Тени прошлого.

Я лежала в гробу, пыталась проснуться и принять всё как есть. Я боролась с его силами, боролась с ним, чтобы он дал мне проснуться. Чувствую запах крови Юки. Он поменялся, стал другим. «Канаме, что же ты сделал?» Я раскрыла глаза. Вокруг темнота, словно я где-то в пустоте. Я понимаю по запаху, что это не просто гроб. Это гроб Канаме. Единственное место, куда Ридо не сунется. Крышка гроба раскрылась, рядом стояла Арико. Она держала моё и своё орудие. Я присела. Оглядываюсь по сторонам, но тут всё чисто. — Мизуки, я ослушалась приказа Канаме, но он поступает неправильно. Я не готова мириться с тем, что ты должна проспать в гробу до смерти Ридо. Ты — наша надежда на то, чтобы прекратить это. — Мм, — пытаюсь прийти в себя, но не могу. Канаме слишком много выпил моей крови.— Сколько я спала? — Семь дней точно. — А где Зеро? — Я пыталась их остановить, я и Ягари, но они решили, что Зеро убил Шизуку, и посадили его под замок. На данный момент я не знаю, где он, что с ним и куда именно его посадили. — Что? — я резко встаю, пошатываюсь, но вылезаю из гроба. Голова как в тумане, я пытаюсь сообразить, что делать и где искать Зеро. — Ему придётся объяснить мне, что, чёрт возьми, происходит. — Арико протянула мне чистую одежду. Я надела юбку и поправила водолазку. Выйдя из нижнего этажа академии, я раскрыла дверь. Арико отдала моё оружие. На нас сразу же напала парочка вампиров класса Е. Одному я снесла голову, а второму вырвала сердце. В голове один вопрос: что, чёрт возьми, он себе позволяет? Я должна найти Канаме. — Мизуки! — я оборачиваюсь, Айдо счастливый бежит ко мне. — Ты жива! Я так рад тебя видеть. Я выставила руку перед собой, его лоб соприкасается с моей ладонью. Он вздохнул. — Сейчас не до этого. Где он? — Кто он? — Не делай вид, что не знаешь, о ком я. Где чёртов Куран? — Какой из? — Айдо тянул время и мои нервы. Я начинала злиться всё сильнее. — Если ты мне сейчас не скажешь, я клянусь кланом охотников: я тебе устрою самую красивую панихиду. Он сглотнул, отошёл к дивану и присел за него. — Канаме и Юки, они сейчас обходят академию. Зеро пока не видели. Но, возможно, он в северном крыле академии. Ректор перестраховался, сделал всё, чтобы Зеро, если сойдет с ума, умер в спокойствии… — Спасибо, но этому не бывать. — Я вышла и прикрыла рукой солнце, его лучи почти исчезали за горизонтом. Я разделилась с Арико: она — направо, а я — налево. В голову бил запах крови, крови всех вампиров, что здесь были. Не только класса Е. Я чувствую и её запах тоже. — Ты у меня получишь по лицу, чёртов Куран. — Я была зла. Я не знала, где Зеро, где Ичиру. Я спала неделю в чёртовом гробу. В его укрытии, сражалась с его сущностью и уговаривала, чтобы он выпустил меня. Он выпустил, ведь я раскрыла глаза, но за это он ещё получит. — А-а-а! — я услышала крики девушек, ректор устроил эвакуацию. Кажется, я проснулась вовремя: оказываюсь перед девушками и сношу голову вампиру. Тот превращается в пепел, а я смотрю на это, и во мне всё сильнее кипит ярость. — Мизуки-чан! — они обнимают меня. — Идите в ту сторону, их там нет. Найдите ректора и уходите. Живо! — Д-да, — они кивнули. Я отряхнула руки. Я чувствую её. Её запах стал другим. Я не поворачиваюсь к ней, но она смотрит на меня. Я уже знаю, что она хочет сказать. — Мизуки. — Тебе интересно, где я была, малышка Юки? — Да... — Твой возлюбленный