Остатки души

Илья и Петя отошли в туалет, там они смогли постоять пару секунд просто вместе, без лишних глаз. Илья сделал фотку в зеркале. Всего у них было около двенадцати совместных фото, но этого хватало для воспоминаний. Выйдя из туалета, Илья заприметил какой-то сувенирный киоск. Петя естественно пошёл за ним. На прилавке лежали альбомы для фото. Сверху красовался тоненький, с собором на обложке, чёрно-белый альбом. Илья купил два, пихнул карту в терминал и они вышли. Теперь Илья точно удовлетворил желание сделать что-то для них двоих. Один альбом остался в руках Ильи, а второй поместился в рюкзак Пети. Они договорились выбрать 24 фотки из Милана для этого альбома, но потом, как приедут домой. Мальчики подлетели к Веронике Анатольевне, бурно рассказали про альбомы, она посмеялась, сказала что они молодцы, раз стараются так запомнить эту поездку. Вылет был в 3:28, сейчас часы объявили 2:50. На Петю накинулись сзади, это был Роман. Он тоже решил проводить Петю и Веронику Анатольевну. Роман хоть и был серьёзным тренером и отцом, но в моменты, когда можно расслабиться, он это делал. Оставались считаные минуты до посадки. Ребята почуяли журналистов, теперь им точно нельзя было даже дышать рядом. Зато Роман и Вероника болтали только так, но это и было отвлечением внимания, мол старые знакомые провожают друг друга, а с ними их ученики. Посадка началась. Петя протянул руку Илье. Они попрощались обычным рукопожатием, как и Петя с Романом. Теперь нельзя было палиться. Щелчок камеры раздался прямо в момент рукопожатия. Петя знал, напишут статью, мол они теперь друзья. Ну и пусть, только бы не любовники. Очередь прошла быстро, Петя сидел в самолёте. Илья записывал ему кружки из туалета, где он плакал. Пете сложно было сдерживать слёзы, он закрывался капюшоном, лишь бы не увидели. И вот, взлетели. Больше не будет олимпиады, не будет русскоговорящих весёлых ребят, не будет Милана, а самое обидное, у Пети отобрали Илью. Да, не навсегда, но представьте если у вас отрежут ногу, а вернут только через два месяца? Не приятный пример, но Пете ощущалось именно так. Вероника Анатольевна что-то сказала Пете, хлопнула его по плечу и задремала. Петя тоже уснул, но от переизбытка эмоций. Их будили для завтрака, Петя что-то жевал, но не помнил что. Дальше опять сон, глубокий, без картинок. Только иногда в голове шёл голос, голос Ильи, как он говорил, что любит его. Но всё закончилось, когда Вероника Анатольевна уже чуть ли не раскачивала Петю в кресле. Они летели над Москвой, дальше пересадка в Питер. Через час Петя опять был в воздухе, только уже точно домой. Но летели не долго, поэтому он не спал. В руках он сжимал телефон, только Пете и Илье было известно что под его чехлом. Сердце билось чаще, но потом затихало. Будто кто-то бил ножом, раздрабливая его на мелкие кусочки. Дальше только опять аэропорт. Они вышли, Петю встречали с плакатами. Сестра пришла встретить его. Петя улыбался как ни в чём ни бывало. Будто не было Ильи, не было ночей с ним, не было слёз. Петю стали донимать вопросами. В интернете уже разлетелся снимок их прощания. «Пётр, вы продолжите общение с Ильёй Малининым?», «Как вам в Милане?», «На самом ли деле засудили?», так можно было продолжать вечно. Вопросы лились рекой, Петя только сказал то, что рад вернуться домой и схватив Дашу за плечо он пошёл к машине. Ехали они молча, Даша видела, Петя устал. Был только один вопрос. - Петя, всё хорошо? Ты будто не устал, а что-то случилось. - сестринское сердце чуяло подвох в усталости брата. - Да, Даш, всё нормально. Тяжело оставлять воспоминания просто. - Ты про то, что сдружился с тем американцем? - Дашино любопытство взяло вверх. - И это тоже, но это не главное. - Петя врал, сильно врал. О их отношениях должны знать только его родители Вероника Анатольевна. Пока они ехали Петя кратко написал Илье.

