Единственный выход

Джаред потянулся и, с трудом разлепив глаза, резко сел на кровати. Все тело ныло, словно он накануне прошел не через свою первую течку, а принимал участие в боях без правил. Оглянувшись, омега увидел, что вторая половина постели пустовала, — Дженсен ушел. Совершенно неожиданно вместо горькой обиды накатила злость. Чертов альфа даже не нашел в себе смелости поговорить с ним! Откинув одеяло, Джаред поднялся с кровати и поморщился: все тело ощущалось грязным, между ягодиц было влажно и липко, что только лишний раз напомнило Джареду, насколько опрометчивым было подумать о том, что Дженсен — его пара. Что Эклз вообще хоть чем-то отличается от других альф. Вздохнув, Джаред направился в душ — ему только и оставалось, что упиваться жалостью к самому себе. Горячая вода не принесла желанного расслабления, наоборот, с каждой минутой омега чувствовал, как все больше начинает тянуть мышцы — наверное, какой-то побочный эффект течки, о котором Джаред не знал. А мог бы, если бы чертов Эклз занимался его обучением, а не запихивал свой узел в первую попавшуюся течную задницу. Положив на язык пару таблеток обезболивающего, Джаред запил их водой, мрачно понимая, что если это и было запрещено, то он этого не знал. К полудню боль ослабла, но не до конца, ни на минуту не давая забыть о том, что произошло. Джаред отбросил в сторону книгу, которой пытался себя занять, и подхватил с журнального столика телефон. Никто не может так просто отказываться от Джареда Падалеки!

***

Дженсен не брал трубку. Сначала Джаред подумал, что тот просто не слышал звонок, но на пятом гудке, когда оператор бодрым голосом сообщил, что абонент недоступен, омега со злостью нажал на кнопку сброса вызова. Сбегать под утро, а потом не отвечать на звонок. Прекрасное поведение. Достойное шестнадцатилетнего мальчишки. Джаред снова подхватил книгу и, с трудом отыскав страницу, на которой остановился, попытался сконцентрироваться на чтении. Его хватило на пару абзацев, перед тем как снова набрать знакомый номер. Вторая попытка точно так же не увенчалась успехом, и Джаред с трудом удержал себя от того, чтобы не запустить свой айфон в стену. Пора было признать: если бы Дженсен хотел не просто пристроить свой член, а чего-то большего, он бы давно позвонил. Господи, да он бы даже не сбежал. Омега со вздохом откинул книгу в сторону и набрал номер Чада. Ему просто необходимо было с кем-то поговорить. Когда они встретились, Мюррей чуть было не прикончил его, узнав о том, что произошло. Сначала за то, что скрывал такое важное событие, а потом за то, что «подставился кому попало». Джаред с трудом сдержал клокочущую в груди злость. Откуда он мог знать, что у него начнется течка? Откуда он вообще мог знать, как себя вести? Успокоившись, Мюррей попросил его еще раз рассказать историю с самого начала, после чего со вздохом спросил: — У тебя весь день тянет в груди? Джаред кивнул, не понимая, к чему Мюррей вообще задал этот вопрос. — Ты злишься, сам не зная на кого, и все твои мысли крутятся вокруг этого альфы? Снова кивок. Какого черта? — Твоя течка внезапно отступила, но оставила неприятное тянущее ощущение во всем теле? — Да! Да! Да! К чему этот допрос, может быть, объяснишь? — Он твоя пара, Джаред, — Мюррей улыбнулся во весь рот, словно только что сообщил Джареду о том, что он выиграл миллион в лотерее. Джаред и до этого догадывался, что они с альфой, возможно, являлись не чем иным, как истинной парой. Но сейчас, когда он услышал это от лучшего друга, тело сковал страх. Что ему теперь делать? Почему его пара не осталась с ним? Он был недостаточно хорош? Дженсена спугнуло его поведение? — Вам нужно поговорить, — решительно заявил Чад, и Джаред снова сник. — Ты думаешь, я не пытался ему позвонить? Либо я в черном списке, либо Эклз закинул телефон подальше. Мне кажется, я уже и так побил рекорд по количеству проигнорированных вызовов. — Ну так не веди себя как школьник! Найди его! — Где, Шерлок? Не то чтобы в каждой телефонной книге был указан точный адрес! Как ты себе это представляешь? А если он мне дверь не откроет? Что я буду делать? Прихвачу с собой отмычку? Чад поджал губы и замолчал. Когда Джаред уже было подумал, что Мюррей обиделся, тот решительно встал и направился к двери. — Ты куда? — Спасать твою задницу. Если я не ошибаюсь, дочка одного моего знакомого занимается у Дженсена. Возможно, это нам ничего не даст, но попытаться все равно можно. Джаред вскочил со своего места и последовал за другом. Мюррей был прав — как минимум, они могли попытаться. На деле оказалось, что достать адрес преподавателя не так уж и просто: то ли Дженсен скрывался от ФБР, то ли школа Круглые Холмы очень серьезно относилась к личной жизни своих сотрудников. Когда Чад в очередной раз отложил свой мобильный в сторону, Джаред тяжело вздохнул. — Чад, ты не должен. Наверное, это самая глупая затея. Дженсен просто не почувствовал того, что мы пара. А может быть, это я ошибся... — Точно! Теперь я понял, где слышал это имя! Синди Паркер! — Что? Кажется, Чад начал бредить. — Синди Паркер! Мы вместе с ней водим детей на плавание, и она точно говорила, что ее сестра встречается с братом этого Эклза! В жизни не поверю, что у нее нет адреса! — А зачем ей номер Дженсена? — Она просто контрол-фрик. Ей нужны все адреса и телефоны. Никогда не знаешь, что случится, и все такое... — Мюррей снова решительно схватил свой телефон и, выискав номер, прижал трубку к уху. — Синди! Привет, как там Мэлани? Отлично, слушай, у меня к тебе есть дело... Джаред покачал головой, все еще не веря в происходящее. Дженсен точно решит, что он фрик. — Отлично, записываю! Ну, вот и все. Дело за малым. Вломиться к альфе в квартиру и объявить, что они — пара. Просто потрясающие перспективы…

