Эротическое падение Макс Мэйфилд

Душевая струя приятно касается моих мышц, давая тем ненадолго расслабиться в теплой воде. Мои глаза невольно опускаются вниз, замечая все ещё каменный стояк несмотря на недавний оргазм. Сквозь шум воды до моих ушей доносится звук закрывания и открывания дверей. Словно Макс впервые зашла в этот дом, и теперь осматривает его словно котенок у новых хозяев. Через несколько секунд после этой мысли провожу рукой по влажным волосам. Кажется, я, как те пацаны с которыми дружит Макс, попал под ее чары. Ведь только этим можно объяснить мои мысленные сравнения сестры с котёнком. Подношу лицо под самую лейку и делаю воду ещё горячее. Раньше я любил холодный душ. Это было полезно и успокаивало после тренировок или тяжёлого дня. Или вечеринки, где градус в головах глупых студентов мог бы догнать по температуре блядское солнце. Но теперь... Я не могу принимать холодный душ. Стоит мне ощутить на себе пронизывающую прохладу – мозг, и тело, вспоминало о Истязателе Разума. Пока я был, как марионетка, под его контролем, мне особо запомнилось ощущение холода, когда ты не можешь контролировать собственное тело. А быть лишь сторонним наблюдателем. Но это не куколдизм, хоть также и не приносить удовольствие. Не ебу как работает человечий мозг, но очень грустно, что он не может моментами отличить воспоминания от действительности. А тело не в силах унять бешеное сердцебиение, даже при знании того что этот кошмар позади. Но за старыми ужасами следуют новые. Теперь у меня практически нет друзей. Только пару собутыльников, которые без сомнений продадут меня на органы, если им предложат вписку с горячими студентками и бухлом. Наверное это трудно назвать дружбой. Переставляю кран, беря с края душевой кабинки полотенце. Пока мои руки обтирают мокрое тело, снова слышится звук закрывания двери. Не удивлюсь, если Макс снова решила сбежать, как вчера. Тем не менее, в таком случае, я не буду ее останавливать. Я не настолько мудак. По крайней мере, больше нет. Через две минуты я выхожу из ванной комнаты, полностью одетый: Зелёные шорты и черная рубашка. Посреди коридора стоит Макс в домашней одежде. А ее рыжие волосы все ещё растрепаны, после моих пальцев... Прикрываю глаза, в нежелание ловить стояк будучи в этих тонких шортах. А то потом ещё народ на улице испугается, подумает что я винтовку в них ношу. — Ты в этом поедешь? — интересуюсь я, пробираясь в свою комнату чтобы стянуть с тумбочки солнцезащитные очки. — Ну да, — слышу ответ девушки из коридора. Следующий ее вопрос звучит громче, должно быть она остановилась позади меня в дверном проеме. — А что? — Ничего, — искренний ответ слетает с моих губ, когда оказываюсь перед Мэйфилд. Макс смотрит на меня несколько тихих секунд со странным выражением на лице. А затем, видимо осознав что пялится, отводит глаза. Я решаю никак не комментировать ее взгляд, надеясь, что это лишь оценка моего ахуенного тела, мышцы которого не очень стойко прикрывает рубаха. — Идем, — неосознанно приказываю я, проходя через кухню ко входной двери. Слышу позади себе тихие шаги Максин, которые стихают стоит нам оказаться на улице перед тачкой. Как в старые добрые времена, рыжая обходит машину и садится на пассажирское сиденье. Не могу при этом не воспроизвести в голове воспоминания о том как я сотни раз вез и забирал ее из школы. Хотя, фактически, я вез и забирал самого себе а она просто шла в комплекте чтобы не давать повод отцу отпиздить меня, но все же. Эти деньки дают понять, как сильно все изменилось за пару месяцев. — Как в старые добрые, — неосознанно срывается из моего рта, когда пальцы обхватывают руль Шевролета Камаро. — Ага, есть такое. — отвечает тихо Макс, ерзая на сиденье. Поворачиваюсь к ней, сквозь очки пытаясь определить причину перемены ее настроения. Девушка жмется к окну и ведёт себя так будто теряет сознание. Ее щеки покраснели а глаза специально не хотят обращать внимание на меня. — Ты в порядке? — спрашиваю я чуть обеспокоенно. Если родители приедут а Макс в больнице, то первым дело подумают что непутёвый сынишка что-то натворил. — Да, — отвечает Макс, наконец поднимая на меня глаза. — Я просто... — она замолкает на несколько секунд, — Слегка возбуждена. Ну, конечно. Как я мог не подумать о женском возбуждении. Слегка удивляет ее честность. Граница, которая сдерживает нас, стирается с каждым новым словом и выполненным пунктов в списке Макс. — Тебе так сильно понравилось сосать мой член? — хриплым голосом интересуюсь я. Мэйфилд молчит несколько секунд. Очевидно, шокированная моей прямолинейностью. — Да, — отвечает она. Моя ладонь ложится на ее обнаженную коленку, отчего девушка вздрагивает от прикосновения. Зато, заметно, что ей нравится. Максин слегка закусывает губу и мне даже не нужно сувать руку ей в трусы чтобы понять что она взмокла. Мои пальцы скользят по ее бедру, останавливаясь возле начала шорт. Я месяц не был с