Унижение
27 апреля 2026 г., 00:00
Калисто не спешил реализовывать свой план, так как в этом деле нужна была, в первую очередь, осторожность. Если бы он делал все поспешно и не задумывался о влиянии своих действий на мнение людей о Дотторе, тому быстро бы донесли, что клон творит какой-то бред, и Создатель поспешил бы разобраться с проблемой лично. А у Калисто пока не было столько сил и власти, чтобы противостоять Второму Предвестнику Фатуи.
Огромными трудами, ему удалось создать собственную лабораторию в Нод-Крае всего за пару месяцев. Обмануть Седьмую Предвестнику не оказалось большой проблемой. Чтобы все видели в тебе оригинала, достаточно было всего лишь быть высокомерным, независимо от ситуации.
Таким образом, благодаря Сандроне, у него появились ресурсы на создание лаборатории. Конечно, он пообещал ей вернуть все в будущем в двойном объёме, а необходимость помощи обусловил тем, что перевозить все из Снежной слишком долго и непрактично. Девушка сомневалась около двух дней, а после, наконец, дала добро на эту сделку.
И вот теперь Калисто трудился целыми днями, продумывая все возможные провалы, и как их не допустить или исправить. Также нужны были и физические приготовления: несколько устройств, позволяющий воспользоваться Светочами сполна.
Он даже отправил письмо Дотторе, прося отправить ему парочку ненужных подчиненных, пусть и самых бестолковых. Дополнительные руки никогда не бывали лишними, да и поддерживать репутацию было бы проще, наглядно показывая, что значит власть. Все-таки, в дальнейшем Калисто планировал захватить мир и управлять им самостоятельно, так что тренировки не могли помешать.
Удивительно, но Доктор согласился и отправил ему десять человек. Теперь они выполняли какую-то простую механическую работу: подать, принести, отнести что-либо. С таким приобретением, Калисто мог больше и вовсе не вставать с рабочего места, так как питание и другие людские потребности его не беспокоили.
Работа кипела, а потому к Ночи Лунной Молитвы все было готово. Калисто заранее отправил своего слугу узнать обо всех деталях этого традиционного праздника в Нод-Крае, чтобы не оплошать.
Но со временем выяснилась еще более интересная информация. Один из подчиненных случайно подслушал разговоры Голоса Лунного Гимна и знаменитого путешественника о том, что богиня луны собирается вернуться домой в этот самый день. Выполнить план становилось еще легче, так как во время вознесения, Коломбина не только являлась более простой, беспомощной целью, но и Лунные Светочи должны были находиться в одном месте для того, чтобы все получилось.
Насколько было известно, один Светоч хранится у Четвертой Предвестницы, а другой у надоедливого Итэра. Третий, соответственно, находится в теле самой богини. Собрать их в одном месте, без других лишних переменных возможным не представлялось, а потому решение о вознесении Коломбины на луну стало приятной новостью для Калисто.