***

Спустя час Джаред стоял напротив двери одной из многоэтажек Лоренса, не в силах определиться, чего ему больше всего хотелось: сбежать или все же позвонить в дверь. Вздохнув, он в очередной раз занес руку над звонком, но так и замер. Что, если Дженсен вообще не откроет? Или вызовет полицию? Унизительная картина того как его уводят со скованными за спиной руками тут же услужливо встала перед глазами. — Ну же, соберись... — прошептал Джаред сквозь зубы и, сделав глубокий вдох, позвонил.   Какое-то время из-за закрытой двери не раздавалось ни звука. Когда Джаред уже собрался было уходить, послышались шаги, скрежет замка, а затем в проеме возник Дженсен. — Джаред? — он, кажется, ожидал увидеть перед собой кого угодно, только не омегу. — Не ждал? — невесело усмехнулся Джаред, задетый такой реакцией альфы. — Послушай, я… — Пропустишь? — не давая себе время передумать, Джаред без спросу шагнул за порог. Изнутри квартира вполне соответствовала своему хозяину — со вкусом выбранная и расставленная мебель, интересный декор. Дженсен хлопнул дверью и, не оглядываясь на омегу, встал к нему спиной. — Почему ты ушел, Дженсен? — Потому что то, что произошло, было неправильно. Я… я не имел права сделать то, что сделал. И теперь жалею об этом, — тихо закончил Эклз. Отстраненный тон альфы резко послал по телу волну злости, и Джаред не выдержал. Все слова, которые он планировал сказать, выветрились, оставив после себя только горькую правду: — Жалеешь о чем? Что связался с таким, как я? Неумелым, ненормальным? «Был бетой — стал омегой»? — Господи, Джаред, да при чем тут это? — плечи альфы напряглись, но он не спешил поворачиваться. — Разве ты не понимаешь, что я натворил? — Ты что, не чувствуешь? Черт, да все ведь именно так, как ты говорил! Я думаю о тебе, хочу угодить и порадовать! Меня тянет к тебе, а находиться на расстоянии болезненно. Я чувствую тебя издалека, и не могу даже допустить мысль, что тебе нужен кто-то другой. — Джаред, нет! — Эклз развернулся и посмотрел наконец омеге в глаза. Джаред вздрогнул от плещущихся в них боли и отчаянии. — Я... я... Господи, ты мой ученик, Джаред! Я же работаю с детьми! С такими же омегами! Что, если мне снова так снесет крышу? Что, если у детей начнется течка? Я не должен был! Ты доверился мне, а я просто воспользовался этим! Я не смог удержаться! Только сейчас Джаред заметил, насколько уставшим был Дженсен — с темными кругами под глазами и пробившейся щетиной. Без защитной оболочки в виде строгого костюма он выглядел совсем потерянным. — Дженсен, ты же понимаешь, что это сильнее тебя? Природа... ты ведь сам говорил, — Джаред сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними. Альфа сначала было дернулся, чтобы отойти, но внезапно расслабился и притянул омегу к себе. — Я не знаю. Черт, я каждый день учу маленьких альф тому, как нужно вести себя с омегами… И я… я думал, что пойму, когда найду свою пару. А потом появился ты, и все мои знания потеряли смысл, потому что с тобой все было иначе — черт, да у меня даже сейчас мысли путаются… — Тшшш, — Джаред нежно погладил альфу по спине, успокаивая. — Нам нужно было просто поговорить об этом… — Как? Как бы я сказал тебе, что схожу с ума от одной мысли, осознавая, что как только за мной закрывается дверь твоего дома, ты начинаешь жить своей жизнью? Что ты видишься с другими альфами, общаешься с кем-то, кроме меня? Как бы ты воспринял информацию о том, что я думаю о тебе каждую минуту, днем и вечером, и даже на своих занятиях? — Дженсен заметно расслабился, и теперь крепко прижимал омегу к себе, словно боясь, что тот может вдруг испариться. — Я бы ответил, что более чем понимаю тебя, — тихо усмехнулся Джаред. – Мне кажется, еще неделя, и меня бы выгнали с работы. Вряд ли в детских книжках стали бы печатать иллюстрации с твоим лицом… — Джаред, я должен извиниться, — Дженсен отстранился и, удерживая омегу за плечи, посмотрел ему в глаза. — Прости, не нужно было уходить. Но мне... мне просто нужно было подумать… — Эй, все хорошо. Мы поговорили, а это главное. А теперь... — Даже не думай сказать, что тебе надо домой. У тебя еще не закончилась течка, я это чувствую. Ну уж нет. Джаред улыбнулся и покачал головой. — Нет. Я хотел сказать, что теперь пора продолжить заниматься. Мы так и не дошли до занятия про течку. Как насчет теории? — Я предпочитаю практику, — в глазах альфы зажглись нехорошие огоньки и он, наклонившись, прижался губами к губам омеги. Отстранившись, Дженсен мягко провел кончиками пальцев по щеке Джареда и улыбнулся. — Боюсь, мне придется смириться, — с фальшивым сожалением вздохнул Джаред. — Более того. Это твой единственный выход.