Вторая Поттер

— Что у вас с Гиппократом Сметвиком? — спросил Снейп внезапно, когда практически упал в директорское кресло. — Общая первая буква имени, — ответила она без заминки на автомате, но проанализировав вопрос, сощурилась. — Ревнуете? — Мисс Поттер, давайте избавимся от этой очаровательной иллюзии, что ваши инфантильные остроты кого-то здесь впечатляют. Мы не в Мунго, и ваш статус новой достопримечательности не даёт вам права на игнорирование субординации. Надеюсь, этот факт достаточно прозрачен для восприятия? Если вы надеетесь здесь учиться, то вам придётся подчиниться, ясно? — О, разумеется! Наконец-то мы открыто перешли к этой части наших отношений, — усмехнулась Гарри с видом человека, дождавшегося первого акта пьесы. — Стадия откровенного деспотизма моя любимая. — Мисс Поттер! — Снейп издал звук, подозрительно напоминающий скрежет зубов, на что она лишь коротко выдохнула. — Может немного пойдёте мне навстречу? — спросила она серьёзно и он вопросительно приподнял бровь. — Ну не могу я быть как Гарриет. С тем же успехом меня реально можно отправить топиться в Темзу, профит одинаковый. — Далась вам эта Темза, — процедил он, глядя на неё с выражением глубокого скепсиса. — Ну вот такой я человек, — она только улыбнулась, не таясь. — Умирать мне не хочется, моветон, знаете ли, а жить не получается. Дурацкое какое-то состояние и неловкое, — она развела руками. — Типичное состояние экзистенциального коллапса, не находите? — Кем вы планируете стать? Мечты, планы, цели? — О, мой звёздный час для камингаута. Как безвольная распиздяйка, я ничем не интересуюсь и никуда не стремлюсь, у меня нет ни цели, ни мечты. — Её губы дрогнули, стирая улыбку, хотя она и старалась не показать этого. — Я худшая версия Поттер. И мне на всё кристаллически поебать. Снейп смотрел на неё изучающе, склонив голову набок. Она не солгала и он не мог этого не чувствовать. Её цель — вернуться обратно, не была истинной целью. Да, она хотела чтобы друзья не переживали, но чёрт, она не хотела обратно в тот мир, но и в этом оставаться не хотела. Она вообще не понимала куда ей деть себя. Как будто она, несуразная такая, вроде и занимающая мало места, была лишней деталью везде, никуда не могла войти гармонично, никуда не могла втиснуться. Мир Гарриет победил, потому что его «избранная» оказалась именно тем винтиком, который требовался системе для триумфа. Их мир многое потерял, выбрав именно её на роль спасительницы. И разве это не лучший аргумент в пользу того, что цена человека измеряется лишь его функциональностью? Как бы она ни высмеивала систему, система всё равно оказалась чертовски права: Гарриет была хорошим инструментом, а она... она была лишь бракованным дублёром. Чем ещё можно было объяснить столь разные судьбы их миров? — Ну, одна цель у вас, несомненно, имеется, не скромничайте, — произнёс он медленно. — Вы с завидным упорством пытаетесь довести меня до Азкабана, причём делаете это уже, практически, месяц. Хотя причина мне крайне неясна. Если бы вы были Гарриет Поттер, сошедшей с ума, всё было бы понятно: месть, отсутствие серых клеток и далее по списку. Но вы? Чем я вам так насолил, что вы поставили своей целью мою дискредитацию? — Вообще-то, весь этот месяц я с вами флиртовала, — парировала Гарри, не желая понимать его претензий. — Весьма специфический у вас флирт, конечно. Впрочем, что ещё ожидать от безотцовщины. — Я не безотцовщина, — фыркнула Гарри. — Со мной всегда отец наш небесный. — Если божественное провидение так на вас влияет, то я начинаю искренне жалеть о кончине вашего папаши Джеймса. — О, он там, наверное, в гробу перевернулся, — хохотнула Гарри, на что Снейп лишь брезгливо поморщился. — Мисс Поттер, если вы грезите об обучении в этих стенах, я, возможно даже готов закрыть глаза на ваш феерический набор пороков. Но при одном условии: вы принимаете как данность мою глубочайшую к вам антипатию. Никаких публичных выходок, компрометирующих мою репутацию. Понятно? — Понятно, — Гарри согласилась подозрительно быстро. — Я вообще девушка понятливая. Если мужчина меня не хочет, у него явно непроработанные психотравмы, контрзависимый паттерн поведения и избегающий тип привязанности. — Начитались своих магловских книжек... Какой еще избегающий тип привязанности, мисс Поттер? Вы мне просто