Доигрался? Доигрался.

Двери квартиры открываются со звучным щелчком. Легкий скрип и клик выключателя разбавляет мирную тишину квартиры. Ключи со звоном приземляются на тумбочку у входа. Пальто на вешалку, обувь.. просто валяется у входа. Снова поворот ключа в скважине, на этот раз, чтобы запереть двери. Дазай неспеша проходит по коридору вперед. Резкий удар по голове оглушает его так внезапно, что Осаму даже не сразу понимает, с какой стороны его ударили.. Тело волочат за ногу, Дазай пялит ненавидящим взглядом в потолок... -Я притащил его. Связывайте Голос.. такой знакомый. Ах, да, точно.. это же Чуя Оглушение постепенно спадает. Придя в себя окончательно, Дазай обнаруживает, что в комнате он далеко не один.. Сейчас на него смотрят целых четыре пар глаз.. он знает всех этих людей, о блядь, он их прекрасно знает! Мори, Чуя, Куникида, Федор.. ? Это что, бредовый сон Дазая? Был ещё один человек, но он не смотрел. Его глаза были закрыты. Дзено. Тот ищейка садит со сверхчувствительными сенсорными системами.. И всех этих людей объединяет один единственный момент. Всем им, Дазай создавал дохуя проблем, и трахал нервы, как только было возможно.. -... Что вообще происходит.. это какая-то шутка..? Мори туго завязывает веревки на запястьях, чтобы зафиксировать руки за спиной, Чуя делает тоже самое, только связывает вместе лодыжки с целью, чтобы Дазай не убежал. Сайгику же облапывал досматривал Дазая на предмет того, что могло бы помочь ему сбежать , перерезав верёвки. Огай подал голос первым -Дорогой мой Осаму, подумай, что нас всех объединяет? К сожалению, Дазай знал, и знал слишком хорошо -Что вы хотите со мно- Его перебили, заткнув рот ладонью. На языке появился привкус дорогой кожи, значит это ладонь Чуи -Молчи и не рыпайся. Тебе же будет лучше, если не станешь сопротивляться и будешь хорошим мальчиком. Накахара и Мори отходят в сторону. Теперь над Дазаем нависает Федор с большими ножницами в руках -Здравствуй Дазай. Не думаешь, что мы достаточно родственные по своей сути души, чтобы отбросить твою игру? Ножницы режут одежду. Вскоре, Дазай вообще остаётся голым. -Твоя безалаберность меня поражает. Как ты, будучи таким идиотом, вообще до своих лет дожил Ещё один. Точно, Куникида... Ох, дерьмо Он снимал с Дазая бинты -о, кажется, этот шрам оставил я.. навевает воспоминания, правда, напарничек? Чуя провел пальцем по шраму на груди Дазая, прекрасно зная, что его от этого мурашит. Он взял Дазая за волосы и сжал их на затылке -Плюнуть бы тебе в лицо, да только не хочу опускаться до такой мелочной херни. У меня есть идея получше.. Чуя куда-то отошёл. Всем своим нутром Дазай понимает, что сегодня ему пиздец. -Ну что, Дазай-кун, ты готов понести наказание за содеянные грехи? Повязка из черной ткани перекрыла весь и так херовый обзор -я не- -тише. Тебе стоит быть более молчаливым. Мори надевает на Осаму кляп, вставляя резиновый шарик ему в рот -впрочем, это не на долго, не волнуйся. Кто-то закинул Дазая на плечо. Судя по всему — Чуя, ибо несли  его с потрясающей лёгкостью Тело приземлилось лицом в подушку. Осаму тут же взяли за волосы. Это точно Чуя. Пальцы в перчатках ведут по позвоночнику, но это не руки Мори.. -Твой пульс так подскакивает от одного единственного прикосновения? Кажется, ты действительно очень чувствителен.. О. ТВОЮ. МАТЬ. Дазай упустил одну очень важную деталь. Дзено не выйдет обмануть. А значит, соврать, что он не сильно то и против происходящего — тоже.. Он вычислит любую ложь. Не по сердцебиению, ибо его Дазай может и умеет контролировать, а по другим реакциям, над которыми даже он не имеет никакого власти. Осознание происходящего было, как ещё один оглушающий удар по голове. Где-то в подсознании, Дазай уже давно понял намерения тех, кто сейчас был здесь, но признаться в этом себе.. А тем более в том, что он и не то, чтобы против чертовой, блядь, оргии.. А