Королевская Лань

Гримхольд находился далеко, в глубине тёмных лесов — древних, густых и почти непроходимых. Эти леса испокон веков считались проклятыми: густой туман стелился между чёрных стволов деревьев, а сама земля была пропитана старой, тяжёлой магией. Путники старались обходить эти места стороной, ведь говорили, что лес помнит слишком многое и не любит чужаков. Именно там, среди этих мрачных и окутанных тёмной магией лесов, возвышался замок Гримхольда — суровый, величественный и такой же опасный, как и его правительница. Замок Гримхольда был наполнен тяжёлой тишиной. Коридоры освещались факелами, чьи огни лениво колыхались от сквозняков. Стража стояла неподвижно, как статуи, и каждый знал: в этих стенах правит женщина, которую боятся даже собственные генералы. Глубоко внутри дворца находились покои королевы. Там воздух был наполнен ароматами редких масел и тёплого пара. Каменная ванна, вырезанная из цельной тёмной породы, была настолько широкой, что в ней можно было бы уместить троих человек. Вода в ней была горячей, над поверхностью лениво поднимался лёгкий туман, в котором мерцали лепестки тёмно-красных роз. В этой ванне, расслабленно откинувшись на гладкий каменный край, лежала женщина. Королева Селина II Кровгаардская. Она выглядела так, будто сама богиня красоты сошла на землю — и при этом решила, что мир создан исключительно для её удовольствия. Её кожа была почти фарфоровой, гладкой и светлой, как лунный свет. Длинные волосы цвета тёмного золота были распущены и частично намокли, расплываясь по поверхности воды мягкими прядями. Некоторые локоны прилипли к её плечам и ключицам, отчего она казалась ещё более величественной и опасной — как статуя древней богини, ожившая в тёплом свете свечей. Свечи горели повсюду. На каменных выступах стен. На бронзовых подсвечниках. На широком столике у ванны. Их мягкий свет отражался в воде, в золотых прядях её волос, в холодных серых глазах. Селина лениво прикрыла веки, позволяя горячей воде обнимать её тело. Она выглядела совершенно спокойной — как человек, у которого нет ни врагов, ни тревог. Но это было лишь впечатление. Её губы медленно изогнулись в тонкой, высокомерной улыбке. В одной руке она держала бокал тёмного вина. Пальцы — длинные, изящные, с кольцами из чёрного золота — медленно провели по краю бокала. Она сделала небольшой глоток, не спеша, наслаждаясь вкусом так же лениво, как наслаждалась своей властью. Рядом стояли две служанки. Одна осторожно подливала в воду ароматные масла. Другая держала сложенные полотенца, не смея даже поднять глаза на свою госпожу. Все в этом дворце знали: королева может быть прекрасной… но её настроение меняется быстрее зимнего ветра. Селина слегка повернула голову. — Гонец вернулся? — спросила она. Голос её был мягким. Почти бархатным. Но в этом голосе звучала такая власть, что у служанки, стоящей ближе, мгновенно перехватило дыхание. — Д-да, моя королева… — тихо ответила она. — Письмо доставлено. Улыбка Селины стала чуть шире. Она медленно провела рукой по воде, заставляя лепестки роз плавно разойтись в стороны. — Прекрасно. Её глаза лениво открылись. В них не было ни сомнения, ни тревоги. Только холодный расчёт. — Интересно… — тихо произнесла она, словно разговаривая сама с собой. — Как отреагирует Анна. Она подняла бокал и сделала ещё один глоток. В уголке её губ появилась почти игривая улыбка. — А ещё интереснее… — добавила Селина тихо, — как поведёт себя моя дорогая сестра. Она откинулась глубже в горячую воду, позволяя пару скрыть её силуэт. Снаружи за стенами замка поднимался холодный ветер, но в её покоях царило спокойствие — спокойствие хищника, который уже сделал первый ход в игре… и теперь с удовольствием ждёт ответа. Лепестки тёмных роз мягко разошлись вокруг её плеч, словно подчёркивая бледную, почти сияющую кожу. Несколько мгновений она просто лежала