Своя в чужом отражении...

- Ладно, что-то мы загрустили. Хватит плакать, тебе нельзя нервничать. Давай я покормлю тебя? Я приготовила бананы, тебе очень они нравились, - заботливо сказала Камилла. - Бананы? Они сладкие? - Нет, что ты, Тостонес это же гарнир, - сказала Камилла, доставая контейнеры. - Прости, просто потеря памяти так сказывается наверное. Я как будто забыла их вкус и я не знаю понравится ли мне снова.. - сказала Луз, чтобы как-то выкрутиться. Её речь встала на место, хоть Луз и немного картавила. - Понимаю, понимаю. Давай я тебя покормлю, и ты скажешь как тебе на вкус, - сказала женщина, подцепив на вилку часть банана и поднося ко рту девушки. Она пока что не могла двигать шеей и было больно шевелить головой. Луз ощутила во рту очень приятный вкус. Она пробовала такое впервые, но чувство было, словно она ела это всю жизнь. На лице появилось довольное выражение и улыбка. Она впервые улыбнулась за всё время провождение в больнице. - Вот, узнаю свою дочь, - сказала Камилла. - Ммм, это действительно очень вкусно, мне нравится. Давай покупать их чаще? - сказала Луз, активно жуя. - Зачем покупать? Я приготовила сама, - немного удивилась Камилла. - А, хорошо, хорошо, - сказала Носеда, понимая, что ошиблась. "Она ещё и готовит сама... Это так мило" Луз поела и погрузилась в сон. Организм был всё ещё как-никак ослаблен и требовал покоя и умиротворения. "Но как моё настоящее имя? Почему я знаю, что я не Луз, но имени не помню. Я помню, что я была явно не доминиканцем. У меня была светлая кожа, кажется голубые глаза.. Волосы светлые были.. Я ведь была кем-то другим, но кем и почему я не могу вспомнить своё имя, я не думаю уже о фамилии. Где я жила раньше?.. Вероятно в штатах, так как я помню свой домашний адрес. Что делать, чтобы это всё прекратилось..." Размышляла Луз погружаясь в сладостный сон. Поспать долго ей не дали. Дверь в палате хлопнула и на пороге показался полицейский. Он показал Камилле удостоверение и прошел к Луз. В его руках была папка с какими-то документами. - Здравствуйте, вы Луз Носеда? Меня зовут Джейкоб, - он ткнул ей в лицо удостоверением. - Добрый день, - сказала девушка, напрягаясь. - Вы ответите на несколько моих вопросов. Так как вы являетесь несовершеннолетней служба опеки и попечительства заинтересовалась вашей ситуацией в семье и почему всё вышло так печально. - Хорошо, отвечу, - не стала сопротивляться Луз, так как понимала, что ей сейчас не очень выгодно спорить, а наоборот стоит проявить сотрудничество. - У неё потеря памяти, она вам не сможет много рассказать, - обеспокоенно сказала Камилла. - Выйдите, она вполне самостоятельная девушка. Ей 16 лет и она знает, что и как нужно говорить, - строго сказал он. Камилла также не стала с ним спорить и покинула палату. - Так, вы Луз Носеда, 26.05. 20хх года рождения? "Вот и узнала дату рождения" Подумала девушка и кивнула. - Пожалуйста, отвечайте вслух, я веду аудио запись чтобы всё было по закону. - Да, всё верно вы сказали, - спокойно ответила Луз. - Вы согласны сотрудничать в следственном разбирательстве по вашему случаю. - Согласна, - тихо сказала Носеда, страх начал медленно сковывать всё её тело. Камилла стояла за дверью и слышала о чем говорила её дочь с полицейским. - Уже хорошо, может быть вас и не заберут, - хмыкнул он. - Куда заберут? - спросила подросток. - Вопросы здесь задаю я, - строго сказал Джейкоб. - Как скажете, - Луз хотела поскорее выпутаться из этой нехорошей ситуации. - Кем вам приходится Камилла Носеда? - спросил он, начиная записывать что-то в своём бланке. Как раз в этот момент в палату зашла какая-то не очень приятная на вид женщина. - Здравствуйте, я из службы по охране и защите здоровья несовершеннолетних. - Здравствуйте, - сказал Джейкоб, а Луз промолчала. - Вы как раз допрашиваете потерпевшую из семьи Носеда? Эта семья стояла у нас на учёте в реестре, - сказала она, подходя к подоконнику и опираясь спиной. - Да, сам подросток стоял на школьном учёте и на учёте в полицейском отделе Грейсфилда, - сказал он, листая бумаги. Луз была просто в шоке. Она не знала, что отвечать и как выпутываться из этого отборного говна, которое валилось на неё. - Вы не ответили на мой вопрос, Носеда. Кем вам приходится Камилла Носеда? - спросил он, готовясь