глава 37 "Возвращение и прощение"

С помощью печати, которую Хуа Чэн нарисовал прямо на стене пещеры, Хари Ма переместилась с князем демонов во дворец Наслаждений в Призрачном городе. — Идём, гэгэ уже давно ждёт. — Он все знает, что было там? — подопечная остановилась перед дверьми в залу. Девушку колотила дрожь, но не от холода. — В общих чертах. — Ответил Хуа Чэн. — А последнее? — Хари Ма не хотела пугать наследного принца, помня о его впечатлительности. — Он же все равно поймет, потому что «по мне видно», как он говорит о происходящем со мной. — Поверь, того, что он знает, ему и так достаточно, чтобы понять. — Хуа Чэн толк-нул двери. «И спрашивать, надеюсь, не будет, — ответила мысленно ему ученица». Двери открылись, и Хари Ма с большим усилием заставила себя сделать шаг вслед за князем демонов. Но дальше, в большой зал резиденции призрачного дворца, девушка про-ходить не спешила. Она так и осталась стоять с опущенной головой, не поднимая глаз. Под-нять глаза девушка не могла по причине страха посмотреть на второго наставника после всего того, что произошло. — Ну наконец-то вы вернулись! — Се Лянь бросился было навстречу, но остановился, увидев в каком состоянии подопечная. И дело даже не во внешнем виде, хотя темно-синий халат, покрытый тонким слоем пыли шарма не добавлял, а скорее делал её похожей на статую. Дело было в том, что подопечная не подняла глаза на него. Руки девушка сцепила перед собой так сильно, что пальцы побелели и походили скорее на мраморные, чем на человеческие. «Ей страшно и она таким образом сдерживает себя» — считал мысленно состояние ученицы наследный принц. Хуа Чэн отошёл в сторону, чтобы не мешать. — Посмотри на меня, — попросил Се Лянь. Хари Ма покачала головой и еще сильнее сцепила руки. Тогда наследный принц взял ее руки в свои, отчего девушка дернулась всем телом, но шага назад не сделала, и присел так, чтобы лицом оказаться ниже лица девушки. Но даже при этом она отвела взгляд вправо, чуть наклонив голову. — Посмотри на меня, — ещё раз попросил Се Лянь, — честное слово, ничего не случится. Всё, что было возможно, и так уже произошло. Хари Ма оставалась неподвижной. — Мари, послушай, каждый из нас делал шаги, о которых потом жалел, — сказал Се Лянь. — но оставь это все в прошлом. Пусть даже это был шаг отчаяния. Подопечная посмотрела на наставника широко открытыми глазами: — Вы все знаете…— прошептала она. — Оставь все в прошлом. Принц встал и, воспользовавшись моментом, он фактически дотащил ученицу до ди-вана — та машинально переставлять ноги, находясь ещё частично в прострации после слу-чившегося в пещере. — Я не хочу быть обузой. — Тихо проговорила Хари Ма. — Не хочу приносить рас-стройства. — Как это пришло тебе в голову? — удивился Се Лянь. — Скажи, почему ты хотела это сделать? — принцу почти удалось расплести побелевшие пальцы девушки, но она никак не расслабляла кисти рук до конца. Хари Ма наконец-то заговорила спокойнее и перестала пытаться отводить глаза. — Когда я пришла в этот мир, — начала она, — со мной пришли два моих главных страха. Первый — это страх подвести родителей или наставников. В этом мире для меня это одно целое. У меня здесь никого нет больше. Вы приняли меня такую, какая я есть. Она сглотнула комок в горле и продолжила. — Второй страх — это невозможность контроля ситуации. И теперь для меня все слилось воедино. — И поэтому ты решила, что если будет некому расстраивать, то старшие будут жить спокойнее? — неожиданно дошло до Се Ляня. — Что лучше расстроиться один раз, чем старшие будут периодически нервничать? — Да… — девушка