Теперь достаточно было всего лишь неожиданно напасть, чтобы эта команда «дружба спасет мир» не смогла помешать плану. Также, пригодилось бы устройство, останавливающее время в небольшом радиусе…
***
Дотторе был раздражен примерно двадцать четыре часа в сутки и не мог спокойно работать. Каждый раз, когда он занимал руки исследованиями или созданием новых клонов, мысли неминуемо возвращались к Девятому Предвестнику, выбивая из колеи. Он даже пробовал работать под музыку, что было крайне дико для него ранее, так как, какой бы спокойной мелодия не была, она непременно сбивала Второго с раздумий. Теперь же, это единственное, что ему было необходимо. Анализируя ситуацию из раза в раз, Доктор все чаще приходил к выводу, что не понимает происходящего. Панталоне ведет себя как обиженная девочка в пубертате и не объясняет даже почему. Дотторе предпринимал попытки понять это, отправлял письма с вопросом что же случилось, но ответа не получил ни разу. Вся эта ситуация начинала изрядно бесить, но еще больше бесила собственная реакция на это все. Если раньше Второй Предвестник легко принимал предательства и особенно не чувствовал никаких проблем из-за неудачной коммуникации с людьми, то теперь не мог сдвинуться с места, потеряв половину потенциала в работе. Дотторе не понимал, какие чувства вызывает у него Девятый. Стоило бы проигнорировать все происходящее и заставить себя возненавидеть этого человека, обращаться к нему только по делу. Но у него никак не получалось осуществить этот план в реальность, так как когда в голове всплывали воспоминания о Панталоне, становилось уже не до ненависти. Казалось невозможным возненавидеть своего единственного союзника, с которым они еще недавно были максимально близки. Бывшего союзника. Продолжаться так попросту не могло, поэтому Дотторе устроил себе вынужденный выходной в случайную пятницу и вновь отправился в кабинет Панталоне. Весь путь он думал о том, какие же слова подобрать, чтобы одновременно не унизить себя и исправить ситуацию. В голову ничего не приходило. Все-таки решать проблемы мирно не было сильной стезей Доктора. Стуча в дверь, он уже слышал стук собственного сердца где-то в ушах, что не могло радовать. Чтобы чего-то добиться — нужно собраться, а возможным это просто не представлялось. — Войдите, — как всегда коротко, но четко проговорил Панталоне по другую сторону двери, после чего Доктор в последний раз выдохнул и зашел. — Привет, — начал он вполне дружелюбно, если так можно было сказать о Втором Предвестнике Фатуи. — Добрый день, — Делец опустил заинтересованный взгляд к себе на стол, где лежали какие-то бумаги. Видимо, узнав личность гостя, продолжать любопытствовать было излишне. — Я с вопросом. — Неужели, у вас уже закончились деньги, господин Дотторе? Равнодушный голос пронзил сердце похлеще идеально заточенной рапиры. Доктор вздрогнул. Вот и начался этап унижений. — Нам нужно поговорить, Панталоне. Прекрати делать вид, что я обычный клиент. — А кто вы, если не обычный клиент? — Девятый вновь поднял свой взгляд, который был более чем равнодушным. Отвергающий. — Не говори бред. Я знаю, что что-то случилось и хочу все исправить. — Неужели? Второй Предвестник научился понимать намеки? И обзавелся неравнодушием к простым смертным, от которых легко можно избавиться? Нечитаемое лицо Панталоне совсем не помогало понять, о чем он думает на самом деле. Доктор лихорадочно анализировал в голове каждое его слово, пытаясь найти намек на реальную проблему, чтобы знать, куда давить, выпрашивая прощение. И нашел. — Ты обиделся, потому что я сказал, что твое место может занять любой? — шокировано вывалил свою догадку Дотторе. — Панталоне, ты серьезно? — Мне нечего вам сказать, — чрезмерно агрессивно ответил Делец, благодаря чему Второй понял — он попал в суть. — Конечно же, никто не может на самом деле занять твое место так просто. Ты много лет тренировался вести дела Банка, да и в общем, ты слишком успешный, чтобы тебя было