love = eternity

Над Сеулом только-только начинало всходить яркое жёлтое солнце. Утренняя заря расстилалась по небу нежными золотистыми лучами, изредка поблескивая в серебре сугробов. Воздух был свеж и прозрачен, влажность низкая, а без единого облачка небо обещало ясный день. Город очень медленно просыпался — на тротуарах было почти пусто, а редкие прохожие одевались тепло, прогуливаясь или направляясь на раннюю зарядку, некоторые возвращались с ночных смен, чтобы отдохнуть и отметить наступление Нового Года уже с семьёй, а не с коллегами в офисе. Не улетевшие на зимовку птицы создавали нежную звуковую подложку к началу дня. Снизу доносились звуки трамваев и автобусов, которые уже начали свой маршрут, пробуждая оживающий город. Понемногу на дорогах появлялись и первые автомобили и такси — люди собирались на работу, несмотря на то, что это первый день в году. Фонари и яркие вывески не переставали светиться, отбрасывая разноцветные блики на снег, как и новогодние украшения, сохраняя праздничную атмосферу вокруг. Баннеры с лицами знаменитостей по периметру всех улиц также не прекращали работать, рекламируя модные бренды или же поздравляя горожан с наступившим началом года. Кафе уже открывали двери для первых посетителей, наполняясь приятным ароматом свежесваренного кофе и запахом корейской кухни. В такое время отдыхали не только "простые смертные", но и величайшие звёзды эстрады. Так, участники величайшей группы в мире, K/DA, также продолжали отсыпаться в свой законный выходной в своём шикарном пентхаусе. Медленно, словно сонно, первые лучи солнца начали понемножку пробираться в самую большую спальню, поскольку её владельцы, Кайто и Шиничи, вчера забыли прикрыть окно шторами после своей жаркой ночи. Тени понемногу отступали к углам, сопротивляясь, но нехотя уступая место утреннему свету. Наконец яркий луч добрался до Шиничи, который, к несчастью, спал лицом к окну. Пощекотал скулу, обласкал уголок губ парня, нежно поцеловал щеку и наконец добрался до закрытого глаза. Но лис ещё явно не желал просыпаться. Мягкие ушки вздрогнули и сразу после этого тихо обмякли. Бывший детектив что-то сонно пробормотал и неосознанно перевернулся на другой бок, пряча лицо в приятно пахнущую шею своего возлюбленного, ища там защиты от надоедливого солнца. Тот тоже слегка пошевелился, обнимая детектива покрепче. Но сон уже был упущен, и кицунэ открыл глаза примерно через полминуты, когда понял что уже не сможет заснуть и досмотреть свой прекрасный сон. Первое, что он увидел — чужую тёплую шею, пахнущую цветами и морем, покрытую темноватыми следами, и исцарапанное широкое плечо, за которым можно было легко спрятаться. На талии чувствовались две руки с аккуратными ноготочками, которые прижимали к нечеловечески горячему демоническому телу. На макушке — родное тёплое дыхание. Под ладонью правой руки спокойно стучало чужое сердце, которое Шиничи украл, как самый настоящий вор, взамен отдав своё же. Они бились в унисон. Чувствуя одинаковый пульс и чужое дыхание в волосах или на губах, слыша слова любви из чужих уст, млея от нежных поцелуев, выгибаясь под чужими умелыми ласками и просыпаясь в одной постели рядом с возлюбленным, детектив понимал, что это действительно его судьба. Что Кайто, который спит с ним в одной кровати, нежно и трепетно любит и оберегает — его и только его. Шиничи немного приподнялся на кровати, проигнорировав сонное бормотание ещё спящего Кайто, который тут же уткнулся в чужой бок, и потянулся за телефоном на тумбочке. Включив гаджет, он посмотрел на время. 07:24, город только начинается просыпаться. Ещё совсем рано, тело после бурной ночи просит завалиться головой обратно на такую мягкую подушку, зарыться носом в приятный запах кожи чужой шеи и пробыть в царстве Морфея ещё хоть пару часиков. Однако Кайто сам просил его разбудить до 07:30, потому что он хотел заняться дальше своим новым сольным альбомом, выпуск которого был намечен на середину февраля. Казалось бы времени много, но это только до полноценного выхода на всех музыкальных площадках. А нужно ещё отснять клипы, танцевальную практику, выпустить тизеры, пройти цензуру компании и ТВ — а Шиничи не сомневался, что в песнях будут маты, Кайто часто их добавлял. По крайней мере, в треки с грубым смыслом — и ещё очень много мелочей, которые можно перечислять ещё долго. При этом ещё и успевать учавствовать в мероприятиях с группой — у них было в планах посетить минимум 3 премии в январе. В общем, работы навалом. И только у Кайто. Он не хотел, чтобы Шиничи слышал альбом раньше времени. Говорил, что это будет сюрприз. Кицунэ догадывался, что там, возможно, будет подарок для него. Вероятно ванильный трек о любви в жанре баллада. Или песня о горячей ночи в жанре хип-хоп. Или всё и сразу. Зная этого трудоголика, можно было понять — он непредсказуем в плане создания музыки. За это его и любили — он мог смешать в одном треке несочетаемые жанры, и звучало это всегда как SOTY "— Ненавижу ранние подъёмы..." — мысленно простонал Шиничи, и улегся обратно, поворачиваясь к Кайто и невольно любуясь его спящим лицом. Нежная и светлая кожа, шёлковая и горячая на ощупь, и такая гладкая, будто бы её вытачивал из мрамора какой-то великий скульптор. Тонкие полоски демонических знаков цвета только что распустившейся лаванды нисколько не портят её. Идеально ровная линия челюсти словно выточена под линейку. Золотую кошачью радужку не видно под закрытыми веками, а густые чёрные ресницы слегка дрожат, отбрасывая тени на скулы. Под глазами уже залегли тени — бывший вор несколько недель не высыпался, работая над своими новыми песнями и отдавая этому всего себя. Солнечный лучик остановился, подчёркивая острую левую скулу. Полноватые малиновые губы, поблескивающие от всё ещё не смытого стойкого персикового тинта, немного приоткрыты, они словно умоляли поцеловать их, почувствовать их мягкость, тепло и сладкий привкус. Густая тёмно-вишнёвая чёлка прикрывала почти полностью правую часть лба и бровь с двумя блестящими шариками. Бывший детектив не удержался и наклонился, целуя сладкие любимые губы и получая ленивый поцелуй в ответ. — Доброе утро, Кайто — сказал Шиничи, глядя в ещё сонные золотые глаза, что казались солнышками, помещёнными на белковую оболочку. — И тебе тоже, meitantei — заспанно, но с нежной улыбкой ответил бывший вор, покрепче прижав его к себе за талию и поглаживая по спине медленными движениями согревшихся под одеялом пальцев. — Ненавижу рано вставать... — пробурчал кицунэ, поудобнее устроившись в кольце из чужих ласковых рук, что прижали как можно ближе к объятому демоническим теплом телу. Согревая — Хочу поспать ещё с тобой в обнимку... — Да, я тоже, — Куроба мягко поцеловал его в кончик носа, вызвав смущëнную улыбку — Мы давно не спали так — он улëгся на спину и развалился на своей половине кровати, чем незамедлительно воспользовался Шиничи, ложась на него сверху и укладывая голову ему на грудь, словно на мягкую подушку. Ухом к сердцу, чтобы слышать, как быстро оно бьётся. Это была любимая поза лиса по утрам. Такой контакт был для него интимнее любого секса, особенно в темноте, когда у обоих светятся глаза. Кайто же это смущало, а его пульс ускорялся в разы. Ночные гляделки глаза в глаза делали его уязвимым. Зато днём его было не оторвать от чужих очей. Прямо как сейчас. Кудо всегда замечал этот полный обожания и искренней любви взгляд. Даже Ран никогда не смотрела на него так, как этот демон — словно он единственное и самое прекрасное, что существует во