неподвижно, наслаждаясь тишиной. И теперь просто наблюдает, как мир начинает двигаться по расставленным им линиям. Тихие шаги послышались у дверей. Одна из служанок осторожно приблизилась, низко склонив голову. — Моя королева… — едва слышно сказала она. — Разведчики вернулись с границ. Селина даже не повернула голову сразу. Она провела пальцами по поверхности воды, лениво наблюдая, как расходятся круги. — И? — спросила она наконец. Голос её был спокойным. Слишком спокойным. Служанка сглотнула. — Они докладывают, что границы королевства Анны… плохо охраняются. Несколько патрулей отсутствуют. Лесные тропы свободны. Теперь Селина медленно повернула голову. В её глазах вспыхнул холодный интерес. — Правда? Она чуть приподнялась в воде, опершись локтем о край ванны. Мокрые золотистые волосы скользнули по плечам, а свечной свет мягко заиграл на их прядях. — Как любопытно… — тихо произнесла она. На лице королевы появилась новая улыбка — уже не лениво-игривая, а хищная. — Значит, моя дорогая Анна занята чем-то другим. Она протянула руку, и служанка поспешно подала ей небольшой свиток — короткий отчёт разведчиков. Селина развернула его, бегло скользнув глазами по строкам. Её губы медленно изогнулись. — Ах… — мягко сказала она. Свиток тихо свернулся в её пальцах. — Похоже, я начинаю понимать. Она снова сделала глоток вина и на мгновение прикрыла глаза, словно наслаждаясь этой мыслью. — Она вывела кого-то из замка. Селина медленно подняла взгляд. — Интересно… кого. В покоях повисла тяжёлая тишина. Даже служанки боялись шевельнуться. Королева Гримхольда снова откинулась в ванну, позволяя воде закрыть её почти до плеч. Но теперь её глаза больше не были ленивыми. Они блестели. — Отправьте ещё людей к границе, — произнесла она тихо. — Пусть наблюдают. Служанка поспешно склонилась. — Да, моя королева. Селина же снова закрыла глаза и улыбнулась. Медленно. Самодовольно. — И если увидят… мою сестру, — почти ласково добавила она, — пусть не вмешиваются. Её пальцы лениво провели по лепестку розы на воде. — Я хочу знать… с кем она решила провести этот день. Тяжёлые ворота замка закрылись за ними с глухим эхом, которое прокатилось по каменному двору. Стражники почтительно расступились, пропуская двух всадниц. Кони ещё тяжело дышали после быстрой дороги, а на плаще Анны остались следы лесной пыли и тонкие иголочки хвои. Когда девушки вошли внутрь замка, прохлада каменных стен сразу окутала их, словно другой мир — тихий, строгий, наполненный шорохами шагов и далёким потрескиванием факелов. Перед ними поднималась главная лестница. Она была широкой и величественной, выложенной светлым камнем, слегка стёртым временем. По обе стороны тянулись высокие колонны, а на стенах висели длинные гобелены с изображениями древних битв, коронаций и охотничьих сцен. Свет из высоких окон падал косыми лучами, рассыпаясь по ступеням золотистыми пятнами. Анна шла впереди. Её шаг был спокойным и уверенным, но в движениях чувствовалась некоторая задумчивость. Плащ с золотой окромой мягко скользил по ступеням позади неё, а свет из окна временами вспыхивал на её светлых волосах. Ленор поднималась рядом. Она сняла перчатки и держала их в руке, задумчиво прокручивая ткань между пальцами. На её лице всё ещё читалось напряжение после того, что произошло у границы. Несколько ступеней они шли молча. Но тишина долго не продержалась. Ленор нахмурилась и тихо проговорила: — Эти люди… Она остановилась на мгновение, словно собираясь с мыслями. — Они говорили слишком уверенно. Как будто уже давно ходят по нашим лесам. Анна ничего не ответила. Она лишь продолжала подниматься, глядя вперёд. Ленор это заметила, но всё равно продолжила рассуждать вслух — её голос звучал негромко, но в нём слышалась тревожная настойчивость. — Если это разведчики Селины… значит, они чувствуют себя слишком свободно на этих землях. Она слегка