записывать. "Боже, она моя мама. но как это озвучить, что делать то?? Я никогда не общалась с органами. Что сказать то?" - Она мой родитель, - нашла что ответить Луз. - Точнее, пожалуйста, - сказал он, записывая её слова. - Камилла Носеда моя родная... - запинка, девушка собрала все силы, - мать, - с трудом сказала она. - Хорошо. Вы проживаете с ней в одном доме? - спросил он. - Да, мы проживаем совместно. Она содержит меня как свою несовершеннолетнюю дочь, - сказала Луз, понимая, что нужно отвечать очень точно. - Замечательно. А какие у вас с ней отношения? - спросила женщина, которая так и не удосужилась сказать своё имя и показать документы. Видимо, Луз её знала уже не впервой раз. - У нас теплые семейные взаимоотношения. Она любит меня и всячески заботиться, оберегая меня. Она каждый день готовит еду, и мы вместе проводим выходные, - придумала на ходу Луз, так как вовсе не хотела, чтобы её отрывали от семьи да и обещание беречь мать было у неё на подкорке. - Мммм.. Занятно, в прошлый раз вы отвечали иначе, - сказал он записывая каждое её слово. - Болезнь заставила меня переосмыслить свою жизнь. У меня временная потеря памяти и сильное сотрясение мозга, - сказала Луз. - Я в курсе всех ваших травм. Об этом я вас не спрашивал. Отвечайте, пожалуйста только на мои вопросы, - сказал он. - Где вы были в ночь с пятницы на субботу 27 апреля? - спросила женщина. - Я не помню..- сказал Луз. - Я вам напомню, территориально вы находились в заводском районе на другом конце города. Ваше тело обнаружили возле третьего подъезда заброшенной многоэтажки. Вы были там одна? - Я не.. помню.. кажется, нет, не одна, - сказала Луз, выстраивая логическую цепочку. - Помните, что мы хотим помочь вам и вашей семье, Носеда. Мы не желаем вам зла, - сказала женщина, по которой было видно, что она уж точно желает семье доминиканцев всего не самого хорошего. - Я понимаю, - сделала вид Луз, что поверила. - Вы были там в компании сверстников или же тех, кто старше вас? - спросил Джейкоб. - Я правда не помню... - сказала девушка, чувствуя как у неё начинает болеть голова от всего происходящего. - Я покажу вам фото, а вы скажете кто их них вам знаком, - сказал Джейкоб, доставая из папки 4 снимка. На них были изображены молодые парни. Луз взглянула на них, их лица были ей незнакомы, но когда она увидела парня со шрамом на брови её тело дернулось, словно что-то помнило. - Покажите кто из них вам знаком? - Я не помню никого, однако вот этот человек вызывает у меня какой-то страх, мне кажется он чем-то вредил мне, - показала Луз прямо на того, кто домогался до неё. Мышечная память сработала отлично, а инстинкты остались на прежнем уровне. Также некая интуиция помогла девушке. - Что вы можете сказать об этом человеке? - спросил Джейкоб, так как это и был главный подозреваемый. Его выдал его так называемый друг за круглую сумму денег. Однако Луз не знала всего этого. - Злой, - луз не понимала откуда она взяла это слово, но оно пришло мгновенно в голову. - Страшно, не хочу.. - сказала Луз, смотря на фото. - То есть по вашему он злой, вы его боитесь и не хотите с ним иметь никаких дел? - спросил Джейкоб. - Да, - сказала Луз, хотя она ни с кем из этих парней не хотела иметь дело. по крайней мере точно не планировала. - Хорошо. Показания сходятся, - сказал он женщине. - Вы сказали, что вы с мамой часто проводите выходные? Как вы это делаете? - резко перевёл тему. - Гуляем.. В парке.. - придумывала девушка. - В каком? - спросил он, на его лице читалось явное недоверие. - Я не знаю названия. Возле дома, - строила Луз логические цепочки. - Хорошо, а вы можете описать примерно ваши прогулки? - допытывалась женщина. - Ну мы гуляем там.. разговариваем про планы на неделю, что приготовить на ужин. Едим мороженое. Ели позволите, почему такой интерес к моей жизни и то, чем я занимаюсь? - спросила Луз, чтобы лучше разобраться в ситуации. - А я вам отвечу, что ни в каких парках вы не гуляете, а нагло врёте сейчас государственным служащим прямо в глаза. Интерес к вам и вашей семье, потому что вы постоянно болтаетесь по заброшенным зданиям, пьёте алкоголь, находитесь в неадекватном состоянии и нарушаете действующее законодательство. - Луз, скажите ваша мать часть пьёт? - спросил Джейкоб. - Нет