Вселенной. — Ты такой хорошенький, мой Шиничи, — Кайто ласково почесал его за пушистым ухом, и кицунэ с мурчанием прильнул к любимой руке, потираясь об неё, чем вызвал чужую яркую улыбку — И даже не представляешь, что делаешь с моим сердцем. Шиничи очень даже представлял. Потому что сам чувствовал то же самое. Любовь, что наполняла всю его сущность и била через край. Она была болотом, в которое парень ступил добровольно. Он тонул в ней, как и в чужих золотых глазах, позволял утопить себя, утянуть ко дну. Лишь бы вместе, не раздельно. Иногда ему казалось, что этой любви хватило бы на всех жителей планеты, и даже осталось бы в избытке. Сейчас обоим было плевать на работу, новый альбом, завтрак и всё остальное. Есть только они двое и их чувства. Их любовь, нежность, страсть, похоть и далее по списку. Сердце под ухом лиса ускорило свой ритм, и парень прижался щекой плотнее к чужой груди, слегка помахивая хвостом и прикрывая глаза, чтобы его слышать. Чтобы чувствовать в своём возлюбленном жизнь и его безграничную любовь, что вырывалась из грудной клетки к тому, кто лежал на ней и заставлял трудолюбивый орган биться в разы быстрее, оберегая чужое тело и душу от ветров одиночества, промораживающих до самых костей. Его собственное сердце подстроилось под чужое сердцебиение и стучало в унисон. Казалось, будто их сердца говорят друг с другом. Ты моя любовь. Ты мой мир. Ты моя вселенная. — Ты моё всё и даже больше. — бывший вор провёл пальцами по чужой скуле и медленно опустился кончиками к мягким губам, что слегка приоткрылись — Я люблю тебя. Безумно. Больше всего, что существует во всех существующих вселенных. Второй рукой он обнял своего парня под лопатками и слегка подтолкнул его повыше. Шиничи понял намёк и улëгся так, чтобы их лица были на одном уровне. Кайто смотрел на любимое лицо, в глубокие синие глаза, в которых снова и снова хотелось утонуть, словно в пучине океана. Он словно впал в транс на пару минут, любуясь. Медленно перевёл взгляд на графичные губы, которые лис тут же прикусил — Перестань — Кудо послушно отпускает нижнюю губу из плена зубов, чувствуя как их сменяют сладкие полные губы и влажный язык. Мокро. Кицунэ отвечает, держась за сильные плечи. Заводит руки за шею и вжимает в себя, но позже берёт чужую правую в свою левую и переплетает пальцы, прижимая кисть к подушке около головы демона. Хочет ещё. Хочет страстных поцелуев, которые больше похожи на спарринг языков, чем на обычный контакт губ. Демон это понимает. Отстраняется, проводит исцарапанной от игры на струнах подушечкой большого пальца по чужой нижней губе, слегка оттягивая её вниз. Рывок — впивается в чужие губы своими и сразу проталкивает язык в рот Шиничи без какого-либо намёка на нежность. Всё как любит его бойфренд. Играется с металлической штангой в чужом языке. Лис стонет и старается не отставать. Хочет соответствовать своему парню, поэтому через несколько секунд уже сам лезет языком в его рот, проводит по зубам, нëбу, переплетается с чужим под громкий стон. Делит одно дыхание на двоих. По подбородку старшего течёт слюна и капает на подушку, кислорода не хватает никому, но и отстраняться никто не хочет. Становится горячо. Слишком. Шиничи запоздало ощущает что-то твёрдое под собой и кое-как заставляет себя оторваться от любимых губ, что ещё со вчерашнего вечера довольно сильно отдают стойким персиковым привкусом. Кайто облизывается, разрывая нить слюны между их ртами, и сам смотрит вниз, чувствуя на себе давление. Сам того не заметив, кицунэ уселся на его вставший член. И интерес взаимен. Впрочем, это никого из них не удивляет — либидо у Кайто просто бешеное, а Шиничи и сам не прочь доставить ему удовольствие и получить его самому. До секса жадные они оба. Детектив смотрит на их общий стояк и садится немного пониже, вынуждая Кайто с любопытством посмотреть на него и пристроить на его бедро одну руку, слегка сжимая мягкую плоть. Шиничи не возражает, упирается ладонями в чужую грудь... И резко проезжается по чужому паху вверх, плотно прижимаясь к нему и следя глазами за рэпером. Реакция парня под ним не заставляет долго себя ждать. Демон с громким матом запрокидывает голову, выгибается в спине и громко стонет, закатывая глаза настолько, что золотистую радужку практически не видно из-под густых ресниц. Ладонь на бедре впивается в плоть, оставляя заметные следы, которые в недалёком будущем станут синяками, а вторая сжимает простынь и едва не рвёт её. На руках и шее проступают нитевидные вены, и кицунэ едва удерживает себя от укуса, но представляет в мыслях, как проходится языком по этим полосам, слизывает пот с кожи, кусает за пульсирующую нить. Парень облизывается и сам негромко стонет. Это явно вкусно. Мощные бёдра приподнимаются, толкаясь в податливое тело сверху, но тут же оказываются частично прижаты чужим весом. Довольный реакцией на своё действие, лис проезжается по пульсации ещё раз, слыша ругань и гортанные стоны. Ещё раз. И ещё. Слегка приподнимается и снова впечатывается бёдрами в напряжённый таз. Следит за тем, как чужая грудь буквально ходит ходуном, слушает томные вздохи. Хочет объездить шикарные бёдра и член под собой. Ночи явно не было достаточно для этого. Ему мало. Всегда было, есть и будет. — Блять... Не смей... — Кайто кладёт вторую руку на другое бедро, сжимает сильнее, фиксируя на месте и останавливая слишком смелые движения, ведёт ладонями вверх, скользя по изгибам чужого стройного тела. Проверяя. Напоминая, кому принадлежит его обладатель. Шиничи прекращает, но потом всё же слегка трëтся, за что без предупреждения получает сильный шлепок ладонью по плюшевой заднице, окрасивший её в клубничный цвет. Резко выдыхает от неожиданности, слегка вздрагивает, прижимает пушистые ушки к голове и замирает, опирается левой рукой на грудь со своим собственным автографом, пальцами правой обводит чёрный рисунок, слегка помахивая кристалльным хвостом и следя за чужими руками, что доходят до талии. Оглаживают ту, слегка дразнят основание хвоста и поясницу, снова опускаются на бедро. Демон берёт правую руку возлюбленного в свою, переплетая пальцы, и подносит к своему лицу. Смотрит на чужую метку — три лисьих хвоста справа, один из хвостов Кайто в его природном обличии слева, вместе они образуют сердце — и касается её губами. Прошибает энергией и следит за чужой реакцией. Левая рука не держит Шиничи и он ложится на грудь демона, почти касаясь его губ. Пытается отдышаться после такой щедрой порции силы. И немного дразнится, обдавая чужие губы горячим дыханием. — Это запрещённый приём, — он слегка дует губы, вызывая у своего парня лишь приступ умиления и желание затискать эту надутую мордашку. Не в силах удержаться, Кайто быстро чмокает его в губы и убирает пару прилипших прядок с чужого лба за ухо, чтобы не мешали смотреть в любимые глаза. — Зато действует безотказно. — он пожимает плечами и затягивает возлюбленного в новый поцелуй, во время которого переплетает пальцы его правой руки и своей левой, соприкасаясь метками, второй обнимая за талию. Шиничи довольно мурчит, оглаживает бицепсы его правой руки — накачался, засранец, можно с удовольствием облапать —, сжимает их, обводя пальцами контур дракона, что выведен практически на всей руке, царапает узлы мышц, оставляя на барханах кожи розоватые полосы. Слегка отстраняется, когда в лёгких перестает хватать кислорода, жадно обводит взглядом тело под собой, покрытое блестящим на солнечном свету шёлком цвета белого золота, чужие припухшие губы, жидкое золото глаз, волосы