ускорила шаг и оказалась на одну ступень выше, обернувшись к Анне. — Где твои патрули? Они ведь должны были быть там. Анна медленно подняла взгляд на Ленор. Её лицо оставалось спокойным, но в глубине серых глаз промелькнула тень беспокойства. — Должны были, — тихо ответила она. Голос её был ровным, но чуть глухим. Она снова отвела взгляд, продолжая подниматься. Ленор внимательно смотрела на неё несколько секунд. — Это странно, — сказала она. — Очень странно. Они прошли ещё несколько ступеней. Из одного из окон падал яркий солнечный свет, и когда Анна прошла через него, её фигура на мгновение оказалась в золотом сиянии. Волосы вспыхнули серебристым светом, а плащ мягко качнулся за её спиной. Но сама королева, казалось, почти не замечала этого. Она слушала Ленор… и одновременно не слышала. Мысли Анны были далеко. Слова Селины снова и снова всплывали в её памяти. «Дорогая королева Бескрайнего Хвойного Леса и Зимних Горных Вершин…» «…моя дорогая сестра.» Анна едва заметно сжала пальцы. Её шаг на мгновение замедлился. Ленор этого не заметила — она всё ещё рассуждала, нахмурившись. — Если Селина уже отправляет разведчиков, значит она готовится к чему-то большему, — говорила она. — Сначала письма, потом торговля… потом войска. Она тихо усмехнулась. Но в этой усмешке не было веселья. — Очень похоже на неё. Анна подняла взгляд на гобелен на стене — на нём изображалась старая битва между северными королевствами. Её мысли были тяжелее этих древних сцен. «Если Ленор узнает…» В груди появилось неприятное, холодное чувство. «Если она узнает, что Селина… её сестра…» Анна едва заметно выдохнула. — Возможно, — тихо сказала она наконец. Ленор остановилась на площадке между пролётами лестницы и повернулась к ней. — Возможно? — переспросила она. — Анна, это почти очевидно. Анна тоже остановилась. На секунду их взгляды встретились. Ленор смотрела прямо, внимательно, с привычной решительностью. В её глазах горел тот самый огонь, который всегда заставлял Анну одновременно восхищаться… и тревожиться. Анна же смотрела спокойнее. Но внутри неё было совсем не спокойно. Она медленно отвела взгляд и продолжила подниматься. — Давай сначала разберёмся со стражей, — сказала она мягко. — А потом будем делать выводы. Ленор тихо фыркнула, но пошла за ней. — Хорошо, — пробормотала она. — Но мне всё это не нравится. Они поднялись на последний пролёт лестницы. Перед ними находился широкий коридор, ведущий к кабинету королевы. Высокие окна наполняли его светом, а на стенах висели карты земель и старые портреты правителей. Анна на мгновение остановилась у двери своего кабинета. Её рука легла на бронзовую ручку. Но прежде чем открыть дверь, она на секунду прикрыла глаза. Мысли всё ещё возвращались к письму. К словам Селины. И к тому, что Ленор пока ничего не знает. А рядом стояла сама Ленор — уверенная, решительная, готовая защищать эти земли. И Анна вдруг ясно поняла: правда может разрушить всё. Дверь кабинета тихо распахнулась. Анна первой вошла внутрь, привычным движением слегка придерживая тяжёлую дубовую створку. Кабинет встретил их спокойствием и мягким светом. Высокие окна, занавешенные тёмно-зелёными портьерами, пропускали дневной свет, который ложился длинными полосами на каменный пол и массивный письменный стол. Здесь всегда пахло воском, чернилами и старой бумагой. На стенах висели карты её королевства — Бескрайнего Хвойного Леса и Зимних Горных Вершин. Некоторые из них были усыпаны маленькими флажками и метками, обозначающими деревни, заставы и торговые дороги. Анна прошла к столу и медленно сняла перчатки, положив их рядом с аккуратной стопкой писем. Она выглядела спокойной, но в движениях чувствовалась лёгкая усталость. Ленор вошла следом. Она оглядела кабинет, словно проверяя, не изменилось ли что-то за время их короткой прогулки. Затем тихо фыркнула и бросила перчатки на ближайший