Сборник Каветамов

      Красный. Очень много красного. Скорее, даже бордового. Мир стремительно терял свои краски, так же стремительно, как кровь вытекала из длинных порезов на предплечье Кавеха. Сознание постепенно угасало, в глазах расплывалось. Жизнь проносится перед глазами тоже слишком стремительно, нельзя даже ухватиться за какой-то конкретный момент: вот он, маленький, гуляет счастливый по зоопарку с родителями и рассматривает выдр, а теперь слышит ссору мамы с папой из-за закрытых дверей, сидя в углу комнаты и закрывая уши своими маленькими ладошками; похороны отца, где он плачет навзрыд вместе с мамой, схватившись за подол ее черного платья, а с неба падают мелкие капли и темные тучи застилают все небо; он хвалится маме своим новым рисунком, где изображена вся его семья, в том числе и отец, а мама лишь смотрит на это и снова плачет, после утягивая Кавеха в объятия, шепча ему куда-то в макушку «все будет хорошо, мы справимся»; он приходит из школы с хорошим настроением и видит маму, которая стоит с чемоданом и говорит что-то про отъезд по работе в другую страну. Страх, непонимание, обида — все, что он испытывает в тот момент; жизнь у бабушки под боком, походы в школу, попытки казаться не таким разбитым, какой он есть на самом деле; получение грамоты в школе за победу в каком-то конкурсе рисунков, где он занял первое место; окончание школы, экзамены, поступление в Академию на архитектора, как он и мечтал; знакомство с Хайтамом, вечные ссоры, но ни для кого не обидные; письмо мамы с приглашением на ее свадьбу; поездка к ней и разочарование в се… Точно, Хайтам. Что же он подумает?       Снова скажет, что Кавех просто убегает от своих проблем? Что он слишком слаб, чтобы искать их решение? Снова будет насмехаться, но незаметно, — как он думает, — помогать? Воспоминания мягко отходили на второй план и все мысли в голове были заняты лишь Хайтамом.                         Заносчивый, нелюдимый, бурчащий и вечно чем-то недовольный, но такой родной, комфортный и теплый… Сознание все быстрее покидало Кавеха, вода из ванной уже вытекала за бортики, хотя вряд ли это можно было назвать водой — она была настолько красной, что у парня пестрело в глазах. Или это от кровопотери? Кто уж теперь разберет? Секунды, которые, по ощущениям, растягивались на часы, позволяли утопать в кровавой воде и теплых, успокаивающих воспоминаниях о Хайтаме. Кавех так и не успел поблагодарить его за все, что он для него сделал. Он так много не успел сказать, отдать, но… Не слишком ли поздно он об этом вспомнил?       Красный, красный, красный, зеленый омут, красный, красный. О, зеленый омут? Это глаза Хайтама? Но что он здесь делает? Он же должен быть на работе… что он говорит? Кто выключил звук у окружающего мира? Его губы двигаются, двигаются, но ничего не слышно. Или это в ушах Кавеха просто слишком громко стучит сердце? А оно стучит вообще? Точно ли он еще жив? Может, Хайтам ему почудился? Всего лишь игра разума перед смертью? Окровавленная рука тянется к лицу напротив, в глазах плывет, весь мир словно превратился в бушующее море — волны окутывают все, на что бы не глянул Кавех, шторм захватил всю ванную. Все поворачивается под непонятными углами, раковина чуть ли не на потолке, а пол наоборот — под ногами, губы напротив уже и не напротив.                         Неожиданно чувствуется тепло — Хайтам взял протянутую ему руку и прижался щекой, он продолжает что-то говорить, но почему его не слышно? Что он говорит с таким сожалением на лице? Он жалеет о чем-то?       Темно. Почему темнеет? Нет, нет, нет, Кавех еще не успел запомнить… А почему он хотел запомнить? Почему это так важно? Темнота накрывает с головой и последний миг перед ней — слеза, которая вытекает из зеленого омута напротив. Может, Кавех пытался в нем утонуть? Или пытался утопить в себе Хайтама?       Хайтам, хоть и вызвал скорую, хоть и пытался спасти своего соседа, друга, возлюбленного — все равно не успел. Он пришел слишком поздно. Красный затопил сознание Кавеха, темнота накрыла его с головой, холод проник под кости и в них, а последний вздох покинул тело. Слишком поздно для каких-либо сожалений.