Warm hands, cold silence

Вашингтон, округ Колумбия 07:15, утро вторника Грейс открыла глаза за пять минут до будильника. Это была старая привычка - просыпаться раньше, чем нужно, чтобы успеть подумать. Протянуть ноги. Подготовиться к тому, что может пойти не так. Удобно. Она лежала в кровати, глядя в потолок. Квартира была современной, все по стандартам успешной молодой женщины: две комнаты, кухня, совмещенный санузел. Руководство ФБР благодушно оплатило аренду на год вперед, с тех пор как Грейс удочерила Эмили. Раньше здесь было стерильно. Сейчас - хаос. На стенах висели детские рисунки: космос, звезды, чертеж синими мелками - смутно похожий на обезьяну. Месяц назад, они ходили в зоопарк и маленькой девочке очень понравилось это животное, которое она не побоялась и покормила, несмотря на запреты Грейс. И получила урок на всю жизнь, точнее пятно коричневого цвета на своем новом комбинизоне, неприятно пахнущее и отстирывающееся столетие. Женщина прошла дальше вдоль стены и обратила внимание на три фигуры, держащиеся за руки. Эмили рисовала их в больнице, когда только начала видеть. Грейс так и не спросила, кто третья фигура. Она боялась ответа. Леон, он стрелял в меня. Накинув халат, она дальше пошла в ванную. Свет зажегся автоматически - датчик движения, который ей установили в прошлом месяце, чтобы не щелкать выключателем в темноте. Грейс подошла к зеркалу и замерла. За год ее внешность изменилась. Не радикально - но достаточно, чтобы она заметила. Волосы отросли. Теперь они доставали до лопаток, мягкие, с легкими волнами. Спасибо, Мистер Демпси, за премию, ее хватило на покупку ухода и недельный абонемент в СПА-салон, чтобы отмыть запах разлагающихся чудовищ. Она больше не собирала их в вечный хвостик на затылке. Под глазами все еще залегли тени, но уже не такие глубокие, как год назад. Кожа стала более смуглой - она чаще выходила на солнце, чтобы показать весь мир своей приемной дочери. Грейс провела пальцами по щеке, по скуле, по шее - там, где остались едва заметные шрамы от веревок. Их почти не было видно. Остались розовые полосы. Эшкрофт, сегодня ты похожа на женщину. Саманта, ее коллега по работе и по совместительству близкая подруга, всегда подбодрит в трудный день. - Грейс, то есть...Мам! - раздалось из коридора. - Ты долго? Эмили еще привыкала к ней, к новому месту в ее жизни. Девочка сама попросила обращаться друг к другу на близком уровне. Грейс. Мама. Эмили. Доченька. - Иду! Она прошла на кухню, включила чайник, достала хлопья. Из комнаты Эмили доносились громкие звуки - по телевизору шел новый эпизод Свинки Пеппы, фразы из которого Грейс крутит в своей голове перед сном и на работе. Она улыбнулась. Эмили поправилась, стала крепче, спокойнее. Дети быстрее адаптируются к условиям, не как тревожные взрослые. Ребенок в пижаме, но с рюкзаком за спиной, влетел на кухню: -Ты сегодня отвезешь меня в школу? - Отвезу, - сказала Грейс, наливая молоко в хлопья. - Садись, ешь. - А ты? Ты не голодна? - Я попью кофе. Эмили села за стол, взяла ложку. Смотрела на мать, и Грейс чувствовала этот взгляд - внимательный, изучающий, слишком взрослый для восьми лет. - Что? - Ты сегодня какая-то странная, не улыбаешься. - Я улыбаюсь. - Нет, ты делаешь так. Она показала - Эмили поджала губы, расслабила лицо. - А когда ты правда улыбаешься, у тебя глаза светятся, и ты съедаешь один пончик. Грейс не нашлась, что ответить. Она села напротив, взяла чашку с кофе. - Просто сегодня будет много работы, - сказала она. - DSO запросило совместную операцию. - DSO? - Эмили нахмурилась. - Это где работает наш друг Леон? Наш друг Леон. Грейс почувствовала, как внутри что-то сжалось. -Да, - сказала она. - Леон. - Ты его увидишь? - Не знаю, возможно. Эмили кивнула, как будто это был единственно возможный ответ. - Передавай привет, и спроси, почему он больше не приносит книги, он также не купил подругу для мистера Бетси! Мистер Бетси, коричневый медведь, любимая игрушка ее дочери. Леон подарил его, когда навещал Эмили в больнице. Он переживал, что не сможет наладить отношения и чувствовал вину перед ребенком. Но девочка была очень добродушной, у нее отсутствовали друзья и нормальное общение, при встрече она сразу предложила агенту дружбу "до конца жизни". Грейс улыбнулась, поцеловала дочь в макушку. - Обязательно.

