Глава 38 "Новый год жизни"

Проснувшись, Хари Ма долго пыталась понять, где она находится. Эта комната была ей незнакома. «Новое место каждое утро — это становится вредной привычкой. — Решила девушка. — Нужно перестать бегать лишний раз одной без присмотра». Стены были выкрашены в бело-розовый цвет, а мебель и декор были выполнены в розовых и черных тонах. Создавалось впечатление, что комната была оформлена специально для нее. «Мне нравится, — оценила девушка. — Как будто под меня делали». Вдруг она вспомнила о виденных фресках в холле. «Личный дворец? — посетила ее догадка. — Да вы издеваетесь!» С непревзойденным демоном спорить было бесполезно — он был упрямее, чем кто-либо. «Это с Се Лянем я еще могла бы попытаться договориться, но нут — я пас». Пора была выбираться из-под одеяла и осмотреть дворец нормально, а не так как это было вчера, заваливаясь в обморок от усталости. Сейчас на девушке было длинное узкое платье, играющее роль ночной рубашки. Завернувшись в висящий на вешалке голубой халат, она обошла комнату и не нашла то, в чем вернулась из пещеры. «Вся одежда осталась у дома у тетушки, — Хари Ма не знала, что делать. — Может в других комнатах посмотреть?» Девушка не успела дойти до двери, как та открылась и вошла служанка: — Доброе утро, госпожа! Как ваше самочувствие? — Получше, чем вчера. Байюэ, а где моя одежда? — Хозяин велел отдать вам ее, если захотите, когда будете уезжать. А пока вы во дворце, — служанка подошла к одному из сундуков и открыла его, — все нужно здесь. Взяв верхний сверток, Хари Ма быстро закрыла крышку: — Пусть остальное будет сюрпризом. Развернув на кровати упаковку, она увидела комплект из дорогой блестящей ткани. «Нет, ну они издеваются! Ну сколько можно баловать? Вот возьму и зазнаюсь!» Черный халат, отороченный широкой красной лентой с черным узором, красно-черный пояс и юбка в цвет ленты на рукавах. «Цвета хозяина дома, — отметила Мари. — Показывает принадлежность для окружа-ющих. Нужно попросить, чтобы научили заклинанию смены костюма по желанию». — Вам помочь? — голос Байюэ вывел девушку из раздумий. — Да, — рассеяно ответила гостья, — если не трудно. Как только закончили с одеждой, Хари Ма собралась уже на выход. — Госпожа, это еще не все. А прическа? — А? Что-то не так? — Вы же не пойдете с одной косой. Гостья пожала плечами. — Вам сегодня выходить из дворца в город. — Терпеливо объясняла служанка. — Меня развеют, если я не сделаю все, как нужно. — Хорошо, — согласилась Хари Ма и попросила,— только косу не трогайте, а так что-нибудь простенькое можно изобразить — Я в любом случае не трогала бы косу, потому что там бусина-оберег. Хари Ма обомлела: в тонкую косу, которую она носила среди распущенных волос, была вплетена бусина из черного камня. «Оникс или нефрит, — подумала девушка. — Но когда он успел? Видимо, пока я бы-ла в пещере». Тем временем, Байюэ ловко заплетала волосы гостьи в сложную прическу, украшая ее лентами и шпильками. Хари Ма смотрела в зеркало и не могла поверить своим глазам. Она любовалась своей новой прической, созданной искусными руками Байюэ. Хари Ма никогда еще не выглядела так красиво. — Это простенькое? — удивилась девушка. — Да, госпожа, — ответила Байюэ. — Это самая простая прическа, которую я знаю. Гостья покачала головой. — Это не простенькое, — сказала она. — Это великолепно. Байюэ улыбнулась. — Я рада, что вам нравится, госпожа. Прислушавшись к внутренним ощущениям, девушка вспомнила: — Есть еще желание… — начала Хари Ма. — Да? — казалось, что служанка была готова угодить гостье во всем. — Можно завтрак? — растерянно улыбнулась Хари Ма. — А то так есть хочется… Байюэ, всплеснув руками, воскликнула: — Ой, госпожа! Я совсем забыла! Сейчас распоряжусь. — Служанка убежала за дверь. Хари Ма рассмеялась. — Все в порядке, — сказала она вслед. — Я не тороплюсь. Появилось время осмотреть дворец поэтажно. Спальня была на втором этаже. Напротив была дверь, ведущая в кабинет. Несколько шкафов в строгом стиле. Но особое внимание привлек стол из резного дерева. Не вычурно и очень изысканно. Присмотревшись, Хари Ма увидела, что ножки выполнены в виде каких-то зверей, выгнувших спину. Вид из окна уже был знаком: призрачный город с его фонарями.