что, это ведь хороший способ забыться. Да и, может, ему перестанут напоминать о некоторых совершённых грехах? Кто знает, кто знает.. в любом случае, сказать Дазай ничего не мог Потому оставалось лишь держать ухо в остро и ориентироваться на звуки Руки Дзено снова прошлись по позвоночнику, от этого пробивало на дрожь -тебя пробирает дрожью от простого прикосновения.. так забавно.. Шорох ткани. Кто-то снял что-то. Дазай не понимает, кто. Он не видит, он только слышит, что ничуть не делает ситуацию лучше. Чьи-то ещё руки оглаживают бёдра, поднимаясь выше к ягодицам -Чуя, подай мн- Не успел Мори договорить, как ему уже принесли смазку. Пока что Чуя, Федор и Куникида просто наблюдают Ну, так думал Дазай. Вскоре, послышался странно знакомый звук.. похоже на начало записи на камере Он не ошибся, его снимали -Я считаю, что нам необходимо запечатлеть такой момент. Голос Достоевского такой одновременно теплый и пугающий, что Дазай нервно сглатывает, особенно, когда до него доходит смысл слов Мори открывает бутылочку со смазкой и выливает на пальцы. Кажется, тот звук ткани был снятием перчаток. -Расслабься, Дазай, ты же не хочешь, чтобы я причинил тебе боль? Поза резко меняется, теперь Осаму сидит на коленях у Мори, лицом к нему, пока тот начинает очень неторопливо, словно специально, его растягивать -Ничего себе, ты умеешь испытывать стыд? Ты меня все больше и больше поражаешь, Осаму. В любой другой ситуации, Чуя бы уже пожалел, что решил перейти на имя Дазая вместо фамилии. Никто, даже Ода его так не имел права называть. Но сейчас, Дазай только и может, что пытаться спрятать стремительно краснеющее лицо и уши, уткнувшись Мори в плечо. Пока что, держать себя в руках и не издавать лишних звуков выходит довольно таки легко.. но, это ровно до того момента, пока зубы Чуи не впиваются Дазаю в шею, заставляя чувствовать отчетливо пульсирующую, тягучую, но такую сладкую боль.. Несдержанное мычание само вырвалось изо рта -мне кажется, что все же стоит дать нашему пленному право голоса. Чуя продолжает терзать заднюю часть шеи и плеч Дазая, Достоевский подходит поближе и становится с боку, он поворачивает лицо Осаму к себе, взяв за подбородок, второй рукой разбираясь с крепежом ремешка на затылке -Какое же ты грешное создание. Порок для тебя — естественная среда обитания, так ведь? Федор не ждал ответ. Он сильнее сжал лицо Дазая, наклоняясь ближе к нему и впиваясь в губы. Он не давал Дазаю даже ответить, просто заставлял задыхаться от своих действий. Так ещё бы ладно это, но это не единственная проблема Дазая. Укусы Чуи сменились засосами, от чего было ничуть не легче, пальцы Мори внутри специально давили на простату. Ощущения, боже, их слишком много, у Осаму уже мозги отключаться начинают. Фёдор, с превеликим удовольствием отстраняется от Дазая, смотря на то, как тот пытается отдышаться и отчаянно сжимает руки в кулаки, настолько, что ногти впиваются в ладони, оставляя следы. Так он пытается хоть немного себя заземлить. Не помогает. Федор присаживается на край кровати рядом с Мори, оглаживая живот Дазая кончиками пальцев -Ты довольно худой.. Ещё чьи-то шаги -Конечно. Этого идиота нельзя заставить нормально поесть почти никоим образом. Я вообще удивлён, как он до сих пор в обмороки не падает на каждом шагу Мори издал тихий смешок -Кажется, ты ничуть не поменялся, язва. О, это прозвище.. тело словно током ударило -хватит.. вас слишком много, я не- -Не начинай, ты и не с таким справиться в силах Куникида целует Дазая почти нежно, в отличие от Федора который не давал ни ответить, ни возразить. Это помогает немного успокоиться и отвлечься. Ровно до того момента, как Фёдор не припадает к груди, облизывая и посасывая соски, ладонями пересчитывая, отчётливо просвечивающие через тонкую кожу, рёбра. Дазай отстраняется от Куникиды и громко стонет, пытаясь ухватиться руками хотя бы за