Ты мне снился

Зрение подводит, вместо четкой картинки размытые цвета. Белый -Винсент? - Чарльз впервые назвал это имя вслух. Вместо ответа в воздухе прорезало́сь чье-то дыхание. Эйлер попытался пройти вперед чтобы нащупать или ощутить его, но но Чарльз ничего не чувствовал кроме слабого ветра который проходил сквозь руки. «Забавно, теперь я хотя бы знаю твоё имя» - подумал тот. Зрение постепенно возвращалось. Они стояли на крыше. Чарльз видел расплывчатый силуэт своего Бога. Взгляд его вновь выражал покой и благоухание, словно того, что Чарльз видел вчера не существовало. Не существовало глаз что притягивали своей отстраненностью и безразличием, их словно не касалось ни счастье, Чарльз потянулся к нему, чтобы притянуть к себе, ведь он догадывался к чему все идет. Он хотел взять его за руку и вывести отсюда, сберечь, оградит от любых опасностей, сам не понимая почему. Тот едва не сорвался на бег, едва завидев малейшее его движение. Торжествуя, Винсент расправил свои руки словно крылья, спиной опрокинулся на ограждение и полетел вниз головой. Глухой стук и звук сломавшихся костей побрал до дрожи. Чарльз подошел к краю крыши, боясь посмотреть вниз. Наверняка там лежит его бог, что уже второй раз попытался покончить с собой. Сломанная шея, лужа крови, растрескавшиеся голова, погасший нимб. Как только Чарльз взглянул вниз, тот сразу проснулся. Живот скрутило. Чарльз молнией добежал да туалета дабы очистить желудок. Он не ужинал, от того из организма вышла только желчь. Отвратительно. На часах было вновь четыре утра. Опять ранний подъем, и все из-за каких-то кошмаров. Мать мирно спала в своей постели. Ее отросшие со временем волосы почти полностью закрывали ее лицо. Скарлетт тихо что-то бубнила, ее речь было не разобрать, но можно было хотя бы присечь ее присутствие. Фотографии мирно стояли на полках. В комнате была почти полная тишина, она настолько оглушала, что Чарльз боялся пошевелиться. Здесь темно. Темно. Ночь продолжалась, лишь часы тихо тикали мешая сосредоточиться на собственных мыслях. В окне не мелкали звезды, вместо них фонари лихо освещали улицу. Ночь. Хотелось застыть так у окна. Простоять до самого утра. Где то в далеке начала играть рок музыка, скорее всего от какой-то мимо проезжающей машины. Напоминает слабую какофонию из прошлого сна. Чарльз чувствовал, что вместе со здоровым сном он теряет еще и рассудок. «Переживу» - тут же отмахнулся он. Хотя эти тихие, навязчивые звуки постепенно сводили с ума, Чарльз продолжал стоять у окна. В ушах начало звенеть. Он так и стоял несколько часов, пока ноги не подкосились, и он не упал к батарее. Так продолжилось до утра, пока будильник не прозвенел шесть. Это не было бездействием, скорее просто сильный шок. Уже второй раз его так называемый "Знакомый" умирает на его глазах от собственных рук. А ведь у него были очень тёплые руки... ...И пустые глаза. Но это ведь всего лишь сон? Настоящий Винсент жив, он видел его вчера, это правда, Ведь так? Не может же и все вчерашнее оказаться сном? Чарльз еле поднявшись пошел заниматься тем, что он делал каждый божий день. Готовил еду, ухаживал за матерью, готовился к учебе. Эти три пункта давно превратились в рутину, а точнее в то, что должно выполняться беспрекословно. Этому всему конечно же поспособствовали выходки Скарлетт. Вскоре пришло сообщение. Си -Здравствуй! Это Винсент. Вчера я анализировал твой сон, и теперь готов рассказать тебе его психоанализ. Хочешь встретиться? - 6:57 Брюнет взглянул на экран и невольно улыбнулся Чарльз -Привет. Да, давай встретимся. В том же месте, у кафе? - 6:59 Эйлер успел отложить телефон, как новое уведомление пришло в ту же секунду, на что Чарльз удивился. Си -Да, давай у кафе. Когда встречаемся? - 