«А что на третьем этаже?» Выше оказались просто две комнаты без каких-либо указаний на их назначение: в каждой комнате была пара диванов, столик и несколько полок с различными вазочками и шкатулками. Открыв случайную шкатулку, девушка ничего там не обнаружила. «Видимо, со временем, туда можно будет что-нибудь положить, — пожала она плеча-ми». В одной из комнат ее привлек большой деревянный футляр, лежащий на подставке. «Хмм, а это что?» Внутри оказался струнный музыкальный инструмент длиной почти четыре чи. «Гуцинь??» Хари Ма задумчиво провела рукой по струнам, и они издали приятный мелодичный низкий перезвон. Это принесло успокаивающие ощущения не только от прикосновения, но и от самого звука. «Он заметил, что тогда мне понравилось больше всех звучание именно этого инстру-мента? Я точно помню, что ничего никому не говорила». Девушка еще раз провела рукой по струнам, но уже в определенном порядке. «Забавно, но в этом мире никто не знает, что я еще и на гитаре могу немного играть . Можно попробовать применить навык, правда, здесь семь струн, но приспособиться можно». Хари Ма так увлеклась попыткой вспомнить технику игры с перекладыванием на вариант со щипком, что не заметила, что Байюэ какое-то время стоит в дверях. — Все готово. Можете спускаться. «Надо будет как-нибудь спросить у Цан Шу книгу или свиток с описанием техники игры, — решила девушка, пока спускалась вниз. — Теперь будет культурный досуг, да и для успокоения нервов полезно». Внизу в холе уже поставили стол. Были принесены чай, рис и овощи. Гостья с аппетитом принялась за еду. Одна из тарелок была накрыта крышкой. Потакая любопытству, девушка тут же попыталась посмотреть, что под ней скрыто, но была остановлена служанкой. — Это лучше открыть последним, а то сюрприз испортите. «Вот зачем она сейчас так сказала? Я же теперь мучиться буду». — Хорошо, — согласилась Хари Ма, — потерплю. Как обычно, голод все испортил — попытка одинаково насладиться всеми порциями предложенных блюд провалилась. Сюрприз под крышкой оказался горкой округлых зеленых плотных кусочков цилин-дрической формы. «Да ведь это тот самый десерт, который мне больше всего понравился, когда я была у Се Ляня. Он еще сказал, что его редко кто много ест, потому что слишком специфический вкус». Вкус десерта напоминал фисташковый торт — даже в прошлом мире, откуда пришла Мари она не часто встречала любителей этого вкуса. — В меня столько не влезет, — Хари Ме было жаль потраченных трудов повара, — отложите половину на потом. После первого визита во дворец Сяньлэ девушке полюбился необычный зеленый де-серт, который небожители называли «Изумрудное облако». Несмотря на свой изысканный вкус, Изумрудное облако не пользовалось особой популярностью среди небожителей. Однако Хари Ма был без ума от этого десерта. Каждый раз, когда она приезжала во дворец наследного принца, она просила повара приготовить ей его. Повар, зная о пристрастии под-опечной принца, всегда готовил для нее этот десерт. Небожители вскоре заметили эту закономерность. Когда они хотели получить какую-нибудь помощь от юной лекарши, то отправляли своих слуг во дворец Сяньлэ, чтобы узнать, есть ли там «Изумрудное облако». Если оно было — это означало, что Мари прибыла, и же-лающие могли навещать ее, чтобы обратиться к ней. Этот своеобразный «код десерта» стал секретом среди небожителей. Они называли его «Зеленым сигналом» лекарши. Сама же Хари Ма долго не могла понять, как все узнают, что она опять во дворце Се Ляня. Наслаждение любимым десертом было тактично прервано тихим покашливанием: — Госпожа, — Жэньаню жалко было тревожить гостью, — меня отправили за вами. — Хорошо, идемте В центральном зале главного дворца Хари Му ожидали оба наставника. Увидев обоих, девушка поклонилась: — Извините, что задержалась. — Сегодня можно, — искренне и, неожиданно для Хари Мы, широко улыбнулся Хуа Чэн. — В смысле? — не поняла подопечная и подозрительно посмотрела на обоих наставников. — Ты забыла, какой сегодня день? — не понял ее вопроса Се Лянь. — Сегодня же праздник фонарей! Неожиданное напоминание наследного принца о празднике застало Хари Му врасплох. Она споткнулась, её мысли закрутило в привычный водоворот. «Прошел уже целый год, это же сколько я успела натворить за столь короткое время?» Хуа Чэн не смог удержаться от смеха, наблюдая за её реакцией. — Иногда мне нравится, что она пытается понять происходящее так, как делает это сейчас. — Прокомментировал демон. — В эти секунды она точно ничего не натворит. Сказанное вывело Хари Му из раздумий и она, притворившись сердитой, посмотрела на князя демонов, но потом не выдержала и рассмеялась. —Как всегда в точку, Князь Хуа. Я даже не заметила, как прошло столько времени. — Еще бы, — заметил Се Лянь, — в твоем случае либо ты сидишь дома в свитках, либо тебя нужно откуда-то вытаскивать. Бум! Ощущение такое, что стукнули мешком с рисом. — Я же не специально… — начала было подопечная, но увидев, что оба наставника смеются, добавила: — Смейтесь-смейтесь, зато жизнь с приключениями. Не удержавшись, она присоединилась к веселью. Хари Ма понимала, что Се Лянь прав. Из-за своей одержимости к учебе и чтению в целом, она настолько сильно отключалась от остального окружающего мира, что когда ока-зывалась в реальности, то попадала в неприятные, а как показали последние события и в опасные ситуации. Она все еще была не достаточно осторожной и по сути, вела себя как ре-бенок в глазах наставников. Да дух у девушки был боевой, но смелость, как в случае с напавшими демонами, зачастую была на грани с безответственностью. Когда все успокоились, Се Лянь продолжил: — Предыдущий праздник ты пропустила, так что это твой первый. — Гэгэ, по сути второй — поправил Хуа Чэн, — в первый она как раз и появилась. — Мост с фонарями. — Вспомнила Хари Ма. — Получается тогда, что сегодня нача-ло второго года жизни. Как день рождения … «Я же себе не записала день по местному календарю, когда я появилась тут. Значит будем считать по фонарям». — А раз день рождения, то должны быть подарки. — Простодушно сказал Се Лянь. «Нет! Они опять что-то придумали! — запаниковала мысленно Хари Ма. — Ну за-чем? И так пока все есть». — Мне просто любопытно, а что вы задумали? — аккуратно решила уточнить девуш-ка, — насколько я успела узнать вас обоих, то знаю, что все равно не угадаю. — То, что ты хотела сделать сама по возвращению в деревню. — Пожал плечами Се Лянь. — Я много чего хотела, — задумалась подопечная, — но это все рабочие моменты. — Вот и увидишь, — с хитрым видом сказал Хуа Чэн, — и да, ты сама все рассказа-ла, так что нам было проще это выполнить. — Когда я успела? — опешила ученица, лихорадочно пытаясь понять, что же она успела наговорить такого. «Что же они задумали? — любопытство и подозрение не отпускало девушку». — Когда ты спишь после интенсивной нагрузки, которую на себя взваливаешь, то иногда говоришь во сне, — отметил Хуа Чэн, подливая