𝓤 𝓣𝓮𝓫𝔂𝓪 𝓷𝓪𝓭 𝓰𝓸𝓵𝓸𝓿𝓸𝔂.

Уёну этого показалось мало, и он сделал медленный шаг вперёд, заставляя Джису прижаться к раковине. Губы мужчины углубили поцелуй, а вторая рука поползла по талии девушки, прижимая к себе и проминая ткань белого платья в своих пальцах. Теперь он целовал настойчивее, требовательнее и глубже, слегка поглаживая затылок пальцами, зарываясь в чёрных прядях. Джису выдыхала ему в губы вместе с еле слышным стоном. Ким не контролировала уже свои мысли, теряясь в этом ощущении: как пальцы сжимают и разжимают её волосы, как рука на её талии медленно мнёт чёртово белое платье, и его губы с пирсингом холодят нижнюю губу. Они отстранились почти одновременно, когда казалось, что воздух в такой маленькой ванной уже заканчивался. Лоб Уёна упёрся об лоб Джису, не выпуская из своих рук. - Ты вообще понимаешь, что сделала сейчас? - прошептал Чон хрипло. - А ты? - в ответ вырвалось у Ким быстрее, чем она успела подумать. И как только слова вылетели из её губ, она тут же пожалела о своей смелости, потому что Уён промолчал. Он просто смотрел. Смотрел на неё, будто вот-вот и что-то произойдёт. Возможно, это будет неожиданно и приятно, но этого не должно происходить вот так, быстро. Его глаза смотрели в её, долго и изучающе, с неким пожаром в глубине. Джису чувствовала этот тяжёлый и одновременно приятный взгляд, и ей становилось не по себе. Её щёк коснулся предательский румянец, и она переводит взгляд куда угодно: на свои руки, которые всё ещё держали его ворот майки, на его плечи, да хоть в пол, - главное, не в эти карие глаза. Ким не могла смотреть в них, не сейчас, не после поцелуя. «Снова на те же грабли? Поздравляю... Дура.» - Эй.. - тихо позвал Уён. - Ты чего? - но в голосе просачивалась та самая усмешка. Джису молчала, она не знала, что сказать. Её глаза смотрели то на перебинтованную руку мужчины, то на свои руки, или вновь его плечи и руки. Она не могла смотреть на него. Если она сейчас это сделает, она растает окончательно или натворит снова глупостей. - Джису. - Чон наклонил голову, и его дыхание коснулось её лба сквозь чёрную чёлку. - Посмотри на меня. - Не хочу. - буркнула Ким, прикусывая нижнюю губу и пряча взгляд куда угодно, только не на мужчину. - Почему? - его тон слегка изменился, и теперь было слышно лишь искреннее любопытство. - Потому что.. - она затянулась. - Потому что ты смотришь на меня как на какой-то десерт. - выпалила Джису на одном дыхании. Чон замер на секунду и усмехнулся горлом, отчего по его телу прошлась вибрация, добираясь и до самой девушки через её руки на его вороте. - Может, так оно и есть. - прошептал он, начиная неосознанно поглаживать ладонью её талию, а другой, той, что забинтована, опускается с её затылка к подбородку, заставляя посмотреть на себя. Джису не выдержала и подняла глаза со своих рук в глаза напротив - и пожалела. По её телу прошлись мурашки от его взгляда. Он смотрел так, будто видит насквозь все её секреты, всё то, чем она живёт, и читает мысли. Никто никогда так не смотрел на неё. Для Джису это было слишком интимно, слишком обнажало душу. Она чувствовала себя голой. Девушка дёрнула головой, освободила свой подбородок из-под пальцев мужчины и вновь уставилась куда-то в дверной косяк, в пол. Куда угодно, главное - не снова в его тёмные ореховые глаза. - Ты всегда такая упрямая? - спросил Уён, слегка улыбаясь. - А ты всегда такой наглый? - произнесла Джису, но это прозвучало скорее растерянно и обиженно. - Только с тобой. - ответил Чон так просто, но честно. Ким чувствует на своей макушке его сверлящий взгляд, будто у него была целая вечность ожидания, пока она не посмотрит на него. Пауза затянулась ненадолго, но для них это казалось больше чем час. - Знаешь. - заговорил Уён. - Ты милая, когда смущаешься. - Заткнись. - прошептала Джису в ответ, не замечая, как уголки её губ предательски поднялись вверх. Наконец хватка на груди мужчины