Искра и порох

В воздухе пахло озоном и жгучей обидой. Просторная гостиная казалась слишком тесной для двоих, чьи голоса уже несколько минут кряду резали пространство, словно бритвы. — Ты вообще слышишь, что ты несешь?! — голос Аарона сорвался на хрип. Он сделал резкий шаг вперед, сокращая дистанцию до минимума. Его грудь тяжело вздымалась, а в глазах горел тот самый опасный, неконтролируемый огонь. — Твое упрямство когда-нибудь нас похоронит, Кевин! Кевин не отступил. Напротив, он подался навстречу, почти касаясь грудью чужой футболки. Его лицо застыло маской ледяного гнева, но желваки на скулах так сильно ходили ходуном, что становилось ясно: он на пределе. — Мое упрямство? — процедил Кевин, и каждое слово падало тяжелым свинцом. — А твоя чертова привычка всё превращать в хаос? Ты не контролируешь себя, ты просто... — Заткнись, — выплюнул Аарон, перебивая на полуслове. — Просто заткнись, Дэй. — Или что? — Кевин сузил глаза, в которых вызов мешался с плохо скрываемым отчаянием. — Снова сбежишь? Снова будешь орать, пока у тебя не закончатся слова? Ты только и можешь, что... Переломный момент Аарон не дал ему закончить. Гнев, копившийся неделями, сдетонировал. Он резко схватил Кевина за загривок, запуская пальцы в жесткие волосы, и дернул на себя. Это не было приглашением — это было нападение. Аарон впился в его губы с такой силой, что послышался приглушенный стук зубов. Кевин задохнулся от неожиданности, его руки на мгновение замерли в воздухе, готовые оттолкнуть, но уже через секунду пальцы намертво вцепились в плечи Аарона, сминая ткань. Это не был нежный поцелуй примирения. Это была война, продолженная другими средствами. Переплавка Агрессия перетекала в страсть с пугающей скоростью. Аарон толкал его назад, пока Кевин не врезался спиной в стену. Удар выбил короткий стон, который тут же был поглощен новым, еще более глубоким и жадным поцелуем. Доминирование: Аарон перехватил запястья Кевина, прижимая их к стене над его головой. Его колено вклинилось между бедер Кевина, заставляя того прерывисто дышать. Голод: Кевин больше не спорил. Его гнев выгорел, оставив после себя только первобытный голод. Он выгнулся навстречу, отвечая на грубость такой же неистовой силой, кусая чужие губы до металлического привкуса крови. — Ты... — Кевин вырвался на долю секунды, чтобы глотнуть воздуха, его зрачки расширились так, что радужки почти не было видно. — Ты сводишь меня с ума. — Тогда молчи, — прорычал Аарон в самые его губы, снова накрывая их своими. — Ни слова больше. Ссора была забыта. Осталось только тяжелое дыхание, шуршание одежды и отчаянная, почти болезненная потребность стереть границы между друг другом прямо здесь, на полу, среди осколков только что разбитых слов. Кевин тяжело привалился к стене, когда Аарон навалился на него всем телом, не давая ни дюйма свободного пространства. Поцелуи стали рваными, мокрыми и болезненными. Аарон кусал его нижнюю губу, тянул за волосы, заставляя Кевина закидывать голову и подставлять горло. — Руки, — приказал Аарон, коротко и властно. Кевин, чьи пальцы всё ещё судорожно сжимали плечи Аарона, на мгновение замер. В его глазах промелькнуло привычное желание поспорить, но Аарон придавил его колено сильнее, выбивая из легких остатки воздуха, и Кевин послушно завел руки за спину, прижимаясь лопатками к холодному бетону стены. Контроль и ритм Аарон действовал быстро, почти лихорадочно. Он не церемонился с одеждой — послышался треск ткани, когда он рванул на себя пояс домашних штанов Кевина. Его ладони, обычно точные и расчетливые, сейчас были горячими и требовательными. — Ты слишком много думаешь, Дэй, — прошипел Аарон, опускаясь на колени, но лишь для того, чтобы подготовить его, делая это нарочито грубо, заставляя Кевина содрогаться и глухо стонать, запрокинув голову. — Сейчас я буду решать, когда ты кончишь. Кевин зажмурился, его пальцы скребли по стене. — Аарон... черт, пожалуйста... — Я сказал: молчи. Когда Аарон поднялся и развернул Кевина лицом к стене, его доминирование стало абсолютным. Он прижал Кевина лбом к твердой поверхности, фиксируя его бедра своими руками. Пик напряжения Вход был резким, без лишних прелюдий — продолжение того самого «удара», с которого началась их схватка. Кевин вскрикнул, его тело выгнулось дугой, а мышцы на спине отчетливо проступили под кожей. Аарон двигался в жестком, рваном ритме, вбивая в Кевина всё то раздражение, которое копилось в нём весь день. Звуки: Глухие удары тел о стену, тяжелое, сбивчивое дыхание и тихий шепот Кевина, который больше не был протестом. Ощущения: Аарон чувствовал, как Кевин дрожит под его руками, как он полностью подчиняется этому ритму, теряя свой обычный контроль. Аарон наклонился к самому уху Кевина, опаляя кожу горячим дыханием: — Смотри на меня. Он заставил Кевина повернуть голову, чтобы видеть его затуманенный, расфокусированный взгляд. В этот момент в комнате не осталось ни Кевина Дэя — звезды экси, ни Аарона Миньярда — колючего защитника. Были только два человека, которые наконец-то нашли способ заглушить крики внутри себя. Когда разрядка накрыла их, Аарон до последнего удерживал Кевина, не давая ему соскользнуть вниз, вжимаясь в него всем телом. Гнев ушел, оставив после себя лишь опустошающую тишину и тяжелый запах секса и пота. Аарон уткнулся лбом в плечо Кевина, чувствуя, как бешено колотится чужое сердце под его ладонью. Спор был окончен. На сегодня — точно.