все еще дрожали, но уже меньше. — Глупая, — ласково произнес Се Лянь. — Всё как раз наоборот было бы. К тому же ты забыла про свою бессмертную половину. — Ты еще слишком мало прожила в нашем мире. — Продолжил Се Лянь. — Запомни: лучше расстроить и получить за это причитающееся наказание для исправления, а также извлечь ценный урок, чем так легко сдаться. Внезапно Хари Ма уставилась на Се Ляня: — Именно так говорил мне один из наставников — в моей прошлой жизни… Се Лянь улыбнулся. — Ну, значит, у него была такая же логика мышления. — Он наконец-то сумел рас-плести пальцы Мари. — Тебе нужно отдохнуть и прийти в себя. — А то тетушка Синь Янг в обморок упадёт, когда увидит, что с тобой сделалось, — прозвучало со стороны. Хуа Чэн ждал, пока они закончат объясняться и добавил: — Все уже готово. Вошёл управляющий Жэньань: — Звали, хозяин? — Проводи госпожу Хари во дворец Лотосов и проследи, чтобы она ни в чем не нуж-далась. — Слушаюсь, — поклонился Жэньань. — Подожди до завтра, — посмотрел Хуа Чэн на Хари Му. — А у меня все равно сил нет… — девушка покачала головой, — и там, надеюсь, не холодно. Она попыталась улыбнуться, но вышло как-то кисло. *** Проследовав за управляющим, Хари Ма дошла до дворца Лотосов. Снаружи здание выглядело трехэтажным, но внутри оказалось, что центральная часть — это холл, с подни-мающимися по бокам лестницами. На боковые площадки выходило в общей сумме четыре двери, а все простенки были покрыты фресками. Внимание сразу же привлекла та, что была на втором этаже напротив главного входа. На картине был изображён деревянный мост с фонарями, перекинутый через широкий ручей. На поверхности водной глади плавали цветы лотоса, лепестки которых имели окраску от белых и нежно-розовых до пурпурных оттенков. Каждая деталь фрески была тщательно проработана искусным мастером. Очертания моста и плавные изгибы лепестков делали картину настолько реалистичной, что хотелось прикоснуться к цветам. — Это же тот самый мост! — Хари Ма была потрясена, — мост, который я переходи-ла во время праздника фонарей. Остальные простенький были заняты тоже уже знакомыми пейзажами: первый этаж был расписан видами деревни Водяных Каштанов, боковые простенки второго этажа являли вид дворцов Небесной столицы в разное время суток — на восходе и закате, а середину третьего этажа занимал вид лесного массива в золотых лучах солнца. Изображения крыш дворцов оказались напротив друг друга, как бы символизируя цикличность этого мира. Рассветная фрески была исполнена в золотисто-жёлтых и ярко-оранжевых цветах. Крыши, покрытые глазурованной черепицей, переливались перламутро-выми и золотистыми оттенками, а изогнутые края напоминали крылья мифических птиц. Лёгкий утренний туман, окутывающий верхушки самых высоких частей дворцов, создавал атмосферу таинственности. Закатная фрески, напротив, была пронизана глубокими оттенками красного и оранжевого. Заходящее солнце отбрасывало длинные тени на крыши, подчеркивая их сложную архитектуру. Величественные силуэты дворцов казались несколько меланхоличными, ожидая наступление ночи. Тот, кто создавал все эти фрески, видимо, был непревзойденным мастером своего дела. Казалось, что фрески первого и второго этажа дополняли великолепие центральной залы, не только превращая дворец в произведение искусства, но и представляли нечто большее, для посвященного в их тайны. «Это же, по сути, хронология моей жизни, — Хари Ма стояла посреди центральной залы, — он все учел». Она как будто снова погрузилась в воспоминания, по которым бродила, находясь в пещере, но теперь картины