элементарно неприятны! — Уверена, это оттого, что мы мало знакомы и вы проецировали на меня своё тесное знакомство с Гарриет. Но ничего, закрытая школа-интернат всячески способствует сближению. — Мисс Поттер! Повторяю еще раз... — Всё-всё, поняла! — перебила она его, что он крайне не приветствовал. — Но директор Снейп, в мире ещё столько мужчин, с которыми у меня ничего не получится, а я зациклилась именно на вас! Давайте ценить мои нежные, хрупкие девичьи чувства, хотя бы немного! — В вас из девичьего... — Что, только вагина? — любезно подсказала она, перебивая его снова. — Пошла вон! — А как же вступительные экзамены? — Вон, я сказал! — Но директор Снейп! — Уйдите с моих глаз, мисс Поттер, пока я вас и правда не отправил плавать в Темзу! — прошипел он низким, страшным голосом, до побелевших пальцев вцепившись в трость. — Но мне нужно образование! — Будущим проституткам Лютного оно ни к чему! — бросил он с ядовитой брезгливостью, но тут же осёкся и прикрыл глаза. В кабинете воцарилась тишина. Снейп несколько раз глубоко вздохнул, стараясь взять себя в руки. Обидно? Да, но... «Ты сама виновата», — Гарри сглотнула ком в горле. Она медленно встала, развернулась и пошла к двери на ватных ногах, стараясь ни о чём не думать. Всё потом. Ей нужно проветрить голову, в которой отчаяние шумело сильнее любого шторма. Почему она такая ненормальная? Она судорожно вздохнула, пытаясь подавить дрожь в руках, когда её окликнули, но она либо не расслышала, либо не захотела. Глупости всё это. Ну назвали её так, а чего она ждала, неся весь этот бред? Идиотка, совсем заигралась. Он — взрослый мужчина, герой войны на высоком посту, у него может вообще аллергия на фамилию Поттер, а тут она со своими шутками про члены, дерьмо и вагины. Со «своим» Снейпом она бы и пикнуть не посмела — он бы приложил её сразу, вправив мозги. А этот... он терпел. Долго терпел. Её дернули на себя так резко, что она не успела среагировать и, завалившись назад, практически повисла на нём. Подняв голову, она встретилась с его чёрными, внимательными глазами. Он не спеша помог ей выровняться и отступил на шаг. — Сядьте, — скомандовал он, возвращаясь к своему креслу. Поттер не стала спорить. Не гордая, мысленно хмыкнула она, чувствуя привычную горечь. Подумаешь, окрестил будущей проституткой — слышала и похуже, так что проглотит, даже не подавившись. Противно, конечно, до колик, но не стыдно. Она вернулась к столу, но села не с той чинностью, что раньше: скинула кеды, забралась в кресло с ногами и устроилась полубоком, сжавшись в комок. Расслабленная, почти уютная поза — её личный способ успокоить нервишки. Похоже, Снейп считал этот жест безошибочно. Он сложил руки в замок и впился в неё взглядом. — Как так вышло, что я ничего о вас не слышал, мисс Поттер? — спросил он вместо извинений, на которые она, разумеется, не рассчитывала. — А что, Дамблдор вам докладывал обо всём с точностью до вздоха? — огрызнулась она вопросом на вопрос. — Да. — И про крестражи знали с первой секунды? — Снейп лишь поджал губы, подтверждая её правду. — Запасной вариант, значит... Кто ещё был в курсе? — Из вашего Ордена? Никто. Гарри старалась отвечать правду — легилименты читали ложь по телу, как дешёвый детектив. А в их Ордене о ней действительно никто не знал, ведь она была из иной реальности. — Кто занимался вашим обучением? Вы ведь где-то учились? Хотя ваша манера аппарировать в нетрезвом виде наводит на мысли об обратном, но раз вы метите на седьмой курс, академические знания у вас должны быть. — Меня учили такие же люди, как ваши коллеги, — пожала она плечами, не уточняя, что эти «такие же» находятся за гранью понимания местного мэтра и действительно были практически теми же лицами. — У меня ровно тот же багаж знаний, что и у Гарриет. — Вы в этом уверены? Спустя час допроса, Снейп, наконец, откинулся на спинку кресла, но не сводил с неё цепкого взгляда. Гарри сама была поражена — она прошла через все вопросы, где-то хуже, где-то лучше, но смогла ответить на всё. — Практика, надеюсь, на том же уровне? — Увы, — она тяжело вздохнула. — Гиппократ считает, что в моём ядре произошли необратимые последствия и окончательно понять что с моими магическими способностями сможем лишь спустя время. Пока мне всё ещё запрещено что-то сложнее уровня третьего-четвёртого