Асфиксия по тебе

Вечеринка в гостиной сегодня должна была быть весёлой. Я точно знала, что будет много народа, а из достоверных источников мы прознали, что Снейпа среди приглашенных точно не будет - он опять куда-то уехал. И хорошо. Я вернулась в свою комнату в слезах и переживаниях. Дура! ИДИОТКА! Что я натворила? Что я наговорила? Весь мой пыл злости на него испарился как только я сделала шаг в противоположную сторону. Да, он был не идеальный, но он был мой. Глубокий страх одиночества охватил меня в холодные объятия. Кому ещё, если не ему, я смогу открыться, не получив в ответ шмоток жалостливых соплей или огрызки подбадривающих слов? Кто ещё поймёт мою сумасшедшую голову? Сегодня я подойду к нему на вечеринке, красиво одетая и опрятно выглядящая. Я надену платье, которое ему понравится, расплету и закручу волосы, как он любит. Надо будет пропустить ужин, чтобы выглядеть худее. Как раз тогда останется достаточно времени, чтобы привести себя в порядок. Я поспешила в душ, обжигающая вода снимала с меня позор глупых решений и раскаивающиеся слёзы, как кожуру с фрукта. Шампунь, маска, бальзам, лавандовое мыло, заклинание бритья на подмышки, низ живота, глубокое бикини, ноги полностью, большие пальцы ног и усы над верхней губой. Заколдованная щётка пока будет массировать зад и ляжки от целлюлита. Приложить настойку белладонны к прыщам: подсушивает. Накрутить волосы на ю заклинание горячего потока: так кудри нежнее и упругие, чем просто заклинание укладки. Секрет в обжигающем потоке воздуха из палочки, правда надо быть аккуратной, можно пережечь волосы или даже глаз. Обязательный массаж лица от оттеков, я сегодня плакала и ела соленое на обед, теперь мешки под глазами и усталый вид. С помощью заклинания охлаждения, я сделала подушечки пальцев ледяными и усердно подтягивала кожу вверх. Молочко для тела с запахом персика. Жаль, что это не тот тон запаха: тот был теплее, как домашняя выпечка. Может тогда лучше взять свой обычный парфюм? Нет, надо увлажнить кожу. Теперь маска для лица: муцин улитки, настойка ангельских колокольчиков и тонизирующий эффект огуречного листа. Пока впитывается гардероб: явно чулки, черные, как ему нравятся. Под них что-то не сильно вызывающее, он терпеть не может, когда во мне есть хоть намек на шлюху. Я уже слышала музыку сверху, и гул толпы нарастал как и моя тревога. Никто крутой не приходит на вечеринку во время. Он тем более опоздает. Юбка? Точно не обтягивающая. Нет, всё-таки платье, так проще всего. Я достала из гардероба своё последнее приобретение, прямиком из Парижа: esthétique! Высокое горло, серый с металликом летящий плиссированный атлас смотрел на меня из чехла. Фасон с американской проймой и многоярусной юбкой был идеален. Хоть и мини, но три яруса ткани создают ощущение закрытости, а неплотная летящая посадка - секрет фигуры, которую вроде ничего и не подчеркивает, но рот каждом повороте танца этот атлас будет обнимать меня. Конечно, под такой фасон лучше высокий хвост, но ладно. Каблуки будет перебор, практически все девочки опять будут в чём-то типи свитера и брюк. Клянусь, когда эти дуры впервые увидели меня в джинсах, и что правильная посадка умела делать с моей задницей - сразу пожалели о том, что их родители ненавидят магловские штучки. Никаких украшений, кроме маленьких золотых колечек в ушах. Терпеть не могу обвешивание всякими глупыми подвесками, кулонами и прочими побрякушками. Что-то одна, максимум кулон и серьги. Эти дуры меняют каждый день глиняные цветочки и бантики в ушах после душа, но у меня золото, которое не облазит даже без укрепляющих заклинаний. Изи забежала в комнату, сменив школьную форму на футболку и юбку. Я не могла не любить её: она была простая и симпатичная, а ещё хороший друг, чего я никогда не умела. Может, от того, что я всегда была