она ведёт трезвый образ жизни и работает ветеринаром, - ответила Луз. - Хорошо, а вы часто ночуете дома? У вас есть человек, с которым вы встречаетесь и остаётесь на ночь? - Уже нет, - сказала Луз. - В каком смысле "уже". То есть был? - Этого я не помню, - сказала Луз. - Я считаю, что ваша мать не может уследить за вами должным образом, поэтому в органах на рассмотрении изъятие вас из семьи и помещение в специальную детскую школу для трудных подростков, - сухо ответила женщина. - Я могу как-то всё исправить, ведь я не хочу покидать свой дом, - спокойно ответила Луз. - Вам был уже дан последний шанс, который вы истратили и пошли пить и употреблять наркотики в заброшенное здание на окраине города. С вами случилось такое вот несчастье по вине вашей матери, которая не в силах вас обуздать и воспитывать. Мы вынуждены принять меры, - сказала женщина. - Подождите, я получила такую травму не по её вине, а по своей собственной вине. Она естественно оберегала меня, но я самовольно ушла из дома, подставив тем самым её. Я не обдумывала свои действия, чего впредь повторять не стану. Я очень переосмыслила данную. ситуацию и я действительно хочу жить с мамой, - сказала девушка решительно. - Увы и ах это уже не представляется вам возможным. Как только вы поправитесь вас изымут из семьи в интернат. Этим всё сказано, - сказала женщина, намереваясь закончить диалог. - Однако же, нет, я правда хочу исправить свою семейную ситуацию и интернат сделаешь меня лишь более озлобленной и неуправляемой. Я могу попросить действительно последнего шанса и можете нагрянуть с проверкой, когда я поправлюсь и мы с удовольствием покажем, как мы живем и чем увлекаемся. Думаю, что я действительно хочу всё изменить в своей жизни, - сказала Носеда, теряя терпение. Эти люди не хотели ни слушать, не слышать её слов. - Луз, мы все уже устали от твоих пустых обещаний, - сказала женщина, словно начиная колебаться. - У вас есть свои дети? - спросила Луз. - Да, у меня двое дочерей, младшая примерно твоего возраста, - честно ответила орган опеки. - Так почему вы отправляете меня туда, куда никогда бы в жизни не отправили бы своего ребёнка. Я понимаю, что вы не хотите возиться ни со мной, ни с моей семьёй. Но если бы ваша дочь совершила ошибку и кто-то поступил бы с ней также как вы со мной, что бы вы делали? Да, в моей семье нет тех, кто работает в органах, нам некому помочь, но войдите в положение. Если я совершила ошибку, значит логичнее дать мне её исправить, нежели делать мою жизнь адом, - сказала Луз. - Не сравнивай себя и моих детей! Я в отличии от твоей матери могу уследить за ними и направить их энергию в нужное русло! а тебе стоило бы придержать свой язык за зубами, так как ты и так уже достаточно наговорила, - нервно сказала она. - Не смейте так говорить о моей матери! - с ненавистью сказала Луз. - Я действительно прошу вас о единственном шансе, а вы отворачиваетесь от меня, не желая мне помогать и да, моя семья подать апелляцию на испытательный срок две недели после моего выздоровления. Орган опеки и попечительства обязан будет проследить две недели за моей жизнью и за жизнью моей семьи, а только потом на основе отчета и фактов иметь право на моё изъятие. Вы думаете, что я не знаю законов и буду как послушная овечка кивать головой? А потом если в нашей семье всё наладится, а вы всё равно будете докучать нам, мы подадим в суд за превышение должностных полномочий и вас снимут с должности. Вы этого хотите? Если да, то хорошо делайте как знаете, но смотрите не пожалейте потом о содеянном, - сказала девушка, ведь её отец был предпринимателем и юристом. Девушка отлично знала как вывернуть закон в свою сторону и что защищает права детей. - Ах ты мелкая мразь! Джейкоб вырежешь это! Не переживай, я упеку тебя туда, куда следует. Книжек она начиталась, законы она знает. Раз уж так, то подавайте апелляцию, вам назначат двухнедельный срок, а также после его истечения я назначу вам проверку на наркотики в крови и моче и если выяснится, что там что-то есть, вас точно заберут уже не в интернат, а в нарко-психо диспансер. Я тебе устрою, Носеда, - со злостью сказала она. - Попытайтесь, - сказала Луз, зная что закон на её стороне. Полицейский и орган опеки вышли из палаты, даже не попрощавщись.