цвета дорогого вина. Никто из известных богачей не обладает и сотой долей такого сокровища. Кудо чувствует себя Дейви Джонсом, нашедшим затерянное чудо света, и не собирается делить его ни с кем. Проходится по плечу и зарывается пальцами в густые тёмно-красные пряди на затылке, натягивая их до пикантной боли. В губы выдыхают с негромким стоном и несильно цепляют зубами нижнюю, кусают, тут же зализывая. Кицунэ чувствует ещё большую твёрдость, что упирается ему в зад, поэтому с громким чмоком отстраняется. Смотрит в глаза и произносит в мыслях, зная что его услышат и поймут: Хочу тебе отсосать. Скажи это вслух. Шиничи фыркает и приподнимается. Прижимается губами к местечку под левым ухом, где кожа совсем мягкая и пористая, и нежно целует. Вдыхает сладкий аромат мандора и сирени вперемешку с естественным демоническим запахом розы, лаванды и моря . Хмыкает, теперь уже точно узнав женские духи от Gucci, которыми, как ни странно из-за их половой принадлежности, так любит пользоваться Кайто. Переходит на мочку, цепляет зубами кольцо в ухе и слегка тянет на себя под негромкий стон снизу. Щедро проходится языком по ушной раковине, обдавая её горячим дыханием и холодом металлического шарика. Контраст ощущении заставляет танцора хрипло выдохнуть и прикрыть глаза в наслаждении. Кудо проводит языком по чëтко выраженной линии челюсти, словно выточенной под линейку, и оставляет влажный след. Каждый раз он поражается тому, насколько идеальны пропорции чужого лица, практически копии его собственного. Отдаёт нарциссизмом, но он ничего не может с этим поделать, слишком уж восхищается красотой своего парня, о внешности которого мечтает весь мир. Кратко чмокает в шею, где на татуировке переплетаются розы, втягивает в рот кожу сбоку от двигающегося хрящика на горле, оставляя засос, который выделяется розоватым цветом на фоне нежного кремового оттенка и тонких лавандовых полосок, что начинают слегка светиться. Щедро проводит языком по кадыку и слегка кусает за него, вызывая сглатывание. Не разрывая зрительного контакта, переходит поцелуями к острым ключицам, обводит выпирающие косточки и глубокую впадинку между ними, куда зарывается носом на пару секунд. Опускается к груди, ласкает языком следы жаркой ночи и ставшие более широкими, чем на лице, полоски меток. Целует линии своего собственного автографа напротив сердца, проводит по нему носом, находя руку Кайто и переплетая пальцы, вызывая кошачье мурчание этим нежным жестом. Размашисто лижет набухшую и потемневшую от возбуждения горошину соска, прижимая шарик, из-за чего парня снизу словно прошибает током, и кусает, слегка оттягивает на себя, сжимая второй между пальцами, на что демон громко стонет и выгибается навстречу. Покрывает поцелуями выпирающие рёбра, надпись под грудью, стройную талию, живот с чётким прессом, что сейчас особенно сильно выделен перекатывающимися под кожей мышцами. Целует линии длинной татуировки на весь правый бок и бедро , щедро вылизывая покрытую чёрным рисунком кожу. Оставляет ещё следы. Переходит поцелуями к тазовым косточкам, слегка кусает выступающую правую. Поднимает взгляд. Проводит пылающими от желания подушечками по покатым плечам, тяжело вздымающейся груди. Тело под ним всё покрыто блестящим бисером пота, а мощные мышцы каменеют в ожидании. Тëмно-розовые лилии безумно правильно смотрятся на фарфоре кожи. Бесноватые кошачьи глаза ярко бликуют в свете утреннего солнца и внимательно следят за каждым его движением. Кудо наслаждается тем, что видит и чувствует, трогает торс своего парня везде, где может дотянуться, ëрзает на чужих бёдрах, буквально проезжаясь по члену Кайто голой задницей, ощущая горячую плоть между половинок. Не пропасть в экстазе очень сложно. Хочет обтрогать и расцеловать всё. Идеальные объёмы, линии, черты чужого тела. Чувствует, как его несильно хватают за волосы и припечатывают к персиковым на вкус губам в грязном, жадном поцелуе. Демон без церемоний сплетается языком с чужим, громко причмокивая. Мягкую плоть губ прикусывают и сразу после зализывают, углубляясь в полость рта практически до горла, обводят нёбо и проходятся по белоснежным зубах. Дышать совершенно нечем, в воздухе пахнет потом, сексом и естественным запахом демонического тела, настолько сильным и свежим из-за прилива возбуждения , что Шиничи хочется уткнуться в влажную шею и не переставать вдыхать аромат моря и цветов. — Хочу тебя уничтожить... — голос Куробы понижается на несколько октав, он рычит в губы Шиничи, не давая отстраниться ни на секунду. Вжимает в себя за волосы, слегка наклоняя чужую голову, чтобы было легче вылизывать чужой рот, вжимает податливое тело в своё, обнимая свободной рукой за худую талию. Кицунэ не знает, куда деть руки, поэтому цепляется за широкие плечи, позволяя своей любви вести и затянуть в сладкий омут из громких причмокиваний и томных вздохов. — Так уничтожь меня, прошу тебя... — шепчет он в поцелуй, и не понятно, в порыве или в мольбе. Кайто утробно рычит — из груди вырывается низкий, почти животный звук — и кусает его за нижнюю губу. Прижимается пылающими от поцелуя губами к мокрой от пота шее и широко лижет по кадыку языком, оставляя зубами коралловые отметины на атласе кожи. Не оставляет без внимания ни одного миллиметра, не желает отрываться, да и не пытается, прикусывает ерёмную вену, проходится языком по линии ключицы и зарывается носом в ямочку между ними, вдыхая аромат любимого тела. Громко мурчит, как большой довольный кот, вжимается лицом в шею. Шиничи помахивает хвостом, перебирая между пальцев разлитый в чужих волосах кровавый закат. Слегка тянет за затылок, вынуждая поднять тёмный, затуманенный похотью взгляд. С распирающей сердце нежностью касается влажными губами родинки на левой скуле. Смотри и наслаждайся, дорогой. Сейчас я покажу тебе поистине королевский уровень Он не приступает к задуманному сразу. Медленно сползает сниз по кровати, приподнимает чужую левую ногу и отводит в сторону, мажет губами по колену. С особой жадностью сжимает ладонями шикарные широкие бёдра, объездить которые мечтает половина мира, если не весь мир. Утопает пальцами в упругости горячих мышц, словно в мягком одеяле. В такие моменты он рад, что этот шикарный мужчина — его и только его. Медленно проводит носом по фарфоровой коже, что напоминает струящийся шёлк. Обдаëт её прохладой своего дыхания и разгоняет трусливые мурашки, которые тут же перехватывает первым за утро прикосновением губ. Медленно ведёт нижней в области приводящей мышцы и поднимается почти до паха, дразнит. Бёдра раздвигаются шире в немом приглашении, когда Шиничи целует внутреннюю сторону, подцепляет зубами кремовую кожу и тянет на себя под приглушëнный всхлип, оставляя багровый след. Много следов на упругих бёдрах старшего. Его демон уже полосатый — демонические знаки покрывают даже ноги, разве что не так часто, как руки —, а теперь должен быть ещё и пятнистым, это его решение и обжалованию оно не подлежит. Засосы понемногу проступают розовыми бутонами на светлой коже, чем кицунэ очень доволен. Помечает чужое тело, как свою личную собственность. Особое внимание уделяет части ближе к паху, где кожа особенно тонкая и нежная. Там он уже не церемонится, втягивает кожу в рот, прикусывает её, вылизывает, оставляя после себя влагу, новый тёмный след и лёгкий холод металла. Трепетно целует родинку-сердечко на левом бедре, а после сразу кусает чуть ниже, оставляя чёткий след от зубов. Буквально вгрызается в напряжëнную плоть под приглушëнный вскрик откуда-то