популярна я не научилась ценить друзей? И людей в принципе. Я всегда знала, что им на замену придут другие. Но Изи была не такая: она умела дружить, не отворачиваясь даже, когда кто-то становился предметом слухов. Она не боялась за свою репутацию, оставаясь с людьми, которые ей нравятся. Драко никогда не нравилось, что я с ней общаюсь. Но так как в последнее время вся моя жизнь буквально была поглощена им, словно он впитывал в себя мои дни, как хищная лилия впитывала кровь насекомых и существовала за счёт них, мне не было дела до моего круга общения и его изменения. Тем более, мы были соседками. ⁃ Вау! Очень красивое платье! ⁃ Я не переборщила? Изи неуклюже наносила блеск на свои тонкие губы без карандаша - выглядело, будто старая коряга с отвалом памяти пыталась накрасить губы трясущимися руками без заклинания, потому что позабыла, что она ведьма. Я подошла и нежно отобрала у неё аппликатор. Она только слегка улыбнулась и села на кровать передо мной, довольная, что я её соберу. ⁃ Не, в самый раз. Давно не было вечеринок, поэтому там все в лучших нарядах. Паркинсон вообще в мини! ⁃ Закрывай рот. ⁃ Так не хочешь слушать о бывшей Драко? Она ухмыльнулась. Я щелкнула пальцами и размазанный блеск испарился с её губ. Я достала из своей косметички пудровый карандаш для губ и блестящие светлые тени. ⁃ Ты в этом пойдешь? ⁃ Да. Или стрёмно? ⁃ Нет, просто смотрю какой цвет подобрать. Но я бы сменила футболку, слишком просто. Какой-нибудь топик? Я продолжала искала в коллекции своей косметики коричневую тушь. Изи светлая как бутон ландыша на ветру - через кожу просвечиваются вены, и можно увидеть, как магия течет через них, если приглядеться. Черная тушь слишком пошло для такой внешности. ⁃ Там прохладно. ⁃ Изабелла не знает согревающих заклинаний? Я усмехнулась, наконец выловив нужный футляр. ⁃ Ты же знаешь, я как-то не привыкла. У меня дома, мы просто одеваемся на вечеринку, когда холодно. Я села напротив её карих глаз. Можно бы и стрелочку, но она крутиться слишком сильно, надо будет опять её обездвиживать, чтоб не размазала. ⁃ Там уже много людей? ⁃ Угу. Я уже научила её смотреть вверх, когда я крашу ей ресницы. ⁃ Так всё-таки, топик? ⁃ Не знаю, не слишком? ⁃ Ну я вообще в коктейльном платье. ⁃ Тоже верно, а какой надеть? Я начала перебирать в голове её скудный гардероб. Она потянулась к кисточке туши в моих руках, чем сбила мои мысли. ⁃ Дай я сама попробую второй глаз? Как ты учила. Обещаю не размазать. Я протянула ей содержимое моей ладони. Она спрыгнула с кровати и примостилась у моего зеркала на тумбочке. ⁃ Может тот кремовый? ⁃ Я была в нём в прошлый раз! ⁃ Давай я дам тебе голубой? Она повернулась на меня с вытаращенными глазами, боясь моргнуть, чтобы тушь лучше застыла. Но она выглядела испуганной. ⁃ Дарья! ⁃ Что?! Неужели я обидела её тем, что предложила свою одежду? ⁃ Я сейчас чихну! Я рассмеялась, подбежав к ней и задав ей нос пальцами. ⁃ Не чихай! НЕ ЧИХАЙ! Всё отпечатается! Терпи, пока тушь не засохла. Я махала ладонью перед её лицом, пока она вся краснела, а её глаза наполнялись следами. Сквозь смех, я пыталась сохранять серьезное лицо. Как-то раз по пьяне я соврала ей, что тушь - это магическое вещество и при попадании на голую кожу оно разрушает магию в венах, поэтому и появились маглы: первые женщины ведьмы открыли эту смесь и ради красоты бросили колдовство. Конечно, потом я созналась, но мне кажется, она до сих пор верит в это. Интересно, Изи до сих пор в это верит? Интересно, Изи до сих пор жива? Жаль, что мне не видно из под земли. Мне остаются только воспоминания, и этот рассказ. Я смеялась, дула ей в глаз, она держала пальцами веки, чтоб их не захлопнуть, а я чуть ли не плакала сама, как она пыталась сдержать этот чих. В итоге, не вышло - тушь была под глазом и на верхнем веке. Она с