заиграли еще более яркими красками и закружились вокруг в разноцветном водовороте. Не раздумывая, девушка села на пол, прямо там, где стояла. Об-хватив руками колени, она как бы завернулась в широкие рукава халата и предалась раз-мышлениям. Время шло, а она все сидела, не шевелясь, и думала о том, что, несмотря на все ошиб-ки и глупости, которые она делала, они переживают за нее и по-отечески заботятся. «Чтобы кто ни говорил, а я защищу их даже ценой жизни. Буду биться до последнего. Потому что кроме них в этой жизни никто не заботился так обо мне. Они дали мне шанс на новую жизнь. Се Лянь прав — я не имею права опускать руки, даже в таких местах, как та пещера» Хари Ма решительно встала, но тут организм, ослабленный почти двухнедельным пребыванием на горе, решил, что вертикального положения на сегодня было достаточно, и предпочел завалиться набок. Глаза добавили спецэффекты, показывая карусель движущихся картинок. Встреча с полом не произошла только потому, что Жэньань, предупрежденный Хуа Чэном, оставался в зале и успел поймать девушку уже у самого пола. — Госпожа, аккуратнее! Не надо так резко вставать. — Он поднял Мари и поддерживал ее под локоть, чтобы она хотя бы не падала снова. — Мне хозяин голову оторвет, если с вами что-то случится. — Ничего страшного, — Хари Ма попыталась изобразить бодрый вид, — просто немного голова закружилась. — Это, видимо с усталости. Простите, но у вас вид, как будто вы неделю в дороге бы-ли, причем пешком. Давайте я принесу поесть, а вы приляжете. Служанка пока почистит одежду. «Какой смышленый. — Устало подумала Хари Ма». — Эй, там! — позвал управляющий, и появились две служанки. «Это же Байюэ» — узнала одну из них Мари. — Ванну для госпожи и переодеться. — Служанки кивнули и быстро приблизившись, забрали гостью у Жэньаня, а тот ушел отдавать необходимые распоряжения. — Сюда, пожалуйста, — на первом этаже, оказывается, была еще одна дверь, кроме входной, которая вела в комнату с маленьким, но все же бассейном. «Ничего себе ванная! — только и успела подумать Хари Ма». Вокруг стояли столики с разложенными на них стопками тканей, расставленными какими-то баночками и прочими предметами. На вешалке висело что-то типа ципао , но посвободнее, и длинный халат нежно-голубого цвета, расписанный белыми птицами, похожими на журавлей. «Видимо, в это можно переодеться после купания. Красивый…» — последние мысли, которые Хари Ма четко помнила. Потом все было как в тумане. Горячая вода принесла расслабление и покой. Служанки сделали все необходимое и фактически одели засыпающую девушку, которая пыталась держаться из последних сил и не отключаться. Потом, присев на первом этаже на диван, она что-то съела из принесенного, или ее кормили — это уже не отложилось точно в памяти. Наконец, когда ее довели до спальни, она отключилась, едва сев на кровать. Служанки укла-дывали на подушки и укрывали уже, фактически бесчувственное тело. Вскоре ее дыхание выровнялось, и она погрузилась в глубокий, безмятежный сон. После того, как Хуа Чэн отправил Хари Му во дворец Лотосов, Се Лянь спросил с тревогой: — Саньлан, не слишком это было сурово по отношению к ней? — Се Ляня сильно ис-пугало последнее действие Мари, которое она попыталась осуществить. — Что было бы, ес-ли ты опоздал? — Я все равно бы успел ее поймать, но давай не будем больше об этом, хотя это моя вина. — Хорошо. Мне не дает покоя вот что, — Се Лянь решил озвучить вопрос, который его беспокоил с момента нападения на ученицу. — Как так вышло, что Мари вообще столк-нулась с этими демонами? Она же вокруг деревни пробежки