масло в огонь паники Мари, — в том числе и планы наперед. — Я — что?? — у девушки округлились глаза и сбилось дыхание, как будто она вле-тела на скорости в твердую стену. Чтобы не упасть, она вцепилась в ближайшую колонну обеими руками. «Сколько и чего я могла наговорить во сне? А если это что-то личное? — вспомнила она о Повелителе Земли». Отдышавшись, Хари Ма продолжила: — И много я, в целом наговорила? Надеюсь, все было приличное? — В общем, да,— уклончиво ответил Хуа Чэн. «То есть я что-то ляпнула все-таки?» — от этой мысли Хари Ма покраснела лицом и стала похожа на колонну, за которую держалась. А учитывая цвета ее одежды, девушку можно было посчитать второй опорой. — Если было что-то обидное, то простите, пожалуйста. — Наоборот, — поправил ее Се Лянь, — там было интересное мировоззрение и мыс-ли, которые зачастую бояться высказывать. — Все! Пощадите! А то сейчас надумаю бог весть что. — Девушка закрыла лицо ру-ками, пытаясь восстановить ритм дыхания. — В общем, увидишь сама. — Поставил точку в разговоре Хуа Чэн. — А теперь по-шли, потому что снаружи уже вовсю веселятся. Хари Ма и наставники вышли на главную улицу Призрачного города, где их встретили яркие фонари, музыка и смех. Праздник фонарей был важным событием для жителей всех трех миров. В этот день зажигали бесчисленные фонари, чтобы отпраздновать наступление нового года и почтить память умерших. Се Лянь, вечно занятый своими обязанностями, часто пропускал праздники. Но сейчас его нужно было посетить обязательно, хотя бы для того, чтобы подопечная не чувствовала себя одинокой и просто не потерялась бы в этом шумном празднестве. Праздник фонарей был в самом разгаре, и Хари Ма, все еще немного смущенная, поз-волила себе погрузиться в волшебную атмосферу. Продавцы предлагали сладости и игрушки. Праздничные огни, развешанные по всему городу, бросали разноцветные блики на мощеные улицы, превращая их в яркий калейдоскоп. Как только они вышли на площадь, пе-ред их глазами предстало восхитительное зрелище. Небо было усеяно бесчисленными фонариками, которые вспыхивали, как тысячи крошечных звезд. Под их мягким свечением демоны всех возрастов радовались и веселились. Хари Ма была в восторге. Она никогда раньше не видела ничего подобного. Ее взгляд привлекла группа демониц в ярких праздничных платьях. Они смеялись и кружились в танце, их платья развевались вокруг них, подобно языкам пламени. — Это так красиво! — воскликнула она. Они остановились у прилавка с фонариками и выбрали три: алый, золотой и белый. Хуа Чэн взял алый, Се Лянь — белый, а золотой взяла Хари Ма. Вместе они вышли на поляну, где уже собралась толпа. В центре стояли три гигантских фонаря, символизирующих благополучие, здоровье и богатство. Под громкие радостные крики они начали подниматься в воздух. Хуа Чэн зажег свой фонарь и поднял его в воздух. Се Лянь последовал примеру свое-го друга и запустил белый фонарь. Хари Ма стояла, не зная, что делать со своим фонариком. — Если загадать желание и написать его на фонаре, то оно обязательно сбудется, — сказал Хуа Чэн. Девушка написала на фонаре: «Я хочу, чтобы все мои близкие были счастливы». — Теперь отпусти фонарь, — сказал Се Лянь. Она отпустила фонарь, и он взлетел в небо, присоединившись к другим. Фонарики поднялись высоко в воздух, унося с собой мечты и надежды. Хари Ма наблюдала за тем, как они становятся все меньше и меньше, пока совсем не исчезли вдали. Девушка повернулась к Хуа Чэну и Се Ляню, ее сердце было наполнено радостью и благодарностью. — Спасибо вам, — сказала она. — Это была самая волшебная ночь в моей жизни. Хуа Чэн и Се Лянь улыбнулись ей в ответ. — Всегда пожалуйста, — сказал Хуа Чэн. — Счастливого Праздника фонарей.