неловкой улыбкой смотрела на меня, молча прося помощи с этом беспорядком. Я села красить её, смыв остатки нашего баловства заклинанием. Тушь, блестящие тени, карандаш для губ и блеск. Сверху уже во всю слышался смех и хрип граммофона. Жаль, что нельзя включить колонки как у маглов. ⁃ Спустимся вместе? Или за тобой зайдёт твой парень? Или он не твой парень? Горькое напоминание о моей глупости прямо мне в лицо. Сложно было её винить, я не рассказывала ей ничего. Но после мучительной игры у него на коленях, я никогда не могла сдерживать свое лицо в комнате: мне буквально не хватало силы мышц лица держать улыбку и здесь, как и не хватало сил в руках, чтобы крепко держаться за метлу. ⁃ Вы поссорились? Я кивнула. Глупая, глупая моя голова. Неприятное жжение начало подниматься по моей гортани - эффект глупой клятвы. Как он вообще сделал её такой сильной, когда даже не смог установить хорошие защитные чары в домике у моря? ⁃ Ты точно уверена, что он хороший парень? Я взглянула на неё. Нет, Изи, я знаю, что он плохой парень. Я знаю, что он отвратительное чудовище, мерзкое гнилое создание. Как и я. Мы безумные бестии, никто не сможет понять меня и мою больную голову, как он, такой же безумный и больной. Он хаос, а я бедствие. Он болезнь, а я зараза. Он гниль, а я падаль. Он монстр, а я тварь. ⁃ Кстати, Клайд спрашивал о тебе. Хотел узнать, вместе ли вы с этим. Он видел вашу стычку сегодня, подумал, что если всё, то он хотел бы пригласить тебя на танец сегодня. ⁃ Когда хотят пригласить, приглашают, а не узнают через третьих лиц. ⁃ Он боится, что останется без зубов как Маркус. Я посмотрела ей прямо в глаза мертвым взглядом, превозмогая жгучую чесотку, начинавшуюся в щиколотках, и тихо сказала: «Так и будет.». Мы поднялись с ней вместе, в коридорах подземелья кишил народ с кубками и стаканчиками. Мы с Изи шли под руку, она в моем топике. По пути мы здоровались со всеми подряд. Мне кажется, были даже лица с других факультетов. Кто-то наколдовал кучу зеленых и серебряных шариков, завесил все портреты шпионы флагами Слизерина, расположив под потолком множество черных, изумрудных и перламутровых свечей. Повсюду были крутящиеся от магии конфетти, неожиданно выпрыгивающие на тебя от малейшего движения. В гостиной тоже было куча народу. В первую очередь я искала глазами платину его волос. Повсюду стояли, сидели, жались, смеялись, флиртовали, пили и болтали разные и одновременно знакомые лица. Когда мы зашли в комнату, на нас все тут же посмотрели. Само собой, я в своём лучшем платье, Изи у меня под руку в отличном наряде и с макияжем. Все парни в комнате чуть не сломали глаза о нас, отпечатывая силуэты наших фигур и цвета наших губ далеко в своей памяти, словно прятали ценный клад, ящик которого вскроют, когда будут одни в комнате и в возбуждены. Их девушки шипели и притихли, провожая нас прищуренными глазёнками. Завистливые суки, ни одна из них не выглядела сегодня так хорошо, как это делала я. Они сидели в повседневных шмотках, кое -кто даже помятых… Дешевые побрякушки и отвратительно приторные парфюмы, которые они варят сами с щепотками «Амортенции», чтобы в них влюблялись все парни. Жалкое зрелище. Даже так их парни (прыщавые немытые лохи зачастую) смотрели на меня. Оказавшись в центре всеобщего внимания благодаря своему наряду и сложному учебному году, я была довольна. Я начала пытаться найти среди присутствующих нужного мне Драко, мысленно готовясь виться у него в ногах весь вечер. Я сглатывала гордость и топила свой характер на масло, которым собиралась смазывать застывшие вихри наших отношений. Но тут я начала замечать эти ядовитые глаза. Это не было завистью, нет… Изи отошла поздороваться с другими знакомыми, когда я осталась одна посреди странного мероприятия. Вокруг все смотрели на меня с ухмылкой. Кто-то открыто