легко заменить, — попытался вырулить Дотторе. — У меня много дел, господин Второй Предвестник, будьте добры, покиньте мой кабинет. — Панталоне, не беси меня. Неужели ты не ценишь все, что было между нами? Равнодушная маска Дельца наконец спала, и он возмущенно уставился на Дотторе. — А что было между нами? Подобие дружбы, в которой ты как только не доказывал мне, что я абсолютно бесполезен? Ты пользуешься моими деньгами, Дотторе, так имей совесть и не еби мне мозг! Ты сам проебался, так вот пожинай теперь плоды! Сказать, что Доктор был в шоке — ничего не сказать. Мало того, что он впервые слышал маты от Девятого Предвестника Фатуи, так еще и был удивлен, какие эмоции на самом деле сидели в душе у Панталоне все это время. Теперь, когда они вырвались наружу, казалось просто невозможным видеть такого злого Дельца, который славился своим спокойствием на весь мир. — Ну я же извинился, — Дотторе выглядел побито, как будто на него вместо агрессивных слов набросились с кулаками. — И это ты считаешь извинением? — Девятый горько усмехнулся и отвернулся на кресле с колесиками в сторону окна. — Извини. — Этого недостаточно. Дотторе был готов взреветь от злости: на Панталоне за то, что тот унижал его, на себя за то, что допустил подобное и был правда готов продолжать равнять себя с землей, лишь бы этот несносный банкир вел себя как раньше. — А чего будет достаточно? — итак удивительное в этой ситуации терпение Доктора начинало давать сбой, а потому он почти бурчал себе под нос, думая, что если понизить громкость голоса, Делец не услышит его унижения. — Дай-ка подумаю, — Девятый демонстративно задумался, но то, с какой готовностью он произнес следующие слова, давало понять, что он репетировал. — Купи и принеси мне букет цветов. — Чего? — Дотторе опешил, смотря на коллегу как на сумасшедшего. Хотя, в его глазах, он действительно сошел с ума, когда решил сказать эту фразу. — Подари мне цветы. На минуту в кабинете воцарилось молчание. Панталоне выжидающе, как дикий зверь, следил за тем, как шестеренки в голове Дотторе усиленно отказываются крутиться. Он был слишком шокирован, чтобы произнести хотя бы слово и, казалось, пытался банально осознать, чего от него хотят. Искал подвох во всем. — Ты сдурел? — наконец подал он голос. — Нет. Я вполне ясно выразил то, что мне требуется от тебя, а теперь покинь мой кабинет и не заставляй моих клиентов ждать. Они вновь замолчали. Но на этот раз, Дотторе резко поднялся и буквально выплюнул: — Да пошел ты к черту. И вышел, громко хлопнув дверью, заставив сидящего в зоне ожидания агента Фатуи испуганно вздрогнуть. Казалось, тот хочет слиться со стеной, чтобы не попасть под горячую руку.***
Калисто тщательно все подготовил, пообещав себе, что сделает все правильно. По его расчетам, в самом худшем случае, он уйдет ни с чем. Хотя, для него это было бы полным провалом. Да и Дотторе не оставил бы ситуацию без внимания, если бы все вышло из-под контроля. Ночь Лунной Молитвы была притягательно спокойной. Пока в Нашгороде все блистало яркими красками, а люди со всех уголков не только Нод-Края, но и Тейвата в целом, стекались на главную площадь, желая вдоволь повеселиться в честь дня рождения богини луны. Наблюдая с ближайшего утеса за происходящим, Калисто не мог нарадоваться. Коломбина, в компании своих сомнительных друзей развлекалась, участвуя в различных конкурсах и испытывая новенькие аттракционы. Усыпить бдительность этой команды по спасению мира оказалось проще простого. Удивило Калисто и присутствие там Сандроне. Седьмая Предвестница, пусть и мрачно, но расхаживала по площади, поедая традиционные сладости и, по всей видимости, получая удовольствие от происходящего. Хотя, в этом она никогда бы не призналась. Что ж, на этот раз она не помешает его планам. Арлекино, Коломбина, Итэр. Сегмент прокручивал в голове эти имена, параллельно внимательно следя за передвижениями этих троих. По большому счету, на остальных было вообще все равно, главное