Железная Леди

Приятного прочтения💞________________________ Когда она добежала до поворота, её взгляду открылась страшная картина: их уютный дом, её единственная крепость, был охвачен огнем. Пожарные расчеты пытались сбить пламя, но старое дерево полыхало слишком сильно. — Бабушка! Дедушка! — закричала Нора, пытаясь прорваться сквозь оцепление. — Стойте, девушка! Туда нельзя! — крепкий пожарный перехватил её за плечи, удерживая на месте. — Там мои родные! Пустите меня! — она отчаянно вырывалась, её глаза расширились от ужаса, отражая танцующие языки пламени. Но пожарный не отпускал. Его взгляд был полон тяжелого, давящего сочувствия. Нора замерла, глядя на то, как пожарные вытаскивают на лужайку два тела закрывая темной плотной тканью. Мир вокруг Гилберт внезапно замолчал. Исчез гул толпы, сирены, треск горящих балок. Осталась только звенящая, ледяная пустота. В один миг Элеонора потеряла всё. Больше не было запаха пирога, не было ворчания дедушки в гараже, не было мудрых советов бабушки. Она опустилась на колени прямо на дорожный асфальт, не отрывая взгляда от двух тел. *** Через пару дней небо над Малибу затянуло серыми, тяжелыми тучами, словно сама природа решила сменить ослепительное золото на траур. Элеонора стояла у двух свежих могил, и пронизывающий ветер с океана казался ей почти ласковым по сравнению с той ледяной пустотой, что поселилась в груди. Она была совсем одна. Не было ни родственников, ни толпы сочувствующих — только старушка Нэнси из библиотеки стояла чуть поодаль, прижимая к глазам платок, и пара соседей, которые поспешили уйти, как только закончилась официальная часть. Нора смотрела на надгробия. Оливия Гилберт и Морган Гилберт. Те, кто были её миром, её кодом доступа к нормальной жизни, теперь стали просто именами, высеченными в камне. Девушка узнала от пожарных что произошло. «Заискрила провода, надышались дымом, и газом» Сейчас Элеонора выглядела иначе. За эти несколько дней её лицо осунулось, а яркие голубые глаза, казалось, выцвели от выплаканных слез, став похожими на два осколка льда. Темные волосы, которые так любила гладить бабушка, были туго стянуты в узел. В руках она сжимала ту самую книгу о любви, которую купила. Обложка была испачкана, но Нора не могла её выбросить. Это была последняя вещь из её «прошлой» жизни. — Ты была права, бабуля, — едва слышно прошептала она, и голос её дрогнул. — Любовь - это не физика... Она вспомнила слова дедушки о том, что железо не врет. Сейчас ей хотелось самой стать из железа, чтобы больше никогда не чувствовать этой разрывающей боли. Гилберт медленно наклонилась и положила на могилу дедушки тот самый гаечный ключ, который он дал ей в гараже, а на могилу бабушки — засушенный цветок мяты из их сада. Она развернулась и пошла прочь от кладбища, не оборачиваясь. У неё не было дома, не было работы и не было семьи. Но в кармане куртки всё ещё лежали те 150 долларов, которые бабушка дала ей когда девушка пошла в парк. Это были её последние деньги и её последний шанс. В этот момент, глядя на проезжающие мимо авто, Нора поняла: ей больше нечего терять. И именно это сделало её по-настоящему опасной и невероятно сильной. Она шла по улицам Малибу, не замечая солнца, которое снова нахально вылезло из-за туч. Она видела перед собой только витрину старой парикмахерской, мимо которой сотни раз проходила вместе с бабушкой. Колокольчик над дверью звякнул, отсекая шум улицы. Внутри пахло лаком для волос и дешевым парфюмом. Пожилой мастер, увидев бледную девушку с потухшими глазами, он узнал её. Элеонора Гилберт внучка его старого знакомого Моргана Гилберта. — Ох, дорогая Элеонора... — начал он, сокрушенно качая головой. — Мне так жаль. Хочешь, я просто подровняю кончики? — Да, хорошо — сказала Нора, присаживаясь в кресло. Её голос прозвучал чужо и холодно. — Но, я хочу изменить цвет волос. Она посмотрела на своё отражение в зеркале. На неё смотрела брюнетка с заплаканными глазами, в которых ещё теплилась память о семейных ужинах. Эта девушка была слишком слабой для того мира, в который она собиралась войти. — Сделайте меня блондинкой, — приказала она, не отрывая взгляда от собственного отражения. — Самый светлый тон, какой у вас есть. Парикмахер замялся, но, встретив ледяной взгляд её глаз, молча кивнул. Работа заняла несколько часов. Нора сидела неподвижно, слушая только щелканье ножниц, которые будто отрезали её прошлое по кусочку. Тёмные кончики падали на пол, превращаясь в бесполезный мусор. Когда мастер наконец развернул кресло к зеркалу, Нора замерла. Из зеркала на неё смотрела незнакомка. Платиновые волосы выгодно подчеркнули её необычные глаза, сделав их сияющими, почти неземными. Теперь она выглядела старше, увереннее. Боль никуда не ушла, но теперь она была спрятана за идеальным глянцевым фасадом. Гилберт достала из кармана последние деньги — те самые купюры. Она расплатилась, оставив на чай последние центы, и вышла на улицу. ___________________________ Грустно... Благодарю за прочтения💞