***

Штаб-квартира ФБР, Вашингтон 10:30, утро вторника Грейс пришла на работу в то время, когда шанс влететь в своего начальника составлял сто процентов. Что собственно она и сделала. Извиняясь, она проскакивает мимо к столу из темного дерева с двумя мониторами, стопками бумаг и кружкой с высохшим кофе. Она работала здесь несколько лет и знала каждый угол, трещину на стене, звук, который издавал старый кондиционер. Она разбирала отчеты о финансовых потоках «Соединения», когда ее стул был с силой отодвинут назад. Сверху просунулась голова Саманты. - ФБР, вызывает Грейс, прием, - сказала женщина, плюхаясь на единственный свободный стул. -Ты уже час смотришь на один и тот же график. - Я анализирую, - девушка поправляет очки, - Или ты предлагаешь мне вернуться на веб-страницу "Сефоры" и выбрать помаду, пока Нейтан как собака шныряет по офису?! -Как давно ты пользуешься косметикой?Ты зависаешь, - поправила Саманта. - Как в прошлом году, после того случая. Грейс подняла глаза. Саманта смотрела на нее с выражением, которое она научилась распознавать за годы дружбы: подруга что-то знала и сдерживалась чтобы озвучить это. - Что ты хочешь? - спросила Эшкрофт. - DSO запрашивает совместную операцию. По «Соединению». Связались с Демпси час назад. Им нужен аналитик для координации. - Вчера это озвучили на совещании, я знаю. И? - И... Демпси предложил тебя. - Саманта сделала паузу. - Ты будешь работать с их агентом. Возможно, он в хорошей форме и с идеальной укладкой. Возможно, у него крутая тачка. Возможно, он твой знакомый... Грейс почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Та самая иллюзия спокойствия, которую она так старательно строила последние двенадцать месяцев. - Ты собираешься трахнуть его в этой командировке? Просто уточняю. На лице девушки вспыхнул румянец и она по-детски швырнула в Саманту папку с отчетом. - Спасибо, что озвучила мои дальнейшие планы на весь офис. Но, пожалуй, попрошу Демпси назначить кого-то другого, - сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Саманта подняла упавший предмет, и со взглядом "послушай, что тетя советует", озвучивает: -Он сказал, что выбора нет. Ты единственная, кто работал с материалами по делу Виктора Гидеона. Кто знает всю подноготную. - Я отказываюсь. - Знаю. - Саманта встала, поправила юбку. - Но придется. Брифинг завтра в десять. В здании DSO. Она вышла. Грейс осталась сидеть, глядя на закрытую дверь.