столик. — Пожалуй, я скучала по этому месту меньше всего, — пробормотала она. Анна едва заметно усмехнулась. — А я думала, ты любишь мой кабинет. — Люблю, — лениво ответила Ленор. — Но только когда мы не обсуждаем здесь войну. Она прошла через комнату и без всякой церемонии опустилась на диван у стены. Диван был мягкий, обитый тёмно-синим бархатом, и Ленор сразу устроилась на нём так, будто сидела здесь каждый день. Она откинулась на спинку и вытянула одну ногу, скрестив руки на груди. Её взгляд на мгновение остановился на карте её собственных земель, прикреплённой к стене рядом с большой картой королевства Анны. Ленор прищурилась. Некоторое время в кабинете было тихо. Анна уже собиралась что-то сказать, когда раздался стук. Три коротких удара. Анна подняла голову. — Войдите. Дверь открылась, и в кабинет вошёл Сильвен. Он был, как всегда, безупречно собран. Тёмный камзол, серебряные застёжки, строгая осанка человека, который привык находиться рядом с троном и держать себя соответствующе. Сильвен остановился у двери и почтительно поклонился. — Ваше величество. Затем чуть повернул голову и склонился ещё раз. — Принцесса Ленор. Ленор на диване фыркнула. Она даже не попыталась подняться. — О, прошу, не утруждайтесь такой церемонией, — лениво сказала она, махнув рукой. — Мы же не на официальном приёме. Сильвен лишь слегка улыбнулся уголком губ. — Привычка, принцесса. Он подошёл ближе к столу Анны. Анна оперлась руками о край стола, внимательно глядя на него. Но прежде чем Сильвен успел заговорить, Ленор вдруг тихо произнесла: — Знаешь… я всё думаю о своём королевстве. Её голос стал заметно тише. Она больше не смотрела на Сильвена или Анну. Её взгляд был прикован к карте. — Интересно… что там сейчас. Сильвен остановился. Анна тоже медленно повернула голову. Ленор слегка сжала пальцы на подлокотнике дивана. — Я не знаю, что случилось с моими родителями, — продолжила она, уже почти шёпотом. — Не знаю, живы ли они. Она усмехнулась, но в этой усмешке не было радости. — Даже не знаю, стоит ли надеяться. В кабинете стало тихо. Сильвен осторожно перевёл взгляд на Анну. Ленор же продолжала говорить, словно размышляя вслух. — И мой лучший друг… — она на секунду запнулась. — Мы выросли вместе. Он всегда говорил, что… Она медленно провела рукой по волосам. — Но теперь я даже не знаю, жив ли он. Анна смотрела на неё молча. В груди королевы что-то болезненно сжалось. Она знала правду. Именно поэтому молчала. Ленор подняла взгляд на карту своего королевства. — Забавно, правда? — тихо сказала она. — У меня было целое королевство. Она слегка усмехнулась. — А теперь я даже не знаю, остался ли там хоть один знакомый человек. Сильвен тихо кашлянул, будто напоминая о своём присутствии. Но в его взгляде тоже появилась тень сочувствия. Анна медленно выпрямилась у стола. И только теперь тихо сказала: — Сильвен… ты хотел что-то доложить? В кабинете на несколько секунд повисла тишина. Ленор всё ещё сидела на диване, слегка подавшись вперёд, её взгляд был прикован к карте на стене. В её лице читалась странная смесь усталости и упрямства — того самого внутреннего огня, который не давал ей окончательно сломаться. Сильвен же стоял у стола Анны, сложив руки за спиной. Он кашлянул негромко, возвращая разговор к делу. Анна медленно опустилась в своё кресло. Тяжёлое резное кресло скрипнуло под её весом. Она сложила пальцы перед собой на столе и внимательно посмотрела на Сильвена. Голос её прозвучал спокойно, но в нём чувствовалась напряжённость. Сильвен коротко кивнул. — Мы получили сведения с восточной границы королевства. Ленор сразу повернула голову. Сильвен продолжил: — Отряд, который должен был патрулировать лесную линию у Тёмной тропы… не вернулся. В кабинете стало заметно тише. Анна слегка нахмурилась. — Продолжай, — сказала она тихо. Сильвен на секунду опустил взгляд, будто собираясь