не упустить основные переменные. И вот, через несколько часов после начала праздника, троица вместе с Лаумой двинулась за город. Калисто приободрился, в темпе следуя за ними. Все было готово, но исполнить план идеально тоже дело непростое. Пока следил за прощанием Коломбины со всеми, Калисто думал, что сойдет с ума от нетерпения. Тем не менее, процесс наконец начался, когда лунная богиня расположила светочи на специальных постаментах, а вознесение стартовало. Что ж, выход сегмента. Он подлетел в воздух, пока что, скрываясь за ближайшей горой, не давая заметить себя раньше времени. И, в нужный момент, начал действовать. — Значит, сегодня луна подходит ближе всего к Тейвату… Все три луны собрались в одном месте. Начинается финальная стадия эксперимента, — он развернул платформу, как поле для игры в Священный Призыв Семерых, игнорируя шокированные лица всех находящихся на земле. Главным было, что Коломбина уже угодила в ловушку. — Принципы, жизнь, смерть, время и пространство… Никто из них не верил, что у меня получится… Ему хватило одного взмаха руки, чтобы завладеть оставшимися без присмотра двумя светочами, которые теперь кружили вокруг него, как послушные пули, готовые вырваться из револьвера в нужный момент. — Но первозданная энергия Тейвата никогда не принадлежала небесному престолу. И теперь… — он сделал многозначительную паузу, наслаждаясь испуганными лицами друзей, бегущих на помощь Коломбине. — Она моя. Щелчок пальцев Калисто привел к резонансу всего Нод-Края. Время замерло вместе со всеми людишками, оставляя возможность для действия только сегменту, богине луны и… Надоедливому путешественнику. Калисто усмехнулся. Хотя он не ожидал, что такое может случиться, но подготовился к любому возможному исходу, а потому теперь, элементарным использованием дайса, он вооружил себя армией шприцов, готовых вонзиться в плоть неугодных. Его создатель Доктор, как никак. «Пули» устремились к Итэру, вынуждая его использовать свой меч, который, в общем-то, не особо способствовал продвижению вперед. Тем не менее, сила пиро все же достигла своей цели и поразила клона Дотторе. Однако, защитная оболочка спасла от вторжения. С наличием двух лунных светочей, сражаться было невероятно просто. Калисто оставалось всего лишь махать правой рукой, чтобы первозданная сила Тейвата стремилась навстречу врагу. Он наконец почувствовал себя непобедимым. Динамичный бой со стороны путешественника и ленивый со стороны сегмента длился не более минуты, когда послышался слабый голос с платформы. — Нет… Пока я здесь… Сила Трех Лун будет служить Доктору… Это единственный выход, — в руке Коломбины зародилась вспышка энергии, которую уже через мгновение, она преобразовала в портал. Калисто и Итэр одновременно обернулись в ее сторону, пребывая в одинаковом удивлении. — Я так и не смогла… Вернуться домой… — Коломбина, нет! — вскрикнул путешественник, бросая бой с сегментов и устремляясь к подруге. Но та уже скрылась в неизвестном портале, который закрылся через секунду после ее исчезновения. Барьер рухнул. Использование сил Двух Лун было невозможно без третьей, а потому все, что было создано благодаря им, начало рушиться. Калисто почувствовал непреодолимую силу притяжения, энергия противилась использованию, дисгармония завладела ситуацией. — Упрямый мирок! Не пытайся меня остановить!.. — выкрикнул он в пустоту, используя остатки силы, чтобы исчезнуть вместе с двумя Лунными Светочами.***