***

Квартира Грейс, Вашингтон 19:30, вторник Эмили делала уроки за кухонным столом, высунув кончик языка от усердия. Рядом стояла башня из книг - в основном про космос. «Тайны Вселенной», «Черные дыры и параллельные миры», «Звездное небо и его загадки». Эмили прочитала их все. Некоторые - по два раза. Грейс сидела напротив, проверяла почту. На стене висела фотография - они с Эмили на фоне парка, прошлым летом. Девочка смеялась, запрокинув голову. Грейс держала ее за руку. На другой фотографии, чуть дальше, — они втроем: Грейс, Эмили и миссис Паркер. Соседка настояла. Сказала, что в доме должны быть семейные фото. Отец Эмили в кадр не попал. Его не существовало. В свидетельстве о рождении стоял прочерк. - Мам, - сказала девочка, не поднимая головы. - Ты думаешь о Леоне? Грейс не нашлась, что ответить. Потому что ребенок был прав. Она смотрела в стену и думала. О том, как агент DSO стоял рядом, закрывая ее своим телом. О том, как он сказал: «Я доверяю тебе». О том, как он держал ее руки, когда она дрожала. О том, как он исчез после медицинского центра. Пара коротких смс. Плюшевый медведь для Эмили. И тишина. -Он хороший человек, - сказала Грейс. - Но у него своя жизнь. - Какая? - Ну... - девушка замялась. - Семья. Дети. Блондинки, требующие помощи на другом конце света. - А почему ты так думаешь? Потому что так бывает, взрослые люди обычно женаты. - А ты взрослая женщина, - сказала Эмили. - И ты не замужем. Спасибо за поддержку, Эмили. Оказывается купить красивое нижнее белье и научиться готовить спагетти в соусе недостаточно, чтобы быть замужем. Может, еще пройти психотерапию? Нет, я таким не занимаюсь. Она взяла телефон. Открыла чат, где сверху написано: "Леон Кеннеди" . Последнее сообщение от него было отправлено ровно год назад: «Как Эмили?» Она ответила: «Лучше. Спасибо за медведя». Он: «Хорошо. Спокойной ночи». Она: «Спокойной ночи». Все. Год молчания. Она закрыла чат и отложила телефон. Ребенок напротив сладко зевнул и потер глаза. -Кажется, тебе пора спать, милая. Эмили махает головой из стороны в сторону, отрицая свое состояние. Она открывает пошире глаза, чем заставляет Грейс засмеяться. Женщина подхватывает дочь на руки и укладывает ее голову себе на плечо. Заходит в детскую и включает ночник со звездочками. -Ты не останешься со мной? - девочка усиленно трет глаза. - Я доделаю отчет и вернусь, хорошо? Пусть тебе снятся яркие сны. - Хочу, чтобы приснился Леон. Черт, знает ли агент Кеннеди, какую гиперфиксацию на нем ловит эта семья? Может, через неделю она забудет о нем, год же не вспоминала. - Хорошо, пусть будет Леон. Грейс мягко улыбается и целует дочь в щеку. Дверь детской бесшумно закрывается. Квартира Грейс, Вашингтон 23:15, вторник Эмили уснула два часа назад. Грейс проверила ее трижды - первый раз, когда выключила свет, второй, когда услышала шорох в коридоре (оказалось, соседская кошка), третий - просто так, чтобы успокоиться. Дверь заперта. Окна закрыты. Сигнализация включена. Все как всегда. Она сидела на кухне, пила чай, смотрела в окно. Телефон лежал на столе, экраном вниз. Она не трогала его уже час. Завтра она увидит Леона. Завтра она будет сидеть напротив него в переговорной, смотреть на его руки, лицо, светлые глаза, которые она помнила слишком хорошо. Аналитик ФБР попытается сделать вид, что ей всё равно. Она взяла телефон, открыла чат. Последнее сообщение от него - «Спокойной ночи». Она пролистала выше, туда, где они обсуждали детали операции, где он спрашивал, как Эмили, где отвечала коротко, сухо, как