перешептывался, я к этому привыкла, но что-то было не так. Почему-то вдруг я становилась меньше. Все смотрели на меня свысока, я практически уже не видела их черт, только кончики носов и задернутые подбородки. Я подошла к столу и взялась за кубок. Рядом стоящие два старшекурсника подло улыбнулись и поздоровались со мной через смех. Огоньки в их глазах пугали меня: что-то было НЕ так. Я просто растерянно ответила что-то типо: «Привет!», мой голос становился писклявым и неуверенным. Я никогда не была высокой, но сейчас будто была всем по колено, словно какой-то купол накрывал меня и прижимал к земле, плотно закрывая крышку, выкачивая весь кислород. Но тут я наконец заметила высокую и знакомую голову. Весь центр моего внимания сместился туда, хотя краем глаза я все равно замечала перекошенные рты и взгляды. Я никак не могла понять, что именно происходит. Пока я делала пару шагов в сторону Драко, со всех сторон краем глаза, краем уха и даже краями кожи я ощущала как вокруг собирался и гудел какой-то ворох. При этом некоторые буквально отпрыгивали с моего пути с выпученными глазами, бросаясь в сторону как от проклятой. Может какая-нибудь завистница метнула в меня исподтишка прыщавое заклинание? Или может вонючее? Но никто не смотрел мне конкретно в лицо, считая недостатки. И никто не отворачивался с отвращенной гримасой. Нет, до этого тоже на меня смотрели. Отдаленное расположение нужной мне головы дало мне подумать, совершая параллельно пару шагов вперёд. Но не так: это были полные сострадания глаза для глупой жертвы злобного монстра; это были полной жадности и ненависти глаза для красивой девчонки, одним видом манящей твоего спутника; полные снисхождения глаза для не очень прилежной и глупой, но не зловредной ученицы; полные веселья глаза для подруги, умеющей рассмешить и накрасить; полные страсти для раздетой перед тобой на столе… От воспоминаний о глазах Драко мне стало тяжело, он уже был передо мной, стоял спиной, оперевшись левым плечом на колону. Ладно, я разберусь с этим позже. Может этого вообще не существует. Может я надумала себе всё это, потому что сегодня он не со мной. Сейчас я извинюсь, обниму его под руку и снова всё станет как прежде. Все взгляды снова станут либо полны интереса, зависти или же просто желания быть как мы. Он был в чёрной рубашке и черных брюках. Как обычно, всё сидело идеально: портной их семьи знал свою работу. Полумрак комнаты затемнял всех, но платину его волос было не затмить - как маяк посреди бури. Мне казалось, что у него напряжены плечи, даже через плотный и дорогой оксфорд. Я натянула легкую и мягкую улыбку, сложно фиксируя так мышцы своих щек, сдавливаемые дискомфортом атмосферы в комнате в обратную сторону. Мне не казалось, я чувствовала это кожей, что-то не так. Будто всё затихало перед бурей. Я слышала это сквозь музыку, сквозь смех из коридора, сквозь топот по лестнице, сквозь плеск наливающегося алкоголя, сквозь лобызания в углу. Тот самый момент перед дождём, когда ветер резко прячет своё присутствие в высокой траве, чтобы обмануть нас и застать врасплох , в сговоре с налитыми каплями прохладных слёз неба, затащившихся в нависших синих тучах. Но сейчас не до этого. Все просто видели нашу ссору в обед, слухи разлетелись, а теперь все хотят узреть концовку этой истории: либо как Драко Малфой сейчас примет меня назад в свои объятия, либо как он отвергнет меня при всех. Снова. Я подошла, сопровождаемая целой толпой зевак, пытающихся скрыть свою одержимость происходящим. Я положила руку ему на правое плечо, нежно проскользнув пальцами от лопатки до поясницы. И только огибая его полукругом, я осознала, что он не один. За колонной скрывалась Панси Паркинсон в чертовой мини-юбке, обвившая своими худыми руками его за правое предплечье, прижав плоскую грудь к его