что-то -Хватит, пожалуйста! Голос срывается чуть ли не жалобный визг, когда тело очевидно приближается к оргазму -Ну уж нет. Так просто получить удовольствие у тебя сегодня не получится. Голос ищейки звучит у самого уха, как гром среди ясного неба Рука в перчатке пережимает основания члена, не давая сперме вылиться наружу, заставляя Дазая хныкать, выгнув спину А ведь только начало.. И далеко не самый пик стимуляции... Поза резко меняется. Теперь, Дазай распластан на кровати. Мори сел между его ногами, продолжая растягивать парня, наслаждаясь его нервной дрожью -Ну, ну, Дазай, перестань так сжиматься. Тебе же будет хуже, если не расслабишься  -М.. хватит уже.. я понял, что должен понести наказание за то, что портил всем вам жизнь! Но я не.. Его перебивает Чуя, затыкая поцелуем. Голос Дзено звучит где-то сверху -Не пытайся нас обмануть. Дазай, будь ты против, мы бы уже давно лежали без сознания и, возможно, со свергнутой шеей. Он сел рядом головы Дазая, сбоку, когда Чуя отлип от его губ -Ты получаешь от этого удовольствие. Воистину дитя смертного греха... Потому, если не хочешь обратить на себя гнев Божий, будь послушным и не пытайся врать После этих слов Федор, судя по всему, прилег. Теперь его голова лежала на тазовой кости Дазая - Такой грязный и грешный.. интересно, сколько тебе нужно вознести молитв, чтобы все твои грехи были отпущены? Горячее дыхание опаляет уже ноющий от возбуждения член -Ты такая сволочь, Дазай. Просто невыносим. Сильная рука Чуи ощутимо сжимает горло Дазая, от чего тот хнычет. Боже, чуя все таки понял, что ему это нравится, тогда — когда держал за горло в пыточной Портовой Мафии, и угрожал ножом. Хотя Дазай скрывал это всеми силами...значит ли это, что Чуя знает все те слабости, которые он мог проявлять в течении напарничества с Чуей.. Чей-то язык скользит по шрамам на теле..выходил это Куникида. Он единственный, кто был не занят.. Говорить в такой ситуации возможным не представлялось, Осаму мог только: хрипеть, стонать, скулить и хныкать, дрожа всем телом. Ему в щеку что-то ткнулось..подозрения не упели развиться в полноченную мысль,так как с глаз сняли повязку -Давай. Я хочу увидеть, как на твоих глазах наворачиваются слёзы, пока я буду толкаться тебе в глотку. Осаму не успел ничего возразить. Сайгику взял его за волосы и повернул голову на себя, насаживая ртом на свой член и толкаясь в рот, сразу вгоняя до упора, начиная двигаться. Не стоит забывать, что ищейка ещё и садист.. Ну, а Дазай — мазохист. Эта боль в горле и недостаток кислорода ему даже нравились. Он закрыл глаза, на которых уже навернулись слезы, ибо так спокойнее. Руки Чуи теперь ощущались на груди, пальцы оглаживали кожу вокруг сосков, намеренно не трогая сами соски. Губы же продолжили терзать шею, не смотря на то, что там и так не было живого местечка. Параллельно тому, как его долбили в рот, Фёдор все же соизволил от подразнивания изнывающего члена дыханием, перейти к полноценному минету Он делал это медленно, дразняще, но все ещё приятно Дазай уже был на грани, слишком много ощущений.. Умелые пальцы Мори внутри, которые в нужный момент давят на простату. Губы и язык Куникиды, который выцеловывал и вылизывал каждый шрам, на измученном жизнью теле, горячий рот Федора, его, что удивительно, ведь он презирает любой грех, умелый минет. Руки Дзено, сжимающие волосы на затылке, ощущение заполняющей глотку горьковато-соленой и горячей спермы. Руки Чуи, которые ласкают соски, и боже, он точно знает, как это делать правильно, потому что Дазая буквально мурашит от каждого движения. Его зубы, впивающиеся в кожу, уже и так истерзанную засосами и глубокими укусами. Этого слишком много. Конечно же, Дазай кончил, громко застонав, все ещё с членом во рту. Федор был очень не доволен, но деваться некуда, пришлось глотать, хотя вкус ему совсем не понравился... Хотя, чувствуя, как тот слизывает остатки с полового органа...