будто разговаривала с коллегой, а не с тем, кто держал ее на платформе, пока она дрожала. Закрыла чат, положила телефон, встала. В спальне она закрыла дверь - на всякий случай, хотя Эмили никогда не просыпалась в это время. Села на кровать, сжала пальцы на коленях. Тело гудело. Она знала это чувство - напряжение, которое копилось днями, неделями, годами. С тех пор как он исчез. Грейс легла, закрыла глаза. Перед внутренним взором встало его лицо. Не то, которое она видела в отчетах — серьезное, сосредоточенное. Другое. То, которое было в коридоре, когда Леон смотрел на нее, прижимал к себе, шептал: «Не смотри». То, которое было после, в больнице, когда он стоял у двери палаты Эмили, держа в руках плюшевого медведя, и смотрел так, будто хотел сказать что-то важное, но не мог. Девушка провела рукой по животу, по груди, по шее. Ее пальцы дрожали. Она не делала этого давно - не потому, что не хотела, а потому, что боялась. Боялась, что будет думать о нём, не сможет остановиться. Слишком похоже на правду. Она представила его руки. Сильные, с толстыми венами и длинными пальцами, со шрамами на костяшках. Она помнила, как они держали ее за плечи, как гладили по спине, как сжимали ее ладонь, когда она дрожала. Смотри на меня, все будет в порядке, слышишь? Грейс почувствовала , как эти руки лежат на ней сейчас. Проводят по животу, поднимаются выше, сжимают грудь. Она выдохнула, чувствуя, как тепло разливается по телу. Она представила его голос. Низкий, хриплый, который шептал: «Не бойся». Который говорил: «Я здесь». Который спрашивал: «Ты уверена?» - Да, - прошептала она в пустоту. - Я уверена. Блять. Леон рядом. Он наклоняется и крепко целует ее в шею, в ключицы, в губы. Крепкие пальцы в грубой коже перчатки скользят ниже, под ткань пижамных штанов, касаются самого влажного места. Она закусила губу, чтобы не застонать. Эмили спала в соседней комнате, стены были тонкими. Женщина не могла позволить себе быть громкой. Но тело требовало большего. Пальцы двигались быстрее, ритмичнее, переодически касаясь клитора, она чувствовала, как наслаждение нарастает, как напряжение, которое она носила в себе несколько дней, начинает отпускать. Аналитик представила, что Леон говорит ее имя. Не «Грейс» - так, как говорят коллеги. А по-другому. Тихо. Хрипло. Грейс, хорошая, ты такая хорошая, ты так стараешься, Грейс...Как будто оно у него на языке уже год. - Леон, - прошептала она, и это имя вырвалось раньше, чем она успела подумать. Она кончила с тихим, сдавленным стоном, вцепившись в простыни. Тело выгнулось, пальцы замерли, и несколько секунд девушка просто лежала, глядя в потолок, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Потом она открыла глаза. В комнате было темно. Только свет от уличных фонарей пробивался сквозь шторы, рисуя на стенах неровные тени. Она была одна. Леона не было. Никогда не было. Видимо случайного секса, который был на корпоративе полгода назад, не хватает, чтобы воздержаться от покупок в магазине для взрослых. Она встала, прошла в ванную, вымыла руки. Посмотрела на себя в зеркало. Длинные волосы, растрепанные, падают на плечи. Бледная кожа. Тени под глазами. И губы, которые она закусила почти до крови. - Ты дура, - сказала она своему отражению. Девушка вернулась в спальню, легла на кровать, натянула одеяло до подбородка. Закрыла глаза. Перед внутренним взором все ещё стояло его лицо. Завтра она увидит его. Завтра агент Эшкрофт будет сидеть напротив, смотреть, и попытается делать вид, что ничего не было. Она почти не спала всю ночь.