запихал меня в гроб, чтобы я не выбралась отсюда. Возможно, меня пробудили бы уже в поместье. Как мило с его стороны. — Не говори так! Я уверена, что Канаме не хотел тебя обижать. Он хотел спасти тебя. — Спасти? Мне кажется, он хотел, чтобы я вообще не проснулась. А если бы и проснулась, то у нас в доме. — Я говорю правду. Я чувствую это. — Где Зеро? — Я не знаю, я сама его ищу. — Если найдёшь — зови. — Развернувшись, я пошла ей навстречу. Проходя мимо, я уже не чувствовала к ней того же, что раньше. Словно меня надломали или разбили. «Ты хочешь, чтобы я стала твоей женой, но почему-то выбираешь другой путь… Канаме». — Меня обманул человек, которому я доверилась. — Иду вперёд. По пути я спасла ещё нескольких девушек. Не чувствую запаха Зеро. Чёртов совет старейшин. Доверились слухам, даже не посмотрели, что будет. — Почему ты встала? — Этот голос. Обернувшись, я вижу его: он перехватывает мою катану, по его руке идёт кровь, а искры от разрядов окутали пальцы. Он хмурится, а я смотрю в его темно-вишневые глаза. — Почему ты избавился от меня? Ты это хотел сказать? — Я не хотел избавляться от тебя. У меня не было другого выбора, я бы пробудил тебя. — Почему я должна тебе верить? Где доказательства, что ты меня пробудил бы? — Мизуки... — Замолчи! Я не хочу слышать твои дурацкие отговорки. Может, я вовсе и не твоя невеста? Может, ты хотел меня Юки в жертву принести? Как это тело для тебя когда-то Ридо? — Он откидывает моё оружие в сторону. Его рука прижимает меня за шею к дереву. Вокруг нас повалило около трех деревьев, земля задрожала под ногами, я взялась за его руку. Он начал издавать рык, но это было не рычание волка — это было рычание зверя, что загнал свою добычу в угол и хочет её съесть. — Не смей так говорить, Мизуки. — А то что? Убьёшь меня? — Он наклонился ко мне, его рука всё так же сжимала мою шею. — Мизуки, как только мы вернемся в поместье, я накажу тебя за эти слова. — Он притягивает меня за шею к себе и целует. Я бью его по груди, пытаюсь вырваться из его хватки, но не могу — он сильнее меня. Кровь Канаме поступает в мой организм. Он обводит языком мой язык, его кровь окутывает меня. Я прикрываю глаза и сжимаю его плечи. «Почему мне нравится? Почему я хочу его поцелуев тоже?» Он отстраняется, его рука всё ещё на моей шее, но она уже не так сильно сжимает её. — Канаме... — Я смотрю в его глаза. Он отпускает меня, я упираюсь в дерево, откашливаюсь. Пытаюсь прийти в себя, но не получается. Благодаря его крови мне намного легче, словно я не была истощена им неделю назад. — Хорошая девочка, но я не настолько жесток к тебе. Зеро находится в северном крыле. Если поспешишь, ты сможешь найти его и помочь ему. Только знай одно: он не пил крови давно. Будь осторожна.Я отвожу взгляд. Канаме исчезает, а я иду в направлении северного крыла академии. Он там… Как же я хочу, чтобы он был там, а потом мы найдём Ичиру. Поможем ему, убьём Ридо и сможем… «Сможем?» По щеке стекает слеза, я касаюсь пальчиками губ. Я осела на колени и заплакала. Во мне бушует ураган эмоций, я плачу и бью кулаком по земле. «Как решить, кто мне дорог? Как, если я люблю двоих, но они принадлежат не мне… Зеро, Канаме…» — Мизу... ки, пошли. — Этот запах… Я поднимаю взгляд: рядом стоит Ичиру. Он смотрит на меня и улыбается, его рука прижимает бок. Я встаю. — Что произошло? Почему ты ранен? — я подхватываю его под плечо. Мы