Дазай  уже сомневается Нехотя, Дзено выходит из рта Осаму, за губами которого тянется ниточка из слюны и спермы. Чуя, без всякого сомнения и брезгливости повернул голову Дазая к себе и, что уже привычно, взяв за волосы, поцеловал. Его вообще не смущал факт того, что сейчас во рту Дазая все ещё оставалось немного чужой спермы.. кажется, этот факт наоборот его заводил. Да и не только его. Кажется, этот жест очень понравился всем. Когда Накахара нехотя, чего не скрывал, отстранился от губ Дазая, его почти тут же поцеловал Федор. Ощущения собственной спермы с чужого языка было ужасно странным, но безусловно возбуждающим. Вскоре, Осаму дали передышку буквально на минуту, пока производилась смена позы и другие манипуляции Куникида закрепил две довольно массивные цепи на трубе отопление, которая была очень удачно расположена. Натянув цепи, Чуя, при помощи своей способности, скрепил две в одну, раскрыв одно из звеньев, которое уже по средствам карабина прикреплялось к наручникам Дазая, удерживая его руки в воздухе. Сзади звякнул чей-то ремень. Осаму повернул голову, но Мори, стоявший перед ним, схватил его за волосы и повернул назад -Не отворачивай голову, когда я стою перед собой. Пощёчина. Оо.. как же Дазай по этому скучал. -А вы, как я вижу, все ещё обожаете раздавать пощёчины, Мори-сан..) -Ох, вижу язык у тебя развязался.. чтож, жаль, что твой рот не занят совсем не на долго. Сзади кто-то пристроился. Головка члена дразнила, а потом этот кто-то начал входить.. Дазаю казалось, что в него входит чертов фонарный столб. Но это всего-навсего был член Чуи, который теперь заполнял тощую задницу Осаму Подумать только.. с ним творят такие вещи А он совершенно не против. И даже за. Чуя двигался специально медленно, но входил как можно глубже, Дазая аж дёргало -ты только посмотри как тебя ведёт от одного члена в заднице.. интересно что же будет если в тебе их окажется сразу два) Ответа на риторический вопрос Мори и не ждал. Вместо этого он снял штаны вместе с бельем и, взяв свой член у основания провел головкой по губам Дазая -ты знаешь что делать, надеюсь ты так же хорош в минете как и раньше.. Снова не дожидаясь ответа , Огай взял парня за лицо, надавил на челюсти и толкнулся ему в рот. Дазай был специально прикован именно так, чтобы его рот находился на уровне паха стоящего перед ним Глаза застезились, но в противовес на лице появилась улыбка, не смотря на то что Огай сразу же начал двигаться, а Чуя решил что тоже, пора бы вытрахать из Дазая всю дурь и сознание уже понемногу отлетало.. Все не может стать ещё хуже? Лучше? Дазай не знает. Ему вроде и нравится, но он вроде так устал.. -М, кажется тебе слишком хорошо,надо это исправить) Снова этот чертов ищейка. Давай что-то мыкнул, но все равно сделать ничего более он бы не смог В его уретру медленно ввели зонд, обильно смазанный густой смазкой, и теперь садист буквально трахал Дазая металлической палочкой, заставляя дрожать и метаться -А ну не дёргайся! За это ему неожиданно отвесили смачный слепок по ягодице. Так ещё и это был Куникида, а с его тот тяжёлой рукой.. Неожиданно ещё и Федор выполз, ну кто бы блядь сомневался -тебя имеет как только возможно а ты только удовольствие от этого получаешь.. ты по истине грешен. Ещё один шлепок -за все твое блядство на работе. Теперь соски украшали надетые Достоевским зажимы, скреплённые вместе цепочкой. Фёдор немного поднастроил их и взял в руки .. скальпель -Мори сказал что у тебя есть медицинский фетиш... Это правда? Тыльная сторона медицинского прибора вычерчивала узоры на позвоночнике. От контраста холодного метала и разгорячённой , влажной и солёной коже Дазая дёргало Ощущений слишком много, он перегружен.. одновременно член во рту и заднице, трахающий уретру металлический стержень,приятно-болезненные шлёпки уже не рукой, ремнём, и до дрожи в