Выжить — это только начало

***

Жизнь Гарри Поттера и Драко Малфоя после рождения детей окончательно перестала подчиняться каким-либо законам логики. Если раньше их дом был просто слегка хаотичным, то теперь он жил по расписанию двух маленьких тиранов. Точнее — одного тирана и одного ангела. Хотя даже это было спорно. Утро началось ровно в 5:47. Потому что кто-то решил, что спать до шести — это для слабых. Из детской раздался громкий, возмущённый плач. Гарри, не открывая глаз, простонал в подушку: — Это кто? Рядом Драко, тоже ещё не проснувшийся окончательно, устало ответил: — Если звук такой, будто кто-то подаёт жалобу в Министерство, значит Кассиопея. Как по заказу, через секунду раздалось более мягкое, но не менее настойчивое ворчание. — А это уже Скорпиус просто не согласен оставаться один. Гарри глубоко вздохнул. — Мы создали двух людей. — Более того, очень характерных людей. Но вставать всё равно пришлось. В детской уже кипела привычная утренняя жизнь. Кассиопея сидела в кроватке с таким видом, будто именно она здесь владелица недвижимости. И если бы могла говорить, наверняка уже бы высказывала претензии по поводу качества обслуживания. Она была поразительно похожа на Гарри. Настолько, что это иногда пугало. Тёмные мягкие волосы. Та же форма лица. Те же черты. Даже выражение лица временами напоминало Гарри в детстве. Но глаза. Глаза были чисто Драко. Холодные, ярко-голубые и до смешного выразительные. А характер… Характер тоже был абсолютно драковский. Упрямая. Требовательная. Осуждающая. Невероятно вредная. И полностью осознающая свою власть над окружающими.

***

— Она только что посмотрела на меня так, будто я её разочаровал как личность. Однажды сообщил Блейз. — Ей полгода. — И тем не менее. Я чувствую себя униженным. Драко был этим безмерно доволен. — Моя дочь.

***

А вот Скорпиус был практически полной противоположностью сестры. Внешне он был маленькой копией Драко. Светлые волосы. Светлая кожа. Те же тонкие черты лица. Такое же аристократичное лицо, которое в сочетании с младенческой округлостью выглядело почти незаконно мило. Но глаза. Ярко-зелёные. Точная копия Гарри. Это сочетание сводило всех с ума.

***

— Он выглядит так, будто Драко случайно украл лицо и вставил туда глаза Поттера. Подытожила Пэнси.

***

Но характер у него был полностью Гарри. Спокойный. Тёплый. Улыбчивый. Любопытный. Очень контактный. Он легко шёл ко всем на руки, редко капризничал и, кажется, существовал как балансирующая сила в семье. Чтобы уравновесить Кассиопею.

***

— У вас один ребёнок для любви и один для воспитания характера. Как-то заметила Дафна. И никто не смог с этим поспорить.

***

— Это незаконно, — однажды заявил Гарри, глядя как Лоренцо, сын Дафны и Блейза, мирно спит на руках Забини посреди очень шумного семейного обеда. — Просто у него хорошие гены. — Не преувеличивай свои заслуги, Забини.

***

— У неё голос сильнее, чем у Пэнси. Заметил как-то Гарри, когда Нотты пришли к ним с дочкой, Аурелией. — Это семейное. Пэнси выглядела польщённой.

***

Их друзья уже несколько лет воспитывали собственных детей. Поэтому в доме Поттера и Малфоя советы поступали буквально непрерывно.

***

Сегодня, например, Гарри пытался накормить Кассиопею. И проигрывал. — Она не хочет есть. Драко, держащий на руках Скорпиуса, даже не поднял головы. — Она хочет другую ложку. — Что? — Ты кормил Скорпиуса синей. Ей нужна зелёная. Гарри посмотрел сначала на ложки. Потом на дочь. — Ты сейчас серьёзно? Кассиопея посмотрела на него голубыми глазами с таким презрением, будто он задаёт невероятно глупые вопросы. — Это просто смешно. Но стоило Гарри поменять ложку, как ребёнок тут же спокойно открыл рот. — Невероятно. — Привыкай, — сухо сказал Драко. В этот момент в дом вошли Нарцисса и Люциус. Как обычно — без предупреждения. Но уже фактически по расписанию. — Доброе утро. — Если вы пришли спасать нас, то очень доброе. Нарцисса мягко рассмеялась и сразу забрала Кассиопею. Та, к удивлению всех, мгновенно успокоилась. — Конечно. Обречённо сказал Гарри. — Даже моя дочь предпочитает не меня. — Это потому что я умею с ней договариваться. — О нет, они нашли друг друга. Люциус уже взял Скорпиуса. И тот, как обычно, моментально ему улыбнулся. — Этот ребёнок явно обладает хорошим вкусом. — Папа, пожалуйста. — Я лишь констатирую факт. К обеду подтянулись и остальные. Пэнси принесла очередную партию детской одежды, потому что «вы опять не успеваете покупать новые размеры». Тео — книги по воспитанию детей. Которые никто так и не открыл. Дафна принесла мазь от боли в спине. Потому что носить двух детей одновременно — это буквально силовая тренировка. А Блейз, как самый разумный человек среди них, принёс готовую еду. — Единственный действительно полезный вклад. Оценил Гарри. — Я знаю. В доме стало шумно. Тепло. Тесно. Очень живо. Дети периодически перекочёвывали с рук на руки. Лоренцо мирно спал. Аурелия что-то громко требовала у Тео. Кассиопея осуждала всех по очереди. А Скорпиус просто счастливо наблюдал за хаосом вокруг. Под вечер, когда все наконец разошлись, дом постепенно затих. Дети уснули. Чудом. Скорпиус быстро и спокойно. Кассиопея только после того, как убедилась, что все её требования удовлетворены. Гарри рухнул на диван. — Я устал так, как не уставал даже после войны. Драко сел рядом и положил голову ему на плечо. — Но признай. Они прекрасны. Гарри улыбнулся. Усталой, но абсолютно счастливой улыбкой. — Безумно. Немного помолчав, он добавил: — Мне до сих пор смешно, насколько странно смешались наши гены. — Да. Драко прикрыл глаза. — Один ребёнок выглядит как я, но с твоим характером и глазами. Вторая выглядит как ты, но, к сожалению для мира, полностью моя. — Очень к сожалению. — Особенно для тебя. Гарри тихо рассмеялся и поцеловал его в висок. — Но я всё равно счастлив. Драко улыбнулся. Совсем мягко. — Я тоже. И ровно в этот момент из детской раздался громкий недовольный вопль. Гарри даже не шелохнулся. — Кто? Драко тяжело вздохнул. — Судя по уровню претензий? Кассиопея. Определённо Кассиопея. — Конечно. И они снова пошли разбираться со своим любимым маленьким хаосом.