошла мимо неё, задев Гленн лишь порывам ветра от скорости походки. Эмбер тут же обернулась, смотря, куда пошла девушка, неужели из-за неё она уйдет. Но нет, она всего лишь ушла в противоположный конец зала к другому тренажеру. Было сложно не заметить злость и неприязнь, с которой Аделия сначала посмотрела на Гленн, а позже прошла мимо, с остервенением желая поскорее убраться подальше.       Петросян сама себе удивилась. Как она могла в один момент восхвалять эту девушку, а в другой ненавидеть. Но, наверное, это жизнь.       Пока Аделия занималась на следующем тренажере, она чувствовала колкий взгляд зеленых глаз, которые продвигали её спину. Нет, не злобным взглядом, а заинтересованным и… возможно, заинтригованным. Аделии сильно не понравились ощущения от этого взгляда, поэтому она резко повернула голову, агрессивно вперившись взглядом в девушку.       -У тебя какие-то проблемы?- с русским акцентом спросила она.       -У меня?- в край растерялась Эмбер и отвела взгляд,- ничего.       -Тогда я не понимаю, зачем ты смотришь на меня все это время. Ты хочешь прожечь во мне дыру?- вспыхнув спросила Адель.       -Ты любишь Билли Айлиш?- неожиданно спросила Эмбер, видимо девушка производила на неё такой эффект, что она начинала говорить странные вещи. Но это дало плоды, Аделия в момент стала выглядеть менее грозной.       -Что?..- неуверенно начала она, но тут же пришла в себя,- да, но это не имеет никакого отношения к нашей беседе.       -Я знаю, просто я услышала, что ты подпевала её песне, и захотелось спросить. Кстати, у тебя очень хороший голос,- после этих слов Адель совсем растерялась. Ей было приятно, но очень неожиданно услышать такие слова от девушки, которую она считала той, кто смеялся над ней.       -Эм… спасибо,- тихо сказала она.       -Мне, на самом деле, очень понравились твои обе программы,- поняв, что атмосфера явно расслабилась, решила сказать Эмбер. Но сразу поняла, что это была ошибка. Лицо девушки в другом конце зала сразу изменилось.       -Понравились мои программы, говоришь?- зло переспросила она и подошла поближе,- не ты ли смеялась надо мной после произвольной?- повысив голос, спросила Адель.       Лицо Эмбер стало удивленным и она с непониманием посмотрела на девушку.       -Не притворяйся, что ты такая святая и не понимаешь, о чём я говорю,- твердо продолжила она.       -Стой, я совсем не понимаю, о чем речь, объясни нормально.       -Нормально? Будет тебе нормально. Ты посмеялась в камеру, поняв, что я вне игры после плохого проката. Этой ухмылочкой ты уничтожила все светлое, что было в моей голове о тебе. Так уж вышло, что я восхищалась тобой, а ты сделала все, что только можно, чтобы моё мнение о тебе так поменялось,- возможно, это было слишком эмоционально, слишком драматично, но на этот момент в душе Аделии было только это и она не могла сказать по-другому.       Эмбер, слыша скомканную речь девушки, в которой смешались русский акцент и обида. Гленн даже не подозревала, что обычной улыбкой на камеру, могла задеть Аделию за живое. Также она и не подозревала, что девушка восхищалась ей. Если бы они были в других обстоятельствах, она явно бы обрадовалась такому повороту событий, потому что, что греха таить, сама Эмбер была влюблена в стиль катания Адель. Но ситуация была сложная, что никак не могло создать ощущение, что эта информация могла хоть как-то сгладить острые углы.       Именно эти углы норовили врезаться в Эмбер и раскрошить её сердце. В голове Адели была слышна надрывность, с какой она выплескивала свои тайные обиды и разочарования, но Эмбер все равно считала, что это такая мелочь. Что все, что случилось между ними, это полное недоразумение. Она ни за что не стала бы смеяться над кем-либо, если у того не получилась бы программа. Девушка и сама знала, как это может быть неприятно и обидно, срывать программу.       -Неужели ты про ту улыбку в камеру? Это же недоразумение! Я ничего такого не имела ввиду,- Эмбер поняла, что слишком долго молчала, думая о своем, поэтому быстро протараторила оправдания, но их все равно было недостаточно. В глазах девушки напротив плескалось неверие и остаточная злость после слишком эмоциональной речи.       -Ну, знаешь, все может быть просто «недоразумением» или «случайностью», но это можно притянуть за уши везде и всегда.       