выше, покрывая ярко-розовыми лилиями кожу всюду, где может дотянуться, после зализывая и обдавая прохладой дыхания. Клеймит белое золото укусами, что с каждым разом становятся всё ощутимее. Проверяет, сколько нужно, чтобы свести демона с ума . Ноги под ладонями уже ощутимо дрожат от напряжения и дëргаются навстречу, мощные мышцы буквально каменеют, а тело рвётся то навстречу ласке, то от неё, из-за чего приходится удерживать огненное торнадо под собой за тазовую кость. Усеянные следами ласки бёдра горят, и Кайто смотрит за его действиями поплывшим взглядом и облизывает губы, сжимает простынь в кулаке и запрокидывает голову с любимым именем из 4 иероглифов на губах и громким стоном, что практически равен крику, но даже не пытается остановить парня между своих ног. Сам же виновник этого только усмехается. Слишком уж хорошо он знает слабости своего парня. Его губы уже слегка онемели от вырисовывания узоров на чужой коже, а возбуждение накатывало волнами и было почти болезненным, но ему было не до собственных ощущений, ведь перед ним была картина гораздо интереснее. — Пожалуйста... — не сдерживается и умоляюще стонет демон с адски возбуждающей хрипотцой в голосе, сжимая несчастную ткань и закатывая глаза. Радужку практически не видно под густым веером длинных ресниц. Он такой нуждающийся. Возбуждëнный до крайности. Открытый и просто до безумия прекрасный. С раскрасневшимися щеками, краснота с которых распространяется на кончики ушей, шею и немного плечи. Солнечными бликами на острых скулах. Так правильно смотрящимися багровыми следами на кремовой коже, что сейчас кажется белым золотом. Припухшими и блестящими от слюны и частых покусываний полными губами. Влажными от пота прядями цвета крови, что липнут ко лбу. Сияющими в утренних лучах кошачьими глазами, которые способны лишить воли одним лишь мимолётным взглядом из-под пушистых ресниц. Поплывшим от возбуждения взглядом, сбитым от удовольствия дыханием. Кайто прекрасен и сексуален настолько, что взгляды на мероприятиях всегда направлены лишь на него одного, ведь он поистине главное украшение любого вечера. Настолько, что даже во время простой съëмки клипа в павильоне невозможно перестать смотреть на то, как идеально и чётко он двигается, легко переходя от агрессивного паппинга к плавной балетной технике. Как поправляет на себе одежду, расправляя несуществующие складки по идеальной фигуре. Как подтягивает кожаные штаны, в которых его и без того шикарные бёдра и задница выглядят как восьмое чудо света. Настолько, что под одним лишь его властным взглядом раскалëнного солнца под ресницами хочется встать перед ним на колени. Настолько, что невозможно оторвать взгляд, когда он безумно пошло проводит языком по малиновым, покрытым трещинками от частых покусываний пухлым губам. Когда запрокидывает голову, обнажая кадык в форме сердца, за который ужасно сильно хочется укусить. Когда протягивается от усталости и на сильных руках проступают сеточки вен. Когда хмурит брови, сочиняя строчки для будущего трека и размышляя, какие звуки лучше подойдут для инструментала. Настолько, что кажется, что даже в мешке из-под картошки он останется долбанным секс-символом всего мира. Он идеален настолько, что хочется выть от осознания, что он такой один на 8 миллиардов. С безупречным лицом, безупречной фигурой, безупречными пропорциями тела и безупречным вкусом абсолютно во всём. С доброй душой, горящей страстью к музыке и танцам. С ранимым сердцем, что любит трепетно и нежно. Ни одним известным словом невозможно полностью передать даже часть того, насколько этот демон прекрасен. Он идеален настолько, что Шиничи хочется застонать от понимания того, как ему повезло. Он не знает, как выглядят греческие боги, но на все сто процентов уверен, что Кайто определённо был бы чёртовым Аполлоном. Его хочется целовать. Хочется заставить дрожать под страстными касаниями, стонать и выгибаться под обжигающими прикосновениями, но всё равно умолять о большем. Ему хочется преподнести весь мир. Носить его на руках. Отдать свою собственную душу и тело. Подарить всего себя целиком и без остатка. Решив, что хватит игр, детектив погружает член в наполненный слюной рот. Проводит языком по покрасневшей головке и слегка толкается кончиком с металлическим шариком в уретру. Рукой он помогает себе, обхватывая горячий ствол и размазывая капли естественной смазки и слюны по всей длине. Ему нет нужны смотреть на чужое лицо, он и так знает, что демон не отрывается от него, а в глазах горит пожар. Он его чувствует. Чувствует, как его испепеляют взглядом, предлагая сгореть дотла. Вместе. Не порознь. И он соглашается. Охватывает головку губами, втягивает щёки, чтобы добиться большей стимуляции, а потом и вовсе проталкивает ствол за одну из них. Облизывает вздувшиеся вены. Ощущения от сочетания жара рта и холода штанги просто крышесносные. По голове гладит ласковая рука, и Шиничи всё же поднимает глаза. Кайто смотрит на него голодно и жадно, словно на ужин. Или завтрак. А может быть обед. Его глаза затуманены похотью и животной страстью. Демон пошло облизывается, проводя языком по верхней губе, словно кот после того как объелся сметаны. Грудная клетка покрыта бисером пота и тяжело вздымается. Диафрагма слегка подрагивает. Хочется прикоснуться, собрать всю влагу с каменных мышц, почувствовать тепло барханов кожи на своих подушечках пальцев. Чужой взгляд уже поплыл, затуманен желанием. Кажется, если кицунэ закроет глаза, то будет продолжать видеть этот взгляд на обороте век. Рука с аккуратными ногтями оглаживает щëку и скулу, проходится по краю слегка покрасневшего ушка. Лис перехватывает её, ложит на свою макушку. Его понимают без слов, голову направляют. Шиничи расслабляет горло, чтобы взять всю длину. Ногтями он впивается в мощные бёдра, которые рискуют его задушить. Хотя он явно не против такой смерти, напротив, всеми руками и ногами за. Кайто несильно толкается на пробу. Член легко скользит до горла и обратно под гулкий стон снизу, от которого по всей длине проходится вибрация. Демон запрокидывает голову, выругиваясь, и возобновляет неторопливые движения тазом, рукой направляя голову лиса. Кицунэ подчиняется, заглатывая полностью, принимая всё что дают. Слюна пенится, облегчая трение. Бывший вор не спешит, хотя явно хочет большего. Заботится о чужом комфорте, за что детектив ему безмерно благодарен, но позже сам убирает чужую руку и начинает двигать головой быстрее, пытаясь найти ритм, при котором Кайто начнёт ещё сильнее растаскивать по постели. А ещё теперь в каждом движении парень задействовал горло. Комната наполнилась характерными глотающими звуками. Шиничи пришлось вцепиться руками в чужие ноги и удерживать за них беснующееся тело. Чувствительные лисьи ушки повернулись на звук гортанного стона сверху, но позже прижались обратно к голове, лишь изредка приподнимаясь, чтобы лучше уловить громкие звуки, что ласкали слух и самолюбие. По ним кицунэ понимал, правильно ли он движется. Смазка выделялась всё активнее, стекая по подбородку и смешиваясь со слюной, чужие пальцы путались в каштановых прядях. Вдруг в голове что-то щëлкнуло. Шиничи ненадолго отстранился и огляделся. Кожаный ремень с логотипом YSL валялся на пуфике около кровати. Парень поднял его и оценивающе натянул. Удовлетворённо хмыкнув, он протянул Кайто пояс и вложил в его руку, после чего сразу же взял член в рот полностью, уткнувшись носом в лобок, и задержался так на пару секунд. Демон всё понял и накинул ремень на чужие шейные позвонки, притягивая