девушками, но меня пробирает дрожь, словно старшеклассника впервые потрогавшего сиськи. — Как насчёт, выполнить прямо сейчас ещё один пунктик в твоём списке? — предлагаю я, поднимаясь ладонью на выемку ширинки. — Пальцы уже были, — бормочет сестра, тихим голосом. Сучка возбуждена и я намерен подарить ей удовольствие. — Я не про них, — отвечаю я, продвигаясь корпусом тела ближе к девушке. Насколько позволяет внутреннее строение тачки. Мэйфилд замирает, видимо догоняя ход моих мыслей. Она не отталкивает мою руку, когда та начинает медленными движениями расстёгивать ширинку шорт. Приятно осознавать, что мои прикосновения не кажутся ей противными. Или же, она настолько возбуждена, что ей все равно с кем трахаться. Я стараюсь отогнать негативные мысли из головы, сосредоточившись на тихом дыхании Макс. — Насколько я помню, — начинаю я, моё лицо оказывается возле ее уха, обвитого рыжими прядями. — Под пунктом семь был: «Секс в машине». Сестра ничего не говорит на мои слова. Но те ей и не нужны, когда она подается вперед, давая мне больше доступа к нижней части своего тела. — Ты хорошо поработала ротиком сегодня, — Мои пальцы хватаются за ее шорты, приспуская те по ногам. Рыжеволосая приподнимает задницу, чтобы мне было легче. Она оказывается в одних трусиках белого цвета. Видимо из-за этого и были стуки дверей пока я душ принимал – белье меняла. Но тем не менее, сколько трусы не меняй, ее естественные выделения все равно оказываются стыдливо видны на середине ткани. — Заслужила награду, — заканчиваю я фразу, направляя палец к манящему пятну. Макс прикрывает глаза, ерзая на сидение. Чувствую как сильно она хочет получить разрядку. На улице ярко светит солнце. Тем не менее, возле нашего дома людей практически нет. Вдалеке заметен старичок, идущий в противоположную сторону. На соседней улице слышны крики детей, наверное в мяч гоняют. Такие увлечения я уважаю. Моя рука оказывается на трусиках Макс, она издает тихий стон который эхом раздается в салоне Шевролета. Пальцы начинают поглаживать ее промокшую киску, спрятанную белоснежной тканью. Тем не менее, сводная сестричка ощущает прикосновения ярко. Если судить по хриплому стоны слетевшего с ее приоткрытых пухлых губ. Она изгибается всем телом на сиденье, отчего ее грудь оказывается впереди. Только сейчас в объекте моего внимания оказываются выпирающие через футболку бугорки Макс. Твою мать, у нее соски затвердели. Это не было бы проблемой если бы не мой член, которому эта картина показалась такой возбуждающей что он решил придти в рабочее состояние. Я отодвигаю пальцами края трусиков девушки, давая себе доступ к ее розоватой влажной киске. — Билли, — произносит она мое имя стоном, когда мой палец оказывается внутри. Кончиком проталкиваясь дальше, остро чувствуя как стенки ее девственного влагалища приятно сжимают мою конечность изнутри. Моё сердцебиение начинает ненормально отдавать ритм, когда Макс сама пытается насадиться на палец. — Бля, — бормочу я, когда воздух в машине нагревается от наших совместных усилий. — Ты сексуальная, просто с ума сводишь. Мои руки чешутся чтобы схватить рыжую за волосы, но я стараюсь сдерживаться. Будь моя воля, я бы её из дома не выпускал, только трахал, кусал, целовал. Хотелось бы оставить на ее бледной коже пометины, или покрыть ее своей спермой. Пальцем начинаю двигаться быстрее по киске девушки. Она отворачивается к окну. — Билли, — обеспокоенно зовёт сестра, я оборачиваюсь к лобовому стеклу. Впереди идет женщина с ребенком в коляске. Через пару секунд она будет очень близко к нашей машине. Если повернет голову... — Ох, она всего лишь сейчас увидит как какая-то рыжая шлюха, кайфует от пальцев сводного брата. — бормочу я, когда стояк болезненно впивается в ткань боксеров. Я возобновляю движение рукой, входя в Мэйфилд вторым пальцем. Ее киска начинает привыкать к моим ласкам, отчего вторжение происходит безо всяких преград. Сестра хватается за мое плечо, не в силах что либо возразить. Макс в страхе смотрит на меня а потом на ту женщину. Которая уже возле Шевролета Комаро и... Влагалище девушки пульсирует, извергаясь в оргазме. Незнакомка почти посмотрела в нашу сторону, теперь ее даже не видно, ушла. Кажется, Макс перевозбудилась от страха быть застуканной. Я смотрю на нее, чуть улыбаясь и выхожу из расслабленного тела пальцами. На кончиках фаланги блестят ее выделения. — Попробуй себя, — в порыве возбуждения бормочу я, прикладывая ладонь к ее губам. Мэйфилд, без возражений, захватывает мои пальцы в плен своего теплого рта. Это заставляет меня вспомнить утренний минет, отчего член дергается в шортах. Должен признать, я тоже возбудился от мысли что та женщина нас увидит. Это было так глупо и жутко, что адреналин до сих-пор бьёт в кровоток. Макс отрывается от моей руки, облизнув пересохшие губы. — Седьмой пункт списка выполнен, — произносит с улыбкой девушка, когда я завожу мотор и срываюсь с места.