идём в одну сторону. — Знаешь… я совершил столько ошибок, что теперь не расплачусь ни с чем. — Он откашлялся кровью. Меня начало трясти от страха, что он может умереть. — Ты можешь выпить моей крови. Тогда ты будешь спасён. — Мы дошли до здания, Ичиру уперся в колонну. Я пытаюсь открыть двери, но не получается. — Сука… — ругаюсь я и с ноги выбиваю дверь. Она ломается на части. — Мизуки, если бы я не совершил ошибку, ты бы стала моей женой? — Ичиру…— Скажи честно, я прошу тебя. — Да, я стала бы твоей и Зеро женой. — Он улыбается, я снова хватаю его под плечо, и мы спускаемся вниз. — Зеро, это мы! Мы спасём тебя. — Ми... зуки… — Его снова сковали цепями, он склонил голову и смотрел в пол. Так как он пил мою и Юкину кровь, он мог спокойно держать себя в руках, без всяких приступов и припадков. — Ещё чуть-чуть... — Ичиру падает, а я вместе с ним. Зеро поднимает голову, он не верит своим глазам, что младший пришёл к нему. Он помогает привстать Ичиру. — Простите меня… я был глупцом, я думал, что… — Он зажмурился и откашлялся кровью. Я держала свою руку на его ране. — Пожалуйста, защити Мизуки, убей этого ублюдка и, главное, будьте счастливы… — Пожалуйста, Ичиру, не уходи! Мы… мы сбежим, у нас будет дом, будет свой клан и свои орудия. Мы продолжим дело наших родителей, а главное — я и Зеро… — Он закрывает мой рот рукой. — Прими это как есть, меня уже не спасти. Зеро, выпей всю мою кровь, стань сильнее. Стань тем, кто защитит академию и Мизуки. Ичиру падает на плечи брата. По моим щекам опять стекают слёзы, но они горячие. Они обжигают меня и мою кожу. Зеро кусает брата, а я отползаю в сторону. Я сижу на земле и чувствую, как она начала дрожать. Как дрожит это помещение… Как дрожу я… Глаза Зеро прикрыты, но я чувствую, как его сила набирает обороты. Выпив кровь брата, он поглотил не только близнеца, он поглотил и кровь Шизуки… Тело Ичиру рухнуло, его глаза были закрыты, а рука не шевелилась. Я подползаю к его телу, глажу его по лицу и по волосам. Капельки падают на его холодные щеки, но он не морщится. Он больше не моргает, как раньше, не улыбается, как тогда. — Мизуки, — Зеро стоит позади, его рука коснулась моего плеча. — Нам надо идти. Мы вернёмся за ним, я обещаю тебе. Я встаю… Мы выходим на улицу. Оборачиваюсь к Зеро, но не успеваю сказать и слова. Его губы накрывают мои, он прижимает меня к себе. Его рука поддерживает мой затылок, а вторая держит за талию. Я прикрываю глаза, мои руки коснулись его плеч. Наши языки сплетаются, я обняла его за шею. — Если он узнает… — Это уже не важно. — Он снова целует меня, а я не могу… Не могу выбрать, кого мне любить, с кем мне быть? С кем… — Ты перегибаешь, Кирию. — Канаме стоял напротив нас, а рядом с ним стояла Юки. Она отводила взгляд в сторону, я видела, что ей было это неприятно. — Канаме... — Колонну разносит вдребезги, она рухнула за нами. — Тебя это волнует разве? — Пожалуйста, хватит ругаться. Сейчас не то время, — Юки пытается разрядить обстановку.