petr_og

Я дома

Илья ещё летел, но был уже близок к посадке. Он так же проспал весь полет. Ему оставалось лететь около сорока минут, но Роман не трогал его, слишком переживал за состояние сына. Они приняли решение сказать Татьяне о том, что Илья и Петя вместе, и что вообще планируется дальше. Лиза не должна была участвовать в этом плане, слишком маленькая ещё. Самолёт приземлился где-то в Америке, Илья естественно уже не спал. На его телефон пришло уведомление. Час назад, Петя, написал что дома. Ilia_quadg0d_malinin Я тоже А Петя реально приехал в родительский дом. Братья и родители встречали его чуть ли не подкидывая на руках. Петя любил просто быть в кругу семьи. Они приготовили стол, Петю завалили разговорами, всем было весело. Петя расслабился, он забылся, отвечая на вопросы. Потом Даша уехала домой, братья ушли в комнату, им завтра на учёбу, за столом остались только родители и Петя. Время признания. - Мам, пап, я приму любую реакцию, любые слова, даже если отречётесь от меня, то я пойму. Мне надо кое-что сказать. - Петя тяжело выдохнул. - Сынок, Петенька, что случилось? Мы с папой ничего не скажем, ты главное не молчи. - матушка Пети очень переживала за сына, отец же сидел молча. - Я думаю вы знайте о том, что я лично и уже очень давно был знаком с тем самым американцем, Ильёй Малининым. Так вот, я не знаю, кара ли это божья, ли награда. Я люблю его, мы вместе. Всё время на олимпиаде я был с ним. В жизни я не чувствовал ничего подобного к другим людям. - по петиной щеке скатилась скупая слеза, одна, но такая горячая. Родители молчали, они понимали, что их мнение ничего не решит, надо быть за сына. Надо быть аккуратными с законом, это важнее, чем то, что Петя любим мужчину. - Петя, я не буду ругаться. Бог дал нам возможность любить и иметь любимого человека. Никто не указывает какого пола должен быть твой человек. Мы с мамой принимаем тебя любым, но мы боимся проблем с законом. Я думаю ты понимаешь о чём я. - папа Пети говорил это серьёзно. Груз с души упал, Петю не выгнали из семьи, не отчитали, не стали презирать. Он говорил много, говорил о всех планах и о том, что об этом знает только Вероника Анатольевна и отец Ильи. Родители конечно удивились, что Роман знал об этом, но они только похвалили Петю за то, что тот максимально честен. Петя показал пару фото с Ильёй, мама оценила выбор сына. - Я конечно понимаю, что любовь-морковь и все дела, но как вы вообще будете после межсезонья? когда уже разъедетесь. - мама решила спросить, чтоб сразу достать все камни со дна. - Отвечу честно, не знаю. Но я точно знаю, в случае чего мы доживём до следующего межсезонья. Кухонные часы пробили 22 часа. Родители проводили Петю, он уехал домой. Там его встретила пустота, абсолютная. Да, ремонт в квартире новейший, но не было уюта. Он стал разбирать чемодан и рюкзак. Первым вылетел альбом, его Петя поставил на комод в спальне, пока для вида, но потом в нём окажутся фото. Вещи разбирались дальше. Вот и трусы Ильи, красные кстати, я до этого не упоминала, но теперь вы знаете это. Футболка сборной США была повешена на вешалку, чтоб видно было всем. Тут из чемодана вывалился чёрный пакетик. Петя не помнил его, но открыл. Там лежало фирменное полотенце Ильи. В холодной квартире творились самые тёплые чувства. Полотенце повисло в ванной, как раз подходило к тёмно-серой плитке. Петя не собирался им пользоваться, но для красоты хотелось оставить там. Вещи разобраны, все разложено по местам.

***

Илья приехал домой около 13 часов по местному времени. Дома его ждала мама и сестра, а так же любимые кошки. Семья снова воссоединилась, они обнимались, Мисти и Миу-Миу тёрлись в ногах. Дома пахло едой, вкусно. Семья собралась за стол. Они говорили обо всём, но Роман и Илья тщательно обходили тему друзей на олимпиаде. Лиза прада сказала что-то по типу: «А там хорошие ребята были?», но это было не критично, ответ быстро нашёлся в голове. Вот они уже сидят в гостиной. Лизу позвали гулять, она пошла. Был не вечер, поэтому никто не возражал. Она ушла, а Роман и Илья стали переживать. - Мам, обещай, что не будешь ругаться. - Илья опустил глаза в пол. - А папа в курсе этого «не ругайся»? - Да, дорогая, я в курсе. - Роман тоже боялся Татьяны, это объединяло его с Ильёй - Вообщем. Я думаю понмишь, как я в детстве начал общаться с русским мальчиком, тебе он ещё понравился на одном из юниорских стартов. - Татьяна кивнула на этом моменте. - Это был Петя Гуменник, тот самый, нейтральный атлет с идеальным прокатом произвольной, как ты мне и говорила по телефону. - Я его сразу узнала, не переживай, хороший мальчик. - Так вот, что дальше. Я же общался с ним, не частно, но другом считал. И вот жизнь так повернулась… Короче, мы встречаемся. - Илья закрыл глаза в ожидании подзатыльника, но этого не произошло. - Так вот оно что… Рома, почему ты сразу мне не сказал. - Татьяна больше злилась с этого. Они поговорили на эту тему, что Петя приедет, что потом Илья в тайне от Пети поедет с ним домой, тоже на пару месяцев. Татьяне понравилось то, что Илья сам захотел в Россию. Там и тренера его подтянуть могут, и говорить без акцента станет. В принципе её реакция была положительной, но когда Илья ушёл в комнату, то Роману устроили допрос. Но он заверил Таню в серьёзности их намерений. Илья открыл телеграм, там было только пару чатов с русскоговорящими ребятами и один, закреплённый, с Петей. Палец нажал сам. У Пети почти час ночи, у Ильи только шесть часов вечера. Илья Малинин Как ты? Спишь? Я вот маме рассказал всё. Она в шоке, но в принципе не против. Илья не ожидал ответа, по его подсчётам Петя должен спать, но телефон завибрировал.

Петя Гуменник

Не сплю. Мои тоже узнали

о нас. Позвонишь?

Палец Ильи моментально нажал кнопку вызова. Гудки, а потом сонное «Алло». Они разговаривали о реакции родных, о том, как их встретили. Болтали около трёх часов. Пете не надо было в универ утром, а для Ильи было рано для сна. Поэтому они продолжали говорить о том, о сём. Петя совсем захотел спать, поэтому под бурные истории Ильи про то, как он учил сестру прыгать двойные, он уснул. Илья это понял после того, как Петя засопел. Звонок не был отключен. Илья ещё час разбирал вещи под сопение возлюбленного. Футболка с группой повисла в шкаф, самой первой. Носки нейтрального атлета, которые Петя отдал как сувенир, легли в комод с бельём и носками. Вскоре и Илья захотел спать. Звонок шёл дальше, он слушал Петю и представлял, что он рядом. Но это только в мечтах, расстояние слишком тяжёлая штука.