ослабла, и девушка убрала руки, отворачиваясь, а после и покидая ванную комнату, направляясь куда-то в сторону гостиной. Уён усмехнулся и направился за Джису, выключая за ними в комнате свет и закрывая за своей спиной дверь, а после поднимает взгляд и видит, что та уже сидит на балконе к нему спиной. Ноги мужчины быстро дошли до порога, и он, не спрашивая, сел напротив на обычный двухместный диванчик. - Я покурю? Джису кивнула, закутываясь в плед, который успела стащить с дивана в гостиной. Уён достал из переднего левого кармана штанов зажигалку с пачкой Malbro. Его длинные пальцы ловко достали одну и, зажав её между губ, он закурил, щёлкая зажигалкой. Только сейчас Ким посмотрела в сторону, отвлекаясь от следа поцелуя на своих губах и от того, что засмотрелась на чужие пальцы. - Ты тогда сказал, что чинил колонки. - нарушила Джису тишину. - Твоя работа? - Сейчас да. - медленно кивнул Уён, выпуская дым через нос и задумчиво смотря на красный кончик сигареты. - Чиню всякую технику, иногда берусь и за машины. - А раньше? - Ким повернулась лицом к мужчине, рассматривая его черты лица. - У вас с друзьями вроде бы была группа? - Да, была. - выдохнул он дым, ухмыляясь, но эта ухмылка была такой грустной. - Сан играл на бас-гитаре, Хонджун - лидер и вокалист, а Ёсан, ты его не знаешь, он был клавишником. - Джису слушала его и не перебивала, аккуратно складывая ноги под себя, она смотрела на его профиль под светом фонаря: на скулы, на нос с милой горбинкой, на губы с пирсингом. - А я на барабанах... - каждое слово звучало как исповедь. - Мы играли в клубах, на открытиях и даже на фестивалях. - он докурил сигарету и выбросил куда-то вдаль от балкона. - А потом мы стали взрослыми, и все разошлись. Ёсан уехал в другой город поступать в университет. Хонджун не ушёл из вокала, стал преподавать и уже собрал себе мальцов. Сан.. У него была своя музыка, но после одной девушки он перестал выходить на сцену. - А ты? - Джису мягко улыбнулась. Впервые за этот вечер так свободно, что Уён улыбнулся в ответ. - А я остался с паяльником в руке и самой милой девушкой на её балконе. Джису, смущаясь, перевела взгляд на его руки и молча смотрела на них. Длинные пальцы с легка грубоватой кожей от работы. На его правой руке был бинт с маленьким бантиком, который она завязала пару минут назад. Она невольно задумалась, представляя Уёна за барабанной установкой: как его тёмные, мокрые от пота волосы падают ему на глаза, как он бьёт в ритм их музыке и его довольную ухмылку на сцене. - Когда ты ударила меня левой рукой, а после прижала к себе её, я.. Я переборщил с шуткой про бетон, и она была тупой. Прости меня.. - Джису посмотрела на Уёна и слегка прикусила нижнюю губу, а после машинально провела ладонью по левой руке. - Ты же не знал, что у меня тендовагинит. - его глаза поднялись, и они встретились взглядами. - Моя болезнь... Она профессиональная. Из-за напряжения кисти и вообще руки она начинает болеть, и я бинтую её эластичными бинтами, стараясь растянуть момент, чтобы рисовать. - Чтобы унять боль? - тихо спросил Чон. - Чтобы работать. - поправила Ким мужчину. - Каждый день, пока есть заказы... Пока.. - Пока? - переспросил Уён. - Пока я вообще могу держать кисть. - горько усмехнулась Джису и отвела взгляд, а после встала с места и, укутавшись в плед, подошла к перилам, облокачиваясь об них и начиная рассматривать на небе звёзды. - Врачи говорят: либо операция, либо меньше рисовать. Но я не могу не рисовать, это моё всё. Уён не знал, что сказать, чтобы как-то поддержать. Он просто встал с места и подошёл сзади Джису. Его тёплые ладони легли ей на плечи, слегка массируя их. - Уже поздно, Джису, пора спать. - мягко прошептал Чон, а после наклонился ближе и поцеловал оголённое плечо девушки, заставляя её застыть. - Спокойной ночи. - Спокойной ночи.. - прошептала Джису растерянно и закрылась пледом, начиная вновь краснеть.