— Она всё равно поедет со мной. — Мне плевать, что тебе хочется, но она остаётся здесь. — Ты играешь с огнем, Кирию. — Прошу вас, хватит. Юки права, сейчас не время для этого. — Послушайте, Мизуки… — Юки поджимает губы. — поверь, я тоже не понимаю, зачем Канаме захотел, чтобы ты стала его возлюбленной. И не пойму… — Ты вроде сделал своей возлюбленной Юки. — Мизуки отдана мне, чтобы я защитил её от Ридо. — Выглядит иначе, Куран. — Хватит! — я встала перед ними, разводя руки в стороны. Они злятся, я тоже. Надо, что-то делать. — Нам надо убить Ридо. Если мы этого не сделаем, пострадают люди. Пожалуйста, давайте успокоимся. — Я оборачиваюсь к Зеро, но вижу Ридо. Он прижимает меня к себе, и мы исчезаем. На крыше академии холодно, повсюду песок и трупы людей, которых не смог уберечь ректор. Я смотрю на дядю: он стоит на краю крыши. Я приподнимаю юбку и быстро достаю нож, он становится катаной. Я сжимаю рукоять. — Моя милая Мизуки. Дочь… самой младшей из Куран. Нанами была великолепной. — Не смей произносить её имя своим языком! Я вырву твоё сердце. — Глупо, что ты так рассчитываешь на это, — он оказался передо мной. Его рука отбивает катану. — Глупая девчонка, сначала я заберу твою кровь, а потом — кровь Юки. — Канаме не позволит тебе, — шиплю я, смотря в его разноцветные глаза. — Он сделает это за меня. Его рука проходит сквозь моё тело. Я хватаюсь за живот и откашливаюсь кровью, падаю на колени. Упираюсь одной рукой в ледяной пол. — Такая же, как и отец. Едкая на язычок, но слабая по силе. — Он пинает меня в живот, и я отлетаю, приподнимаюсь. — Поверь, раз я не смогла, то сможет Канаме. — Ты знала, что он не ваш брат? Да? — Знала.— А знаешь, для чего ты ему? — он направился ко мне. — Чтобы убить тебя, отдать твою кровь Юки. Чтобы она была сильнее. А ты... — он поднял меня за волосы. — А ты изначально была здесь, чтобы продолжить род с моей стороны. Выстрел оглушает нас, он откидывает меня в сторону. Я ударилась о стену и скатываюсь на землю. Я смотрю в небо. «Слабая дура, лежала бы в гробу, а потом бы умерла». — Мизуки! — Юки подбегает ко мне. Она приподнимает меня, я смотрю в её глаза. — Ю… ки… — с губ течет кровь. В глазах темнеет, я уже не вижу разницы. Я запуталась… Зачем я вспомнила всё это…

***

Я лежу на земле, смотрю в звёздное небо. Тёплый ветерок ласкает мои волосы и кожу. Привстав, я огляделась. Я встала, прохожу вперёд: посередине моря стоит зеркало. Я иду в его направлении. Подойдя ближе, я вижу родную мать и отца. — Ты так повзрослела… — Мама кладёт руку на стекло, я прикасаюсь к ней. — Возьми мои силы, стань сильнее и убей того, кто проклял нас. — Мама… — Ты не одна, — на моё плечо ложится вторая рука, я оборачиваюсь. Перед собой я вижу приёмных родителей, они плачут и улыбаются. — Возьми наши силы. — Мама и отец начали растворяться, она нагнулась ко мне и поцеловала в лоб. — Я люблю тебя, мой цветок. — И я вас. — Слёз больше нет, они все выплаканы. Я не ощущаю того, что чувствовала раньше. — Мизуки, ты справишься… Я знаю, ты — моя гордость, дочь. — Отец протягивает мне своё оружие. Пистолет, как у Зеро… Знак? Он растворяется в воздухе, как и мама… — А теперь… — Зеркало трескается, моя родная мать обнимает меня. По её щекам тоже текут слёзы, я вытираю их. — Моя луна, моё солнце, я дарую тебе свою силу. Силу, что поможет тебе. При прикосновении к кому-то или выпив его кровь, ты сможешь переманивать на себя его фамильяров и его силы. Она прижимает меня к себе, я обнимаю её в ответ. Я впиваюсь клыками в её шею и пью. Пью долго и медленно, чтобы не нанести ей вред. — Я горжусь тобой… Передай спасибо Канаме… — Но… — Он правда пытался защитить тебя. — Она превращается в мелкие огоньки и возносится вверх. Я обнимаю сама себя, в мгновение мою грудь пронзает жгучая боль.

