Искра
18 апреля 2026 г., 00:00
Работа в лаборатории Доктора шла своим чередом. Не сказать, что он сильно спешил, но и растягивать создание первого сегмента не было смысла. Несмотря на то, что Дотторе не мог признаться даже самому себе, он скучал по раздражающему шуму из любого угла.
Отношения между клонами и создателем были действительно не идеальными. Когда создаешь копию себя, то надо учитывать, что придется столкнуться со своим же характером, но у третьего лица.
А мириться с людьми, похожими на тебя еще сложнее, чем просто существовать в социуме.
Несомненно, были в этом и плюсы. Например, советчики, с мнением которых не жалко считаться. Дотторе не доверял никому, особенно свои исследования. А советоваться с «самим собой» было одновременно и полезно, и надежно. Хочешь сделать что-то хорошо – сделай это сам.
Большую часть необходимых ресурсов он закупил сразу, но еще немалая часть осталась на потом. В целях экономии времени и материалов, он даже приостановил работу над всеми остальными проектами.
Дни и ночи тратились лишь на бесконечную работу, Дотторе отдавал всего себя своему делу, так как был абсолютно уверен в результатах и их необходимости. Конечно, можно было бы потратить намного больше времени и усовершенствовать формулу по созданию копий, возможно даже создать специальный механизм, наподобие принтера, который помогал бы делать все в десять раз быстрее. Тем не менее, проверенная классика всегда лучше сомнительного модернизма, да и у Доктора было слишком много планов, чтобы оттягивать производство клонов на неопределенный срок. Он не мог быть уверен, что уже через день ему не понадобится целая армия разновозрастных примеров себя.
Но были и проблемы. Например, намного сложнее было воссоздать ДНК для создания «человека» определенного возраста. Раньше Дотторе занимался подобным по факту собственного взросления и не возникало никаких проблем, чтобы сдать немного собственной биомассы для точнейшего перенесения всех данных своего тела в сегмент. Хотя, иногда он даже пытался улучшить физические свойства, которыми обладали клоны, для увеличения их полезности. Например, Доктор точно знал, что бег и другие физические нагрузки всегда были проблемой. Его сильными сторонами являлись интеллект и творческий подход ко всему, а потому физической подготовке в его жизни не было места. Даже в Академии в перечне доступных факультативов, среди прочих в расписании Дотторе никогда не мелькали спортивные направления. В то время как другие студенты оценивали борьбу как высший навык, который необходим каждому (особенно в мире, полном инородных существ, от которых нужно защищать не только себя, но и близких, страну), Дотторе предпочитал практиковаться в решении логических задач и уже начинал разрабатывать собственные проекты, осуществить которые смог только оказавшись в рядах Фатуи.
Но в этом сыграл большую роль и Панталоне, конечно же. Изначально они даже не разговаривали, и просьба о финансировании была единственным диалогом между ними. Несомненно, в первую очередь Делец должен был спонсировать поездки Предвестников на задания и давать деньги Доктору на осуществление только полезных Царице и другим Фатуи проектов.
Но со временем, разговоров между ними становилось все больше. Невозможно пренебрегать обсуждением окружающих, а для двух Предвестников конфиденциальность должна быть на высоте. Главнокомандующий не может подойти к подчиненным и обсуждать с ними других коллег, так как это не по статусу. Так и Дотторе с Панталоне не могли не заинтересоваться компанией друг друга ради осуждения других. Называться друзьями на их взгляд было бы слишком, но неопределенный статус не мешал им наслаждаться совместным времяпровождением.
И конечно, имея такие отношения, некоторые привилегии по воплощению проектов становились доступны просто по факту существования. Раньше Делец с надлежащей строгостью оценивал каждый проект и старался дойти до сути, зачем же Фатуи так необходимо то или иное изобретение. Сейчас же он делал это немного снисходительней, осознавая гениальность Дотторе и его возможности при должном спонсировании. Да и переходить дорогу такому сильному потенциальному противнику не было смысла, особенно учитывая, что Царица просила отчеты не так часто, да и присматривалась к ним абсолютно не тщательно.
Таким образом, двое Предвестников проворачивали вполне полезную и удобную им обоим схему по обману всей организации Фатуи. Их поведение не могло обернуться трагедией для всех, а потому смысла сильно переживать из-за этого не было. Да и продуктивность Доктора росла с выведением новых формул для изобретений, которые пригодиться Царице не могли никак. Но Делец это понимал и принимал, а потому отказы Дотторе получал до невозможности редко.