Дотторе всеми фибрами души чувствовал унижение, когда заявился в цветочную лавку под закрытие. Он надеялся, что никто не увидит его даже вблизи этого места. Продавца можно было запугать, а вот случайные свидетели являлись самой опасной угрозой для его репутации. Но делать было нечего. Панталоне хотел его унизить, а Доктор был готов сделать все, что угодно, чтобы вернуть расположение несносного банкира. Именно поэтому сейчас он стоял, как дурак, перед владельцем цветочного магазина и слушал как он, дрожащим от страха голосом, рассказывает о разнице между сумерскими розами, ветряными астрами и глазурными лилиями. Хотелось рассмеяться. — Господин, возможно вы можете сказать, кому выбираете букет? Я знаю о вкусах большинства женщин Снежной, смогу подсказать… — Не стоит. Добавьте каждый вид цветов в букет. Дотторе не знал, какие цветы любит Панталоне, но, если будет каждый, прогадать он попросту не сможет. Именно поэтому уже через полчаса он шел по улице с огромным букетом из шестидесяти одного цветка, стараясь не попадать под свет фонарей, преимущественно выбирая подворотни. Когда же он наконец заходил в кабинет банкира, в глаза первым делом бросилась довольная ухмылка. Черт в очках был рад. Значит простит. Стоило букету оказаться на столе, Панталоне подошел и аккуратным движением потрогал бутоны цветов. — Ну и вкус у тебя конечно, — он высокомерно фыркнул, но было видно, что это больше напускное, чем всерьез. — Ты не сказал, какие конкретно хочешь, — Доктор пожал плечами, но душа буквально ликовала от того, что он смог угодить. — Ладно, ты прощен, так и быть. Второй Предвестник наконец выдохнул, расслабляясь, и даже позволил себе довольно улыбнуться, обнажая клыки. — Это была дорогая цена за прощение. — Но ты выбрал послушаться. — Потому что так надо. — Потому что я важен для тебя. Отрицать Дотторе просто не смог, но и отвечать согласием не стал. Панталоне достал из какого-то шкафа вазу и наполнил ее водой, после устанавливая туда цветы. — Ты что, оставишь их здесь? — Доктор возмущенно проследил за его действиями. Это катастрофа. — А вдруг твои клиенты видели меня с этим букетом! — А что, боишься показать другим, что даришь цветы не женщинам? Дотторе замер, проследив как Делец, хитро улыбаясь, обошел стол и приблизился. — Я ничего не боюсь. — Конечно, конечно, — Панталоне бархатно рассмеялся и протянул руку вперед, снимая с коллеги маску. В алых глазах гуляли бесы. Тем не менее, на этом Девятый не остановился и прошелся пальцами по голубым волосам, останавливаясь на затылке. Дотторе так ничего и не предпринимал, банально не понимая, что происходит. Но ему это объяснили уже через секунду, так как Делец с силой надавил на чужую голову, заставляя приблизиться лицом к себе, после чего с жадностью впился в чужие губы своими. Доктор сначала продолжал стоять неподвижно, так как был слишком в шоке от происходящего, но уже через пару мгновений с желанием ответил на поцелуй, удобно укладывая руки на фигуристую талию, подтягивая вплотную к себе, не давая отстраниться. Необходимая обоим близость так охватила их, что земля уходила из-под ног. Казалось, они никогда не смогут насытиться таким долгожданным контактом, который уж точно выходил за грань дружеских взаимоотношений. Им обоим не хватало этого, они оба нуждались в этом. Тем не менее, прервал их стук в окно. Они буквально отлетели друг от друга на пару метров, пытаясь отдышаться. Панталоне смотрел в глаза Дотторе нечитаемым взглядом, видимо, этот импульс, эта ставка, которая сыграла на все сто, была неожиданной даже для него самого. Наконец оторвавшись от созерцания «коллеги», Делец подошел к окну, распахивая его, прослеживая, как влетел белый голубь. Переглянувшись, они синхронно подошли к столу, куда он приземлился. Доктор взял письмо из лап птицы. — Это мне, — произнес он, когда прочитал информацию на конверте и, с нетерпением, открыл его. Сердце застучало быстрее. — От Царицы. Панталоне напрягся и внимательно следил за эмоциями Дотторе при чтении. А тот, пробежавшись глазами по немногочисленным строчкам, сначала покраснел, потом побледнел, а потом и вовсе позеленел. — Мой клон натворил какой-то ужас в Нод-Крае. Царица угрожает, что если «я» не остановлюсь, то буду уволен. Они молчали около пяти минут. Оба понимали, что увольнение в их случае может означать только казнь. А действия против правительницы — предательство. — Это пиздец, — заключил Делец, а Доктор в очередной раз подумал о том, насколько же ему не подходят маты.