***

Я закричала. Прогнувшись, я сжала пол до крови. Из моей груди вырвались лозы винограда, а посередине расцвел ликорис. Я кричала от боли, что разрывала моё тело, но потом всё кончилось. Лозы обвивали всё, что видели. — М-мизуки? — Юки отползла подальше от меня. Мои ветви приподняли меня; мой правый глаз был закрыт одним цветком, а второй хорошо видел. — Где… он… — Юки показала в сторону леса. — Сиди тут. — Я направилась в ту сторону, куда она показала. Я слышала выстрелы и шум борьбы — почти близко, почти нашла. Лозы опустили меня на пол, я шла спокойно. Под ногами расцветали ликорисы, они обжигали всё, что видят. Они были нежные на вид и острые на ощупь. — Канаме, тебе не победить меня. Ты и Зеро слабы. — Деревья завяли и пали вниз. Я была в эпицентре драки. — Не смей... их трогать… — Мизуки? — Я посмотрела в его сторону. Мои лозы окутали его шею. Я не душила его, я наслаждалась его кровью. Канаме попытался подойти, но ликорисы обжигали его руки. Это не помешало ему подойти ближе. Он взял меня за руку и поцеловал меня в пальчики. — Моя красная королева. — Он отошёл в сторону. Ридо смеялся. — У тебя истерика, дядя? Боишься смерти? — Я? Аха-ха! Ты умрешь сегодня! Не я! Ты меня не убьешь! — Мои лозы обвили его тело и начали сжимать. — Не я, а он. — Я отошла в сторону, выстрел прошел насквозь. Канаме медленно подошёл и вырвал его сердце. — Спи спокойно, мастер. — Он сжал его сердце, и оно лопнуло в его руках. Ридо закричал и разлетелся на осколки. Ничего даже не успел сказать… Я начала приходить в себя, ликорис пропал, а лозы вернулись обратно в моё тело. Я подошла к Зеро. — Прости… я… — Он прикрыл мне рот. — Я так испугался, что ты умерла. Больше не пугай меня так. — Извини, — я отвожу взгляд. — Мизуки, я дам тебе время всё обдумать. — Я уже сделала свой выбор: я остаюсь здесь. Я поступлю в гильдию охотников, и тогда все, кто причастен, будут мертвы. Все, кто превращает людей в вампиров. — Я принимаю твой выбор, — он оказался около меня. Его губы накрывают мои, я прикрываю глаза. Наш последний поцелуй — страстный и горячий. Я чувствую, как он дает мне свою кровь. — Но знай: ты всё равно считаешься моей невестой. Я киваю. Он исчезает. — Мизуки, если ты… — я перебиваю его. — Нет, Зеро, я хочу продолжить наше дело. Я нашла себя… Я — Мизуки Куран. Рождённая под луной в чертогах клана Куран. Я — охотник из клана Кавагути. Я — это новое начало. Я стояла в ликорисах. Они обжигали мои ноги, но мне было всё равно. Я смотрела на закат, мои волосы развевал ветер. Я облокотилась на лозу. — Мизуки, — я обернулась. Зеро стоял позади, а в его руках было бездыханное тело Ичиру. — Мы похороним его на семейном кладбище. — Да, — я подошла к нему, легонько убрала с его глаза прядь волос. — Спи спокойно, мой милый «муж». Я обернулась. Я чувствовала её взгляд — взгляд непонимания и боли. Она не понимала, почему я ушла. Она не хотела признавать тот факт, что для Канаме я не просто сестра. Я — это он. Продолжение следует… Белых роз всю ночь кружат лепестки, Вспоминаются в моменты тоски Те дни, когда знали мы наши чувства без слов. Ночь, когда сбываются все мечты, Распускаются и пахнут цветы, Только снова больно от этих острых шипов.