с мыслями. — Несколько часов назад туда отправили второй патруль, — произнёс он. — Они обнаружили тела. Ленор резко выпрямилась на диване. — Тела? — её голос стал холодным. Сильвен кивнул. — Да, принцесса. Он говорил спокойно, но тяжесть новости чувствовалась в каждом слове. — Пятеро гвардейцев. Все убиты. В комнате повисла тяжёлая тишина. Анна не пошевелилась. Она лишь чуть сильнее сцепила пальцы. Сильвен продолжил: — По следам и оружию… наши люди уверены, что это были солдаты Гримхольда. Ленор вскочила с дивана так резко, что бархатная обивка тихо скрипнула. — Что?! Она сделала несколько быстрых шагов по кабинету. — Они убили твоих людей прямо на границе?! — её голос звучал уже громче. Сильвен спокойно выдержал её взгляд. — Да. Ленор резко провела рукой по волосам. — Проклятье… Она начала ходить по комнате. — Это уже не разведка. Это вторжение! Её глаза горели гневом. — Сначала разведчики у границы, потом мёртвые стражники… — она остановилась и резко повернулась к Анне. — Анна, это война. Но Анна молчала. Она сидела за столом, слегка опустив взгляд. Свет из окна падал на её лицо, подчеркивая холодную сосредоточенность. Слова Сильвена словно эхом звучали в её голове. «Солдаты Гримхольда.» «Убиты.» Анна медленно выдохнула. Её мысли снова вернулись к письму. К словам Селины. «Сестра.» Ленор тем временем всё сильнее распалялась. — Эта женщина совсем обезумела! — воскликнула она. — Сначала она захватывает земли моего королевства, теперь начинает убивать стражу на твоей территории! Она резко ударила ладонью по столу с картами. Чернила в чернильнице слегка дрогнули. — Я клянусь, если эта Селина появится на расстоянии моей руки… Ленор резко замолчала, стиснув зубы. Её взгляд стал почти ледяным. — Я её убью. Сильвен молчал. Он медленно перевёл взгляд на Анну. Королева всё ещё сидела неподвижно. Слишком неподвижно. Ленор заметила это. — Анна? — сказала она чуть тише. Королева медленно подняла глаза. На её лице не было гнева, как у Ленор. Не было ярости. Только тяжёлая, глубокая задумчивость. Она слегка провела пальцами по краю стола. — Сколько ещё патрулей на той линии? — тихо спросила она у Сильвена. Сильвен сразу ответил: — Три. Анна кивнула. — Усильте их. — Уже отправлены дополнительные люди, — сказал Сильвен. Ленор раздражённо выдохнула. — Усилить? — переспросила она. — Анна, их убили! Она шагнула ближе к столу. — Эта Селина играет с нами. Анна подняла взгляд на Ленор. И на секунду в её глазах мелькнула тень боли. Но Ленор этого почти не заметила. — Я знаю, — тихо сказала Анна. Её голос был спокойным. Слишком спокойным. Она снова опустила взгляд на карту границ. И в этот момент её мысли были далеко не только о войне. Кабинет королевы Гримхольда был огромен — почти как зал для приёмов, только тише, холоднее и куда опаснее. Высокие окна тянулись от пола почти до самого потолка. За ними простирались тёмные леса — бесконечные, густые, тяжёлые. Даже днём они казались мрачными. Туман лениво ползал между чёрными стволами, словно сам лес дышал древней магией. Но внутри кабинета было светло. Десятки свечей горели в серебряных подсвечниках. Пламя мягко отражалось в полированных поверхностях мебели и золотых элементах декора. На стенах висели карты завоёванных территорий, а на длинном столе лежали аккуратные стопки писем, отчётов и свитков. В самом центре комнаты стоял большой резной стол из чёрного дерева. И за ним сидела Селина. Она выглядела так, будто сама ночь решила принять человеческий облик. На ней было длинное чёрное платье из тяжёлого бархата. Ткань мягко переливалась при каждом движении, а тонкие золотые вставки на корсете и рукавах мерцали в свете свечей, словно тонкие линии расплавленного золота. Платье подчёркивало её фигуру — строгую, грациозную, почти скульптурную. Её светлые волосы, словно жидкое золото, свободно спадали по плечам и спине. Несколько прядей