***
Сгорбленный Доктор сидел за рабочим столом, задумчиво соединяя микросхемы. Шел уже шестой день работы над первым сегментом и результат был впечатляющим. При стабильной работе, клон будет готов уже через пару недель, что не могло не радовать. Все-таки опыт в этом деле сильно помогал ускорить процесс. Голубые волосы были убраны в хвост, чтобы не мешались, а поверх одежды был надет медицинский халат. Несмотря на то, что лаборатория принадлежала исключительно ему и Дотторе мог бы пренебрегать некоторыми правилами обычных смертных ученых, но ему самому было так комфортнее. Возможно от ощущения близости к другим гениям по схожести рабочего процесса. Ведь если не быть изначально подобными, то считать себя лучше других будет даже несправедливо. Свет был погашен во всех зонах, кроме рабочего стола, а потому атмосфера царила достаточно мрачная. Если бы такая обстановка была в фильме ужасов, никто бы не усомнился – через секунду из темноты выскочит монстр. Тем не менее, такое окружение благоприятно влияло на работу Доктора, а потому всем гостям приходилось лишь примириться с установленными правилами, так как менять их и прогибаться под кого-то другого Дотторе не собирался. По лаборатории пронесся громкий стук в железную дверь, заставивший Второго Предвестника вздрогнуть и напрячься. Глаза метнулись к настенным часам, которые были скрыты темнотой, так как мужчине не требовалось отсчитывать время, да и график был расплывчатый. Режима сна или еды не было и вовсе. Тем не менее, зацепившись за часовую стрелку, Доктор понял, что еще всего лишь семь вечера. Неудивительное время для приема посетителей. Единственное «но». Приходить было попросту некому. Раздраженно поднявшись с кресла, Дотторе подошел к выходу и, натянув на руки перчатки, чтобы скрыть все производственные травмы и раны, распахнул дверь, сразу сощурившись от света фонаря, который больно ударил в глаза. — Добрый вечер, — послышался знакомый голос, пока Доктор все еще приходил в себя. — Панталоне? — мужчина удивленно распахнул глаза, смотря на Девятого Предвестника, и даже протер глаза. — Ты что здесь делаешь? — Ну знаешь, прошло уже две недели, а я не получаю никаких новостей о производстве твоих… «Сегментов». Решил зайти и лично убедиться, что ты работаешь, а не прохлаждаешься на мои деньги, — Делец весело закатил глаза, и стало понятно, что на самом деле он не сомневался в том, что процесс разработки не останавливается ни на секунду. Для этого достаточно было знать, что Дотторе — трудоголик. — Ладно, заходи, — Доктор вздохнул. Отрываться от работы было не так приятно, но если бы вместо Панталоне перед ним стоял кто-то другой, злости было бы в разы больше. Дважды повторять не пришлось, и Девятый смело зашел внутрь. Он делал вид, что чувствует себя как дома, но было видно, что когда взгляд метнулся на полку с закрытыми в банках органах людей, глаза невольно удивленно распахнулись. — Свежие? — уточнил он, уже через минуту осматривая оставшееся пространство. Естественно, он был здесь не однажды, но лаборатория Дотторе менялась со скоростью света. Новые эксперименты требовали новых ресурсов, а потому запас пополнялся чуть ли не ежедневно. Раньше эта задача отчасти лежала на плечах клонов, но теперь их не было. — Не то чтобы, — Доктор задумчиво пожал плечами, возвращаясь в свое кресло, перед этим пододвинув для Панталоне стул ближе к своему столу. — Вроде около месяца. — Что ж, — Делец снисходительно кивнул и сел на стул, теперь с большим интересом рассматривая происходящее на рабочем столе. — И вот это будущий клон? — он кивнул на микросхемы. — Отчасти да, — Дотторе кивнул. — Ты действительно хочешь знать детали? — Если честно, не особо, — Панталоне усмехнулся, покачав головой. — Если у тебя нет конкретных наработок, при взгляде на которые я поверю, что это будущие «сегменты», то не надо показывать вообще ничего. — Хорошо, — Доктор кивнул, задумавшись, а после поднялся и подошел к ближайшему шкафу. Распахнув дверцы одним легким движением, он отошел чуть в сторону, открывая Девятому вид на полную копию себя. Клон стоял без движения, опустив голову вниз. Было видно, что он еще не активирован. Тем не менее, кожа при падении света казалась до безумия бархатной и живой. Волосы естественно спадали с плеч, а костюм выглядел до безумия педантично. — Ого, — выдал сдержанную реакцию Делец, с легкой улыбкой и искренним интересом рассматривая клона с головы до ног. Результатом он явно остался доволен, так как уже через