глаза

Я смотрю в твои глаза, и ты отводишь взгляд.

***

На улице был рдеющий-красный закат. Костя и Юра сидели на кухне. Рядом с Юрой, была полунаполненная пепельница. Юра зажал пальцы вокруг тлеющий сигареты, он курил прямо в доме. Не боясь, то что когда он докурит, на весь дом будет нести куревом, конечно Костя будет ругать его за это, когда нибудь попозже, не сейчас. Что же случилось? Юре призналась Анюта в любви, несмотря на то что, Татищев несколько веков добивался и жаждал взаимности, но девушка отвергала его, раз за разом. Конечно, он думал что это наглая ложь, он всё понимает, он не настолько глупый. Он понял, это было вынужденное признание, Чтобы поиздеваться недельку-две-три, над его чувствами, потом бросить и сказать, что: Юр, ты видишь, мы не подходим друг-другу, нам нужно расстаться. Тем временем Костя сидел напротив и смотрел в окно. Он пытался думать о чём только можно, но не об этом. Ему было ужасно жалко Юру. Он перевёл взгляд на Татищева, глаза его метались. То на пепельницу, то уже на догоревшую сигарету, которую он держал в руках, зажав будто это, что важное, как зеницу ока. То взгляд его метнется на Костю, чуть-чуть задержится и отведёт. Костя же разглядывал его немного дрожащие ресницы, после истерики, волосы, которых пряди падают на бледную кожу. Костя задержался на его глазах, Юрины бегающие глаза посмотрели в его.. Костя мигом отвёл взгляд, не зная почему, ему было слегка неловко перед другом. Перед другом, который даже не представляет каким и в каком виде представляет его друг ночью. У Юры появилось какое-то странное чувство. Резкое спокойное и одно очень странное желание      поцеловать Костю. Он начал задумываться, о том, что всё мысли, все речи, которые говорил ему Уфа, были не правильными. Нет. Брат всегда прав. Это противно. Сколько бы Татищев не переубеждал себя в своих мыслях, сколько бы он раз говорил, что это противоестественно и неправильно. Сердце и руки не слушались. Кисти рук неестественно выгнулись, положив сигарету. Они потянулись к телу Кости. Сначала он положил руки на плечи, сказал. "–Катюш" — произнёс это Юра сам того не понимая слишком мягко, Было вообще не понятно кто кого успокаивает. Толи Юра Костю, а не Костя Юру. Костя откликнулся, посмотрев на Юру, подняв бровь. Руки Юры провели сначала по предплечью, потом перешли на рёбра. Костя не сдержался и обнял Юру, сокращая дистанцию. "–Юр, она правда поступила не правильно, мне очень жаль тебя, я, я.. не могу выразить своё сочувствие, это самое ужасное, что делала она в своей жизни. Конечно мы будем с ней общаться, после же этого, мы не закончим просто напросто с ней дружбу. Юра, поверь, она хотела как лучше." –а получилось наоборот, хотел договорить Костя, но не стал. Хотелось поддержать, а не усугублять ситуацию. Костя вжался носом в плечо Татищева, прикрыл глаза. Юра же, на те слова брата "Ты же смазливая девка, веди себя как мужик", обвил всем своим телом Костю. Он был достаточно тёплым. Нарушая приятную, не давящую тишину, Костя сказал слова, после которых всегда было всё хорошо. "–Юр, может чайник поставить?" – Отодвигая брюнета сказал Костя. Юра благополучно отпустил его, и также благополучно наебнулся на пол, нарушая тишину, после сказанных слов. Юра снова уселся за стол, слегка заёрзав на стуле, зевая. Вид его напоминал ленивого кота, который проснулся после 8-ми часового сна. Он по сну и внешнему виду Юры, не скажешь, что он спал 8 часов.Режим Юры полностью сбился. Он засыпал в четыре утра и просыпался в 9, Пять часов мало как-то Юр, не? До часу ночи он играл в бс, потом он заходил в тик-ток, и также благополучно как и он наебнулся со стула, сидел так до четырёх часов утра. А вовсе и не ложился. Тем временем чайник закипел, а на столе лежала какая-то еда, сырок и чай, комбо прям. Это было всё, что нашёл Костя в холодильнике Юры, а если там и было что-то, то оно давно стухло. Юра открывал холодильник только по экстренным случаям. Либо он купил какой-то "еды" либо нужно положить туда сырок, который будет лежать на месте два дня, а после его съест человек, который едва дополз до холодильника. Костя залил пакетики с чаем кипятком, чуть облив стол. Он быстро поставил чайник на стол, ухудшив ситуацию. Со стола уже текла вода, он её вытер. Но когда он поднял чайник, на столе образовался мелкий круг из воды. Костя лениво выдохнул, но всё же, вытер стол. Юра наблюдая за этим всем, хихикал. Они наконец-то стали пить чай, а не вытирать стол. На дворе было всего 6 часов дня, Костя планировал вытащить погулять Юру, но он и без этого бы согласился. "–Юра, может погуляем? тебе нужно подышать, да и мне тоже. – посмотрел Костя на Юру. " –Ну давай. "– Татищев залпом выпил чай, Костя усмехнулся. " –Юра, блин"– Он смотрел на Юрочку, у которого чай стекал по подпородку, капелька чуть спустилась на резко выраженный кадык. ⟨Нет Костя, это не то, о чём ты должен думать сейчас⟩.

***

Костя с Юрой уже спустились, на улице был ярко-алый, чуть фиолетовый закат, с оттенком оранжевого. Костя посмотрел на лицо Татищева, на которое так красиво и прекрасно падал цвет от заката. Под глазами от ресниц падала маленькая тень, когда он моргал она быстро пропадала, и также быстро возвращалась. Они проходили вдоль многоэтажек, хрущёвк. Казалось, что они не заканчивались, а Костя не хотел чтобы они заканчивались. Чтоб насладиться моментом и самим Юрой. "–Кость пошли домой, уже второй раз те же самые обходим." "–А, д-да?.." "–Дааа..."– чуть с сарказмом ответил ему Юра.

***

Костя снимал с себя ботинки, Юра тоже. Челябинск очень засмотрелся на Костю, и не заметил как уже давно снял обувь, и в наглую пялился на Костю. Когда Костя вставая с корточек, попытался встать, между его ногами была положена нога, Он посмотрел на Юру. Юра на него. Темноволосый же, облизнулся и потянул разноволосого в поцелуй, Костя перехватил инициативу, блуждая по рту Челябинска. Рвано выдыхая Костя спросил. "– Юр, это что такое?..."–Но его снова заткнули. Волна мурашек перекатилась по телу, словно настоящая волна. Губы Юры были мягкие, как и представлял Костя. Он подхватил брюнета, тащя его в комнату. "–мм.." – промычал Юра, прижавшись губами к щеке Екатеринбурга. Губы спустились по шее. Его тем временем положили на кровать. Юра устроился на коленях у Кости. Губы переходили с четкой линии челюсти, потом перешли остовлять, алые пятна на шее. Костя не сдержался, рвано простонал. Ещё один поцелуй и ещё. Юра улёгся на груди у Екатеринбурга, и тихо, едва слышно сказал. "–Я люблю тебя, Катюш." Послышалось ещё более тихое. "–Я тебя тоже... Люблю..