плечу. Сука. Ну теперь-то всё понятно. Он решил меня наказать. Ха! Да и хуй с тобой. Игнорируя звенящий в моей голове звук разбивающегося стекла, затормозив всего на одну секунду и застопорив свой взгляд буквально на мгновение на этой сладкой парочке, я умело спрятала свою руку, только что отдыхавшую на его знакомом теле, и прошла мимо, самой легкой походкой в моем арсенале. Хорошо, что я не надела каблук. Иначе, я бы ебнулась с них прям там, пластом как кирпич с башни. Изнутри меня пожирало только одно чувство - злость. Злость на себя, что я переживала за эти глупые взгляды, теперь то понятно, что за шепот и что за скривленные рты. Может, все ждали, что я впаду в истерику? Или что мы начнем с ней драться? Да у меня свежий маникюр, я никогда в жизни не пущу его на чьи-то сухие патлы. Сражаться за парня? Я тебе что, блять, больная? Я из тех, за КОГО сражаются парни, Драко Малфой. Другого мне не надо. Пока я проплывала до ближайшего в моем поле зрения кресла, стараясь как можно сильнее сохранять видимое спокойствие, пытаясь не замечать, как моё сердце сжимается до физически ощутимой боли между ребрами, меня посетила мысль о несоответствии проскользнувшей в моей голове тирады и собственных действий. Ты та, кто прибегает к парню, который тебя душил и вытирал о тебя ноги, Дарья Кресент. Благодари всевышнюю магию, что он сам оставил тебя, и что вокруг сейчас так много сверстников, на глазах которых ты не можешь позволить себе приползти обратно на коленях, уверяя и укрощая собственную гордость речами о том, что только ОН поймёт тебя такую больную и избитую, сложную душу. Наверное, оно и к лучшему, хотя в тот момент мне хотелось рыдать. Я села в какое-то кресла, одурманенный мозг управлял мной сам по себе. Я даже не посмотрела на них. Я не видела их взглядов, я не знаю, каким он проводил меня взглядом. Мне пришлось закусить нижнюю губу, чтобы не заплакать. Ладно, сейчас посижу двадцать минут, а потом пойду в комнату. Всю ночь я буду думать об этом, мусоля и разбирая эту ситуацию по секундам, коря себя и выдумывая в голове новые концовки этой глупой вечеринки, пока мой мозг не начнет физически болеть настолько, что я буду чувствовать, как его края бьются о мою черепушку. ⁃ Привет, как дела? Я оторвала голову от точки на стене, в которую пялилась с момента, как приземлилась в кресло. Ура. Теперь у меня есть видимое отвлечение для себя и для других. Оперевшись рукой на спинку занятого мной трона одиночества и депрессии, надо мной стоял Грэхэм Монтегю. Он был изрядно пьян, как и остальные «победители великого матча». Игра калек против отсталых. ⁃ Привет. Неплохо, а твои как? ⁃ Да тоже нормально. Искал вот с кем провести вечер. И тут я заметила смех в его глазах. Он оглядывался назад на свою компанию, состоящую частично из игроков команды, а частично из просто сокурсников. Они сбились в кучу, не сводя взгляд, как стайка диких животных. Они все еле сдавливали свой смех, пихая друг друга в бока и шепча по кругу комментарии, которые ещё сильнее выдавали, что это был смех надо мной. Но их взгляды скользили по мне, не только как по центру вечера. Они смотрели на мои ноги, на мою грудь и на мою талию, будто оценивая стою ли я того. И их выдавали мерзкие огонёчки, подпитываемые разделяемой между ними волной какой-то смеси похоти и смеха одновременно. Я перехватила крепче свой бокал, пытаясь унять поднимающуюся тревогу. ⁃ А что, с твоими друзьями не проводится? Им по всей видимости очень весело. ⁃ Ха. Посматриваешь по сторонам? Он нагнулся ко мне ближе. Знакомый холодный пот начал разноситься по моей спине жуткими мурашками. Я чувствовала как надо мной нависает это страшное чувство беспомощности. Его пьяное дыхание выдыхало мне в висок, застигая и без этого раздавленные глаза мерзкой пеленой. ⁃ Я знаю, что у тебя большие