***

Улицы Хоукинса пролетали мимо, особо не задерживаясь в глазах. Я приоткрыл окна в машине. Дул теплый ветер который рассыпал мои кудрявые волосы по всему сиденью, но мне было все равно. Надо было смотреть на дорогу, но я не мог не пялиться на Макс, с улыбкой смотрящую в окно и поправлящую свои огненные волосы. В мире не так уж и много рыжих людей, спасибо за это далеким предкам. Но каков шанс, что этот цвет волос окажется у дочери женщины с которой спит твой отец-тиран? Думаю не большой. Кто-то бы назвал это совпадением или подарком судьбы, но как по мне это несмешная шутка Вселенной. Один из самых сексуальных элементов оказался в сводной сестре. Я много кого перетрахал за свою буйную подростковую жизнь: брюнетки, блондинки, лысые, толстые, худые, но ни с одной не испытывал того кайфа который дарили мне рыжеволосые дамы. Они были более страстными что-ли. Было так приятно схватить их за волосы, накрутив на кулак, пока мой член доводил их до очередного оргазма. И похуй что это происходило в незнакомой комнате на хате чувака имени которого я даже не помнил – тогда было хорошо. Возвращаясь после вписок пьяным я видел Максин. Мои глаза не специально заостряли внимание на ее распущенных волосах цвета осенних листьев. Когда мне в голову лезли мысли, что хочу схватить ее за волосы во время секса я списывал это на похмелье. Но сейчас... Все не так однозначно как в старшей школе. Мы остановились возле ближайшего супермаркета. Через несколько минут уже ехали домой, с набитым едой багажником. Повезло никого не встретить в магазине из знакомых. Кажется, в десять часов утра город все ещё спит. Так непривычно тусить с Макс без обязанностей родителей. Просто потому-что самому хочется, а не из-за того что Сьюзан попросила отвезти сестричку в школу. Каждое лето с десяти лет я проводил в шумных компаниях, среди девочек и друзей с такими же увлечениями. А этим летом я впервые за многое время остался практически один. Позвонить не кому, да и в ответ никто не хочет пригласить куда-нибудь. Последний раз я чувствовал себя так после смерти матери. Когда встретился глаз на глаз с отцом и увидел в его взгляде, подтверждение тому, что теперь я сам за себя. Теперь же, кажется, я всегда был один. Алкоголь, секс, и вписки на некоторое время убирали это поганое чувство. Но оно никуда и не исчезало. Приоткрываю дверь в дом. Макс заходит вперёд с пакетом чипсов и газировкой в руках. Хотя мы конечно купили и здоровую еду. А ещё среди списка покупок маячили презервативы и сигареты. Макс на кассе никак не комментировала миниатюрную синию упаковку, но ее предвкушающий взгляд слишком много выдавал о своей обладательнице, чтобы те нужны были слова. — Чем хочешь заняться? — интересуюсь я, когда продукты оказались аккуратно разложены на столе. — Я была бы не против посмотреть фильм под чипсы, — отвечает Максин с лёгкой улыбкой. — Какой? — снимаю солнцезащитные очки, направляясь в комнату. — Ужастик? — Хотелось бы чего-нибудь про любовь, — кричит девушка через коридор. — Какой? Ничего не знаю такого. — стягиваю рубашку через голову. Макс останавливается в дверном проёме, наблюдая за тем как мышцы моей спины переливаются во время переодевания. Она застывает, будто забыла о чем мы говорили, а затем приходит в себя: — Слышал про «Унесенные ветром»?