были слегка заплетены и закреплены тонкой золотой заколкой в форме короны. Но больше всего притягивали взгляд её глаза. Холодные. Ясные. И полные опасного веселья. Селина лениво перелистывала очередной свиток. Она сидела чуть откинувшись в кресле, закинув одну ногу на другую. Пальцы её медленно скользили по пергаменту, а на губах играла лёгкая улыбка — словно все дела королевства были для неё лишь интересной игрой. — Хм… — тихо произнесла она. Она перевернула страницу отчёта. — Ещё одна деревня. Селина подняла бокал с вином, стоящий рядом на столе, и сделала медленный глоток. — Как быстро растут мои земли… Её губы изогнулись чуть шире. Она взяла следующее письмо. Развернула его. Пробежала глазами. — Торговцы из южных дорог просят защиты. Селина тихо усмехнулась. — Конечно просят. Она лениво поставила на полях аккуратную подпись — быстрым, уверенным движением пера. Чернила ещё не успели высохнуть, когда в дверь постучали. Три тяжёлых удара. Селина даже не подняла голову сразу. Она медленно отложила перо, выпрямилась в кресле и только после этого произнесла: — Войдите. Дверь открылась. В кабинет вошёл стражник. Он остановился у порога, ударил кулаком по груди и склонил голову. — Моя королева. Селина подняла взгляд. — Да? Стражник на секунду замялся, затем сказал: — Вы приказали привести его. На губах Селины появилась тонкая улыбка. Она слегка наклонила голову. — Ах… да. Она лениво оперлась щекой на руку. — Вводите. Стражник сделал шаг в сторону. И в кабинет вошёл мужчина. Тяжёлые металлические шаги эхом разнеслись по каменному полу. Он был облачён в полные литые латы. Металл был тёмным, отполированным до холодного блеска. На нагруднике чётко выделялся герб Гримхольда — чёрный волк на серебряном фоне, окружённый острыми линиями короны. Шлем он держал в руке. Это был Рейнхард. Высокий, широкоплечий, с грубыми, но благородными чертами лица. Его тёмные волосы были собраны назад, а на скулах лежала лёгкая тень усталости. Но сильнее всего выделялись его глаза. В них горела ярость. Не та ярость, которую человек направляет на врага. Та, что направлена на самого себя. Он остановился в нескольких шагах от стола. Скрип металла лат разрезал тишину. Рейнхард медленно опустился на одно колено. — Моя королева. Голос его звучал глухо. Селина некоторое время просто смотрела на него. Её взгляд лениво скользил по его броне, по гербу на нагруднике… по напряжённой линии его плеч. Она знала. Она прекрасно знала, что он чувствует. И именно поэтому её улыбка стала чуть шире. — Встань, Рейнхард. Он поднялся. Медленно. Но не поднял взгляд. Его челюсть была сжата так сильно, что на скулах проступили мышцы. Селина тихо рассмеялась. Смех её был мягким. Почти ласковым. Но от него становилось холодно. — Ох… — сказала она, покачав головой. — Ты выглядишь так, будто я заставила тебя проглотить яд. Она поднялась из кресла. Чёрное платье мягко скользнуло по полу, когда она обошла стол. Селина подошла ближе. Медленно. Грациозно. Она остановилась прямо перед ним. Теперь их разделяло всего несколько шагов. Рейнхард всё ещё не поднимал взгляд. Он ненавидел это. Ненавидел себя. Ненавидел этот герб на своей броне. Но больше всего он ненавидел то, что всё равно стоит здесь. И служит ей. Селина слегка наклонила голову, разглядывая его лицо. И снова тихо рассмеялась. — Ах, Рейнхард… Она протянула руку и лениво коснулась пальцами его лат на груди — прямо там, где был герб Гримхольда. — Лучший рыцарь захваченного королевства. Её голос стал мягче. — И лучший друг моей дорогой Ленор. Рейнхард резко поднял взгляд. В его глазах вспыхнула ярость. Но Селина лишь улыбнулась шире. Её глаза блеснули. Она наслаждалась этим. — О да… — тихо сказала она. — Я знаю о вас гораздо больше, чем ты думаешь. И снова рассмеялась. На этот раз — игриво. Словно всё происходящее было для неё лишь особенно занимательной игрой.