6:59 Чарльз -Давай в 16:30. - 7:00 Вместо привычного ничего, у Чарльза вдруг возникла беспричинная улыбка. Такая улыбка могла возникнуть когда тот подкалывал Анри, но это было что-то другое. Иное чувство. Школьный день прошел спокойно, без сюрпризов. Из интересного, Чарльз стал свидетелем как дети хоронят белого голубя которого переехала машина. «Птица которая больше не может летать...» - не успел он закончить мысль, то тот чуть неугодил под машину, в точности как эта птица. Выйдя из раздумий, Чарльз уже кивал кричавшему на него водителю. Подходя к месту встречи, Эйлер уже видел как фигура в далеке сдержанно машет ему рукой. Винсент пришел заранее. -Привет. Спасибо что пришел, - "Си" приветливо улыбнулся. На его щеке красовалась заклееная маленькая ссадина. -Все в порядке? - сразу без лишних приветствий обратился Чарльз. -Вполне себе, - ответил он как ни в чем ни бывало. «Надеюсь так и есть» - подумал Эйлер. -Ну что, пойдем? -Идем. Пара неспеша двигалась в сторону парка, попутно болтая о всяком, совсем не затрагивая тему, из-за которой их встреча и состоялась. -Ты плохо спишь? - Вдруг обратился Винсент, - у тебя большие синяки под глазами, выглядишь не очень. -А ты не скупишься на комплименты, - заметил Чарльз, - да, есть такое что я не очень хорошо сплю и... -Это все из-за сна? - перебил Винсент, с него слетела его привычная всем улыбка, тот не без беспокойства в глазах посмотрел на Чарльза. -Да но... Думаю это уже неважно. Кстати о снах, ты говорил что подготовил психоанализ. -Да, я подготовился. Как бы это ни было очевидно, скорее всего ты переживаешь потерю чего-либо, либо же очень боишься потерять кого-то. Сновидения как искажённое представление твоей реальности. Я предлагаю понаблюдать за тобой и твоими снами, вдруг я смогу понять из этого больше больше, - Винсент вновь улыбнулся, но эта улыбка была не настолько приветливой, насколько любопытной. Чарльз не знал как реагировать на такое заявление, но честно себе признаваясь, он был бы не против, лишь бы провести с ним побольше времени. Сны это и в правду интересная для Чарльза тема, и он был бы не против рассказать о них побольше, если бы не одна деталь в виде чужеземца. Странно будет, если однажды Эйлер расскажет Винсенту, что тот ему снится уже на протяжении полугода, и в день их встречи тот начал беспричинно кончать жизнь самоубийством. -Я не против, - Чарльз медленно отстранился, увеличивая дистанцию между ними, - я конечно плохо в этом разбираюсь... -Ничего страшного, я помогу тебе. Прогулка продолжалась, но уже молча. Листья осыпались с деревьев, что раскинули свои ветвистые ветви на ветру. Все также как и вчера. Только без шумной маленькой толпы. Шумный городок провожал их воем машин и пением птиц, пока они оба не вошли в парк. -Что-бы ты делал если вдруг начался бы судный день? - вдруг ни с того ни с сего спросил Чарльз. -Судный день? - Эйлер был готов поклясться, что в этот момент у Винсента что-то сверкнуло в глазах, - Что ж, давай пофантазируем. Я бы наверное забрался на самое высокое место в мире, и наблюдал бы словно на первом ряду в кинотеатре за началом конца. -Готов поспорить, ты бы поступил по-другому. Совсем по-другому, - Чарльз нахмурил брови. -И что бы я сделал? -Не могу точно предугадать твои действия, но я уверен, что ты бы просто был рад всему происходящему. В ответ повисло молчание. Прошла минута. Две. Три? Постепенно между ними повисла не то ниточка напряжения, не то толстый канат тревоги. Спустя время Винсент продолжил: -А ты и в правду умеешь читать людей. -И кто тебе такое сказал? Не то что бы я пытался... - Чарльз неловко почесал затылок. Он мог сказать себе лишь то, что знал Винсента задолго до их встречи, но знал он не самого