делает, и они могли в любой момент ее подстеречь. - Рассуждал Се Лянь. — Слишком все подозрительно хорошо организованно. Откуда они знали, что она пойдет в это время, а не останется на празднике? Хуа Чэн задумался. — Мне это тоже показалось странным, — между бровями залегла складка, — недобитый демон сказал «я же не знал, что она ваша». — И будто подтверждая невысказанные мысли, Хуа Чэн припечатал: — Как будто кто-то навел их. — Кто-то может быть организатором? Но кому она могла помешать? — задумался Се Лянь. — Учитывая, что силы у нее мало, а искра еще слишком слаба. К тому же, она долго восстанавливает потраченную духовную энергию. — Вот оно — искра! — Кажется, Хуа Чэн понял, в чем дело. — Гэгэ, похоже, кто-то заметил появление искры в нашем мире. — Так значит, что она в опасности? — заволновался принц. — Но что делать? Не мо-жем же мы держать ее взаперти. Да и нам нужно периодически отлучаться, чтобы поддерживать порядок в нашем мире. А сама она еще не может защитить себя. — Значит, ей придется учиться пользоваться силой — подвел итог Хуа Чэн, — и чем быстрее — тем лучше. Но сначала, полное восстановление. — А затем тренировки для концентрации и точного управления энергией. Это я возь-му на себя. — Решил Се Лянь, — учитывая, что она может управлять материей — это то, что нужно для развития навыков. *** Примерно в середине ночи Хари Ма начала метаться во сне по кровати: ей снились кошмары. В одном из снов она стояла на каменном карнизе скалы. Пропасть разверзлась перед ней, зияя пустотой, грозя ее поглотить. Шаг за шагом она приближалась к краю карниза, ее сердце колотилось в груди, как испуганная птица. Она сделала еще шаг и полетела вниз в темноту. Служанка, ставшая свидетельницей происходящего, застыла в ужасе. Увидев, что происходит, она осмелилась потревожить хозяина: — Госпоже Хари плохо! Се Лянь рванул к двери, но Хуа Чэн остановил его: «Гэгэ, позволь мне самому». Войдя в спальню, демон увидел, как девушка мечется во сне, ее тело сотрясается от рыданий. Он сел рядом с ней, взял ее за руку. Внезапно Хари Ма заговорила во сне. Ее голос был тихим и прерывистым. «Нет... пожалуйста... не надо...» Хуа Чэн наклонился ближе, чтобы лучше слышать ее слова. — Я не хочу их потерять… — Мари, — тихо позвал он. — Я здесь. Но девушка не слышала его. Она была во власти кошмара. —Не оставляйте меня! — закричала она. — Я не хочу остаться одна! Хуа Чэн все еще держа ее за руку, попытался успокоить. — Я здесь, Мари, — сказал он. — Я и гэгэ всегда будем рядом. Но девушка продолжала кричать и плакать. Она была заперта в своем кошмаре, и даже Хуа Чэн не мог ей помочь. Он беспомощно смотрел, как подопечная страдает. Демон хотел утешить ее, но не мог. Он мог только сидеть рядом и ждать, пока кошмар не закончится. В процессе падения, в темноте она слышала знакомые голоса, но они звучали где-то вдалеке. Наконец, Хари Ма издала последний всхлип и затихла. Хуа Чэн вздохнул с облегчением, но продолжал сидеть рядом. Он знал, что кошмары еще не закончились, и хотел быть рядом, чтобы поддержать их с принцем подопечную. Внезапно дверь бесшумно отворилась, и в комнату вошел Се Лянь. Его лицо было бледным, а глаза полны беспокойства. Он подошел к кровати и тоже сел рядом с Мари. Он не хотел будить ее, но он также не мог уйти, зная, что она может снова погрузиться в кошмары. «Я посижу с ней, Саньлан — все равно уже не засну, — Сказал Се Лянь по духовной связи». Остаток ночи Хари Ма спала спокойно. Видимо, в сознании необходимо было закон-чить то, что могло случиться. И только после этого кошмар рассеялся.