пару минут взгляд вернулся на Дотторе. — И когда ты его запустишь? — Ему не хватает основных механизмов, так что еще минимум неделя потребуется, — Второй закрыл дверцы шкафа и вернулся в свое кресло, довольно откидываясь на спинку. – По сути это безжизненная оболочка, как кожура мандарина. Мандарин без кожуры ты съесть можешь, но кожуру без мандарина – нет. — Прекрасное сравнение, — с некоторой иронией произнес Панталоне. —Я аж захотел есть. Не окажешь ли мне честь поужинать со мной? Когда ты в последний раз ел? — Вчера, — чуть потеряно ответил Доктор, метнув очередной взгляд на часы. Жертвовать драгоценными часами работы было жаль, но компания Дельца выглядела до безумия привлекательно в данную секунду. Дотторе даже показалось, что он сходит с ума, раз предпочитает пойти ужинать с Девятым, нежели продолжать работу над сегментами. — Ладно, пойдем. Обойдясь кивком головы, он выключил свет, погружая лабораторию в полный мрак. Через пару минут глаза привыкли к темноте, а потому он смог легче ориентироваться в пространстве, чего нельзя сказать о Панталоне, который наткнулся на край стола. Все-таки опыт беспрерывного нахождения в этом месте давал плоды, а потому Дотторе снисходительно подошел к Панталоне и взял его за запястье, чтобы провести к выходу, но руку прострелило незнакомое ощущение. Это не было прикосновением кожи к коже, чтобы возник электрический заряд, но Доктор недоуменно замер, смотря на потерянную фигуру Дельца. Тот, видимо, тоже почувствовал что-то инородное, так как замер и, полагаясь на ощущения, обернулся на Второго. Дотторе не до конца осознавал, нашел ли Панталоне его взглядом в темноте, но почему-то он почувствовал неловкость и даже стыд. Это были абсолютно неожиданные и непривычные эмоции для него, а потому вызвали целый ворох ощущений. Очнувшись лишь через пару минут, Доктор отдернул руку, на всякий случай отвернувшись. — Я открою дверь, — произнес он чуть дрогнувшим голосом, обычным шагом пройдя к выходу. Второй не хотел показывать свою слабость, а потому старался выглядеть как всегда. Отворив дверь, он дождался Панталоне, который без проблем прошел к свету и вместе с ним покинул лабораторию, надев маску. В Снежной было множество различных ресторанов на самый разный кошелек. Простые работяги и гуляющие дети могли полакомиться в простеньких забегаловках, которых в столице было не менее четырех, по одной в каждой части города. Люди побогаче же всегда выбирали один из двух элитных ресторанов в центре. Первый славился фирменной кухней Снежной, в то время как второй соединял в себе все самые любимые рецепты владельца. В этот список входили как блюда из свободолюбивого Мондштадта, величественного Ли Юэ и строгой Инадзумы, так и экзотические новинки Сумеру, Фонтейна и даже Натлана. Предвестники Фатуи, естественно, выбирали заведения подороже. Немногие помимо них могли позволить себе такую роскошь, однако, находились и счастливцы, бизнес которых возрос с нуля до мирового уровня, или же туристы, запасы моры которых были заранее подготовлены для таких случаев. Сегодня выбор Дотторе и Панталоне пал на заморскую кухню, а потому они с удовольствием устроились за угловым столиком в «Роскошных далях». Делец заранее предупредил, что угощает, а Доктор не позволил себе поспорить. Все-таки, большая часть накоплений уходила на новые изобретения, а потому, в некоторые моменты, его от бомжей отличало лишь то, что у него есть лаборатория, а по совместительству и жилище. — Ненавижу это место. Эти бакланы пялятся на нас и сверкают своими белыми улыбками так, что становится тошно, — фыркнул Дотторе, откладывая меню и смотря в спину уходящему официанту. — Брось, если бы они не вели себя так, ты обвинил бы их в отсутствии уважения, — Панталоне бархатно рассмеялся. По нему было видно, что чувствует себя он свободно. — Для тебя просто весь этот пафос естественен. Ты и сам ведешь себя также с клиентами. — Да? И когда же я вел так себя с тобой? — Я больше чем клиент, — фыркнул Доктор, после чего немного смутился. — Какому еще клиенту ты можешь пожаловаться на других? — Любому. Моих денег хватит, чтобы заткнуть рот каждому, кому я захочу довериться. — Но ты не доверяешь. — Но я не доверяю. — И почему же? — перед Дотторе поставили фирменный алкогольный коктейль, на который он бросил чуть брезгливый взгляд. — Мне тебя хватает, — Делец пожал плечами, задумчиво наблюдая, как оранжевый и розовый цвета жидкости в стакане собеседника смешиваются в один. — Ну конечно. Я же самый