Своя в чужом отражении...

Проснулась Луз от резкой боли в теле. Она открыла глаза и хотела позвать кого-то, чтобы ей сделали укол, однако крик застыл комом в горле. За окном была тёмная ночь и яркие звезды были видны через окно. Однако она так и не поняла кто она и почему в этом теле. Хотелось скорее поправиться и встать с кровати. Боль сковала всё, пошевелиться было невыносимо. Ноги и вовсе отказывались слушаться. Правая рука была в гипсе, на голове так же были бинты. Луз прикоснулась здоровой рукой в лицу. Нос был вроде ровным, на лбу был ёжик из волос. Она попыталась оторвать один и посмотреть их цвет. Однако они были слишком короткими, чтобы что-то с ними сделать. Далее рука нащупала ухо. Оно было с проколом, не сильно оттопырено от черепа. Значит можно носить серьги. Далее рука нащупала специальный гипс на шее, а после Луз прикоснулась к груди. "Боже у меня что такие странные соски.. М.. И чувствительные? Ладно, сейчас не об этом.. По крайней мере я не лопоухая, с ровным носом, а ещё я лысая. Ну у меня также явный недостаток веса.. Я не толстая.." Носеда погладила себя по плоскому животу. Боль разрывала всё тело, видимо укол перестал действовать. Она увидела как на стуле уснула её мать. Она стала внимательно осматривать женщину. На вид ей было около 40-50 лет. Телосложение было средним, волосы коричневые, собраны в пучок с двумя прядями наружу, на лбу пару морщин. Женщина явно уснула, читая новостную газету. На ней была светло-голубая рубашка и такого же цвета брюки. Кожа была смуглой, Луз посмотрела на свою руку. Одинаковый цвет.. На ней были очки с красным верхом, в ушках синие серьги. "Мне разбудить её? наверное это как-то невежливо.. но ведь мне плохо, я не могу спать.. "Ты обязана уважать, ценить и оберегать мою мать!" Прозвучал голос в голове. С чего бы вдруг я должна вообще её уважать.. И любить... "если ты нарушишь обязательство ты умрёшь!" Так, ладно, хорошо.. Ценить и беречь буду, уважительно относиться тоже буду.. Если конечно она не будет меня бить.. Надеюсь, что не будет.. А если будет?.. Хотя она не похожа на деспота и тирана. А где мой папа запропастился? Дочь в больнице при смерти, ему хоть бы хны. Видимо мы с ним не живём? Ладно эти факты мы узнаем попозже. А сейчас нужно разобраться с болью." Луз попыталась пошевелить ногами. Они затекли от долгого нахождения в одной позе, но быстро поддались. Побежали неприятные мурашки, однако подросток продолжала шевелить или, разгоняя кровь по мышцам. Спустя некоторое время ноги пришли в относительную норму. Луз попыталась подняться, оперившись одной рукой об кровать. Попытка не увенчалась успехом и она шумно вздохнула на глаза навернулись слёзы. На шум проснулась Камилла. - Луз, что такое? Что болит? - подошла она к постели и взяла дочь за руку. -П.. плохо.. Боль... Ног-ги.. Г... голова... - расплакалась девушка от бессилия своего положения и от непривычности своего грубого голоса, а также от того, что она и двух слов связать не может. Язык словно не поворачивался и не получалось выговаривать элементарные буквы. - Моя девочка, сейчас я позову доктора и тебе сделают укол, не плачь, я рядом с тобой, - поцеловала она дочь в щёку и пошла из палаты. - Н..наказание! туп-пое.. С.. создание-е. - продолжала тихо плакать Луз, оставшись в одиночестве, пытаясь выразить словами хоть какую-то эмоцию. - Да, давайте я поставлю укол, - сказал медбрат входя в кабинет. Носеда сразу вытерла слёзы, чтобы не показаться слабой. - Ну-ка повернись немного спиной, - он встал у постели, взяв укол. Луз немного повернулась боком и ей сделали укол. - Вот и всё, отдыхай, - сказал медбрат и вышел. - Д..