Винсента, а чужеземца из сна. -Просто поверь, - заверил его Винсент. Постепенно накрапывал дождь. Маленькие капельки падали на бетон, как бы предвещая затем мощный ливень. -Боже, - Лицо Чарльза вновь нахмурилось, - Похоже я забыл зонт. -Не беда, - Винсент подмигнул ему. Дождь постепенно усиливался, пока в один момент не хлынул ливень. Чего Чарльз и в правду не ожидал, это то что непринуждённая прогулка продолжится как ни в чем не бывало. -Так и будем ходить под дождем? - спросил Чарльз, нервно сжимая руки в кулаках, лишь бы не начать трястись от холода. -И что ты предлагаешь? - спросил Винсент. -Бежать конечно же! -Что ж, тогда бежим! - Винсент схватил Чарльза за руку, хорошо при этом ощущая, как тот сжимает его руку в перчатке в ответ, и побежал. Так быстро как только смогло его худое, хрупкое тело. Чарльз бежал за ним, сохраняя мысль о том, что такая решимость присуще лишь правителям. Не добежав даже до выхода из парка, Винсент остановился. Отдышка накрыла его тело, и Чарльз был уверен, что в любой момент тот согнулся бы пополам. -Ты в порядке? - забеспокоился Чарльз, сам до сих пор не понимая причины своего волнения. -Да... Вполне себе... - сказал Винсент вдыхая и выдыхая через каждое слово, - Я... чувствую себя... лучше всех. Уже медленным шагом они отправились в ближайшее кафе, продолжая мокнуть под дождем. Чарльз выглядел так, словно готов был сжаться в крохотную точку в любой момент. Холод пробирал до костей, до самых внутренностей. Он прикусывал нижнюю губу, дабы не дать зубам разразиться скрежетом и звонким стуком. Винсент в свою очередь не сразу восстановил дыхание. Но когда он все таки смог выровнять свое состояние в норму, он выглядел достаточно бодро и весело. Найдя первое попавшееся на глаза кафе, те юркнули внутрь. Внутри оказалось достаточно тепло, нотки кофейных ароматов перемешались вместе с воздухом. В помещении было не так уж и много людей. Заняв первый попавшийся столик, Чарльз потрепал себя по мокрым волосам. Винсент же спокойно сел напротив, любопытно разглядывая довольно скудное меню. Постепенно тело начало согреваться. Оба решили заказать по чашке кофе. За окном продолжался ливень. На душе вдруг стало так тяжело, как будто бы ее сжали голыми руками, параллельно следя за его последним биением сердца. Чарльз попытался отогнать все эти лишние чувства. Отогнать все что давит на тебя стеной. Все что давит... -Все хорошо? - обратился Винсент к Чарльзу, в его голосе звучали нотки беспокойства. -Я... чувствую себя замечательно, - ответил Эйлер, - Просто не выспался. -Похоже мы оба сегодня "лучше всех", не думаешь? - произнес Винсент забавно хихикнув. -Да... Конечно. - ответил Чарльз, чувствуя как кто-то когтями царапает его грудь. Неужели последствия недосыпа? Или же это очнулась Скарлетт? «Нет... Нет... Только не она!» - Сердце вновь накрыла тревога, прямо так когда чужеземец из сна спрыгнул с крыши, расправив свои руки словно крылья. Действительно словно птичья задумка или желание свободы. Чарльз вспомнил мертвого голубя которого хоронили дети. Как из птичьего брюха выглядывали кровавые внутренности. Он вспомнил Скарлетт. Которая раз в месяц навещала его, даже не смотря на то, что тот принимал нейролептики, она как то пробиралась сквозь барьер из искусственных лекарств. Когда Скарлетт приходила - было больно. Когда Скарлетт уходила, то наступал покой. «Уходи» - прорезался собственный мысленный голос. Боль в груди утихла, ушла, отступила. Покой пришел. Скарлетт помиловала его. "Пока что" она отступила. Ну Чарльз был уверен, что она придет с новыми силами. ОНА придет, и Чарльз еще попляшет под ее скромную но беспощадную дудку. По крайней мере, Эйлер догадывался об этом. Что скоро она придет вопреки всем