Эмбер захотела подойти ближе, что тут же и сделала. Аделия не сдвинулась с места, хоть и слегка покачнулась. В секунду Эмбер уже была на расстоянии вытянутой руки от девушки. Она ещё раз повторила:       -Я правда не имела ввиду ничего такого… я… твой прокат был хорошим, честно,- добавила она, когда увидела скептическую ухмылку на лице девушки,- даже с падением на четверном тулупе, ты доехала программу абсолютно чисто. К тому же, я смотрела не только этот твой прокат программы, но и другие, и там ты блистала.       Лицо девушки напротив вытянулось. Она никак не ожидала такого, что Эмбер Гленн- знаменитая Американская фигуристка могла следить за её карьерой, но ей все же было очень приятно. Хоть она и попыталась скрыть это за маской холодности. Но все же эта маска начала немного трескаться под напором, с каким Эмбер пыталась прояснить ситуацию.       -Я больше не хочу это слушать,- все же сказала Аделия и направилась в сторону раздевалок. Однако ей помешала рука Эмбер, схватившая её за запястье. Девушка медленно обернулась,- отпусти, я тебя ненавижу.       Многие люди знали, что у Аделии очень вспыльчивый характер. И именно в подобные моменты, она могла сказать что-то плохое, неприятно, что ни за что не сказала бы в обычно состоянии. Тем не менее, слов не вернуть. Эмбер уже отпустила руку и лишь остолбенело смотрела вслед девушке. Она не могла поверить в такой исход событий, именно поэтому и не поверила. Она поняла, что если сейчас же не пойдёт за Адеией, может потерять последний шанс на хоть что-то.       В это время сама Адель уже шла к раздевалкам. На душе у неё кошки скребли, она ничего не помнила, не понимала, во что верить и что она вообще должна делать. Должна ли?       В раздевалке было также пусто, однако один из шкафчиков был закрыт. Девушка догадалась, что это вещи Эмбер. Пытаясь не смотреть в ту сторону, она начала переодеваться. В её глазах уже начали копиться слезы, но Аделия пыталась не позволить им стечь по щекам.       Эмбер ворвалась в раздевалку, слегка запыхавшись от недолгого стремительного бега и переполнявших эмоций. Её глазам предстала картина девушки в одном спортивном топе и лосинах. Топ был почти незаконно коротким. Эмбер застыла в дверях, засмотревшись на это зрелище. Адель же наоборот уже заметила девушку и быстро прикрылась, что-то прошипев на русском. Это было чертовски похоже на слово, которым Илья как-то учил Эмбер, что-то типа «пиздец».       Светловолосая начала приближаться, а Адель отходить к дальней стене. Это уже походило на какой-то дешевый бульварный роман. Скоро спина девушки встретилась с гладкой и холодной стеной. А Эмбер подошла настолько близко, что можно было почувствовать, как светлые волосы щекотали плечи и щеки, а сердца колотились в унисон. Их глаза встретились.       Аделия для себя подметила то, с каким странным выражением девушка смотрит на неё: восхищенным, решительным и зачарованностью. Эмбер же видела в глазах страх и одновременно с ним желание попробовать что-то новое и непривычное. Ярость и ненависть уже давно расплавилась в других, более сильных, чувствах.       Ни одна из них не заметила момент, когда их губы встретились. Сначала поцелуй был скомканным: каждая двигала губами в своем, необузданном и диком ритме. Но их движения смягчились, а головокружение от чувств и нехватки воздуха только усилилось. Этот поцелуй был пропитан чем-то незаконным. Возможно, кто-то подлил в воду Адель то самое зелье из Гарри Поттера, которое заставляло влюбиться в мгновение Ока. Она не знала, но это было совсем неважно. Сейчас все её мысли были забиты одной единственной американкой.       Внезапно Адель разорвала поцелуй. Эмбер уже ожидала, что сейчас она закричит, убежит. Но к её удивлению, девушка лишь сказала самую неожиданную фразу:       -Виноград? Серьезно?       Эмбер, до сих пор находясь под впечатлением от поцелуя, не сразу поняла, что означают эти слова. Но понимание всё же пришло, ее любимая жвачка. Она усмехнулась и смело посмотрела в лицо девушки напротив, а та не отвела взгляд.       -Я люблю виноград!       -Я тоже.       В голове Аделии не укладывалась вся эта ситуация. Как они так быстро перешли от режима истерики и ненависти до поцелуев, а потом до жвачки.       -Ты хочешь зайти ко мне в гости?- неожиданно спросила Адель. На секунду Эмбер удивленно вскинула брови, но сразу же расслабилась, кивнув.       Никто не узнает, что же происходило в номере Аделии в тот день. Никто не узнает о том, что мурашки по коже девушки пробегали ещё не единожды, когда она вспоминала о нём… о ней. И никто не узнает главную их тайну. Тайну о жвачных предпочтениях.