коленях приятных контраст температур, вместе с возбуждающей мыслью о том что это медицинский скальпель. Вскоре Мори кончил Дазай в рот и заставил проглотить все до последней капли, отвесив Дазаю звонкую пощёчину за то что капля стекла с уголка губ Теперь Мори отошёл в сторону.. точнее к Чуе О, твою, мать. Осаму почувствовал как его растягивают снова, не смотря на то что в нем УЖЕ есть один член -вы же не собираетесь войти в меня вдвоём? Сквозь хрипы,стоны, всхлипы,вскрики,мычание,скулеж и хныканье спросил Дазай.. хотя он уже знал ответ. Достоевский переместился к его лицу, забрав скальпель с собой -ты же в курсе что все это снимается на камеру?)скоро вся Йокогама узнает, какая же Дазай Осаму на самом деле нуждающаяся блядь. Дазай осмелел и плюнул Достоевскому прямо в рот -Делай что хочешь.. не я все это нача-.. АХ!.. Все ещё сквозь бурю неразборчивых звуков удовольствия прошипел Дазай, вскрикнув, чувствуя как Накахара спустил прямо в него. В животе горячо .. Дазай пока не определился, нравится ли ему это чувство или нет Достоевский брезгливо скривился и схватил Дазая за шею, придушивая -ах сукин ты сын.. ну ладно, дерзость тебе к лицу) Достоевский был ещё грубее чем Мори когда имел рот Дазая, к тому же он постоянно то и дело тянул цепочку которой были соединены зажимы на сосках Дазая, заставляя того закатывать глаза и захлёбываться в удовольствии. Шлепки становились все жёстче. Потому Мори остановил Куникиду, и сказал ему что-то на ухо, чего никто не услышал. Тот кивнул, отошёл, и через время вернулся с красной , подожённой свечой. Она состояла из более легкоплавкого воска, потому ожоги будут не серьёзными.. если вообще будут Теперь поиметую задницу Дазая украшали капли красного воска, заставляя того дёргаться. Вскоре в анусе Дазая был уже не один член, а целых, мать его два. Рот освободили, но не на долго. Пока Мори и Чуя не двигались, давали Дазаю привыкнуть чтобы не травмировать внутренности. Потому он смог отдышаться и снова стал дерзить За что в его глотке было уже два члена.. это было пиздец как тяжко. Дышать через нос, держать зубы в стороне и расслаблять глотку просто нереально. Когда Чуя и Мори начали медленно входить а потом резким толчком входить снова и до упора сознание Осаму все. Оно опустело, и теперь тело было лишь послушной секс-куклой. В награду за это уретральный зонд вытащили, и Дазай смог наконец-то получить оргазм. После него он очень медленно приходил в себя, осознавая что происходит, но прожолжая работать ртом. Единственный свободный сейчас был Куникида, потому именно он крупным планом снимал как Дазай давится сразу двумя порциями спермы, как снова кончает, бьётся в истерике от удовольствия, как стерлись почти до крови тонкие запястья скованные наручниками,как закатываются его глаза. Как раскраснелись ягодицы, по которым с особой "любовью" били ладонями и ремнём. Ну и конечно же то как в парне двигалось сразу два члена, трахали Осаму с особенным удовольствием и садизмом, ведь именно Чуя и Мори пострадали больше всего от его выходок. Конечно же спустили они оба в Дазая. Тот уже почти вырубился, когда наручники были сняты. Запись выключена, все сидят на кровати возле него Осаму сорвал голос. Он не может говорить .. желудок полон чужой спермы что явно не очень хорошо. Во рту усе ещё солоновато-горький привкус. Огай осторожно обрабатывал ссадины на руках и следы пощёчин на щеках. Куникида снимал,успевшие натереть ноги веревки, Чуя позже мыл Дазая. Дзено отдирал капельки воска с кожи, а Достоевский отвлекал от легкой боли из-за перекиси своим спокойным и холодным голосом Дазай не помнит как он заснул Зато теперь всегда как ему хотелось что-то вытворить, ему вспоминалось горячее ощущение в желудке и привкус спермы на языке. Теперь он думает дважды. Но все равно продолжает порой вытворять лютую дичь Ведь без этой дичи, он не будет являться собой.