омой хочу, - тихо сказал девушка. - Тебе нужно поправиться. не переживай, как только тебе станет лучше мы поедем домой и я приготовлю тебе твою любимую Ла Бандеру, - мать нежно гладила руку дочери, сидя на краю постели. - Что... Я... Я не... Не хочу её... - сказала Луз, не представляя даже что это может быть. - Как же так? Ты же её очень любишь... - удивилась Камилла. - Хочу.. л..лозанья.. - с какой-то опаской сказала Луз. - Ну что ж, хорошо. Если хочешь лазанью, сделаю её тебе, - быстро согласилась Камилла. Она смотрела на мать с глазами полными боли и не понимая, почему она не может говорить свободно. Стало страшно, что так будет всю жизнь и Луз будет чем-то на подобии овоща. Девушка закрыла глаза, а мать села на край кровати, поглаживая её по лбу. - Мне ску... чно.. Где т-т...елефон? - спросила Луз, так как мобильник обычное явление и не может быть, чтобы у неё не было этого предмета. - Я не знаю где он. Видимо потерялся там, где ты была в последний раз, - сказала женщина. - Что п-произ-зошло со... мной? - еле как построила предложенье Луз. Девушка расстроилась, что у неё теперь нет даже телефона. - Ты упала с лестницы, сломала руку, а потом зачем-то сиганула с третьего этажа. Зачем, доченька, ты же могла погибнуть.. - спросила Камилла. - м-мне плох-хо.. п-плохо.. боль.. - сказала Луз, чтобы её не донимали вопросами. - Я так испугалась, что потеряю тебя, Луз.. Ты представить себе не можешь, как я переживала, что ты не перенесёшь операцию. Я боялась потерять тебя так же как Мэнни... Ты так на него похожа.. Миха, я бываю груба, но я ведь просто боюсь тебя потерять.. Я же всем сердцем люблю тебя, - она обняла девушку и провела ладонью по её щеке. - И я... - холодно сказала Луз, не зная как реагировать. "Так, ну есть какой-то Менни это тот, кто был дорог семье Носеда. Камилла называет меня "Михой" Забавно, меня никто так не называл.. И что такое эта Бандера.. Видимо она переживала, если её ребенок умрет.. Ну в смысле я её ребенок и я умру.. Окей, она ведет себя мило, но я чувствую, что она какая-то чужая что-ли... Я не могу даже назвать её матерью... Я и свою то мать редко называла "мамой", а тут какого-то чужого человека называть мамой.. Это как-то непросто. По крайней мере, пока что я вроде бы веду себя хорошо, и она не злится на меня. Она так спокойно отреагировала на мои слёзы.. Не поругала, а даже успокоила как-то. Видимо плакать мне можно, меня за это по крайней мере не бьют и даже не орут.. Видимо она хорошая женщина, однако доверять ей мне тяжело" - Я хочу спать, прости, - сказала младшая Носеда, укрываясь одеялом. - Спи, спи, солнышко. Отдыхай... - сказал Камилла и встала с ей постели, направившись в кресло. Она провалилась в крепкий сон, но тревожные мысли разъедали изнутри и действовала на нервы, словно надоедливые мухи. Стало так печально и невыносимо больно внутри, что хотелось убежать куда-то в другое место и закрыться от всего мира. - Просыпайся, я тебя осмотрю. Как ты себя чувствуешь? - рядом стоял доктор, который и разбудил девушку. - Ут-тро добр-рое - сказала она, потирая глаза здоровой рукой. Речь заметно улучшилась и слова стали лучше вылетать из рта. Голос с утра был какой-то охрипший, ведь связки ещё спали. Луз постепенно привыкала, что она разговаривает как мальчик-подросток с ломающимся голосом. - Доброе, доброе. - А где.. - она стала искать глазами Камиллу, которая была с ней всю ночь, она запнулась, понимая, что не может выговорить простое слово "мама" - Кто? - не понимал доктор. - Моя.. - Луз снова запнулась, ища добрую женщину в палате. - А, твоя мама поехала домой, чтобы взять тебе чистую одежду и некоторые вещи, - спокойно сказал доктор. - Он-на в-вернётся? - в надежде спросила Луз, так как ей уже было страшно без человека, о котором