курса. — И как вы планируете учиться? — осведомился Снейп прохладно. — Это не навсегда, магия со временем восстановится. Пусть и не в том объёме, возможно и не в том качестве, но восстановится. — Вы говорите об этом с пугающей лёгкостью... — Хотите видеть меня в слезах? — парировала она. — Ну назовите ещё раз проституткой, может и заплачу. — Обиделись, мисс Поттер? — Мне восемнадцать, как вы думаете? — ответила она прямо и Снейп едва заметно усмехнулся — на этот раз почти без яда. — Я думал, вас подобное не трогает. — А я думала, что у вас выдержка попрочнее. — О, мисс Поттер, выдержки мне не занимать. Просто я ещё не встречал таких, как вы. Совершенно серьёзно. — Преувеличиваете конечно, но спасибо, — ответила она с изрядной долей сарказма. — Да какой спасибо, мисс Поттер, не обольщайтесь, это не комплимент. Вашим именем стоило бы назвать психическую патологию или какой-нибудь разрушительный ураган. И уж не знаю, за какие грехи ваш небесный отец наслал вас на землю в наказание нам всем, но факт остаётся фактом: вы настолько невоспитанны, что мне страшно представить, в какую дыру вас запихнул Дамблдор. Гарри невесело усмехнулась. Рассказывать о своей жизни она не собиралась. Вот Гарриет однажды рассказала, так та настолько прониклась, что теперь готова была защищать её от всех и каждого. Неделю назад она вот слышала, как Гарриет спорила с Роном и Гермионой на повышенных тонах шёпота, доказывая, что ей, Гарри, можно доверять и вообще, она лишь на вид такая жуткая, а на деле ранимая булочка. Ну-ну. Не хватало ещё чтобы Снейп узнал. Он не расчувствуется, лишь брезгливо скривится и решит, что клеймо проститутки... Да нет, вряд ли он решит, что она заслуживает подобного, но возможно его отношение действительно изменится в худшую сторону. Она с детства знала, что к сиротам относятся предвзято, а если эти сироты ещё и плохо воспитанные... — Так что там с экзаменом? — Считайте, что вы его сдали. Но помните: рискнёте устроить балаган прилюдно и заденете мою репутацию — я утоплю вас лично, мисс Поттер. — Я вас поняла, директор. Шутки — только тет-а-тет, прилюдно — исключительно блюсти вашу честь, — она попыталась улыбнуться. — Вижу, что до вас начинает доходить. — Разумеется, вы же педагог от бога — мастерски находите нужные слова. — Ждете извинений? — Нет. Не думаю, что в вас водится искреннее раскаяние, да и вряд ли вы жалеете о сказанном. В конце концов, я вполне это заслужила, — она отвела взгляд, с подчёркнутым интересом изучая небо за окном, словно там было нечто куда более увлекательное, чем собеседник. — Я не стану опускаться до извинений, но признаю: подобные выражения были за гранью допустимого. Предлагаю приложить совместные усилия, дабы подобный лингвистический эксцесс не повторился. — Гарри уже приготовилась блеснуть острым словцом, но директор бесцеремонно её оборвал: — И всё таки, с какой стати вы позволяете себе столь фамильярный тон со Сметвиком? — Да сдался вам этот Сметвик, — фыркнула Поттер. — Если это не приступ ревности, то что? Какое вам дело до моих личных отношений с Гиппократом? — Такое, мисс Поттер, что вам, возможно, и плевать на собственный облик в глазах приличного общества, но я не горю желанием лицезреть помойные статьи о развратных студентках. Ваш сомнительный моральный облик неизбежно бросит тень на школу, которая под моим началом. Полагаете, много времени потребуется Скитер, чтобы разнюхать о ваших «личных отношениях» с ведущим целителем, который годится вам в отцы? Вы хоть отдаете отчёт в том, что польётся со страниц Пророка? — Как будто без этого у неё иссякнет фантазия, — вздохнула Гарри. — Мы с Гиппократом не трахаемся и не собираемся, если вас терзали именно эти эротические фантазии, — хмыкнула она, и Снейп снова поморщился, как от хронической зубной боли. — Он не в моём вкусе. — Судя по вашим последним выходкам, было бы лучше, если бы он в нём оказался. — Так вы определитесь, господин директор: мне западать на Гиппократа, заниматься с ним всякими непотребствами и сиять в заголовках Пророка, либо сохнуть по вам тихо, мирно, проявляя признаки нездорового и неприятного для вас интереса исключительно тет-а-тет? — Поразительная безвыходность ситуации, — процедил он, прикрыв глаза. — Вы умеете создавать проблемы из ничего с грацией стихийного бедствия.