к себе. Кицунэ позволил своему возлюбленному управлять своими действиями, дополнять каждое движение, притягивая как можно ближе. Как можно глубже. Рэпер уже не сдерживается, стонет громко и слегка хрипло, иногда всхлипывая, возбуждая этим ещё сильнее и побуждает желание действовать быстрее. Почувствовав, что вор сейчас кончит, лис осторожно освободился от пояса на своей шее, медленно поднял голову, напоследок широко проведя языком по всей длине, и приподнялся, прижался грудью к чужому члену, слегка зажав его между грудными мышцами. Пальцы его правой руки переплелись с чужими левой, метки соприкоснулись. Это было последнее, что увидел Кайто, перед тем как его накрыл сильнейший оргазм. Спина выгнулась чуть ли не до хруста, из груди вырвался почти-крик "Ах, Шиничи!", а руки вцепились в многострадальную простынь, вконец её порвав. Его лишило зрения и слуха на добрые полторы минуты. Шиничи кончил одновременно с ним себе в кулак, громко простонав и прижавшись губами к груди возлюбленного, чувствуя бешеный стук чужого сердца. Когда демон наконец открыл глаза, то заметил, что на чужой груди и ключицах остались белые капли, немного даже попало на подбородок. И всё это сочеталось с невинным взглядом больших синих глаз. Он облизнул алые от прилившей крови губы. Ты просто невероятно сексуален, Фокси Шиничи ухмыльнулся. Как раньше, когда был Конаном. Перевёл взгляд на свою грудь. Провёл по коже двумя пальцами, собирая сперму, что смешалась с его собственной. Пару секунд просто смотрел на неё, прежде чем взять пальцы в рот и облизать. Причём сделал он это так пошло, что член Кайто снова дёрнулся. Он прикусил нижнюю губу, продолжая наблюдать. Кицунэ снова собрал белую жидкость со своей кожи и перевёл взгляд на своего парня. Придвинулся к нему. Бывший вор смотрел на него, словно зачарованный. Немного возвышаясь, Шиничи провёл большим пальцем по чужим губам и, когда тот приоткрыл их, вложил те два пальца ему в рот. Куроба не стал противиться, закрыл глаза и обвёл пальцы языком, слизывая свою собственную и Шиничи сперму. Кицунэ вытащил пальцы из его рта и прижался к ожидающим его губам, даря чувственный поцелуй, в который Кайто довольно мурлыкнул. Разорвав прикосновение, он обхватил чужой зад, утопая ладонями в пышности форм, и придвинул парня к себе, усадив на свои бёдра, на которых лис удобно устроился, чувствуя каменные мышцы под собой. Шиничи снова был выше его и смотрел с нескрываемым интересом, перебирая мягкие пряди. Ожидая, какой номер выкинет его непредсказуемый в подобных вещах бойфренд. Демон улыбнулся, поцеловал его в правое плечо, оттуда перешёл к ключицам и ямочке между ними, рассыпая по коже мягкие поцелуи. Обвел языком иероглифы своего собственного имени под правой. А потом... Размашисто провёл языком по груди, слизывая белую жидкость. На языке ощущался небольшой солоноватый привкус, но это его не остановило. Он буквально присосался к чужой коже, собирая каждую каплю. Кицунэ от этого громко застонал, запрокинув голову, его пальцы сильнее сжали красные волосы, натягивая их до боли. Кайто от этого простонал, продолжая вылизывать каждый сантиметр. Боль доставляла ему ещё большее удовольствие. Он просто не мог оторваться. — Блять... — Шиничи выдохнул, когда бывший вор от него оторвался и посмотрел тёмными от похоти глазами. Рывок — теперь уже демон возвышался над ним, сидя между его широко разведëнных в стороны ног. Кудо любил, когда его парень сходил с ума от его прикосновений, был в его власти. Но ещё больше ему нравилась самая настоящая животная страсть. Нравилось лежать под чужим сильным телом, чувствовать его силу и получать желаемое сполна. Мягкие полные губы неожиданно нежно коснулись скулы, носа, и наконец-то прижались к приоткрытым в ожидании губам. Церемониться Куроба не стал — сразу залез языком в рот, сплетаясь с чужим под гортанный стон. Левая рука сжала правую руку кицунэ и прижала рядом с головой, пальцы переплелись, а метки соприкоснулись. Энергия током пробила оба тела. Оба громко простонали в поцелуй, с трудом отрываясь от губ друг друга. Кайто переместил правую руку ниже и сжал ягодицу Шиничи до побелевших костяшек, оставляя синяки, оценивая объëм. Детектив от этого громко выдохнул и запрокинул голову, чем вор незамедлительно воспользовался. Прижался губами к шее, целуя, кусая и оставляя следы. Как можно больше следов. Помечая в ответ. Не оставляя без внимания ни один миллиметр кожи. — Ты и правда показал мне королевский уровень. Теперь моя очередь позаботиться о тебе — выдыхает он, накрывая любимые губы жадным поцелуем и опуская одну руку между чужих бёдер под томный стон прямо в поцелуй. Медленно проводит подушечками между половинок и аккуратно обводит пульсирующее кольцо мышц. Шиничи томно вздыхает и толкается тазом навстречу. Ему не терпится ощутить эти длинные, тонкие пальцы внутри себя. Кайто его придерживает за бедро. Он не хочет торопиться. Детектив — последний, кому бы он решился сделать больно. — Отпусти меня на секунду, хорошо? — убирает ладони со своих плеч и ласково целует костяшки пальцев, словно извиняясь. Тянется в нижний ящик тумбочки, чтобы вытащить тюбик смазки. В ответ при возвращении обратно — резкий укус в нижнюю губу и глубокий поцелуй. Шиничи жадничает им, словно Смерть с косой притаилась за дверью и ждёт момента, чтобы вырвать из его рук самое ценное и родное, что у него когда-либо было. Куроба по-кошачьи мурчит и позволяет исследовать, впуская чужой язык в свой рот, прикусывает шарик, на что Кудо отвечает томным стоном ему прямо в губы. Они отстраняются с пошлым чмоком, между ртами тянется тонкая нить слюны, которую демон сразу собирает на подушечки своих пальцев. Щёлкает крышкой тюбика и выдавливает немного прохладной смазки на покалывающие от желания кончики. Растирает жидкость, смешивая со слюной, согревая. В воздухе пахнет чем-то фруктовым, сладким. Медленно проводит пальцами между чужих ягодиц, чувствуя как вход непроизвольно сжимается вокруг пустоты. Облизывается. Медленно вводит средний палец по одну фалангу, следя бесноватыми глазами за реакцией любимого. Та не заставляет себя ждать — Шиничи томно выдыхает скопившийся в лёгких воздух, немного выгибая спину, и кусает свою нижнюю губу, разводя начавшие подрагивать бёдра немного шире. Кайто довольно ухмыляется, прижимаясь губами под грудью бывшего детектива, и ведёт языком влажную полоску вниз до пупка, вводя палец до конца. Кицунэ кладёт ладонь на его влажные от пота волосы, пропуская пряди между пальцев и прижимает голову к своему животу, после чего стонет довольно громко, когда танцор сгибает палец изнутри. Через пару секунд стон становится ещё громче — в сжимающееся колечко мышц входит второй палец и сразу оба разъезжаются в стороны, словно ножницы, растягивая его ритмичными движениями. Третий входит меньше, чем через десять секунд — вокалист сам тянет на себя руку, буквально умоляя о большем. Кайто просто не в силах ему отказать. Он нарочито медленно движется внутри, видя как часто дышит Кудо, как тяжело поднимается его грудная клетка, как пальцы сжимаются на несчастной простыни до побелевших костяшек, как дрожит раскинутое по постели тело и в особенности ноги, когда рэпер касается комочка нервов глубоко внутри и надавливает на него, из-за чего перед закрытыми глазами кицунэ появляются звёзды, а голос срывается на несдержанный скулёж. Прохладная смазка стекает по ягодицам лиса на простынь, пачкая её, хвост скрыт магией, чтобы не мешал, а пушистые ушки жмутся к голове, скрываясь в