она хоть что-то знает. - Безусловно вернётся. Я сам отправил её домой, она переживала, что ты проснёшься и будешь переживать. Однако всё хорошо. Давай я осмотрю тебя, юная леди, - сказал он, убирая одеяло. - Можно зеркало? - спросила Носеда, надеясь, что хоть доктор даст ей этот простой предмет быта. - Не положено пока что, - улыбнулся он, ощупывая её живот. Луз увидела наконец свои ноги. они были очень худыми, в ссадинах, шрамах на коленках и такими же темноватыми. Также она увидела серые боксеры, которые были на ней. - Тут больно? - спросил он, легонько надавливая на брюшную полость. - Нет, - сказала Луз чистую правду. - А тут? - он ощупал них живота. - Т-тоже нет, - сказала девушка. - Хорошо, очень хорошо. А что насчёт рёбер? - он стал острожными отточенными движениями проверять рёбра. - Слегка, - сказала Луз. - Это от удара. Но ничего критичного. Как рука? Не ноет? - осмотрел он гипс. - Нет, з-затекла.. н-немного, - сказала девушка, пока доктор снова укрывал её одеялом. - Ничего, такое бывает. Сустав быстро срастётся. Максимум месяц. Ой, а на голове тут кровь выступила. нужно перевязать, - сказал он, доставая свежие бинты и начиная разрезать старые. - Что там? - спросила Луз, прикасаясь к голове, обнаруживая, что у неё практически нет волос, а лишь колючий ёжик. - Ну шрам останется небольшой, но в целом ничего критичного. Зелёнкой обрабатывать уже не нужно, всё начинает затягиваться. Кстати, уже разговариваешь неплохо. Я думал речь восстановится медленнее. - он перебинтовал ей голову, туго завязав узел на подбородке. - А к-когда.. в-выпишут? - задала насущный вопрос Луз. - Дня три четыре ещё полежите, если состояние будет стабильным, то отправитесь домой. Пока что вас мучают общие боли. Медбрат делал вам ночью укол. - Да, голова.. раскалываетс-ся... - ответила доминиканка. - А сейчас как? - Сейчас.. бол-ли нет. Я есть хочу - улыбнулась девушка толи от радости, что сказала без запинки, толи от радости, что не болит голова. - Мне это нравится. же улыбаетесь, славно,. А по поводу еды, мама привезёт. Она сказала, что ты ешь только её еду, - сказал он, выбрасывая старые бинты в мусорное ведро. - Да... Он-на не с-сказала к-когда приед-дет? - переживала Луз, что её бросили. - Сказала, что будет через 40-60 минут. - Долго... - пробурчала девушка себе под нос. - Ничего, можете дальше спать. Это благоприятно влияет на твой организм. Не переживай, тебя никто не бросил, - улыбнулся он и вышел из палаты. Луз осталась в одиночестве и погрузилась в раздумья. "Так много фактов меньше чем за сутки. Страшновато немного... Однако, эта добрая женщина поехала домой за едой и за вещами Луз. Точнее за моими вещами. "ты должна беречь, уважать и оберегать мою мать". "Ты не должна употреблять наркотики" "Ты не должна искать своих родителей и проживать с моей матерью до совершеннолетия" Откуда это всё в моей голове. "Помни душа и тело едины" Едины.. Мне чего-то хочется.. Странная тяга, я не понимаю, что это.. Как будто мне чего-то не хватает. Сухость во рту непонятная. Видимо пить.. Я хочу пить? Нет, я хочу курить... Боже, откуда эта мысль, я же понятия не имею как курить, но почему-то хочу этого, Сигареты.. Странный привкус... Я хочу этого? Видимо, что нет, мне просто скучно... Ещё и башка снова начинает раскалываться, черт бы её побрал. Додумалась же она, в смысле я, прыгнуть с третьего этажа. Интересно зачем и почему она сделала этот поступок. Стоит смириться со всем этим ворохом проблем. А что насчёт школы? Узнаю у доброй женщины. Буду так её называть в голове. Иначе я не знаю как её называть. По крайней мере я не капризничаю и не мотаю ей нервы" Подросток закрыла глаза и погрузилась в дремоту, ведь было ещё утро.