кошмарам. «Жди меня ночью» - Чарльз так и слышал, как к нему обратился низкий хрипящий женский голос. Голос как у мамы. Голос похожий на Скарлетт. Чарльз поднял взгляд и с удивлением обнаружил то, что его достаточно непристойно осматривает Винсент. Его лицо, его волосы, руки аккуратно сложенные на столе. Он и не заметил как его ладони превратились в сжатые кулаки. -Ваш заказ, - вежливо промолвила официантка подавая горячие напитки на стол. -Спасибо, - коротко отблагодарил Винсент, Чарльз же не смог промолвить ни слова. Он не смог разомкнуть сжатые челюсти. Музыка смешалась с мыслями, но тревога постепенно уходила. Постепенно Чарльз наконец смог притронуться губами к горячему стаканчику. Отпивая маленькими глотками, тот все еще чувствовал на себе любопытный взгляд собеседника. Казалось, такие пустые глаза не могут так пристально глядеть. И чарльз вновь вспомнил это сочетание. Пустые глаза... и теплые руки. -У тебя есть тот кто тебе дорог? - начал новый разговор Винсент, наконец отведя взгляд и посмотрев в окно, на дождливую погоду. -Есть. Это моя мать, - Чарльз не мог сказать честно, любил ли он ее или же заботился о ней потому что ему стало страшно прощаться? А может быть ему было некуда деться, поэтому он примкнул к нежному материнскому крылу? Но о каком крыле могла идти речь если Мать даже родного сына не может узнать? Мать всегда видела в нем лишь отголоски той Скарлетт, которая могла родится. -Понятно, - глаза Винсента на мгновение потускнели, а потом вернули тот же пустой взгляд. На этот раз Чарльзу он показался довольно скучающим. -А у тебя есть те кто тебе дорог? - спросил в ответ Чарльз. -Это сложный вопрос. И скорее всего ответить для тебя я на него не смогу. -Очень жаль, - разочарованно протянул Эйлер. -Близкие появляются из-за чувства привязанности. Из привязанности появляется любовь. Довольно очевидно не правда ли? Если говорить про романтическую любовь, то встретишь ее не часто. Люди почему-то уверены что безумно влюблены, но они путают любовь со страстью, со страхом одиночества, с желанием контролировать и подчинять, - на последнем Винсент сделал акцент. -Мне сложно всегда судить о романтической любви, скорее всего я никогда ее не чувствовал, - «И никогда не почувствую» Чарльз вновь отвернулся к окну пряча от Винсента свой взор. Что-то не так. Он вновь чувствовал на себе взгляд изучающий, любопытный. Прямо как во сне. Чарльз решил посмотреть ему в глаза, уверенно, целенаправленно. Но увидел он там вновь лишь пустоту. На мгновение в этих серых глазах промелькнула искра, такая искренняя искра что на секунду Чарльз подумал. что они наполнены покоем и благоуханием. Прямо как... ...Во сне? Вдох. Выдох. -Я подготовил для тебя подарок, - сказал Винсент, доставая что-то из черной сумки что была через плечо. Он миролюбиво протянул Чарльзу книгу, а если точнее сборник стихотворений Артюра Ренбо. Глаза Чарльза моментально округлились превращаясь в забавные "нули". Он мигом стал отнекиваться от книги потому что ему было ужас как неудобно. -Что ты... Нет, я не могу принять... Извини. -Если тебе так неудобно принимать подарок, тогда давай просто обменяемся на время вещами. Мне например очень понравился твой шарф, - и вот на лице Винсента растянулась настойчивая улыбка. Чарльз посмотрел на свой шарф, и недолго думая снял его с себя и протянул собеседнику. В ответ в его руках оказался сборник стихов. «И зачем ему мой шарф?» - подумал Эйлер, ведь шарфик был самым обыкновенным. Черный, даже не шерстяной. Но мысленно попрощавшись с вещью, Чарльз оценил как смотрится вещь на Винсенте. Очень даже ничего. -Считай это честным обменом, - сказал Винсент. Когда кончился ливень, оба поделили счет пополам, попрощались и ушли по домам.