каштановых волосах. Губы Кайто оставляют розоватые пятна везде, где побывали — на шее, на груди, на плечах, за ухом, в некоторых местах дополняясь полосочками от зубов. Пальцы входят до самого конца, а толчки становятся быстрее, выбивая из податливого тела всё больше рваных стонов. Пальцы бывшего вора длинные, как и подобает фокуснику, и тонкие, идеальные для игры на гитаре, из-за чего подушечки покрыты тонкими царапинами от струн, а ногти аккуратные и ухоженные. На ночь Куроба снимает накладные ногти, чтобы не мешали. Кудо любит, когда ими давят на простату или просто вбиваются внутрь полностью, по костяшки. Внутренняя стимуляция — его любимая вещь в сексе. После поцелуев и вжиманий в постель до тёмных пятен перед глазами, разумеется. Кайто вновь кусает Шиничи за шею, оставляя розоватый след, и вынимает пальцы из сжимающегося нутра, чтобы сразу вогнать все три обратно. И абсолютно несдержанно долбит ими по самые костяшки под громкий вскрик, подобно мёду ласкающий слух. Попадает по простате и следит за совсем поплывшим взглядом. Шиничи сжимает ткань в ладонях и непроизвольно разводит дрожащие бёдра шире, открывается для своей любви. Несдержанно стонет и практически кричит, когда ловкие пальцы фокусника начинают двигаться, уже не просто растягивая, а трахая его — быстрыми, глубокими, резкими толчками, каждый раз попадая по чувствительному комочку нервов внутри, касание к которому заставляет разум уйти на перекур и долго не возвращаться обратно. Парня растаскивает по кровати, а ногти царапают простынь, в нескольких местах её разрывая. Кайто смотрит на это и закидывает трясущиеся кисти на свои плечи, за которые кицунэ тут же цепляется, впиваясь пальцами в упругие мышцы. Громко стонет чужое имя и царапает ногтями мокрую от пота кожу, оставляет красноватые полосы от шеи практически до лопаток, когда танцор сгибает пальцы внутри, и снова чуть не кончает от своего любимого ощущения. Демон осторожно вынимает мокрые пальцы и нарочито медленно обводит их языком, слизывая фруктовую смазку. Шиничи непроизвольно вздрагивает от пустоты в себе. Ощущать это для него сейчас равносильно пытке. — Блять, какой же ты сладкий, — наклоняется и снова впивается в такие любимые губы, целовать которые хочет каждую секунду и вкусом которых не может насытиться. Кицунэ старается отвечать, но сознание уплывает, его вяжет. Всё, что ему остаётся — стонать имя Куробы и тереться о его пах задницей, давая понять, как сильно он желает, чтобы его наполнили. — Я дам тебе всё. *** — Ну наконец-то наши голубки закончили со своими брачными играми и выползли из своего семейного гнëздышка. — хихикнул Юнхань, когда Шиничи и Кайто наконец-то зашли в столовую, держась за руки, переплетясь пальцами и о чём-то негромко переговариваясь между собой. Главная столовая пентхауса выполнена в современном стиле. Стены и потолок окрашены в мягкий перламутровый белый, и стенка между окном и дверной аркой, ведущей в главный коридор, увешана бумажными снежинками, стоп кадрами с клипа "Christmas Evel" и обычными фотками, сделанными на телефоны мемберов и позже распечатанными. На хрустальную люстру над лестницей намотан дождик, с потолка свисают новогодние украшения, а встроенная подсветка уже выключена. Из большого окна размером в половину стены льется утренний солнечный свет, отражаясь бликами от блестящего синеватого орнамента на обоях. Дождик гирлянд на верхнем краю уже не горит, но ночью это выглядит просто волшебно. Дверь на просторную террасу закрыта, чтобы не впускать зимний холод в помещение. Лестница с опутанными мишурой и гирляндой перилами рядом ведёт наверх, на второй этаж, и вниз, на верхний этаж парковки. Недалеко от окна, ближе к центру помещения стоит большой овальный стол с гладкой белоснежной столешницей из высококачественного мрамора, покрытой белой кружевной скатертью. Вокруг стола располагаются шесть стульев, больше похожих на небольшие кресла, с обивкой бархата разных цветов и стильными металлическими ножками с глянцевым хромированным покрытием. По углам комнаты, а также около дверных проёмов в виде высоких арок стоят большие вазы с живыми цветами и горшки с тропическими растениями, они придают уюта холодному на вид помещению. В углу аккуратно стоит холодильник с напитками — белый корпус с глянцевой поверхностью и подсветкой. Возле него — широкий дверной проём, закрытый шторами, ведущий на кухню. Мягкий бежевый ковёр практически на всём полу греет ноги, поэтому в столовую не страшно выйти даже без обуви. — Ага, после такого бодрого доброго утра стоит подкрепиться — Кайто поцеловал кицунэ в макушку, маячившую перед глазами, про себя отметив, что кончики его ушей покраснели, проходя вместе с ним на кухню, что соединялась со столовой широким арочным проёмом, закрытым бежевыми шторами. Кажется, что бывший вор одет не особо вычурно, но его образ сразу бросается в глаза. Чёрная майка скрывает под собой идеальные изгибы стройного мускулистого тела, но её саму практически не видно под красным вязаным свитером с белой кошачьей мордочкой на груди и длинными широкими рукавами, в которых рэпер мог легко спрятать свои кисти, словно кошачьи лапки — подарок от Ли Минхо на праздник. Мягкая ткань греет и легко струится по телу, спадая чуть ниже таза и открывая линию ключиц и ямочку между ними, не колясь и не сковывая движения танцора, но делая акцент на пропорциях его изящной фигуры. На ногах в разрез с мягким и чуток праздничным новогодним верхом — кожаные чёрные штаны с низкой посадкой, туго затянутые дорогим ремнём с матовой металлической пряжкой в форме характерного логотипа DG. Внутренная часть брюк до уровня паха выполнена из джинсовой ткани и натягивается при движении, выделяя перекатывающиеся под кожей мышцы, уходит верхним краем к поясу и смыкается на боку на уровне ремня. Штаны держатся низко, на выступах тазовых косточек, плотно облегают и более чем прекрасно подчеркивают широкие и мощные ляжки, которые так любит кусать и сжимать кицунэ. В этих брюках они выглядят чёртовым запретным плодом, и Шиничи не сдерживается, облизывает губы, когда его ладонь буквально утопает в чужих мышцах под томный выдох, но грубоватые кожа и джинса мешают ощутить эту упругость в полной мере. По этой причине он больше любит ноги своего парня без штанов. Золотая обычная цепочка с толстыми звеньями поблескивает на шее, в проколах орикс и хеликс обоих ушей блестят кольца, а на мочке левого уха — серёжка YSL. На пальцах — пара золотых колец с маленькими белыми камнями и красивые накладные ногти: белые, с маленькими красными и серебристыми снежинками. В общем, бывший вор в своём репертуаре — он просто вышел из комнаты на завтрак в своих мягких белых тапочках с кошачьими ушками, и, несмотря на сочетание несочетаемого в образе, уже само воплощение стиля и сексуальности. — Что ты будешь на завтрак, мейтантей? — спросил Кайто у своего возлюбленного, приобнимая его за талию. — Не знаю, если честно. — он пожал плечами. Шиничи был одет не так вычурно, как его бойфренд — обычная белая футболка с глубоким вырезом в области груди, коротким рукавом и надписью Bottega Veneta, вязаная голубая кофта без застежки, свободно свисающая с широких плеч и достающая практически до колен, обычные серые спортивные штаны на шнурках — всё равно потом идти на тренировку в зал — и синие тапочки с лисьими ушами. — Есть хоттоки , салат с креветками и помидорами, кимчи , жареная курица, фрукты и что-то ещё в холодильнике, будете? — сказал Юнхань, который подошёл, чтобы налить себе апельсиновый