аппетиты, но чтобы целая компания? Я не могла повернуться в его сторону. Он будто со спины направил в меня «Остолбеней». Меня сковало, страх окутал и стиснул внутри себя как смирительная рубашка, что даже элементарный вздох оказался физически невыполнимым. Я молчала и просто продолжала смотреть на уровень его груди, потому что даже просто поднять зрачки вверх не было возможно - их кто-то приклеил. ⁃ Не переживай. Если тебе уже и ТАК нравится, то мы как-нибудь поделим обязанности. Кто-то будет держать за горло, кто-то хватать за волосы. Лично я предпочту, чтобы именно меня ты называла дядей. Пол подо мной пропал. Разверзлись камни, половицы, песок и балки, на которых держался замок. С грохотом куда-то в пропасть проваливались части, из которых была когда-то создана эта громадина. Бам, бам, БАМ! трескались, рвались и растягивались ковры с полов, вверх взымалась пыль, созданная ещё из самых первых хранителей замка. Лестницы складывались как карточные домики, шебуршали захороненные в основаниях секреты. Разрывалось сами время и само пространство под моими ногами, пока Грэхэм висел надо мной и смеялся, уже в полный оборот повернувшись к своим друзьям и пересказывая в свой полный бас диалог между нами, перекрикивая и музыку и остальной балаган. А я продолжала сидеть на кресле под которым больше не было пола. Под ним было большое чёрной круглое слизистое пятно. И это пятно вытягивалось вверх, возвышая меня на самую видную точку в комнаты, так как теперь вместо пола подо мной был гигантский глаз, выпуклый и осязаемый, а я находилась в его самом центре, на зрачке. И пока я продолжала просто существовать посреди этого грандиозного всевидящего существа, оно ловило каждый мой вздох. Если любая из моих закостенелых мышц посмела дернуться от стресса, в тот же момент начинал и двигаться глаз, внимательно отслеживая и передавая дальше каждую мелочь, которую я посмела себе позволить. Глаз был липким, словно больным, из него будто текла и сочилась какая-то мерзкая жижа, покрывавшая его поверхность как наши глаза обычно покрывают увлажняющие слезы. Эта дрянь склеила мои руки и ноги. Я не могла рассмотреть цвет или форму или разрез, я только знала, что он гигантский и он следит за мной. Каждый вздох, каждое моргание, каждую мурашки оно улавливает и передаёт дальше, дальше и дальше. Сбылась мечта идиота - я в самом ЦЕНТРЕ внимания. И кроме меня там нет никому места. Никто не вскарабкается по клейкой выпуклой поверхности наверх, чтобы одернуть меня или спасти. Я тут одна, навсегда, посередине, навечно замеченная всеми. Вокруг меня были люди, но вот незадача, даже не в силах увидеть что-то вокруг меня, я знала, что их глазницы пусты. Но куда вытекли их глаза? Куда подевалось содержимое, когда-то скрытое под их веками? Оно было подо мной. Слилось в одну огромную гниль, способную заглянуть мне не только под юбку, но ещё и в душу. Теперь я навсегда не одна. Мои ноги начали вязнуть, я уже скованна с белками ваших глаз по колено. Я утону в этой пропасти. И куда бы я теперь не пошла, если бы могла, я всегда буду бегать по поверхности этого глаза, преследующего меня. Теперь у каждой ступеньки моей лестницы есть зрачок. Теперь мне стали ясны все взгляды. Теперь мне стала ясна атмосфера в комнате. Теперь я понимала и перекошенные рты и уступленные мне дороги. Может быть он не хотел? Может быть он случайно выпалил это от злости? Я оторвала с огромным скрежетом и болью глаза от места, куда они были приклеены, огромный глаз под ногами сразу же за мной, будто мы были околдованным между собой организмом. По его лицу, по скотской ухмылке и по руке, крепко вцепившейся в талию Панси я сразу поняла, что он не случайно, и он не сожалеет, и он сейчас находиться в зрительном зале с охуительной комедийной пьесой на сцене, где я была в главной роли.