На той стороне телефона

Арсений Сергеевич Попов был самым молодым генеральным директором авиакомпании K4 Airlines. В свои тридцать два он занимал должность уже восемь месяцев, и за это время доход компании увеличился на пятнадцать процентов. Стресса, конечно, хватало, поэтому Попов нашёл для себя интересный способ с ним справляться — секс по телефону. Обычно ему хватало десяти минут разговора, чтобы быстро сбросить накопившееся напряжение и вернуться к работе. Его собеседники были все как на подбор — ласковые, нежные и послушные. Но сегодняшний разговор немного выбил его из колеи. Во-первых, мальчишка на том конце провода начал шептать и говорить что-то про историю древнего Рима, а во-вторых, его голос... Он был настоящим. Не искусственно страстным, как у остальных операторов, а живым. Будто его собеседник действительно испытывает желание, закусывает губы и томно стонет. Арсений настолько заслушался этим голосом, что просто не смог сфокусироваться на обычной дрочке. С ним не хотелось по-быстрому, с ним хотелось размеренно и для удовольствия. Возможно, поэтому он отправил студента доучиваться на его парах и перенёс разговор на вечер. Несмотря на возникшее возбуждение, он сейчас не мучился, оставшись неудовлетворённым, а приятно томился в ожидании вечера. Арсений оказался в квартире в половину восьмого, принял душ и расположился на диване в одном халате, поглядывая на часы. За прошедший день он промотал в голове будущий разговор десятки раз и надеялся, что получит желанное спокойствие после сессии с этим парнишкой. Ровно в восемь он набрал в приложении номер, и голос на том конце провода ответил уже после второго гудка. — Слушаю, — снова шёпотом. Антону хотелось подразнить мужчину. — Опять на парах? — усмехнулся Арсений, прикрывая глаза. Хотелось полностью погрузиться в разговор. — Нет, просто жарю картошку, — ответил уже обычным голосом Шастун, открывая крышку, чтобы собеседнику было слышно шкварчащее масло. — Я, значит, ждал разговора с тобой, а ты решил поесть? — притворно возмутился Арсений, но на душе сразу стало тепло. Он будто почувствовал запах жареной картошки, и захотелось быть рядом с этим парнем, обнять его со спины, пока он помешивает еду. — Меня задержали в универе, и я не успел поесть, — оправдался Антон, выключая плиту и отставляя сковородку на другую конфорку. — Но я уже свободен. Что хотите со мной сделать? — его голос перешёл на бархатный хрип. — Честно говоря, сейчас я хочу, чтобы ты налил себе стакан холодного молока и поел, — честно ответил Арсений, улыбаясь. Антон закусил губу и посмотрел сначала на стол, где уже действительно стоял стакан молока, потом на сковородку, где только что поджарилась картошечка с луком — такая золотистая, с корочкой. — А Вы у нас фетишист, Арсений, — выдохнул Шастун. — Не знал, что существует фетиш на картошку с молоком. — Садись и ешь уже, — послышался мягкий приказной тон. — И расскажи, как прошёл день. Арсений удобнее устроился на диване, подкладывая под голову подушку. Он хотел физического расслабления, но, сам не понимая, как, получал моральное. Уже в моменте стало так тепло от звуков жареной картошки и мысли, что кто-то будет просто есть на другом конце провода. Кому-то будет хорошо. Это грело. — День прошёл, и ладно, — откликнулся Антон. Послышался звук посуды, он положил себе еду и сел за стол, ставя одну ногу на табуретку. — А как у Вас? — Мы вроде перешли на ты, — поправил его Арсений. — Много работы, много документов, много решений. И ждал нашего разговора. — Прямо ждали? — Антону было приятно, что мужчина на том конце провода хотел снова поговорить с ним. — Нетерпеливо, — тихо прошептал Арсений. — Сначала думал, что трахну тебя на всех мыслимых поверхностях, но теперь мне нравится слушать, как ты ешь. От подобного откровения Антон подавился и закашлял, после чего покраснел. — Вы странный, ты… — тихо прошептал Шастун. — Это говорит мне человек, который виртит, сидя под партой на лекции по истории, — парировал Арсений. — Это была необходимость! — попытался оправдаться Антон. — Я забыл переставить режим активности и был вынужден принять звонок, чтобы не получить штраф. — Ну, допустим, я вынужден слушать, как ты ешь, чтобы ты не был голодным, — усмехнулся Попов. — Хотя после этого мои планы остаются в силе. — Кажется, еда в горло не лезет, — Антон сделал вид, что стучит по груди, а после снова отправил вилку картошки в рот, улыбаясь. — О, неужели я настолько противен тебе? — удивился Арсений. — Я никогда вас… тебя не видел, чтобы знать, противный ты или нет, — пожал плечами Антон, понимая что Арсений всё равно этого не видит, но, вероятно, чувствует. Он отпил молоко и отставил пустую тарелку от себя. — Я поел. — Хочешь, я скажу тебе свою фамилию, и ты загуглишь? — неожиданно предложил Арсений. Если бы его начальник службы безопасности узнал о таком предложении, даже генеральный директор получил бы выговор. Разглашать настоящее имя в сексе по телефону — глупость. Но студенту хотелось доверять. Антон задумался. Такое мог предложить только очень уверенный в себе мужчина, красивый, да и по голосу Шаст был уверен, что тот хорош собой. Но как же конфиденциальность? Если бы один из них узнал о другом больше, куда всё это могло бы вылиться? Может ли из случайного звонка возникнуть что-то большее? Определенно, нет, поэтому, покачав головой, Антон ответил: — Не думаю, что это хорошая идея. — Знаю, — согласился Арсений. — Тогда зачем предложил? — удивился Шаст. — Надеялся, что ты согласишься, — спокойно сказал Арсений. — Если бы ты знал, кто я, возможно… — Арсений, — цокнул Шастун. — Без «возможно». Вы позвонили, чтобы подрочить, — Арс поморщился от грубого слова, хотя сам такое говорил пару минут назад, — и Вы всё ещё тут, только потому что так этого и не сделали. — Думаешь, в этом всё дело? — Попов был расстроен слишком рациональной мыслью парня. В моменте он действительно верил в нечто большее, чем просто в разрядку. — Думаю, да, — кивнул Антон. — И я готов перейти к тому, чтобы ублажить вас. Арсений глухо рассмеялся. Он чувствовал, что надо сейчас расслабиться и получить удовольствие, но не мог собраться. — Не сегодня, — произнес Попов. — Я позвоню завтра в восемь, — голос строгий, приказной, — будь готов встать на колени. И после этих слов малодушно бросил трубку. Сердце загнанно стучало в груди, а он не мог успокоиться. Завтра. Он решит эту проблему завтра. Антон посмотрел на экран телефона, откуда раздавались короткие гудки, и улыбнулся. Он ещё раз услышит голос Арсения. И на этот раз будет готов.