гениальный ученый нашего времени, нет никакого смысла в общении с остальными дураками. — Удивительно, что ты добавил уточнение «нашего времени». Мне казалось, твоя самооценка не имеет границ. — Все мы с чего-то начинали. Вряд ли я бы добился такого успеха, если бы в свое время не прочитал все доступные труды других людей по интересующим меня темам. К сожалению или счастью, к тому моменту они были уже мертвы, — усмешка коснулась губ Второго. — Что ж, мне нравится твоя честность. И временная скромность. — Никакой скромности, лишь проверенные факты. Конечно, возможно в бою я и преувеличиваю свои достижения, но это не мешает мне навёрстывать все уже после конца бессмысленных диалогов с тупицами. — Неужели даже Путешественник тебя не заинтересовал? Мне казалось, такая выдающаяся личность не оставила равнодушным даже тебя. Им восхищаются все поголовно. Даже Арлекино в своем отчете писала, что это сильный противник, с которым тяжело справиться даже первозданным силам Тейвата. — Именно поэтому он меня не интересует. Нет никакого смысла гнаться за тем, что общепризнанно. Если бы я создавал уже полюбившиеся миру механизмы, был бы я таким же востребованным в рядах Фатуи? — Не думал, что тебя так беспокоит твое место и звание. Разве недостаточно финансирования? Многие изобретатели живут припеваюче за счет того, что отвечают на спрос заказчиков своим предложением. — Дорогой Панталоне, ты все время забываешь, что я – не они. Нет никакого смысла сравнивать меня с простыми смертными, когда я поборол само понятие жизни. Раньше простые люди и представить не могли, что появление нового человека возможно без мерзких процессов соединения двух тел. Теперь же они смотрят мне вслед и гадают, я это или один из моих сегментов, — Дотторе победно хмыкнул. Официант, расставляющий их заказ на столе, чуть напугано покосился на Предвестника, что не могло не вызвать его удовлетворения. — Сандроне тоже в своем роде гений. Ее проекты также новы и экспериментальны, как твои, и ты даже признаешь ее. Неужели ее мы не можем считать еще одним ныне живущим крутым ученым? — Марионетка, без сомнений, лучшая среди этих безмозглых изобретателей. Не зря она одна из нас, но она всего лишь Седьмая. А я Второй. Сандроне мешает то, что она не хочет выходить за рамки бездушных железяк. Она упускает, что если объединить материальное – то, что можно найти в машинах, и духовное – человеческую душу и тело, а также воспользоваться древними знаниями об этом мире, можно достичь таких высот, что весь Тейват и Селестия преклонят перед тобой свои колени. — Звучит это, конечно, хорошо. Но на деле, сколько из настолько масштабных проектов действительно заканчиваются успехом? Это невероятная работа, проделать которую не под силу каждому первому. — Поэтому я и особенный. Лишь одна из десяти моих разработок оказывается провальной, а потому я пользуюсь такой благосклонностью Царицы и занимаю столь высокое место на пьедестале «талантов». — Как хорошо, что тебя поставили на второе место, а меня на девятое. Сомневаюсь, что у меня получилось бы также сильно выебываться в любую удобную секунду, — Панталоне усмехнулся. — С другой стороны, хочешь ли ты такого пренебрежительного отношения к себе? Будем честны, твое место может занять любой, а потому, если ты вдруг умрешь от сердечного приступа в своем дорогущем кабинете, сильно никто страдать не будет. Так было с Синьорой, несмотря на то, что она была самым высокопоставленным дипломатом Снежной, ее убийство не спровоцировало даже малейшего резонанса. В таких случаях принято развязывать войну, но Царица молча проглотила выходку Сёгун Райден. — Но не будем забывать, что смерть Капитано закончилась также. Никто ничего не предпринял, хотя он был Первым Предвестником Фатуи. Так что, мы с тобой еще можем оказаться наравне перед входом в ад. — Я должен быть расстроен? — Дотторе хмыкнул, покрутив в руке стакан, чтобы жидкость внутри вновь перемешалась. — Если и делить с кем-то адский котел, то я бы выбрал тебя. Даже мои клоны более раздражают, чем ты. — Нужно учитывать, что твоим сегментам вход на небеса закрыт в любом случае, — Панталоне поднял свой бокал с дорогим вином и чокнулся с Доктором, делая большой глоток прохладного напитка. — И то верно. За такими отвлеченными разговорами мужчины провели еще час, прежде чем покинуть заведение, которое продолжало работать в одиннадцатом часу лишь потому, что они были там. Все-таки, выгнать Предвестников – все равно, что взять на душу грех.