***

Штаб-квартира DSO, Вашингтон 09:55, среда Здание DSO находилось в другом конце города - серое, неприметное, без вывесок. Грейс не была здесь год. Ни разу. Она избегала этого места, как избегала всего, что напоминало о нем. Она припарковалась на подземной стоянке, прошла через пост охраны. Внутри все было по-другому - строже, холоднее, чем в ФБР. Металлические двери, бетонные стены, никаких ковров или растений. Здесь не было места уюту. - Грейс Эшкрофт? — раздался голос с поста охраны. - Вас ждут. Третий этаж, переговорная В. Она кивнула, прошла через турникет, поднялась на лифте. В коридоре было тихо, только где-то вдалеке гудели кондиционеры. Девушка шла по длинному коридору, считая двери, и чувствовала, как каждый шаг дается ей с трудом. Переговорная В была в конце коридора. Дверь открыта. Она вошла. За столом сидел Леон. Он не изменился. Или изменился — она не могла разобрать. Все те же серые глаза, все те же руки, которые она помнила на своих плечах. Только волосы стали чуть короче и уложены по-другому, ему идет. Агент Кеннеди поднял голову, увидел ее. И замер. - Грейс, - сказал он. - Леон, - ответила она. Они смотрели друг на друга, и между ними было расстояние в три шага и год молчания. - Садись, - сказал он, указывая на стул напротив. Она села. Положила планшет на стол. Не знала, куда деть руки. - Спасибо, что согласилась, — сказал Леон, его улыбка вызывала только приятные эмоции. - Меня назначили, - ответила она. - Выбора не было. Грубо, Грейс, грубо. Он кивнул, и девушказаметила, как его пальцы сжались в кулак. - Я знаю. Я тоже не выбирал. Аналитик не знала, что это значит. Не хотела знать. Она открыла планшет, достала документы. - Давай к делу, какая у нас цель? Он смотрел на нее несколько секунд, потом тоже взял свои бумаги. - «Соединение» активизировалось. Мы нашли координаты одной из их лабораторий. Нужно внедрение. Аналитика. - Поняла, - ответила девушка. - Когда? - Завтра. Вылет в шесть утра. - Так рано? Мне нужно с кем-то оставить Эмили. Она встала, взяла планшет. - Грейс... Грейс, хорошая, ты такая хорошая, ты так стараешься, Грейс... - Я рад, что ты здесь, - сказал мужчина. - Я… скучал по тебе, - поперхнувшись и пытаясь оправдаться, добавил: - и по Эмили. Грейс посмотрела на него. На лицо, на глаза, которые смотрели на девушку так, будто она была единственной, кого он видел, а не предметом интерьера в его мире. Эшкрофт, решайся. - Ты женат? Он замер. - Что? - Твоя жена не против, что ты отправляешь на миссию с другой, более молодой девушкой? Молодец, Грейс, напомнила ему про статус и про разницу в возрасте. Интересно, рука агента DSO чешется, чтобы достать Реквием и пристрелить ей голову? Он смотрел на нее, и в его глазах появилось что-то, чего она не могла прочитать. Удивление? Смех? За секунду этот взгляд стал серьезным. - Это не имеет отношения к делу, у тебя проблемы с этим? - спросил мужчина. - Я думал, мы ладим. Она смотрела на него, и внутри нен боролись злость и облегчение. Она хотела кричать, уйти, может остаться. Мужчина вздохнул и провел рукой по волосам. Взял сумку и достал ключи от машины. - У нас есть работа. Давай сделаем ее. И потом…ты не ответила, как Эмили? - спросил он. - Вопрос не по теме. - Мне все равно. - Эмили в порядке. Спасибо за медведя. - Она его сохранила? На полке. Рядом с книгами про космос. Она кивнула и заметила, как лицо мужчины чуть расслабилось. На секунду - но она заметила. Грейс взяла планшет, открыла документы. - Лаборатория находится в старом складском помещении, — сказала девушка, и голос ее стал ровным, деловым. - Охрана - восемь человек, вооружены. Два входа, один запасной. Сервер в подвале. Он смотрел на нее несколько секунд, потом тоже взял свои бумаги. - Понял. Внедрение через главный вход? Прикрою отвлекающим маневром с южной стороны. Девушка кивнула и вернула планшет в сумку. На ее плечо легла рука. - Завтра в шесть, не опаздывай. Она развернулась и вышла.