сок. Он был одет в обычную белую футболку и чёрные спортивные шорты до колена, на ногах чёрные кеды. Длинные блондинистые волосы спадали практически до пояса, а чёлка прикрывала фиолетовые глаза. — Я такой голодный, что съем всё что угодно, лишь бы оно было съедобно и не было рыбой — хохотнул бывший вор. — Да? А мне казалось, вы только поцелуями друг друга питаетесь — пошутил блондин, убирая упаковку с соком обратно в холодильник и беря стакан в руку. — О да, хотя я был бы не против съесть его задн... — Понятно, можешь не продолжать — старший прервал его и в срочном порядке ретировался обратно в столовую и сел к остальным троим, не желая слушать явно пошлые рассказы демона о том, что ещё он хочет сделать со своим возлюбленным. А Шиничи стукнул своего парня по плечу. — Обязательно было говорить про это? — Конечно обязательно. Пусть все знают, как сильно я люблю тебя, — Кайто поцеловал его в скулу, одной рукой сжав упругую ягодицу, из-за чего кицунэ чуть не подавился кофе, которое только что налил — И твою задницу, конечно же. — Порой я забываю, насколько ты пошлый — Шиничи закатил глаза, но отстраняться не стал. Такое внимание даже было приятно. Ну, если это происходило дома. Только вот Кид любил его лапать даже на мероприятиях, из-за чего фанаты активно шипперили их ещё до скандала с раскрытием их отношений . — Но тем не менее ты меня любишь — Кайто шлëпнул его по заднице и отошёл чуть в сторону, чтобы налить себе колу. — Да хорош уже, у меня и так задница красная из-за тебя — шикнул на него Шиничи. Дальнейшие несколько минут, проведённых за накладыванием по тарелкам еды и нарезанием на ломтики фруктов, прошли в виде заигрываний, шутливых препинаний и пары быстрых поцелуев в губы. Будучи голодными, парни взяли всё, что приготовил хён , и ещё парочку продуктов из холодильника, а потом вышли к остальным мемберам, видя перед собой довольно интересную картину — младшие, а именно Союн и Дасом, кормили друг друга кимчи с палочек. Не удержавшись, демон поставил поднос на край стола, достал телефон и сделал фотографию. Характерный звук щелчка камеры услышали и остальные сидящие, повернувшись к нему. — Вы такие милахи, не удержался — пожал плечами он, ставя своё поближе к Хаджуну, который сидел слева от макнэ. Нэкомата сразу немного подвинулся, а потом слегка подергал свитер парня в области рисунка котика. — Какая милота! — он напоминал ребёнка, с почти детским восторгом рассматривая рисунок на ткани. Кайто слегка почесал его за кошачьими ушами, торчащими на макушке. Ну правда ведь как ребёнок. — Нужно сделать селфи и скинуть в Bubble — рэпер сел на своё кресло, которое тоже придвинул к младшему, и открыл ранее названное приложение. Включил камеру и поднял её над собой. Слева послышалось шуршание — Шиничи сел рядом на своё кресло. Куроба кинул взгляд на его руки — пальцы аккуратные, не очень длинные, с небольшими синими ногтями. — Эй-эй! — кицунэ запротестовал, когда демон взял его за правую руку и положил на своё бедро так, чтобы пальцы касались внутренней стороны. Смотрелось это очень даже гармонично. Про себя бывший детектив не раз отмечал, что его руки смотрятся на бёдрах Кайто так же идеально, как руки бывшего вора на его талии, словно были созданы для них. — Сиди смирно — танцор посмотрел в камеру, слегка прикрыв глаза и немного приоткрыв пухлые губы. Взгляд получился томным, а ворох густых ресниц подчёркивал кошачью радужку. Кудо замер и даже перестал дышать, просто уставившись на своего любимого парня. Самого красивого парня на свете. Он даже не заметил, как Юнхань сделал их совместную фотку. Просто любовался. Потому что мог. Лишь ему это было разрешено. — Ты меня сейчас глазами съешь — Кайто держал гаджет с ещё открытым приложением, что-то напечатав вдобавок к фото, но ещё не отправив, и уже повернулся к нему лицом. Кицунэ наконец-то отмер, слегка вздрогнув, и немного отвернулся, слегка потирая ладонями щёки, окрасившиеся в клубничный из-за румянца, и слыша звук уведомления. Сообщение в Bubble. От Кайто. Фотография действительно получилась довольно провокационной. Наверное из-за этого взгляда из-под густых ресниц. Демон смотрел так, словно кто-то сейчас отсасывал ему под столом, доводя до точки невозврата одной лишь узостью рта. Или из-за малиновых губ, припухших после прикусывания и покрытых клубничным — Шиничи уже проверил, какой у них вкус сегодня — блеском. Они выглядели так, словно парень только что очень страстно целовался с кем-то. Или может из-за руки, лежащей между разведенных широких и упругих бёдер танцора около немного выпирающего бугорка в области паха. Ткань натянулась чуть ли не до треска, выделяя мощные мышцы под кожей. Или из-за руки с накрашенными синим лаком ногтями, лежащей на бедре и касающейся внутренней стороны, где рэпер был очень чувствителен. 좋은 아침,친애하는 블레이드 이 날이 당신에게 많은 좋은 것들을 가져다 줄 수 있기를 바랍니다~ 관객 영상을 보내야 할까요? ㅋㅋㅋㅋ 그건 그렇고,리 노,스웨터 주셔서 감사합니다,너무 편안 해요❤ — Опять залипаешь на мои фотки — прямо около лисьего уха прозвучал негромкий смешок, из-за чего пушистый "агрегат" прижался к макушке, но через пару секунд вернулся обратно. Благо хвост всё ещё был скрыт магией. Иначе он бы сейчас метался из стороны в сторону как бешеный. — Ну... Ты красивый. И мой. Грех не любоваться — всё же смущённо сказал он, прокашлявшись в кулак и опустив взгляд на свои коленки. — Мой дорогой Шиничи такой собственник — промурлыкал своим фирменным низковатым голосом Кайто, слегка почесав своего любимого под подбородком. Как кота. Он нисколько не смутился этих слов. Его впринципе было сложно смутить. Он знал, насколько он пиздат. — Какие вы ванильные, боже — преувеличено скривился Дасом, хотя он и Союн были не лучше. Разве что не настолько без тормозов на публике. — А фанатам нравится, — пожал плечами старший, показав им экран своего телефона — Зацените. На экране была их фотография, сделанная меньше минуты назад. Кайто фотографирует себя, а Шиничи любуется им. Куроба прекрасно видит этот влюблённый, полный искреннего восхищения взгляд. На него никогда и никто так не смотрел. Даже Аоко , с которой он пробовал построить отношения. Она никогда не смотрела на него так, словно он — самое прекрасное, что есть во вселенной. Словно он — центр вселенной. Парень невольно смотрит на Шиничи на фотографии идентичным взглядом. С безграничными нежностью и любовью, плещущими в жидком золоте глаз подобно выплескивающейся за край воде в переполненном кувшине. — Ребят, мы его теряем, — для приличия ворчит Ли, но негромко ойкает после подзатылка от Юнханя — Ну за чтоооо? — Мы его давно уже потеряли, бестолочь, — смеётся тот. Тычок кулаком в плечо от этого мелкого его не пугает — Вспомни как он от него только в начале трейни-периода не отлипал. До сих пор помню — пришёл я значит в зал, а там эти две палочки твикс валяются на диванчиках друг на друге и целуются. — рассказывает Ван, делая глоток. Прохладная жидкость освежает. Нужно будет отрегулировать температуру в общих помещениях, как-то жарковато из-за одного товарища — Я тогда в таком тотальном ахуе был, вы б знали. — Блять, хён, лучше бы ты не напоминал, — Кайто уже отлип от фотки, которую Ван отправил в свой Bubble с подписью "그들은 정말 귀여워요, 그냥 그들을 보세요❤️‍🩹" — Нам потом таких пиздюлей вставили, мама не горюй — аккуратно берёт палочками кимчи и отправляет в рот, немного пачкая губы в соусе и прикрывая в блаженстве глаза — Господи, это божественно! Я каждый раз поражаюсь, как ты так вкусно готовишь? Не будь у меня парня, я б тебя засосал, честное слово. — Вот и хорошо, что