***

Уён постучал в квартиру Джису после обеда, давая девушке немного поспать. Ким налила ему чай и посадила на диван в гостиной - она как раз хотела начинать заполнять контуры наброска краской. Бинт на левой кисти руки ложился ровными витками, обвивая никогда до конца не заживающие суставы. Джису делает это уже на автомате, машинально, даже не глядя - пальцы ловко справлялись с этим. Уён сидит за её спиной с керамической чашкой белого цвета, делая маленькие глотки горячего чая. Девушка чувствовала взгляд на своей спине, тот самый, от которого хочется спрятаться из-за неловкости, когда это слишком пристально. Джису окунула кисть в янтарно-оранжевую краску, приступая к раскрасу наброска. - Ты всегда так долго смотришь на пустой холст перед тем, как начать? - голос сзади раздался с мягкой хрипотцой. - Он не пустой. - не оборачиваясь, ответила Джису, продолжая водить кистью по намеченным линиям. - До того как ты пришёл, я уже накидала набросок. - Что будешь рисовать? - керамика касается пола, а локти Уёна располагаются на его коленях, внимательно смотря на холст, пытаясь угадать силуэт невидимых линий. Джису не любила отвечать на этот вопрос, но в его мягком хрипе было что-то такое, от чего у неё всё таяло. - Закат на море. - просто ответила Ким, вновь макая кисть в краску на палитре во второй руке. - Волны и солнце, которое почти коснулось горизонта. - её кончик кисти вновь коснулся холста, оставляя за собой след. Чон ничего не ответил, лишь тихо усмехнулся, наблюдая за процессом создания картины. Он не отвлекался ни на телефон, ни на приходящие вибрации в его правом кармане, ни на что - только смотрел так, как смотрят на самый интересный фильм в его жизни. Тишина между ними была не неловкой, а какой-то даже уютной. Ким с каждым мазком забыла о присутствии сидящего за её спиной, увлекаясь процессом глубже. Уён видел её задумчивое и сосредоточенное лицо, еле прикушенную нижнюю губу, когда у той получалось не совсем то, и тихие вздохи облегчения, когда всё же получалось так, как нужно. Прошло, наверное, уже больше часа. Мазки на палитре начинали засыхать, холст обретал новый вид и первый слой жизни на себе. Джису положила палитру на стол у стены и потянулась, разминая затёкшую шею. - Ребята собрались посмотреть фильм у меня. - начал он после долгой паузы. - Хонджун будет с твоей блондинкой, Сан приведёт какую-то Лису. - Лису? - Джису слегка нахмурилась, услышав незнакомое имя, но быстро расслабилась, а после села на диван, оставляя место между ними. - Ага. - кивнул головой Уён и откинулся на спинку дивана, положив голову на обивку и смотря на девушку. - Будет типа небольшой сбор с попкорном, напитками и тупым ужастиком, чтобы Розэ поприжималась к Хонджуну. - усмехнулся Уён. - А я к кому буду прижиматься? - спросила она и тут же пожалела о своём вопросе из-за того, что взгляд мужчины напротив стал наполняться огнём азарта. Хотелось провалиться сквозь пол. - Есть вариант. - тихо протянул он, а после медленно, почти невесомо коснулся пальцами её выбившейся из резинки чёрной пряди, убирая с лица. - Но я не настаиваю. Сердце пропустило удар. Опять. Опять эти глаза и севший шёпот голоса. - В девять вечера. - будто прочитав её мысли, произнёс мужчина. Получив лёгкий кивок, Уён мягко улыбнулся и, отстранившись, встал с дивана. - Ну, тогда мы поедем за попкорном и возьмём что-то выпить. - наклонившись снова ближе к девушке, мужчина коснулся губами её лба, в мимолётном целуе. - Хорошо.. - тихо прошептала Джису, чувствуя на своём лбу металлическое колечко и его тёплые губы. - Купи то пирожное. - вдруг вырвалось у неё быстрее, чем она успела подумать. - Если ты не придёшь с маркером, то куплю. - посмеялся Уён, отстраняясь, после направляясь в сторону двери. - До вечера. Дверь за Чоном закрылась, после него остался лишь шлейф его одеколона и мягкий поцелуй на коже. - Молодец, Джису, влипла. - тихо произнесла она в тишину, будто признаваясь в поражении.