у тебя есть парень, я твоих скачков половой активности не вывезу — смеётся он, а потом начинают дружно ржать уже все, в том числе Шиничи. Уж он-то знает, насколько его бойфренд действительно непредсказуемый в этом плане. Кайто тоже хохочет. Ну а что, у него с чувством юмора всё более чем в порядке, так что над самим собой можно посмеяться. — Итак, какие у всех сегодня планы? — спрашивает Ём, с удовольствием откусывая кусочек шоколадки, когда все наконец угомонились. — Лично я планирую проспать до вечера, а потом зарубиться в MK1 . Если будет желание — присоединяйтесь. — Прости, мелкий, я сегодня опять наверное из студии не вылезу, — вздыхает Кайто, уже доедая свою порцию — Сроки поджимают, а мне ещё клипы надо успеть отснять. — Хён, тебе точно не нужна помощь? — спрашивает макнэ, с искренним беспокойством смотря на него — Ты же совсем из студии не выходишь, не отдыхаешь толком. Хорошо хоть Шиничи-хён тебя спать на кровать отправляет. Кайто улыбается. Ему безумно приятно, что остальные за него переживают. — Нет, — он всё-таки качает головой — Всё в порядке. Я справлюсь. — ему очень хочется в это верить. В последнее время он и правда уставший, из-за чего продуктивность значительно снизилась. Благо, на качестве треков это не отразилось. Он и во время болезни треки записывал, ему уже было не привыкать. — Мы всегда готовы тебе помочь, — подключается Дасом — Нам ведь тоже больно видеть, что ты не отдыхаешь. — он аккуратно касается пальцев демона. Тот их не отдёргивает, и улыбается сильнее. — Ну вот и за что вы мне такие заботливые достались? — вздыхает он, отодвигается от стола и жестом подзывает всех к себе, чтобы обняться. Никто не противится, все поднимаются и обнимают своего лидера. Самый мелкий обхватывает правую руку парня и слегка треплет его волосы — он обожает с ними играться. Шиничи перелезает на его бёдра, с комфортом обустраивается на них и прижимается ухом к тёплой груди, обнимает за талию обеими руками. Старший обнимает его сбоку за плечо, слева от макнэ. Дасом и Хаджун повторяют их позу с другой стороны. Кайто хорошо с ними. Безумно хорошо. — Так, трудоголик мелкий — начинает мандэ, когда они отлипают друг от друга через пару минут — Сегодня в студии сидишь максимум до обеда, а потом тусуешься с нами. Возражения не принимаются — сразу отрезает его, когда видит, что парень уже хочет с ним спорить. — Хён дело говорит, — кивает и нэкомата — А не захочешь — сами тебя оттуда вытащим. — Вы такие засранцы, в курсе? — вздыхает рэпер, зная что выбора ему не дадут. — Ты нас любишь, не отрицай — обнимает его за шею Союн и чмокает в щёчку. Шиничи на это смотрит спокойно — знает, что макнэ так выражает свою привязаность к близким людям. — Да как вас, оболтусов, не любить — он тискает мелкого за щёки, вызывая его смех. — О, Ёнбок-а звонит — Юнхань смотрит на экран своего телефона, где высветилось "천사🤍" . Парень встаёт и выходит в коридор, отвечая на вызов уже там. Судя по всему, Ликс позвонил ему, чтобы поздравить и позвать прогуляться, судя по загоревшимся восторгом глазам блондина. — Парниии, — зовёт их Ван, когда возвращается. У него явно какие-то очень хорошие новости — Наши любимые бродячие дети предложили сегодня вечером потусить. Чисто всем собраться, может пройтись по Сеулу, сходить на каток может быть. Вы в деле? Потому что если собираться у них в общаге , то мы все не уместимся, придётся им к нам переться. — А мы типа им хоть раз отказывали? — фыркает Куроба, кормя своего бойфренда тоттоки с рук. Тот краснел ушами, но не сопротивлялся — Пусть к нам пиздуют, лично я всеми руками и ногами за. Заодно хёну ещё один подарок отдам. — Так ты ж ему подарил набор с украшениями в кошачьей тематике — Хаджун снимает на видео, как кицунэ немного неаккуратно откусывает обмакнутый в сгущенное молоко десерт, и сладкая жидкость капает ему на грудь, попадая в ложбинку и скатываясь под ткань футболки. Кайто не даёт ей этого сделать — наклоняется и проводит языком по мягкой коже, слизывая сладость и оставляя мокрый след. Шиничи запрокидывает голову и громко выдыхает, едва сдерживая стон. За столом сразу воцаряется тишина. Даже полукот, снимавший это всё на свой телефон, замирает. — Хоть бы постеснялся — Дасом отмирает первым. — Я и стеснительность не коннектятся — пожимает плечами он. Бывший детектив фыркает. Как хорошо, что только я видел тебя в таком состоянии. Стоит только расцеловать твои бёдра, как ты становишься таким податливым и послушным, так просишь большего... В моём дорогом мейтантее проснулся собственник? Лис слышит его довольный мурлыкающий тон в своей голове. Демону явно нравится такой Шиничи. Ревнивый и чётко дающий понять, кому принадлежит его возлюбленный. А кицунэ льстит, что только он может видеть Кайто таким. Жаждущим прикосновений, податливым. Плавящимся лишь в его руках. Тебе так нравится это моё состояние? Ты очень секси, когда ревнуешь меня и бесишься. А ещё когда ведёшь. У меня аж ноги от такого подкашиваются Кудо вздыхает и пинает его под столом. Ты такой придурок И я тебя люблю *** После нескольких минут споров Кайто и Юнханя о том, что лучше — пойти на каток или потусить дома" дискуссий, а также созвона с самими skz было решено, что главные домоседы Минхо и Кайто (потому что оба не умеют кататься на коньках) точно останутся в пентхаусе, а остальные посмотрят по обстановке. Парни сказали, что привезут с собой выпить — газировку, сок и немного алкоголя, праздник же —, а сами K/DA съездят в магазин за продуктами, чтобы точно всего хватило на всех. Все дружно решили собраться в 6 вечера, а Чан оповестил стафф , что их не будет в общаге. После этого звонок завершился. — Надо, чтобы кто-то в магазин съездил. Желательно вдвоём или втроём — сказал Юнхань, который уносил посуду на кухню, чтобы позже загрузить в посудомоечную машину. — Мы с Кайто поедем — сразу сказал Шиничи, словно специально ждал, когда его спросят. — А меня типа никто спросить не хочет? — подал голос второй названный, который только что вернулся в столовую после того, как покормил своих любимцев и питомца своего любимого . — А ты меня ещё с кем-то отпустишь? — спросил кицунэ, повернувшись к нему. — А я должен тебе запрещать ездить с кем-то? — выгнул бровь бывший вор — Я не настолько ревнивый, чтобы ограничивать тебя. Кажется, я уже говорил — я доверяю тебе и доверяю ребятам. И я не могу запретить тебе куда-то ездить с ними или кем-то ещё из наших хороших знакомых. — Извини, — тот слегка опустил плечи. Куроба заметил это. Он бесшумно, словно кот, подошёл и обнял того за талию со спины, прижав к себе и уткнувшись носом в сгиб его шеи. Горький кофе и сладкая ваниль. Безумный и такой любимый контраст. Лис, почувствовавший успокаивающее объятие, немного расслабился — Я немного не так выразился. Просто хочу поехать с тобой. Мне комфортно, когда ты рядом. И ты заодно немного отдохнёшь от своего компьютера. — Я поеду с тобой, Фокси, — Кайто поцеловал его в макушку, а потом в скулу, вызвав блаженную улыбку на любимом лице — Если ты так сильно этого хочешь. Заодно еще один ноутбук себе посмотрю. Тот таскать с собой не всегда удобно, великоват. — Так, 고양미호 , собирайтесь и шуруйте. Зная вас, вы ещё на свидание умудритесь сходить, а нам надо приготовиться к приходу наших best friends. Давайте, бегом-бегом — хён подтолкнул их к выходу, чтобы они перестали мозолить глаза и занялись наконец делом. Парни не стали уже с ним спорить и, переговариваясь между собой, ушли в свою комнату. Вечер абсолютно точно обещал быть интересным.